И в Мор кошки Серые...

— Я, конечно, подозревала что-то подобное, когда осматривала дом Дженетиви, но такого я еще никогда не встречала… — пораженно пробормотала Савира, тяжело дыша. «Чертовы даэдра! Целая деревня свихнувшихся на всю башку культистов! Это уже совсем не смешно…» Вся команда уже прибыла в Убежище и наткнулась на сектантов, которые, кстати, были достаточно сильны. Если маги и Савира вполне легко справлялись со своими противниками, то у парней дела были совсем плохи. Один только Стен стоял несокрушимой скалой, которою, чтоб пройти, нужно побить, что хрен сделаешь. Винн и Сурана лечили союзников, Алистер отвлекал внимание врагов на себя, а остальные били. — А что ты еще хотела? Или у вас там в Скайриме нет еретиков? — невозмутимо спросил кунари, опуская свой кулак на рожу очередного смертника, который подошел слишком близко. — Еретики-то есть, вот только они не настолько опасны. Ходят себе в маленьких группах, не нападают на все, что движется! Черти даэдровы! Когда эта хрень перестанет жечь мне кожу?! — Раскаленный амулет Шео оставлял на коже каджитки ожоги. Только теперь было не понятно — от чего, ведь настолько сильных эмоциональных стрессов у нее не было. Сняв с себя амулет, чем, как обычно, введя всех непосвященных в критическую стадию полного шока, что обычно сопровождается криком «Демон!!!», Савира горестно вздохнула: — Да, да, мы это уже проходили. Фус Ро Да!!! — последнюю группу охранников (или стражников?) раскидало по площади, и все смогли с облегчением выдохнуть. — Айдан, отметь на карте еще одну деревню, которая в ближайшее время будет заниматься экзорцизмом, — посмотрела на лидера Мррес. Тот, обреченно вздохнув, достал карту и отметил шестую деревню новоиспеченных экзорцистов. Амулет Савиры стал давать постоянные сбои, раскалялся до огромной температуры прямо на людных местах, чем оставлял ожоги на коже каджитки. Винн постоянно залечивает их. Хорошо, что не остается шрамов. Несколько раз после таких конфузов вызывали и Шео, но тот сам не знал, что происходит, и, как для него это ни странно, он был серьезен, как никогда. — Не надевай его больше, в городах будешь передвигаться в тени, чтоб тебя никто не заметил, — проговорил Айдан. Зевран и Лилианна ушли на разведку. Савира сунула амулет в карман и накинула капюшон. Эта проблема беспокоила весь отряд. Во-первых, это могло быть опасным для самой каджитки, которая уже многим считается другом, даже угрюмому Стену (скайримские печеньки делают чудеса). Напряженные отношения у неё только с Морриган и Сураной. Эти трое начинают спор на ровном месте, и чаще всего жертвами становятся ни в чем не повинные парни, или время от времени появляющиеся на дороге порождения тьмы. А во-вторых, это могло поставить под угрозу миссию Серых Стражей по поиску союзников. Зевран, кстати, окончательно влился в коллектив, теперь клеился ко всем дамам и дразнил Алистера. К Стену лезть он не рисковал: кунари выглядел очень серьезным противником. — Мой пушистый Страж, там недалеко находится церковь, в которой сейчас что-то происходит, — дал о себе знать Зев, а к кому он обращался — было уже понятно. Это остроухое недоразумение дало воровке кличку Пушистик. За что был одарен не менее колкой кличкой Птенчик. — Ясненько, — оскалилась каджитка, ударяя кулаком об ладонь. — Сейчас все узнаем, — только она двинулась в сторону часовенки — как услышала обеспокоенный голос Алистера: — Эм, ребята, тут эти деревенские какие-то странные, — Довакин первой подошла к воину и посмотрела на одного из тех стражников. — Черти даэдровы! — схватилась она за голову. Селянин был очень бледен, под глазами были морщины, нос тоже был весь в морщинах, и самое главное — это огромные клыки. Мррес резко села и стала копаться в своей сумке. Остальные уже подбежали к двум Стражам, и тоже разглядывали это существо. — П-проверьте остальных. Снимите их шлемы! — чуть заикнувшись, крикнула она. Несмотря на полное непонимание ситуации, отряд послушался каджитку. Под шлемами остальных поверженных горожан было то же самое зрелище. — Андрасте милостивая, кто или что это?! — Лилианна отбросила очередной шлем и посмотрела на обеспокоенную каджитку. — Я уже тебе говорила, чтобы ты не упоминала при мне вашу Андрасте. И, кстати, это худшее, что могло бы здесь быть. Это вампиры. Они питаются кровью живых существ, высасывая из них все жизненные силы. Если выжил при встрече с вампиром, то вполне мог заразится вампиризмом. Это плохо, очень плохо. — Бормотала она копаясь в сумке. «Черт возьми, даэдра подери, я не могла забыть таких важных вещей.» паника охватила ее, а объяснения, которые услышали остальные, никого не обрадовали. — Мара милосердная, Акатош милостивый, Талос всемогущий, — облегченно вздохнула Савира и достала искомое — девять склянок зелья лечения болезней, и раздала их остальным: — выпейте это. Лучше перестраховаться. «Опять эти кровососы… Да чтоб их всех даэдра побрали! .. Давно я с ними не сражалась, но как-то мне не хочется делать это снова… Черт! Откуда они тут вообще?! Шео!» «Без понятия» — послышался ответ в голове Савиры. — Идемте, — позвал всех Айдан, и пошел к часовне. Часовня ничем не выделялась. Местами побитые витражные стекла, массивные колонны и большие двери. Создавалось такое впечатление, что внутри никого нет. Но, глядя на настороженное состояние Савиры, никто не шумел. Каджитка прислушивалась. — Против вампиров лучше всего действует огонь, — проговорила она, и достала из-за спины что-то завернутое в черную ткань. — Там засада. Кивнув Стену, она отошла назад. Кунари без особых усилий выбил огромные дубовые двери, и на отряд Стражей сразу же уставилось около двадцати пар красных глаз. — Схватить нарушителей! — крикнул один из них, и кровососы накинулись на отряд. Савира дернула за черную ткань и в мгновение ока натянула тетиву золотого лука, на которой красовалась такая же золотая стрела. — Не так быстро! — твари зашипели и отступили. На мгновение команде показалось, что от этого лука исходит солнечный свет. — Кто у вас всем этим заправляет? — Мы тебе ничего не скажем, противный обед, — нагло оскалился один из вампиров, и получил солнечную стрелу прямо промеж глаз. Стрела взорвалась ослепительным светом, что испепелил всю нежить. — Очаровательно, неужели у нас появился новый борец с нежитью? Где же ты была, когда мы отбивали Редклиф? — Вновь начала нарываться Сурана. Айдан посмотрел на нее неодобрительным взглядом. Савира же ничего не сказала и пошла дальше, как будто бы Селана — пустое место, что, вообще-то, разозлило эльфийку и позабавило Морриган. — Знакомым смрадом отсюда несет, — пробормотала она. — Неужели какой-то кровосос смылся… Ребят, разойдитесь и поищите тайные ходы, может еще чего интересного найдете. — Кто тебе дал право командовать? — недовольно вскрикнула магесса, и развернула каджитку к себе лицом. — Я дал ей право, — влез Айдан. Честно, его уже начало бесить такое поведение Сураны. — Да у этой кошары характер сквернейший. Я не собираюсь ей подчинятся! — Если я тебе не нравлюсь, застрелись — я не исправлюсь. Или я тебя на колбасу пущу, или выпей валерьяны. А еще лучше — попроси Винн сделать тебе успокоительный травяной чай, а то я за себя уже не ручаюсь. И вообще, лучше пойди и займись делом, — спокойно проговорила та. Отряд уже разошелся по помещению и искал что-то, что хоть как-то отдаленно напоминало тайный ход. Краем уха они слушали перепалку этих двоих. — Да как ты смеешь, демон, указывать мне, что делать?! Я никогда не поверю, что ты из другого мира и что ты пришла сюда с благими намерениями, — конечно, Довакин была терпеливой, даже очень, но любому терпению приходит конец, как и сейчас. Закрепив лук на спине, она резко повернулась корпусом к Суране и, схватив ее за ворот мантии, приподняла над землей: — Знай свое место, йор. Я сражалась с драконами, предотвратила конец света трижды, я пережила страшную войну и была рабыней у эльфов! И ты еще смеешь судить меня за то, что я не похожа на вас?! Если бы я хотела вас всех убить то убила бы сразу же, мне не составит это труда. Думаешь, я показала вам всю свою силу? О-о-о-о, уверяю тебя, ты даже четверти моей силы не видела! А теперь — будь добра, закрой свою пасть, и оставь меня в покое, джор мей! — отбросив Сурану на пару метров, предварительно рассчитав силы, чтоб не пришибить надоедливую остроухую, пошла дальше осматривать помещение. — У котенка есть клыки, — нараспев проговорила Морриган. — Неожиданно… — У каждого есть предел терпения, Алистер, а теперь, если ты уже убедилась в том, что к Савире лучше не лезть, то приступай за работу, — проговорил Дарриан, смотря на эльфийку. Самолюбие той было очень сильно задето. Савира, тем временем, осматривала стены, и, толкнув одну из них, неуклюже повалилась на пол, лишившись опоры. На шум сошлись все остальные, и увидели перепуганного мужчину, который сидел на полу. «Судя по одеянию — здешний церковник, но не вампир, значит, он не местный. Раз не местный, то это может быть только один известный мне церковник» — построила логическую цепочку каджитка. — Я так полагаю, ты — брат Фердинанд Дженитиви? — скорее утверждая, чем спрашивая, проговорила Довакин. — Да…, а вы кто? .. — увидев каджитку, он дёрнулся и застонал: - ох, моя нога, кажется, сломана. Сави кивнула Винн, и та, подойдя к Дженетиви, начала творить заклинание исцеления. — У меня два вопроса. Первый: что здесь происходит? Второй: как вы выжили? — вполне спокойный голос Айдана прервал напряженную тишину. Савира посмотрела по сторонам, и подошла к нескольким столам, на которых красовались довольно-таки большие книги. При этом она прислушивалась к разговору. — Вся деревня — это сектанты, поклоняющиеся дракону и какому-то пророчеству тирании солнца, — Савира икнула, услышав знакомое словосочетание, и воочию уставилась на Дженетиви. — Дракон живет на вершине самой высокой горы, а пророчество постоянно вещает их пророк. Свои мессы они проводят в пещере, расположенной за церковью, туда ведет подземный ход. Я знаю, где Урна. Она находится в разрушенном храме. Этот храм стоит на другой стороне горы. Как туда добраться — не имею представления, — как на духу выдал он. Савира задумалась. «Если они так сильно верят в пророчество, то каким боком смогли сюда впихнуть дракона и Андрасте?». — Где вход в пещеру, знаешь? — спросил Айдан. — Да. Нужно подвинуть статую Андрасте, стоящую на алтаре, и проход откроется. — Понятно. Вы остаетесь здесь, —, а заметив, как тот хочет возразить, добавил: — Со своей ногой далеко не уйдете. «Для меня странно лишь то, что он не вампир… Может быть, они его пожалели? Да ну, нет, бред какой-то. Значит, его оставили на десерт… Да, скорее всего, именно так они и сделали.» Если Сави и любила исследовать пещеры —, но только не те, где было не продохнуть от вампиров. Несколько раз попадались и демоны, с которыми в два счета справлялись маги. Мррес шла, насторожено оглядываясь. Противное чувство знакомой опасности засело в ней довольно глубоко. Эти вампиры, что появились в этом мире, уже были феноменом. Теперь нужно было разобраться, как они сюда попали. Есть, конечно, предположение, что так же, как и Савира, с помощью артефакта. Это была самая правдоподобная и самая реальная из всех возможных версий. Узкие коридоры пещеры понемногу стали расширятся, и воровка недовольно поморщилась. — Хвостом засаду чую, — проговорила она, чуть ли не шипя. Остальные приготовились. Сави двинулась дальше, осторожно ступая. Её шаги никто не слышал. Зевран и Лилианна тоже ступали бесшумно. Шла тройка впереди всей группы, вслушиваясь в посторонние звуки. Псов оставили у входа в пещеру, на всякий случай. Когда они вышли в довольно просторную часть пещеры, Савире сразу пришлось защищаться. — Мул Ква Див!!! — Прикрывшись появившимися крыльями, каджитка смогла противостоять мощному заклинанию, которое предназначалось именно для Довакина. Расправив крылья, Савира увидела отряд высших вампиров, которые очень напоминали собой превращение лорда Харкона. «Мне кажется, что все очень плохо». Повернув голову к ошарашенным членам отряда, она проговорила: — Была рада познакомится с вами. А теперь вам предается искать другой путь к Урне, - и, прежде чем хоть кто-то успел возразить, она крикнула заветное «Фус», и членов отряда отбросило в начало прохода, а потом и завалило вход в пещерный зал. — Оооо… Предатель решил сразится? — уродливое лицо одного из вампиров-лордов, или как называли их сородичи — стражи смерти, озарила жуткая ухмылка, от которой кровь стыла в жилах. Савира нервно сжала кулак. Пусть она и была храброй, но от такого ее пробивала мелкая дрожь. — Некогда наша сестра, теперь же смертная — враг! — Я и не знала, что вы такие обидчивые. Но питаться кровью мне как-то не слишком нравилось, — прорычала Савира, дернув огромным драконьим хвостом, при этом сбив пару сталагмитов. — Я больше не вампир. — Значит теперь ты - еда! — крикнул он, и твари ринулись в атаку. Савира еле успевала уворачиваться. Удары сыпались на нее со всех сторон. Она пыталась отбиваться. Глаза ее приобрели вертикальные зрачки и покраснели, клыки и когти немного отросли. Схватив за лапу одного из вампиров, она в упор применила крик Огненного дыхания. Но и этого не хватило, чтобы тварь сдохла. Визжа от боли, вампир отступил, давая возможность своим собратьям разорвать на части каджитку. Их было всего пятеро. Но и этого было достаточно для Мррес. Сотворив еще одно огненное заклинание, из-за которого вампиры отступили, Савира взмахнула своими громоздкими крыльями, и поднялась под потолок зала. Достав из-за спины лук Ау-Риэля, она в мгновение ока натянула тетиву с солнечной стрелой, и выстрелила в первого претендента на роль трупа. Она попала твари точно между глаз. Стрела взорвалась ослепительным светом, что окончательно уничтожил первую тварь. Готовя вторую стрелу, она не заметила, как у нее за спиной появился кровосос и выбил из ее рук лук. Точным ударом под дых он отправил каджитку в полет по огромному залу. Врезавшись в стену, она чуть не потеряла сознание, но гнев, переполняющий ее, не дал ей этого сделать. — Йол Тор Шуль!!! — Огонь, сорвавшийся с ее уст, вновь окатил вампиров, принимая их в свои смертоносные объятия. Но и опять этого не хватило на то, чтобы уничтожить этих тварей. Поток горячего воздуха поднял с пола пепел, что застелил собой все пространство. Пепел летел, тенью закрывая глаза. Седая грива каджитки понемногу начала чернеть, но не от пепла, а от воспоминаний. Она тогда еще была совсем глупа. И, после того, как помогла Серане вернуться домой, приняла предложение Харкона. Она стала вампиром. Она предала Стражей Рассвета. Она помогала Харкону с пророчеством. И самое худшее в этом - то, что не давало каджитке уснуть долгое время, преследовало в кошмарах… Она питалась кровью живых существ… Она предала саму жизнь, приняв сторону нежити. Ярость, гнев, отчаяние, злость, ненависть… Вот какие эмоции вызывали у нее эти воспоминания. Понемногу серая шерсть каджитки полностью окрасилась в черный. Оттолкнувшись от стены, она полетела навстречу врагу. Вампиры приняли облик летучий мышей, разлетевшись по всему залу. Савире это надоело окончательно. Она применила очень мощное заклинание школы разрушения, потратив большую часть своего и без того небольшого запаса манны…

Вершина горы разразилась драконьим ревем. Вампиры пытались справится с огромным драконом. Красные чешуйки отблескивали на солнце, острые клыки рвали врагов на части, красные глаза — сверкали праведным гневом. Еще один пронзительный рев, от которого содрогнулись горы, настиг отряд серых Стражей. Айдан, не медля ни секунды, направился на выручку благородному созданию. За ним последовали и остальные из отряда. — Довакин! Зу хон ту`ум! — выкрикнул дракон, и стал еще более яростнее отбиваться от нападающих, стараясь не задеть неожиданных союзников. На кровососов обрушился разрушительный огненный поток, который сметал всех на своем пути. Отряд серых Стражей еле успел уйти от линии огня. Дракон же, почувствовав свободу, расправил огромные крылья, и над горами прошел еще один оглушительный рев. — Довакин! Зу хон руу ту`ум!!! - и, вновь взмахнув крыльями, он взлетел, оставляя на земле вампиров, что превратились в пепел, и пораженных Стражей…

Сделав очередной выпад, Савира резко почувствовала то, как ее тело перестает слушаться. Она так и застыла на месте, не в силах шевельнутся. Было такое ощущение, что ее сковали невидимыми цепями. — Ха-ха-ха… — зловещий смех заполнил пространство, и заставил каджитку вздрогнуть. — Вот и ты, заблудшее дитя… — Притворно-лилейным голосом проговорил вошедший. — Кто бы мог подумать, что ты выживешь… — прорычала она, и скривилась от боли, что пронзила бок. Горячая кровь вырвалась наружу. А пришедший гость только облизнулся. — Твоя кровь послужит мне деликатесом. Я помню, какая она сладкая на вкус… — прошипел он, вспоминая… В одно мгновение он приблизился к каджитке. — Но пока ты в этой броне, я не смогу насладится вкусом твоей жизни, дракон. — хрипловатый голос эхом раздавался по залу. Два выживших стража смерти стояли чуть в стороне, не рискуя близко подходить к новому гостю. Вокруг были дымящиеся ямы, которые образовались после взрывов. Пепел до сих пор летал в воздухе, не желая оседать на пол. Он нес память об этой битве, о том, как Савира расправлялась с нежитью, сражаясь за свою жизнь и жизни своих друзей. — Тебе это не светит, Харкон, — прошипела она, буквально выплюнув это имя. Лорд вампиров занес руку для создания ледяного копья, которое должно было пронзить каджитку. Но тут зал разразился еще одним из криков кошки. Это заставило немного отступить вампира и насторожило его, Савира лишь ехидно улыбнулась, предвкушая сладкий вкус победы. Над горами прошел еще один оглушительный рев. Он достиг и пещерного зала, стены которого сотряслись от силы драконьего ту`ума…