Чучело

Тяжелый, хмурый взгляд проницательных глаз, который именно сегодня казался особенно колючим, не оставил без внимания каждого из учеников, минуту назад беспечно галдящих и суетящихся, которые теперь моментально притихли, съежившись будто под лучом яркого прожектора. Миссис Булстоун — всего-навсего миниатюрная женщина, все время носящая рубашки одинакового пресного оттенка и почти никогда не повышающая голос, — сегодня была явно не в настроении, поэтому достаточно было лишь одного взгляда, чтобы каждый заткнул свой рот и приземлился на законное место за партой. То же самое проделал и Фрэнк, обрадовавшийся наконец появившейся возможности перестать участвовать в обсуждении новой формы школьной команды поддержки. — Вы растете на моих глазах, — она сухо заключила, садясь за свой стол и сцепляя пальцы в замок. Это можно назвать ее собственной фишкой — скреплять пальцы в замок и наклонять голову чуть вправо. В таком положении она слишком сильно напоминала сову, наблюдавшую за учениками из своего захламленного папками и ученическими тетрадями деревянного гнезда. — Я понимаю, что многие провели каникулы крайне весело, — по классу прошел гул, и переглядки, проскакивающие между партами, отвлекали внимание от монолога учительницы. — Но... Мисс Джонсон, пожалуйста, сообщите нам, что вы там такое интересное обсуждаете? Рыжеволосая девушка тут же захлопнула рот и отвернулась от своей подруги, с которой они только что активно беседовали о новом парне последней, даже не пытаясь хоть чуть-чуть понизить голос. — Замечательно. Итак, меня предупреждали, что сегодня на первом уроке к нам должен был подойти молодой человек, но, так как никого нет, — то, как она бросила быстрый строгий взгляд на наручные часы, не ускользнуло ни от кого. Пунктуальности этой женщины мог бы позавидовать любой, и на особо скучных уроках Фрэнк иногда представлял, какую изощренную кару она могла бы придумать для кролика из "Алисы в стране Чудес", который вечно опаздывал. — То, я думаю, нам стоит начать. Класс устало и раздраженно выдохнул, будто они учились не пять минут, а целых пять месяцев. Послышался уже почти забытый за две недели шелест сухих страниц учебника и щелканье ручек, готовых выводить буквы на бумаге и рисунки на поверхности отмытых парт. Откуда-то сзади был слышен громкий шепот Тайлера Форреста, обещающего расправиться с тем, кто стер его рукотворный шарико-ручковый шедевр с парты, над которым он трудился не меньше недели. — Мы с вами остановились на... Бум. Дверь распахнулась, ударившись о стену, и в класс ввалилось нечто. Нечто, напоминавшее худощавого парня, одетого в слишком много слоев одежды. Незнакомец осмотрел всех присутствующих, будто выискивал того, кто его должен был ждать здесь. Вместо приветствия он медленно подплыл к учительскому столу, хозяйка которого в немом изумлении смотрела на посетителя, округлив глаза до такого размера, что стала и правда походить на настоящую сову. Все ученики пооткрывали рты, силясь вообразить, какого черта это вообще пришло сюда, и только Фрэнк, которому хватило всего нескольких секунд, чтобы понять — кто же находится перед ним, пригнулся, немного прячась за широкой спиной Тэда Маршалла, и повернул голову к своему другу. — Это он, черт возьми... — Чучело из "Изумрудного города..."? — Нет, идиот, этот тот парень из дома! — Веди себя естественно, — Пит прошептал одними губами, подперев рукой подбородок и, как ни в чем не бывало, уставился на доску. Фрэнк тоже попытался сделать вид, что глубокий зеленый оттенок абсолютно пустой доски заинтересовал его, но, к сожалению, от искусства он был так же далек, как и от актерского мастерства. Как только он слышал фразу "Веди себя естественно", ему сразу представлялось большое стадо коров, уныло жующих траву в чистых полях, например, Индии. Айеро понятия не имел — почему именно коровы, — но в его планы не входило сейчас мычать на весь класс, поэтому он просто вжался в стул, напряженно наблюдая за немного нескладным силуэтом новенького. — Что ж, — негромко кашлянув, Булстоун взяла себя в руки. — Должна Вам сказать, что у нас в школе не принято опаздывать, молодой человек. Парень лениво перевел на нее взгляд, оторвавшись от созерцания изображений исторических личностей, висящих на стенах над макушками учеников. — Я... заблудился среди кабинетов. — Хах, я его за две минуты до звонка недалеко от кабинета видела, — Нэнси Хейл, сидящая сзади Фрэнка, нарочито громко зашептала это подруге. — Еще подумала — что за псих? Сидящие вокруг одобрительно усмехнулись, снова переведя взгляд на парня, который уже за каких-то две минуты успел стать знаменитостью-однодневкой, которую будут обсуждать в коридорах на каждой перемене. Миссис Булстоун повернулась к классу, незаметно поджав губы: — Ребята, это, кхм... — Уэй, — он заметил вопросительный взгляд учительницы и закончил за нее предложение, закатив глаза и чуть подергивая ногой, будто находился в ужасном нетерпении. — Мистер Уэй, будет лучше, если Вы расскажете о себе пару слов. — Да? Хорошо. Меня зовут Джерард, и я уже ненавижу каждого из вас. Приятно познакомиться.

* * *

Не то что бы Фрэнк боялся какого-то там хилого парня, который, вполне возможно, даже и не запомнил лица Айеро, улепетывающего на всех парах от его дома, но перспектива быть выданным маме и в последствии размазанным по стенке с каждой секундой радовала все меньше. Джерард — как он, под нескрываемые смешки в классе, окрестил сам себя, — неуклюже проковылял мимо нескольких парт, а затем его взгляд нечаянно упал прямо на Фрэнка. На секунду его глаза расширились, но, ни сказав ни слова, он плавным движением опустился за соседнюю полупустую парту, и Кортни тут же отодвинулась, смерив новенького презрительным взглядом и сморщив носик, будто к ней подсел старый вонючий носок. Глаза Джерарда неотрывно следили за Айеро, сканируя и просвечивая насквозь, но у Фрэнка больше не оставалось сомнений: тот его точно узнал. И теперь, пожалуй, этот момент стоит записать в список самых ужасных и неловких во всей его жизни. Но, как все хорошее, плохое тоже кончается, поэтому сейчас он чувствовал себя в относительной безопасности, сидя за столиком в столовой рядом с Питом, уплетающим завтрак, и никаких лохматых чудиков на горизонте не было видно. За все три прошедших урока никто не видел Джерарда на переменах, а на второй урок тот не явился вообще. — Ты будешь доедать? — друг уже допивал свой сок и теперь засматривался на нетронутый сэндвич Фрэнка, который лежал перед ним. — А ты не лопнешь? — Значит, нет, — Одли кивком поблагодарил и беспощадно выхватил завтрак друга, с удовольствием отмечая, что тот никак не отреагировал. — Слушай, если ты так изводишься из-за этой Парсон, то просто подойди... — Я вообще не из-за этого, — Фрэнк прервал начинающийся монолог о том, как нужно подкатывать к девушкам, от человека, который встречался с кем-то всего один раз, и то — только потому, что его старший брат шутки ради отправил e-mail одной из здешних учениц. При том, участнице школьного оркестра с брекетами на зубах. — Думаю, он просто без ума от миссис Эвердин, — внезапный звонкий голос над ухом, и миниатюрная девушка вихрем пронеслась мимо Фрэнка. Она развернула стул спинкой вперед и опустилась на него, а ее сумка уже валялась где-то под столом. — Выспалась? — вместо приветствия пробурчал Пит с набитым ртом. — Еще как! Но уже слышу, как будет орать Булстоун, — Фо поморщилась, чуть пригладив непослушные волосы. Фо – просто Фо. Когда-то давно, может быть, она и была Фелицией, но это время уже давно прошло, и никто о нем не имеет и понятия. Но, со всеми ее веснушками на довольно смуглой коже, немного курчавыми, никогда не знавшими укладок волосами и рубашками, заправленными в драные джинсы, – никому бы и в голову не пришло называть ее какой-то там Фелицией. Фо – это просто Фо, и она будто всегда была рядом. И она обожала лакрицу. — Ты и правда кислый, как будто лимон съел, — она оглядела Фрэнка, чуть поджав губы. — Ты знаешь о том, что было вчера? — Знаю, конечно же. У меня же бабушка была ясновидящей, и мне это передалось. — Лучше не шути с ним, он весь на взводе, — Одли усмехнулся и пихнул ее локтем, и Фо тут же приняла, вроде бы, серьезный вид. — Так что было? — Очередной гениальный план Пита провалился, и мы были на волоске… — …От страшной смерти, которую нам сулит гнев какого-то чучела, — друг закатил глаза, а Айеро невозмутимо продолжил: — Ага, и этот самый псих теперь учится в нашем классе. Фрэнк быстро изложил ей все события, опустив тот момент, когда шлепнулся на задницу, а девушка лишь отстраненно кивала, перебирая в руках свой браслет с крупными бусинами. Стоило Айеро перевести дух, и она тут же усмехнулась: — Вот это вы попали, ребятки. — Вообще-то, ты вроде как тоже теперь с ним учишься, — деловито напомнил Пит, приподнимаясь из-за стола. — Мне-то что? Не я же хотела закидать дерьмом его дом! — Фо резво подскочила, набрасывая сумку на плечо.

* * *

— Слушай, не злись, ладно? — О, я не злюсь, — тон парня оставался ледяным, и Фрэнка немного передернуло, пока он смотрел снизу вверх на стремительно краснеющее и закипающее, словно кипятильник, лицо. — Я просто хочу открутить тебе голову и съесть ее. Это заявление отлетело эхом от стен в пустующем коридоре, потому что все ученики разошлись по кабинетам. Фрэнк чуть не поседел от страха, когда тонкая рука, взявшаяся из ниоткуда, вдруг схватила его и прижала к стенке. Сначала до парня не дошло, что происходит, но потом он оглядел нападающего: знакомый полубезумный взгляд и худощавая фигура, которую он, кажется, видел за эти дни уже слишком много раз. Лохматый и какой-то несуразный – он больше напоминал ворчливого персонажа из мультсериала. Фрэнк впервые видел его так близко: не с соседнего ряда и не через метр на лужайке. Темные круги под глазами делали его взгляд еще более странным и диковатым, как будто парень не спал уже года три, держась только на чашках крепкого кофе. Стряхнув с себя руки, Айеро сжал лямку драного рюкзака и сделал самое каменное выражение лица из всех возможных, пытаясь смотреть на парня сверху вниз. — Если хочешь, можешь идти и нажаловаться на меня, мне плевать, — Айеро чуть не прокусил язык, но упорно продолжал смотреть Уэю в глаза, отодвигая его от прохода к кабинету. — У вас так принято в городе – гадить на чужие дома? — парень практически шипел, и Фрэнку правда становилось не по себе от него. — Нет, это было специально для тебя, — Айеро, наконец, смог высвободиться из его хватки, и затем, выплюнув эти слова и быстрыми шагами направляясь к кабинету, на секунду обернулся: — Чучело.