Чучело

— Какого ты приперся сюда? Вздернутый нос, выглядывающий из-за двери, грубым голосом оповестил о том, что его хозяин сегодня явно не настроен принимать гостей, и на вежливое "Привет", которое Фрэнк еле выдавил из себя, ответил громким хлопком и звуком запирающихся замков. Айеро снова забарабанил в дверь, чем занимался последние минут пять. Он не знал, зачем вообще пришел сюда, но совесть мучила его со вчерашнего дня. На уроки Джерард сегодня не явился, и Айеро стало еще хуже: ему виделись пугающие картины, как Чучело сидит и перебинтовывает ссадины и синяки. Непонятно, с каких пор во Фрэнке неожиданно проснулась совесть, но сейчас он стоял у обшарпанной двери, стирая костяшки пальцев об дерево. — Что тебе нужно? — голос из-за закрытой двери. — Есть разговор, — Фрэнк ответил в пустоту. — У нас тут не ток-шоу, проваливай. — Пожалуйста… — Никого нет дома. — Ты придурок? Кто тогда со мной разговаривает сейчас? — несколько секунд молчания, и дверь щелкает замками и медленно открывается. Наружу выплывает помятый Уэй, одетый в затертую домашнюю (впрочем, его уличная мало отличалась от этой) футболку, плотно закрывая за собой дом. — Ладно, ты выиграл битву, но не войну, — он пожал плечами, вальяжно запрыгивая на перила крыльца. На переносице красовалась ссадина, заметно выделяющаяся на бледной коже лица, а из-под ворота большой футболки выглядывал край уже желтеющего синяка. — Какую войну? — Ты сам ее начал, как только испоганил мой дом, — Фрэнк оглядел стены: в некоторых местах краска была смыта, но многие из пятен все еще остались видными. — Какой был в этом смысл? — Я не знаю. Это придумал не я, поэтому… — Поэтому я должен простить тебя и броситься в объятия? — Нет, просто перестань угрожать мне, и все будет супер. — Ты так легко не отделаешься. Если ты просто пошел на поводу у того высоченного идиота, — Джерард болтал ногами, а Айеро усмехнулся при упоминании его друга. Поделом ему, — то это еще не значит, что ты не виноват. Отучайся делать то, что хотят другие. Улыбка сошла с лица Фрэнка, и он нахмурился, переваривая его слова. Парень сделал на них странное ударение, и они въелись куда-то в подкорку. Не найдя, что ответить, Фрэнк полез в карман толстовки, выуживая пачку сигарет. — Будешь? — Что? — кажется, парень вовсе забыл о существовании Фрэнка, с которым разговаривал буквально тридцать секунд назад, и теперь уставился на Айеро и на сине-белую пачку в его руках. — Я... Нет, блять, убери сейчас же! Фрэнк едва не улетел с перил назад, прямо в раскидистый кустарник можжевельника, растущего вплотную к крыльцу, уворачиваясь от неожиданного выпада Джерарда, пытающегося то ли выхватить несчастные сигареты, то ли скинуть не менее несчастного Фрэнка на землю. — Ты нормальный вообще?! — Просто убери это дерьмо или убирайся с этой лужайки! — Черт, ладно. Лад-но, — Фрэнк повторил по слогам, нарочито медленно убирая мятую пачку в карман толстовки под пристальным взглядом Уэя. — В чем проблема? — Ни в чем, — Джерард опустил голову, проходясь взглядом по доскам крыльца, между которыми образовались уже достаточно большие щели, и казалось, будто вся краска, некогда блестевшая на каждой из деревяшек, стекла прямиком в эти зазоры, оставив после себя только блеклый грязно-серый цвет. Цвет состояния Фрэнка прямо в этот момент. — А ты, значит, любишь портить дома? — А ты, значит, ненавидишь всех нас? Джерард неожиданно засмеялся. Не натянуто, не истерически, а просто искренне, будто Фрэнк рассказал старую, но все еще смешную шутку. — Тебя это удивляет? — Не должно? — Оу, прости, — он попытался сделать серьезный вид, но было видно, как эта беспричинная, немного пугающая Фрэнка улыбка все еще касалась самых уголков его губ. — Вы же так тепло меня приняли, а я вдруг оказался говнюком. Фрэнк невольно оглянулся назад, — на три или четыре дня назад, когда каждый в классе с усмешкой смотрел на новенького психа как на уже излюбленный предмет для шуток и громких обсуждений за спиной. И, как бы стыдно не было признавать такое, но не будь Айеро соучастником мини-нападения на дом этого парня — тоже бы не упустил возможности поддержать диалог с каким-нибудь членом футбольной команды, планирующим окунуть новоиспеченного мальчика для битья в ближайшую мусорку. Либо ты смеешься со всеми — либо потом будешь снимать банановую кожуру с уже своей головы. — Ты... Ну, ты мог бы попробовать изменить отношение к себе, — Фрэнк неуверенно что-то промямлил, старательно отводя взгляд, чтобы не сталкиваться с таким же, но уже насмешливым. — Ты сам-то в это веришь? Или я произвел недостаточно мерзкое впечатление? — Более мерзкого я ничего не видел, — в любой другой ситуации Айеро прикусил бы язык, но этот разговор уже начинал его веселить. — Спасибо, — Джерард отвесил легкий поклон головы, прижимая одну руку к груди, а другой все так же опираясь, чтобы не завалиться назад. — Но знаешь, Булстоун ведь тебя заживо сожрет... — Кто это? — Уэй, это наша учительница, Боже… — Когда это мы перешли на "Уэй", м? — Прикажете называть Вас "Мистер Уэй"? — Да, было бы неплохо. Можешь еще слегка кланяться при встрече, а то я потеряю авторитет. Тут уже оба парня засмеялись, и их смех заглушила проезжающая мимо машина, рассекавшая мелкие лужи на асфальте перед каждым домом. — Откуда ты такой взялся? — Откуда-то. Но житье здесь, — Джерард оглядел улицу, но Фрэнку показалось, будто он окинул этим взглядом целый штат, — точно не было моей мечтой. — Здесь не так уж и плохо, на самом деле, — он нахмурился: внутри поселилось какое-то скомканное чувство обиды за то, что и ему самому, на самом деле, не очень нравилось. Но, когда какой-то непонятный лохматый психопат вдруг появляется в твоем родном городе, да еще практически по соседству, и начинает что-то говорить о том, чего совершенно не знает — это выглядит дерьмово. — Думаю, тебе просто надо найти здесь друзей. — По-моему, это все равно что найти себе пару кишечных паразитов, — Уэй сдул упавшую прядь волос со лба и закусил губу, все так же не переставая болтать ногами. Еще пару минут таких болтаний — и у Фрэнка бы точно началась морская болезнь. — У тебя никогда не было их? — Паразитов? Нет, я недавно проверялся... — Боже, — Фрэнк поморщился, наблюдая за снова улыбающимся Уэем, довольным, будто только что совершил большую пакость. — На самом деле они мне не нужны, мне хорошо наедине с собой. — Всем кто-то нужен, не ври. — У меня есть все, что мне нужно... и я не вру! — Ладно, я верю, — в свою очередь нагло соврал Фрэнк, немного нахмурив брови и сжав в кармане пачку, которую все еще зачем-то не выпускал из рук. — Так говорит моя мама, когда я клянусь, что это не я измазал гуашью весь пол на кухне. — Зачем ты мажешь пол? — Просто так, знаешь. Для удовольствия, — Фрэнк уловил нотки сарказма, но не стал придавать этому значения. — А у тебя-то они есть? — Вообще-то, один из моих друзей сегодня заступился за тебя. Парень на несколько секунд уставился на мыски своих кед, а потом, видимо, решив проигнорировать последние слова Айеро, снова заболтал ногами и продолжил: — Знаешь, один мой любимый писатель говорил, что люди, с которыми ты знакомишься в самолетах – как одноразовая посуда*. А я считаю, что такие люди – все. — Со всеми людьми ты познакомился в самолете? — Не принижай свои умственные способности, ты прекрасно понял, о чем я. — А что думает твоя мама? — О чем? — О том, что ты ни с кем не хочешь разговаривать? — тщательно подбирая слова, Айеро заговорил более вкрадчивым и осторожным тоном. Уэй уже ясно дал понять: если ему что-то не нравится — он просто столкнет тебя с перил. — Эм... Ничего, наверное. Она уже просто привыкла. — Я реально сочувствую ей... — Слушай, — Джерард резко прервал Фрэнка, хватая его за локоть и расширив глаза до невероятных размеров, отчего Айеро стало явно не по себе. — А что бы выбрал ты? Как ты это называешь, — "друзей", или встреча с теми, кого мечтал увидеть всю свою жизнь? Фрэнк нахмурил брови, пытаясь хоть чуть-чуть вникнуть в слова Уэя, который всем своим видом показывал, что ждет ответа на свой вопрос. Каша в голове парня сейчас была особенно густой, не давая адекватно мыслить. Или хотя бы успевать за мыслями Джерарда. — Не знаю... Наверное, всегда нужно, чтобы у тебя были друзья. Знаешь, поддержка, все такое. — Ясно, — Уэй поджал губы, отпуская рукав Фрэнка и соскальзывая с перил, обоими ногами становясь на крыльцо. — Сейчас уже поздно, — парень кинул взгляд на запястье, на котором и в помине не было никаких наручных часов, и Фрэнк мысленно хмыкнул, не зная — удивляться ему или уносить ноги от этого ненормального. — Думаю, тебе пора сваливать к чертовой матери. Фрэнк понял, что выбрал неверный вариант ответа, но ждать, пока ему влепят двойку, не стал. — О'кей, до завтра, — он соскочил и в несколько шагов пересек крыльцо, а затем и несколько скрипучих ступенек. — Кто тебе сказал, что мы увидимся завтра? Этот вопрос прилетел Фрэнку прямо между лопаток, и он остановился как вкопанный и, повернув голову обратно к Уэю, смерил его удивленным взглядом: — Мне показалось, что мы ходим в один класс, — ухмылка коснулась его губ, когда он наблюдал за вытянувшимся лицом Джерарда, который тут же вспомнил о такой мелочи, как единственная школа на весь район. — Оу... Ладно, я забыл, — парень замолчал, пожевывая нижнюю губу, и за эти двадцать секунд обоюдной тишины Фрэнк почувствовал себя самым большим идиотом на свете, стоя посреди лужайки и с повернутой головой, в ожидании чего-то. — Так ты... Ты, значит, любишь "Oasis"? — Угу, — Айеро кивнул, пытаясь вспомнить, когда это он говорил Джерарду, что что-либо любит. — У меня есть идея, — Джерард, в два прыжка вдруг преодолевший расстояние от крыльца, подлетел к Фрэнку, пока тот даже не успел опомниться. — Что? — Что-что, — тот раздраженно выдохнул и вдруг схватил совсем растерявшегося Айеро за край футболки, таща по направлению к дому. — Эй, это похищение! — Ты сам сюда пришел, — Джерард уже открыл входную дверь, все еще не отпуская несчастную футболку, ткань которой успела уже растянуться до размеров чехла для автомобиля. — Пошли, я покажу тебе кое-что. И он буквально потащил Айеро наверх по лестнице, бесконечно тараторя что-то о фотографиях себя и музыкантов, пока Фрэнк усиленно напрягал извилины, чтобы понять, о каком-таком оазисе вообще шла речь.