Сквозь стену

Кёнсу добрался до дома почти ползком. Ни прохожие, ни таксисты не обращали внимание на плачущего омегу, идущего почти согнутым пополам. Медленно открыв дверь, боясь пошевелиться лишний раз и сделать себе только больней, омега ввалился в коридор, падая на колени и закрывая рот ладонью, лишь бы мать его не услышала. Но судьба, видимо, была не на его стороне. - Что ты тут так рано делаешь, подонок? - высокомерно спросила женщина, запахивая шелковый халатик и нежась в руках незнакомого для Кёнсу мужчины. - Прости. Я сейчас запрусь у себя в комнате и больше не выйду, - прохрипел омега, стараясь подняться. - Паршивец! Почему от тебя пахнет альфой? При первой же течке ноги раздвинул? Шлюха?! Пошел вон отсюда! - мать схватила сына за волосы и ударила того по лицу. - Мне некуда идти, мам, - прошептал омега, с мольбой смотря на самого близкого человека. - Не смей меня так называть, ублюдок маленький! - еще одна пощечина и Кёнсу слышит, как усмехается рядом стоящий мужчина. - Перестань. - серьезно говорит Кёнсу и встает на ноги, отдергивая руку от себя. - Не прикасайся ко мне. Никогда. - жестко произносит Кёнсу, встает с колен и направляется к себе в комнату. - Завтра же, чтобы ноги твоей в моем доме не было. Я сниму тебе квартиру, буду оплачивать проживание, но чтобы ты забыл о моем существовании так же, как и я о твоем. - безразлично кидает женщина. - Хоть на этом спасибо, - ухмыляется Кёнсу и закрывает дверь, входя в свою обитель. Омега падает на кровать, обнимает себя за колени и начинает глотать слезы. Ему до потери сознания обидно, что мать отказалась от своего сына, даже не разузнав причину запаха альфы на парне. И она просто взяла и ударила его. Без причины. Омега что, сам набросился на альфу? Собственноручно принудил его к сексу? Кёнсу кусает угол одеяла, стараясь не закричать от всей той боли и обиды. - Я ненавижу тебя, - шепчет омежка, когда образ матери всплывает перед глазами. - Собирай вещи. - в комнату влетает спортивная сумка и женщина громко закрывает за собой дверь. Кёнсу вытирает слезы тыльной стороной ладони и осторожно встает с кровати, подходя к шкафу. Вещей у него было не много, в отличии от женщины, которая его родила. Да, Кёнсу с этого дня снимает с нее ярлык "Мама", безжалостно отправляя файл в корзину. Мать же должна любить, а не безжалостно бить своего ребенка, при этом приводить в дом мужиков, которые меняются в глазах Кёнсу ежедневно. Если она его так ненавидит, что же тогда не оставила в роддоме? Неужели не хотела показаться там последней мразью? А отец. Отец сейчас смотрит на свое чадо и закрывает глаза рукой, что бы не видеть нападки своей жены. Открыв сумку, парень видит в ней немалую сумму денег и лишь горько улыбается, закидывая туда все необходимое. Надевает толстовку, накидывая капюшон на голову, хватает телефон с наушниками и выходит из, теперь уже, своей бывшей комнаты. Спустившись вниз, омега видит свою мать, которая сидит на коленях того мужчины, придерживая телефон у уха, а тот в свою очередь, пытается урвать поцелуй с губ женщины. - Да, он подъедет завтра, - мать мило разговаривает с кем-то, но увидев сына, видимо, прерывает говорящего, - сегодня. Через 15 минут он будет. До свидания. - сбрасывает вызов и встав с колен, подходит к сыну. - Держи, - женщина дает омеге листочек с адресом. - Дойдешь пешком, всего три автобусные остановки. Тебя там будут ждать. Уходи. - бросает она и уходит в спальню, перед этим поманив мужчину пальчиком, не попрощавшись с сыном. Кёнсу лишь поджимает губы и надев потрепанные кеды, выходит из дома, тихо прикрывая за собой дверь. Омега бредет по улицам, опустив голову вниз и пиная камни под ногами. Музыка немного успокаивает и заставляет омежку сейчас слегка улыбнуться, увидев играющих детей в детском саду. Кёнсу будто током ударяет. Он резко останавливается, а глаза заполняет жидкость. Омега в ужасе закрывает рот руками, озирается по сторонам и срывается в бега, насколько это возможно, из-за боли сзади. За считанные минуты он оказывается в нужном месте и нетерпеливо нажимает на звонок. - Здравствуй, - дверь открывает пожилая женщина и отходит в сторону, давая омеге зайти внутрь. Омежка кланяется и натягивает улыбку, чтобы показаться приветливым. - Пойдем, я все быстренько расскажу и побегу. Внуки заждались, - смеется женщина и бережно берет омежку под локоть. - Ну же, улыбнись, солнышко. Не расстраивай бабулю, - Кёнсу искренне улыбается, чем радует бабушку, - Умница. А сколько лет-то тебе? - спросила женщина, подводя парня к первой двери. - Шестнадцать, - тихо отвечает Кёнсу. - Господи! Какой молодой-то! Что за родители пошли, сыночка такого одного жить отправляют. Поди и готовить-то не умеешь? - она заглядывает парню в глаза. - Немного могу, - смущается омежка, отводя взгляд. - Ох, не переживай. Я буду заходить к тебе иногда, - бабуля треплет щеки парнишки. - Спасибо, - Кёнсу с неподдельной радостью смотрит на женщину, принимая такую необходимую сейчас заботу. - Ну, вот смотри - это спальня, там кухня, ванна-туалет, гостиная. В общем, чувствуй себя как дома, - улыбается старушка, отпуская Кёнсу и начиная одеваться. - Напомни, как тебя зовут? - До Кёнсу, - омега помогает одеть женщине куртку и подает ей сумку, из которой она достает ключи и вручает их парню. - В холодильнике еды, где-то на три дня. Береги себя, Кёнсу, - женщина гладит омегу по щеке и уходит, не забыв улыбнуться. Как только дверь закрылась, Кёнсу тут же обулся и достав из сумки немного денег, побежал в аптеку. - Можно тест на беременность? - отдышавшись, спрашивает Кёнсу и прячет лицо за капюшоном. - Ох, ну и детки пошли. - вздыхает женщина и протягивает омеге коробочку. - Спасибо, - Кёнсу кланяется, за что его одаряют усталой улыбкой. Омега облегченно вздыхает, когда видит одну полоску на тесте. Он споласкивает лицо холодной водой и бредет на кухню. Открыв холодильник, омежка улыбается и достает тарелку со вкусностями. Стоит ли сейчас думать о своем альфе? Кёнсу зажмуривает глаза и опускает плечи. Никогда. Его изнасиловали, его выгнала мать, ему 16 и он живет совсем один. Он больше не сможет доверять людям, а тем более думать о своем альфе. Нет. Все, Кёнсу. Теперь ты сам за себя.