И в Мор кошки Серые...

Огромный дракон с безумными глазами вновь издал клич. Тысячи порождений тьмы взревели, приветствуя своего хозяина. Единственное, что Савира чувствовала на тот момент — это боль. Боль, что раздирает ее на части. Боль, от которой хочется выть в бессилии… И огромный дракон, что обратил свой взор на каджитку, начал призывать ее, манить непонятным, сладким зовом… Еще чуть-чуть, еще совсем немного — и он заберет ее к себе. Но новая вспышка боли и рев совершенно другого дракона не дают ей поддаться тьме. — Довакин! Не поддавайся тьме!!! Мррес резко села на своей кровати. В голове тысяча мыслей, а наяву сопящий под боком Маркурио, которого не разбудило внезапное пробуждение каджитки. Маг спал настолько спокойно, насколько можно было себе позволить в поместье эрла Эамона, что находилось в Денериме. Безмятежное лицо обрамляли русые волосы, а руки пытались нашарить каджитку на кровати. Однако так и не найдя искомого, архимаг Скайрима начал просыпаться, от чего Сави впихнула ему подушку. Парень что-то пробурчал и сладко засопел, уткнувшись носом в ткань наволочки. Воровка же, встав с кровати, начала собираться так тихо, как это может делать самый искусный вор. «Нужно развеяться…» — подумалось ей, и кошка скрылась в темноте ночи, выскочив в открытое окно. Ночь в Денериме была спокойной и холодной. Но не такой холодной, как в Скайриме. Не было того переливистого сияния, которое можно было наблюдать практически каждую ночь. Не было тех светлячков, что украшали города во время ночи. В такие моменты Савира начинает скучать по Рифтену. Пусть кто-то и скажет, что это дряхлый город, увязший в грязи криминала — Мррес было плевать на мнение других, ей была важна лишь Гильдия Воров и ее благополучие. А остальное могло и подождать. В тени домов практически невозможно было заметить каджитку, которой только этого и нужно было. Никакой маскировки, нужно было немного расслабиться, успокоиться. Последнее время, если уж не кошмар — то какой-то вещий сон снился. Кровь как будто бы кипела в жилах, однако жара у воровки не было. Вечная усталость, что аукается раздражительностью и злостью, иногда на ровном месте. Нет возможности выспаться. А дракон внутри словно взбунтовался, норовя вырваться из оков смертного тела. Возможно, это реакция драконий крови на скверну, и каджитке придется всю оставшуюся жизнь прожить в таком состоянии, и такая перспектива ее не устраивала. Настолько сильно задумавшись, Довакин чуть не наткнулась на патруль стражников. Вовремя скрывшись в тени проулка, воровка дождалась когда патруль пройдет, и пошла дальше. В голове всплыла песня барда, что часто играл в таверне «Пчела и жало». Тихонько напевая себе под нос эту песенку, она пошла в сторону квартала, где, по логике вещей, должны были жить богачи. «Уже пару месяцев без дела… Непорядок, так я все свои навыки растеряю.» Подойдя к двухэтажному дому, который очень отдаленно напоминал Высокий Шпиль в Солитьюде, Мррес без труда взобралась по довольно глубоким выступам камней к окну на втором этаже. Внутри было темно, и вот вновь послышались голоса патруля стражников, что пошел по второму кругу. Тихо ругнувшись, кошка постаралась слиться со стенкой — благо стража не смотрела наверх. «Спасибо, Ноктюрнал» — и соловей, тихонечко открыв незапертое окно, пробралась внутрь дома. Внутри, как ни странно, была богатая обстановка. Массивные шторы колыхались на сквозняке, пушистые ковры, что в это время считается роскошью. На письменном столе были куча бумаг и несколько мешочков с монетами. — Тадам, тадам, тада-да-да-дам… удача при мне… — тихо напевала себе под нос каджитка. В мешочках оказались золотые монеты. По двадцать на один мешочек. Неплохой куш. Чисто из интереса посмотрела на бумаги… И присвистнула… — Ууу… Неплохая рыбка мне попалась. Работорговцы. Ну их и обворовать не грех, — хмыкнула Савира и засунула все себе в сумку. И, подойдя к двери, остановилась, настороженно прислушиваясь. — Отпустите! — недовольный, испуганный и смутно знакомый голос. Мррес начала оглядываться и, плюнув на все, скрылась на потолочных балках (излюбленное место). Дверь со скрипом открылась, и в комнату буквально швырнули какого-то эльфа, который действительно был знаком каджитке, однако она никак на могла вспомнить его имени. Следом вошел спокойной походкой человек в каких-то одеяниях. На губах похотливая улыбка, а глаза источают презрение к бедному эльфу. — Ты никуда не уйдешь, — чеканя каждое слово, проговорил мужик. — За тебя заплатили очень приличную сумму, но никто не говорил, в каком состоянии ты должен быть, — продолжал ухмыляться он. Савира не поняла, о чем он говорит, и понимать не собиралась, поэтому через секунду мужик валялся с кинжалом в горле, а Мррес зажимала рот перепуганному мальчишке. — Тише, тише… Все хорошо… — успокаивающим, немного мурлыкающим голосом шептала она. И, как ни странно, это подействовало. Эльф начал понемногу успокаиваться. Наконец, почувствовав свободу, парень посмотрел на свою спасительницу и благодарно улыбнулся. — Это ты, Савира Мррес?! Не может быть! — восторженно проговорил он. — Ходят слухи, что все Серые Стражи — предатели и убийцы короля. Как Дарриан? — Не верь слухам, особенно - тем, что распространяет Логейн. А с Даррианом все нормально. Вполне себе так бодрячком держится, — хмыкнула она. — Слушай, Сорис, чего от тебя этот гад хотел? — Ясное дело, «позабавиться», — создал воздушные кавычки он. — Меня как бы продали, — чуть ли не прошипел он. Савира хмыкнула и вновь перелистала все купчие на рабов, и найдя нужную, щелчком пальцев создала огонек, который сжег бумаги. — Теперь считай, что уже назад вернули. А остальное пойдет компроматом на Логейна, — тут из-за двери послышался обеспокоенный голос охранника. Мррес задвинула парня себе за спину и достала метательные ножички. Дверь с грохотом ударилась о стену —, а первый стражник уже валялся с кинжалом в горле. Второй смог подобраться непозволительно близко, но был убит точным ударом драконьего клинка. А третий только собирался бить тревогу по поместью — как превратился в статую из льда, а потом был разбит неизвестной силой. Мррес удивленно моргнула и посмотрела в окно: там, довольно пафосно рассевшись на подоконнике и играя кинжалом, был Маркурио. И не скажешь, что он, не обнаружив возле себя каджитки, запаниковал и оббегал пол города, пока не додумался применить заклинание поиска — вещь, принадлежавшая Сави, у него была. На лице недовольная гримаса, и каджитка уже представила предстоящий ей разнос… — Какого даэдра ты ушла на дело без меня? — недовольно спросил парень. — Ты так сладко спал, что я не смогла тебя разбудить. Ты такой милашка. — Ты что, издеваешься надо мной, женщина? — Есть немного. Маг хмыкнул, но ничего не сказал, так как с ее характером был вполне знаком. Подойдя к столу, он увидел пару незамеченных Савирой бумаг и, прочитав их, хмыкнул: — Везет тебе на работорговцев. Признайся, ты специально их выслеживала? — Я просто хотела обчистить поместье. Подумаешь, нарвалась на работорговцев — с кем не бывает, — пожала плечами она. Марк хмыкнул. Уж он-то знает, что когда Мррес хочет сделать что-то «просто так» — это обязательно вытечет во то-то крупномасштабное и серьезное. Сорис стоял немного в стороне и старался не вмешиваться в этот разговор. Однако Сави быстро переключила на него свое внимание: — Так что там в Эльфинаже творится? — спросила она, вытирая метательный ножик от крови и возвращая его обратно в ножны. — Примерно неделю тому назад в город приехали какие-то «целители». Они говорили про какую-то вспышку чумы, которая поражает эльфов. Эльфинаж закрыли, и там начали хозяйничать эти личности. Каждый раз они забирают в одно здание несколько эльфов, и никто из этих бедняг не возвращается, — как на духу выдал эльф. — Это потом, когда и меня загребли, я узнал, что это работорговцы и они отбирают товар. Старейшина Валендриан тоже у них. — Старичок в опасности? Тогда мы идем к вам, — оскалилась Савира, потирая ручки в предчувствии великой драки и не плохого куша. Посмотрев на вход в комнату, кошка, не дожидаясь парней, направилась к окну и, с присущей ей кошачьей грацией, перепрыгнула на соседнюю крышу. Повернулась и взглядом показала парням, что, мол, так безопасней. Марк помог перебраться на соседнюю крышу эльфу, а дальше дело пошло уже более активно. Сорису даже понравилось то ощущение, когда ты перепрыгивешь с одной крыши на другую, тебя обдувает ветер, а тело наполняет чувство полета. «Давненько по крышам не бегали. Разве что в Рифтен, или в Виндхельме, иногда в Солитьюде… Эх, ностальгия!» — промелькнула мысль у каджитки во время очередного «перелета». В принципе, ничего сложного в этом не было. Промежутки между домами были максимум два с половиной метра, так что с разгона можно было перепрыгнуть. Внезапно остановившись посреди крыши, каджитка осмотрелась. Осталось пробежать пару зданий и перелезть через стену. Благо, это было не так сложно. Промежутки между домами стали еще короче, поэтому перепрыгнуть это расстояние не составило никакого труда. А сама стена была обшарпанной, с множеством выступов и углублений, так что даже нетренированный человек или эльф вполне мог взобраться на нее. Эльфийское гетто так и не изменилось с последнего визита каджитки сюда. Все те же бедные дома, на которых была обшарпанная штукатурка, все то же огромное дерево, которых каджитка никогда до этого не видела. Сразу видно: в Валенвуде не была ни разу. Улочки были грязными, тропинки не были умощены камнем. Лужи и им подобные сомнительные радости украшали дороги, время от времени пробегали кошки или собаки. Однако Мррес привлек дом в самом дальнем углу улочки. На вид довольно неприметное здание, такое же, как и все остальные, однако наличие двух охранников возле двери говорило, что в этом доме что-то есть. Воровской азарт, наконец, пробудился от долгого сна, и каджитка, не дожидаясь своих спутников, пробежалась по крышам к тому зданию. Ухватившись одной рукой за край одной из них, она повисла на ней прямо напротив окна на втором этаже. На всякий случай устранив охранников у двери, она забралась в дом через окно. Внутри была о-о-очень скудная обстановка. Хотя, конечно, два стула и клетку со спящими в ней эльфами обстановкой назвать язык не поворачивается. Грязные, облезлые стены были вымазаны в чем-то, скудно напоминающем кровь. В углу на одном из стульев храпел какой-то человек. Ликвидировать тихо не составило труда. Он даже не успел проснуться. Потом, так же бесшумно, она открыла клетку с эльфами и разбудила одного из них. — Разбуди остальных, и примерно через пять минут уходите отсюда, я расчищу вам путь, — сказав это, кошка исчезла из поля зрения ошарашенного парня, который, отойдя от шока, начал будить остальных пленников. Савира же, выбравшись в коридор, сразу вступила в драку с каким-то громилой, который превосходил кошку в силе. Но это ее не слишком-то и волновало. С ее ловкостью и скоростью, она увернулась от взмаха огромного меча и скрытым клинком, которым практически никогда не пользовалась, проткнула ему горло. Мужик осел на пол, захлебываясь собственной кровью. Тонкое лезвие клинка вновь скрылось в рукаве, а кошка, брезгливо обойдя труп, пошла дальше по коридору. — О! А вот и ты! — раздался голос Маркурио, от чего каджитка дернулась — уж слишком неожиданно это получилось. Осмотрев мага, она не нашла взглядом Сориса и приподняла бровь. — Не волнуйся, он выводит эльфов которых мы нашли. — Ясно. Скоро со второго этажа спустятся эльфы которых нашла я. Ты весь путь расчистил? — архимаг кивнул: — Мы с Сорисом заметили здание на заднем дворе — туда как раз увели несколько эльфов, прямо у нас на глазах, — Сави кивнула, и Марк повел ее в том направлении в котором был вход. Во время их короткого пути каджитка часто воровато оглядывалась и брала все, что могло иметь хоть какую-то ценность. Это, в основном, были кошельки с монетами, была еще пара ожерелий, они лежали на столе в большой комнате, где было два выхода. Двое пошли на второй, который, по логике вещей, должен был вести на задний двор. Так оно и было. Задний дворик представлял собой грязную улочку, в котором на нескольких балках, над навесом, спали куры. В стороне пищали мыши, и в такт с ними мяукали коты. А тех уже поддерживали собаки. Прохладный ночной ветерок забрался за воротник брони воровки, от чего та поежилась, но не подала виду. Пройдя чуть дальше, они вошли во второе здание, что находилось там. Это здание состояло, в основном, из длинных коридоров, время от времени попадались двери, что вели в маленькие комнатки, в которых находились эти самые работорговцы. Марк слишком сильно наглел, не давая Савире размяться и расправляясь с врагами в одиночку. Это начало выводить ее из себя, но она мужественно все терпела. Но когда им попалась запертая дверь, настал звездный час Мррес, ведь Марк не мог ее бесшумно выломать. Ловко орудуя отмычкой, она справилась с замком меньше, чем за десять секунд. Злорадно посмотрев на насупившегося мага, Сави открыла дверь и вышла на улицу. — Что это такое? Нам говорили, что следующая партия будет через пару дней… Подождите… Вы не тевинтерцы! Кто вы такие?! — чуть ли не рыча, спросил мужик, который обнаружился с прилично вооруженной компанией. Мррес дернула ушами под капюшоном и, ухмыльнувшись, сняла его. — А ты кем будешь? — оскалилась она. Мужчина в страхе отступил, впрочем, как и его сообщники. — Андрасте милостивая! Что это?! — каджитка даже немного обиделась. — Лучше бы демоном, как и раньше, называли. А то «это» как-то обидно звучит, — буркнула каджитка под звук падающего тела тевинтерца. Все же в последние время она предпочитала именно метательные кинжалы, а не ближний бой. С остальными Марк не церемонился, и сразу же превратил их в ледяные статуи, а потом разбил их. Когда с этими придурками было покончено — оба пошли к двери, что вела в еще одно здание, по соседству. И, как ни странно, дверь была незаперта. Толкнув ее, каджитка первой вошла внутрь, хотя бы накинув капюшон. — Что это значит? Нам говорили, что власти не станут вмешиваться! — встала из-за стола эльфийка, довольно высокая для их расы. Голос у нее был грубым и неприятным, от чего кошка поморщилась, уж слишком сильно он резал по ушам. За спиной у нее был внушительных размеров лук. А рядом находилась кучка головорезов, которых Савира щелкает как орешки, а с Маркурио — и подавно. — Оу, как грубо. Однако ты ошиблась, я не имею отношения к вашим властям, — Мррес сложила руки на груди и с вызовом посмотрела на эльфийку. В тени капюшона лица воровки не было видно. — Тебе, знаешь ли, придется об этом пожалеть. Хочешь верь, хочешь не верь, но мы получили разрешение вести тут свое дело, — проговорила лучница, коварно ухмыльнувшись, а головорезы возле нее начали хвататься за оружие, однако незваные гости никак не показывали своего напряжения. Его у них попросту не было. - Вы, ферелденцы, много толкуете о том, какая отвратительная штука — рабство. Но разве неудивительно, что эти высокие идеалы так легко низвергает звон монет, — продолжала свою речь работорговка. — Хех, я позабочусь о том, чтобы ваша лавочка закрылась раз и навсегда, — хмыкнула Савира, начиная скалиться. — А я позабочусь о том, чтобы вы расплатились за весь нанесенный ущерб кровью!!! — И головорезы ринулись в бой. Однако до каджитки им не удалось добраться. — Фус Ро Да!!! — и этим все сказано… «Может, стоит вести себя немного тише? А то это как-то уже слишком…» — Отозвалась логика в голове у кошки. — Йол Тор Шуль!!! — головорезы в другой части комнаты загорелась и уже через пару секунд превратились в обугленные тела. «Зато красиво же! Как их размазало по стенке-то!» — отозвался мозг и начал выдавать кучу вариаций следующих сражений. «Заткнитесь и не мешайте ей!» — теперь отозвался разум. С остальными головорезами справился и Марк. «Так… Мне здесь делать нечего…» — махал платочком где-то из лодочки здравый смысл. — Я схожу с ума, — прошептала, когда все закончилось, Мррес, применяя всем известный жест рука-лицо. Благо, Марк этого не заметил и продолжал осматривать помещение на наличие ценных предметов. «Это неудивительно» — прозвучал в многострадальной довакиновой голове голос Шео. «Катись к Мерунесу Дагону!» — сразу отозвалась каджитка. «Он меня с кризиса Обливиона на дух не переносит!» — вновь раздался довольно веселый голос даэдра безумия. «Вот и обрадуй его своим присутствием! А от меня отвали!» На время в голове у каджитки вроде бы все успокоилось. И сразу стало понятно, что шутку Шео каджитка не оценила. За дверью был коридор, в конце которого была еще одна комната. И еще одна партия наемников-недоучек пала от руки каджитки. Архимаг не церемонился с ними и сразу же применил огненный вихрь. Странно, как еще стены от всего этого огня не загорелись… Ну и потом длинный коридор, за которым находился главный, что затеял все это безобразие. И еще около десятка телохранителей. В клетках находились измученные и изнеможенные эльфы, которые безразличным взглядом смотрели на своих поработителей. Маркурио наложил на Мррес маскировку, чтобы она не напугала остроухих своим видом. Мррес вошла в эту комнату и облокотилась об перила. До нижней части комнаты было примерно полтора метра. — Я Каладриус, а ты — я так понимаю, тот самый Серый Страж, о котором я так много слышал, — проговорил бородатый маг. И все бы хорошо, не будь он лысым. — Хм, так ты обо мне слышал? — приподняла бровь седоволосая эльфийка и сверкнула кошачьими глазами. — Ну конечно, я о тебе слышал. Ты и твой дружок перебили моих лучших бойцов, — ехидно ухмыльнулся он. — Если честно — то мне наплевать, кто ты. Сейчас я отправлю тебя к праотцам! — прорычала она, доставая кинжал. — Серый Страж, ты уверена, что хочешь поступить так безрассудно? Наверняка мы могли бы достичь какого-нибудь… компромисса? — Продолжим разговор после того, как я перебью твоих дружков, — вполне спокойным голосом проговорила она. — Жаль, похоже — придется уладить все другим путем, — скривился он. — Приношу свои извинения, — ехидно добавил маг. И, разрезав себе вену, пустил поток крови в каджитку, благо она успела увернуться. «Так это и есть те малефикары? Забавно!». Над ее головой просвистела стрела, отчего она пригнулась и пустила в щель между перилами метательный нож. Снизу послышался сдавленный крик и звук падающего тела. — О! — довольно воскликнула кошка, оставляя малефикара на Маркурио, а сама начала отстреливать наемников ножичками. Марку же повезло куда меньше. Пусть он и был лучшим в большинстве школ магии, однако с магией крови он никогда не сталкивался. Его ледяные стрелы разбивались об щит этого гада, а огнем он не рисковал пользоваться, боялся навредить пленникам. Момент - и, наконец, щит врага дал трещину. Секунда — и заклинания двух магов столкнулись. От Маркурио тянулась ледяная волна, а от тевинтерца — кровавая. Напряжение достигло своего пика. Но каким бы сильным ни был тевинтерский маг, он не смог устоять силе Архимага, и теперь его ледяная фигура украшала эту комнату. С остальными разобралась Савира. Не долго провозившись с замком от клетки, Мррес выпустила на свободу всех пленников. — Хм… Вы не похожи на тевинтерцев… — проговорил Валендриан и запнулся на полуслове, внимательно рассматривая эльфийку. — Савира? — Да, дедуля, это я. — Конечно, вы спасли нас, но что нам делать теперь? — Как что? Вы, вроде бы, уже свободны, или я что-то упустила? — приподняла бровь воровка. — И правда, не будем злоупотреблять такой удачей. Идемте, собратья, домой, — позвал он за собой эльфов. Маркурио осмотрел помещение и нашел договора работорговцев. — Ты молодец, Сави, — поцеловал ее в лоб маг. — Так-то оно так. Однако я подустала чутка. Идем обратно, — зевнула каджитка. И двое пошли к выходу. Довольно интересное приключение за эту ночь… И только они вышли для того, чтобы пойти обратно в поместье эрла, как к ним подошел храмовник. Маркурио тихо чертыхнулся и обновил маскировку на Савире. — Это вы те Серые Стражи, что освободили бедных эльфов из-под гнета тевинтерского малефикара? — прозвучал вопрос храмовника. У Мррес чутка задергался глаз, но она всеми силами пыталась не выдать этого. — Я Сер Отто, храмовник. — Э-э-э… — протянула она. Потом быстро взяв себя в руки спросила: - Да, это мы. А что здесь делает воин Церкви? Хотя, судя по тому, что там был малефикар — это не удивительно… — Будучи в Эльфинаже, я почуял, что здесь действует нечто зловещее, что именно — я не знаю, — «это начинает напоминать мои стандартные задания: пойти туда, не знаю куда, найти то, не знаю что» — недовольно подумала каджитка. — Мне пришлось запастись терпением, но некоторые эльфы поговорили со мной откровенно, и я узнал их печальные истории, однако я не нашел веского подтверждения своим страхам. Мои уши сделали все что могли, так как глазам моим видеть не суждено. Я надеялся, что вы послужите моими глазами и поможете мне разобраться во всем этом, — «сразу напрашивается вопрос: какая мне с этого дела будет выгода? Однако, я же вроде бы не такая мразь, так что помочь бедному человеку смогу.» — Хорошо, мы поможем, — проговорила каджитка, заметив, что уже светает. — Что именно нам нужно искать? — Не знаю, — видеть бы лицо Савиры на тот момент… Однако кошка совладала с собой и ничего не сказала. И только Маркурио тихо прыснул со смеху. — Но я верю, что что-нибудь найдется. Вы — юнцы способные. Надеюсь, вы найдете то, что я ищу. Храни вас Создатель, — на этом и порешили. Найти что-то в этом месте — не было трудным, однако каджитка все равно ворчала над тем, что ей таки и не дали доспать пары часиков. Марк же посмеивался с этого. Однако в открытую ничего сказать не рисковал. Подойдя к одному из зданий, каджитка заметно напряглась. В предрассветных сумерках на земле виднелась кровь, ничего бы удивительного — однако запах тухлых яиц заставлял поморщиться и не подходить слишком близко, а совсем рядом валялся труп бешеной собаки. Было впечатление, что бедного пса проткнули копьем. Однако труп так никто и не рискнул убрать. Риск заражения был слишком велик. — Сожги его, — попросила кошка, и Архимаг без колебаний сжег труп псины, чтобы тот не причинил никому вреда. В дом зайти пока не рисковали, так как оттуда веяло такой опасностью, что даже каджитке зайти было страшно. Поэтому пока решили просто вернуться к слепому храмовнику. — Вы что-нибудь нашли? — спросил Сер Отто. — Разве что лужа крови, что воняет тухлыми яйцами, и труп бродячей псины, которую мы сожгли, — проговорил Маркурио, так как Савира не имела желания ни с кем разговаривать. — Странно, в последние дни в Эльфинаже не было драк. Это значит, что кровь не свертывается, — пробормотал Храмовник, задумчиво чеша подбородок. — А насчет пса… Вы правильно поступили. Я слышал, что подобными болезнями можно заразится от трупов животных. Полагаю, кое-кто мог знать об этом. Одной странности я готов поверить, но две, да еще и в одном месте — это уже слишком. Отведите меня туда. — Да без проблем, — проговорила каджитка, подозрительно щурясь. Что-то в этом храмовнике ей не понравилось, но что именно — она так и не смогла объяснить. Возможно, это просто неприязнь к этим воинам, возможно — что-то другое. Но довести его до нужного места не составило труда. Однако, после того, как рыцарь церкви вошел внутрь, Савире и Марку ничего не оставалось делать, кроме как следовать за ним. — Да… Ощущение здесь особенно сильное… — проговорил Отто. «Ничего удивительного. Такое ощущение, что здесь побывали какие-то некроманты, но, так как таких здесь не водится, это может быть что-то другое» — подумалось Маркурио, он-то разбирался в таких странностях, в отличии от Савиры, которая предпочитала действовать наобум в таких ситуациях. — Не знаю, работа ли это малефикара, но здесь безусловно побывало зло, — проговорил он. — Идите вперед, а я за вами. «Что-то мне все меньше и меньше начинает это все нравиться… Сюда бы Айдана, ну или Дарриана с подмогой… Надеюсь, им не придется вытаскивать наши бездыханные тушки» — совсем невесело подумала каджитка. Но все же она пошла вперед. Как только они вышли за дверь — сразу же послышался детский смех, от которого пробирало до дрожи. «И это был сиротский приют?!» — пораженно подумал Марк, вновь ежась от жуткого смеха, который будто бы раздавался со всех сторон, но в тоже время был каким-то чуждым, потусторонним. Комнаты как будто бы были окутаны дымкой, от которой все казалось немного фиолетовым, темным и жутким. Войдя в комнату справа, каджитка застыла на месте. Вокруг был разгром. Мебель поломана или перевернута, на полу не засохшая кровь… Ничего не трогая, Мррес развернулась назад и пошла к двери, что была напротив. Войдя в эту комнату, каджитка ждала всего, однако не неожиданной вспышки молнии из детской игрушки. — Блять… — прошипела воровка, выровняв дыхание. Маркурио был с ней полностью согласен. Однако сер Отто никак не выдавал своего напряжения. «Сер Вельгельм, ты меня слышишь? Сер Вельгельм!»  — голос из неоткуда. Детский, потусторонний, от которого бросает в дрожь. И холодок пробирается к коже. Здесь витает сама смерть, и Довакинше это уже было понятно. «Сер Вельгельм, я падаю! Сер Вельгельм!» Когда они прошли чуть дальше — вновь послышался этот голосок. Мррес остановилась напротив еще одной двери и открыла ее. Выйдя в тот же самый коридор, только уже после завала, Савира начала опасливо осматриваться. — Призраки! — шепотом предупредил Марк. И действительно — призраки. Маленькие дети, погибшие от чего-то непонятного, разбежались в разные стороны от вошедших. — Здесь точно что-то не так, — пробормотала каджитка, проходя мимо дверей, что были немного шаткими, однако они были закрытыми, а отмычки ломались сразу же, как только касались замка. И только они отошли на пару метров от них — как шаткие двери невиданной силой были выбиты с петель, и на компанию набросились какие-то бешеные псины. Савира с перепугу их заморозила. И даже не криком, а заклинанием. Марк же разбил ледяные статуи. — Как эти псины пробрались сюда? — внутри этих комнат оказались обглоданные кости. И непонятно, чьи они. — Скорее всего, их кто-то привел, — констатировал факт храмовник. — Как будто бы сама не догадалась, — тихо пробурчала каджитка и пошла дальше. В следующей комнате оказался призрак женщины, с которой справился Маркурио с помощью заклинания очищения. Успокоившийся дух перешел в мир иной. Далее был еще один коридор, не такой уж и длинный, однако каджитке хотелось его пройти побыстрее, так как не засохшая кровь здесь ничего хорошего не предвещала. «Раз, два, три! Мери ты води!» — вновь послышался детский голос на входе в коридор. Но, так как здесь обитали призраки, это было неудивительно. Разве только то, что этот голос принадлежал маленькой девочке, от чего в душу пробирается холодок. «Три, четыре, пять! Водишь ты опять!» — и опять этот голосок, только теперь он срывался на детский плач. Савира вздохнула и открыла дверь. Сразу же ей пришлось отступить, так как с призраками она бороться не в силах. А храмовник и Марк подходили для этого лучше, чем кто-либо другой. Разобрались с кучкой духов — и им предстала последняя дверь. И вновь у них на глазах оказалось слишком много крови… Не было трупов, только не засохшая кровь. Все уже привыкли к этому запаху. И тут к каджитке пришло озарение. Те комнатки, в которых были псы — там было куча костей. Скорее всего, это кости тех детей и попечительниц, что были убиты здесь. Пройдя эту комнатку, воровка с огромным чувством опасности открыла последнюю дверь. На первый взгляд внутри никого не было. Поэтому небольшой отряд осторожно начал входить внутрь. «Черти даэдровы! Меня скоро начнет тошнить от всей этой крови!» — подумала глава Гильдии Воров. В этой комнате дымка была особенно сильной. А опасность витала в воздухе и была везде. Прислушавшись воровка поняла, что в комнате они не одни… — Уйдите, смертные, вам не место здесь!!! — раздался жуткий потусторонний голос, отчего отряд дернулся. Каджитка быстро пришла в себя и достала кинжалы. — Благословен Создатель и пророчица Его Андрасте! .. — начал молитву храмовник. Маг и воровка только приготовились к драке. — Твой создатель — ничто перед моей мощью!!! — «О! Так это и есть демон! Забавно!» — подумала каджитка, скалясь. В ее руке появился сгусток огня. Пусть она не так сильна в магии, как Маркурио, однако и она теперь может удивить парой фокусов. Чего только стоит потасовка в Морозных Горах, когда Морриган и Селана начали мотать и без того расшатанные мрресовы нервы? — Велю тебе, демон, явись!!! — вновь заговорил храмовник, властным голосом приказывая демону показать себя. «Ага, как же, так он тебя и послушает» — фыркнул в уме Архимаг. — Более не таись во тьме!!! «О как мы стихами-то заговорили. Интересный спектакль.» — Ты смеешь приказывать мне?! Поглядим, защитит ли тебя твой бесценный создатель, смертный червь!!! — проорал разозленный огненный демон, который появился из ниоткуда. Каджитка, с каким-то непонятным матом, потушила пламя в своей руке и создала ледяную стрелу. Впрочем, Марк вновь всех опередил: он заморозил тварь, а стрела каджитки разбила ее на кусочки. На этом все не закончилось: осколки растаяли и превратились в маленькие огоньки, которые вновь начали собираться во взрослого демона. И, что самое поганое, появилось еще с десяток демонов, только было такое ощущение, будто бы они были из пепла. «Черт побери!» — Хун Каль Зор!!! — прозвучал крик каджитки, который затерялся в звуках боя, и никто не обратил на него свое внимание. Савира еле успела увернуться от удара одного демона, и чуть не попала под удар второго. Однако вовремя появившийся Тсун спас ее от глупой смерти уже в который раз. Поскольку Тсун и сам являлся призраком — он смог легко справится с пепельными демонами, в то время как храмовник и маг разбирались с огненной тварью. Особые умения храмовников помогли Отто справиться с ним, и компания, пусть даже чутка раненая, смогла вздохнуть спокойно. — Мы победили… — проговорил храмовник, пытавшийся отдышаться. — Когда-то я считал себя могучим воином, но вы совершили то, что одному мне было не под силу, — вздохнул он. — Но все-таки, что-то здесь не так. Чую, здесь есть еще кое-что, совсем рядом, в соседнем доме, я чую его прям по ту сторону этой стены! Пойдем! — с энтузиазмом, чуть ли не проорал он и указал на заляпанную кровью стену. — Ну ты задрал, твою мать! — тихо прошипела Мррес под нервное хихиканье Маркурио. Ему уже начало казаться, что если не демоны убьют этого чудика — так это сделает Савира за них. В коридоре послышалось стоны и плач, и, опять же — потусторонние, которые не давали вздохнуть спокойно. А от количества крови, которая была здесь, уроженцам Нирна уже становилось тошно. За дверью в конце коридора были еще призраки, и на этот раз Савира решила не вмешиваться, так как пользы от нее не было никакой. Горло саднило от крика, поэтому вновь призвать Тсуна ей не удалось. Однако мужчины справились и без героя Совнгарда. Быстро разделались с призраками и пошли дальше. Я не хочу уходить… Пожалуйста…» — послышался женский голос, который уже не производил такого впечатления. Привыкли уже как бы… Им пришлось пробираться сквозь коридоры, которые были забиты с верху донизу призраками и демонами. Каджитка с матами, но тихим голосом использовала ту`ум. Пусть даже шепотом — однако своих свойств он не менял. Им ничего не оставалось делать, кроме как идти напролом. Это, конечно, умели все, однако это был самый опасный выход. Твари из пепла приносили гораздо больше проблем, чем обычные духи умерших, и отнимали много сил во время драки. Однако на отдых времени не было, и они упрямо продолжали идти вперед. Но в коридоре, перед последней дверью (или не последней), были одержимые… Вот теперь повеселится вышло даже у каджитки. Быстро и точно расправляясь с врагами своими кинжалами, она принесла больше пользы с материальными врагами, нежели с духами. И вот, они вошли в последнюю дверь… - Думаешь тебе ничто не грозит? — вновь раздался уж слишком «добрый» голос, от которого каджитка нахохлилась и оскалилась. А Архимаг вновь начал создавать заклинание, которое помогало бороться с такими тварями. Все-таки демоны были похожи на призраков. — Хотя Золотой Город пал, я видел Твой лик и Твой свет! Я твой! .. — не успел он договорить, как вновь послышался этот гадкий голос: — Прибереги свою занудную песнь для проповеди, храмовник! Ты убил моих сородичей! — Создатель велит тебе! Покажись! — «будь осторожным со своими желаниями…» — подумала Мррес, изображая жест рука-лицо. - Создатель? Нет никакого «создателя»! И Золотого Города нет!!! — «да ладно? Че, правда что ли?!» — саркастическая мысль посетила две головы. — А вот демоны — есть!!! — Я не внемлю твоему богохульству! — он отбил книгу, что летела в него, а воровка смотрела на это все с таким видом, будто бы это все ее никаким боком не касается, она просто мимо проходила. — Именем Андрасте и всех владык, что последовали за ней, я велю тебе предстать передо мной!!! — Бредящий дурак!!! — громогласно отозвался демон и вновь вылез из-под земли. На этот раз с ним было легче сражаться. Марк узнал его слабые места и быстро справился с этой огненной тварью. Храмовнику даже не пришлось обнажать оружие. — Блестяще, — похлопала в ладоши каджитка. — Просто прекрасно. — Сама-то ты что сделала, чтобы победить? — беззлобно огрызнулся маг. — А что — нужно было? — так же беззлобно ответила она. — Благодарю вас за помощь, — «Спасибо в карман не положишь» — вздохнула в уме каджитка, но так и ничего не сказала. — Вот вам награда за труды, — он протянул Марку кошелек с монетами. Там был один золотой и пара серебряных монет. И, вновь поблагодарив за работу, храмовник пошел к выходу. — Ну что? Идем обратно в поместье? — на этот раз они надеются, что, наконец-то, удачно доберутся до временного места их обитания…