Ты меня слышишь?

Минсок сидел за кулисами в комнате, специально отведенной для участников выступления, и читал последние новости рынка Германии в телефоне. На выступление в Пусан преподавательский совет решил отправить весь хор, но Минсоку уже тогда было все равно. Он сидел вдалеке от всех, на стульчике пустого ряда у стены, где с другого конца доносился громкий смех, разговоры и сухой хруст от чипс. Минсок даже не смог прочитать одного предложения, ещё и ещё раз перечитывая – впустую. Чувство одиночества заполняло его, перекрывало интерес дочитать и вообще думать о чем-либо другом. Он такой ненужный. Такой презираемый. Такой несчастный от этого. Минсоку совсем не с кем поделиться своей болью, когда так хочется. Он случайно вспоминает Кейли и так же случайно поднимает голову и ищет её глазами. Она разговаривает с другими девушками и над чем-то смеется. Будто ничего не произошло. Может, Минсок сам себе придумал тот день, когда они вышли против него почти всей группой? Может, ему приснились все эти унижения, из-за которых он не может спать по ночам? Минсоку снова больно. Всем было весело оставлять отметины у него на лице. Никто не сомневался, что он не обратится в полицию, и Минсок знал это. Он не сделал этого не потому, что любил своих одногруппников или боялся, он сам не знает, почему. В последнее время он склонен думать, что так откупается за свои прошлые грехи. Но это не избавляет его от боли, как душевной, так и физической. Его сломали, не убив. Минсок как бы стоит на середине между смертью и жизнью, не зная куда податься. Он просто неподвижно стоит на своем месте, предоставляя волю судьбе. Но не сейчас. Ему нестерпимо хочется почувствовать себя нужным. И ему очень страшно, когда он набирает текст сообщения... Кенсу соглашается пойти с Кейли в парк аттракционов вечером, когда она вернется в Сеул, и серьезно подбирает себе одежду к этому случаю, как вдруг слышит короткую мелодию прибывшего сообщения. «Привет. Как дела?» Кенсу задумчиво хмурит брови и закусывает нижнюю губу. Но имя отправителя, который не отвечал ему прежде, порождает в нём обиду и он бросает телефон с открытым сообщением на кровать, складывая разбросанную одежду в шкаф.

**

Кенсу с большим восторгом идет на второе свидание и, когда они встречаются с Кейли, то проводят вместе время дольше, чем в первый раз. Они прокатились на всем, что было в парке и попробовали поучаствовать в разных конкурсах, унеся с собой маленький приз с одного из них в виде статуэтки статуи свободы. Найдя свободную лавочку в парке поздно вечером, они присели и Кейли, заметив неподалеку кота, притащила его к себе на колени и начала с ним возиться. -Он такой милый, правда? Кот смотрел на Кенсу грозным сердитым взглядом, чем-то вдруг напомнив ему Минсока, когда они устроили драку у кампуса. Кенсу сделал жалкую улыбку и ответил: -Очень. Через час на улице стало тише, и толпа разошлась, оставив после себя мусор и обрывки лопнувших шариков. Кенсу откинул голову назад и попытался разглядеть звезды, но небо было непроглядным, с каким-то темно-бардовым оттенком. Кейли тоже устала и прикрыла глаза, подвинувшись ближе к нему. -Знаешь, когда-то я хотела уйти из нашей группы. -Почему? -Мне надоело. Кенсу знал, как это. С этим чувством он был знаком близко. Такое часто бывает, когда занимаешься каким-то делом долго, любимое оно или нет – есть период, когда надоедает и хочется все бросить. Поэтому он понимающе кивает. -У меня было так год назад. -Но я осталась, - приоткрыв глаза, продолжила она. – Я поняла, что хочу остаться. Ты во многом на это повлиял. Кенсу ничего не ответил. -Тогда ты мне только начал нравится и я благодарна за то, что ты таким способом помог мне удержаться в группе. Кенсу хмыкнул. -Это хорошо, что ты не ушла. -Наверное, - улыбнулась она. – И теперь я не знаю, хочу ли петь сейчас. -Конечно, это того стоит, - воодушевленно пытался уверить её Кенсу. – Не бросай, ты ведь можешь потом пожалеть об этом. -Я знала, что ты не хотел уходить, - вдруг сделала мрачный вывод Кейли. – Это слишком дорого для тебя. -Что? – сначала не сообразил Кенсу, после чего вдруг потускнел и посмотрел в сторону вниз. Кейли неодобрительно покачала головой. -Этот Мин все-таки довел тебя. -Что? С чего ты это взяла? -А как иначе? Он всегда тебя доставал, Кен. Он, можно сказать, заставил тебя уйти. Кенсу промолчал. В этом была лишь доля правды. -Мы все любили тебя в группе, - улыбнулась она. – Ты всегда можешь к нам вернуться, мы примем тебя. Кенсу серьезно задумался над этим. – Я подумаю, Кейл. -А за него, - махнув в сторону рукой, продолжила она. – Не волнуйся. Он получил по заслугам. Кенсу улыбнулся, задумавшись о прошлом высказывании одногруппницы, когда потом до него дошел смысл её других слов. Улыбка начала медленно сползать и Кенсу повернулся боком, чтобы посмотреть на Кейли. Та же смотрела на него прямо, улыбаясь кончиками губ. -Повтори, - сухо произнес Кенсу. – Что ты сказала? -Ты о чем? -Что значит «получил по заслугам»? Кенсу стало вдруг все понятно, но он хотел услышать это от неё. -Мы, - Кейли неожиданно заерзала на месте и забегала глазами, припоминая тот день, а потом обратилась к Кенсу. – Только обещай, что никому не расскажешь. Тот кивнул, внимательно слушая. -Через несколько дней, когда ты ушел, Минсока поставили на твое место, и мы с ребятами были очень возмущены. Мы сразу поняли, в чем тут дело. Он всегда тебе завидовал. Он ужасный человек. Я вообще не понимаю, как дружила с ним. Он ненавидел тебя, все время доставал и обзывал. Понятное дело, он был замешан в твоем уходе. Ты просто устал… -Кейли, что было в тот день? – перебил её Кенсу, напрягшись. Она вздохнула и продолжила. -Мы договорились отомстить ему за твой уход. Но не все были согласны, хотя пообещали молчать. Мы проследили за ним до моста и уже там избили. Кенсу прикрыл глаза, представляя какой ужас пришлось пережить Минсоку. Кенсу и самому вдруг стало больно. Кейли не отрывала от него взгляда. -Кен, он заслужил, пойми! Сколько всего он тебе сделал… -Это не важно, какого черта вы сделали это? – Кенсу начал собирать свой рюкзак, закидывая его на плечо. – Вы идиоты. Он ни в чем не виноват. -Как это? – Кейли схватила его за руку и стала держать, продолжая говорить громче. – Кен, но ведь он всегда… -Он ни в чем не виноват! – прокричал Кенсу, дергая рукой и вставая. Жалостливый вид Кейли его раздражал. – Я сам решил уйти. Боже, какие же вы идиоты! Кенсу закрыл лицо руками и тяжело вздохнул. -Прости, Кен… Кейли всхлипнула и начала шептать что-то ещё, но Кенсу уже не слышал. Он направился домой пешком, неторопливо проходя между лавочками. Он стал обдумывать все, что с ним и с Минсоком случилось за последнее время, и когда думал о втором, то каждый раз хмурился и сжимал кулаки. Он никак не ожидал от группы такого поступка. Не удивительно, что Минсок не отвечал ему и сторонился в стенах университета. Кенсу почувствовал себя очень стыдно, будто вся вина за происходящее была на его плечах, хотя в каком-то смысле все так и было. Но он ни за что бы ни пожелал такого Минсоку. Только не Минсоку… Он же на самом деле не злой. Да, они друг друга не любили, и иногда тот доставлял ему неудобства, но это не было чем-то серьезным для Кенсу. Минсок же ребенок в душе, который сам не понимал, что делает. «Но зачем нужно было так жестоко?» Кенсу никак не мог перестать думать об этом.

**

Эта вина словно повисла на Кенсу, свесив ноги. Казалось, она становилась все тяжелее с каждый днем. А когда Кенсу вспоминал о том, что не ответил тогда на входящий Мина, ему хотелось взвыть и зарыться головой в подушку. Кенсу слишком совестливый. Это его проблема или достоинство – нельзя сказать точно. Но очередной бессонной ночью, в тихих попытках прогнать мысли о своей подлой натуре и избавиться от чувства отвращения к самому себе, он решает искупить вину сполна перед Минсоком. И следующим утром он, как по старой привычке, на автомате доходит до знакомого кабинета, открывает дверь и некоторое время стоит на месте, привыкая к яркому освещению в помещении и давая возможность всем присутствующим на уроке музыки удивиться его появлению. Учитель прямо-таки вскакивает с места, спешно подбегает к Кенсу и, поправляя на носу очки, спрашивает: -Мой мальчик, зачем ты пришел? Кенсу медленно переводит свои большие умные глаза с него на своих бывших одногруппников и находит Минсока сразу же. В первом ряду. На его месте. Кенсу приятно удивляется и на секунду сомневается в своем решении, ведь, кажется, мечта этого парня все-таки сбылась, хоть ему и пришлось поплатиться за это. Но отступать уже было нельзя. -Я хочу вернуться, учитель. Глаза Минсока пристально следят за ним и расширяются после следующей фразы. -Разрешите мне, - просит Кенсу. Учитель явно колеблется, притоптывая носком ботинка о деревянный пол, затем он поворачивается и, заметив в лицах других одобрение или подобие того, к Кенсу он поворачивается с легкой улыбкой, кивая. Минсок случайно приоткрывает рот в недоумении, когда Кенсу ставит свой рюкзак у стены и проходит вглубь хора, намеренно не смотря на того. -Тебе придется встать в последний ряд, - сообщает учитель, возвращаясь на свое место. – Это как начать с нуля. Я говорит тебе, что ты всегда можешь вернуться, но это не значит, что ты снова будешь впереди. Прости, ты знаешь правила. Кенсу улыбается и кивает. Минсок слышит, как за спиной все радостно перешептываются и похлопывают Кенсу по плечу, как бы говоря ему «с возвращением». Сам же он смотрит бездушным пустым взглядом на одну точку, словно выпадая из реальности. Кенсу достается петь в редких случаях, его партии исполняются со всеми, тогда как Минсок поет в перерывах соло-партии, и он удивляется, потому что раньше никогда не слышал голос Минсока таким. И его голос такой тонкий, но не режущий, громкий, но не раздражающий. Кенсу смотрит на его профиль с аккуратным маленьким носиком, длинными ресницами и опущенными вниз уголками губ. Он кажется таким маленьким и беззащитным, совсем не похож на того драчуна, которого знал Кенсу. Ему и не предоставлялось возможности узнать его. Но репетиция заканчивается на удивление быстро и Минсок торопиться уйти, что Кенсу просто не может допустить. Быстрым шагом выходя за дверь, Кенсу выбегает в коридор следом, расталкивая людей на своем пути и стараясь не упустить Минсока из виду. Тот бежит вниз по лестнице, каким-то образом аккуратно проскакивая мимо людей, тогда как Кенсу неуклюже обходит каждого, извиняется и снова бежит. На улице уже проще. Минсок, кажется, снова идет на любимое место, хотя… Возможно, сейчас он теперь его избегает. Кенсу бежит на стоянку за своим мопедом и, быстро запихивая голову в шлем, заводится и, заметив его идущим по тротуару впереди, догоняет Минсока на дороге, останавливаясь в шаге впереди от него. Минсок только рефлекторно поворачивает голову, не узнает под шлемом одногруппника и идет дальше, но Кенсу следует по пятам. И пока Минсок не замечает подвоха, прикусывая в задумчивости нижнюю губу, тот заезжает на тротуар и перекрывает ему движение. Минсок резко очухивается и останавливается. Кенсу снимает шлем и встряхивает головой. -Тебя подвезти? -Ты серьезно? – слишком спокойно, как кажется Кенсу. -Почему нет? – произносит он уже неуверенно. Минсок фыркает и смотрит в сторону. -Ты реально рассчитываешь, что я соглашусь? Кенсу думает, что заслуживает этих фраз. Минсок обижен до глубины души и это видно по его нахмуренным бровям и искаженной линии губ. -Не подходи ко мне больше. Минсок обходит его и прибавляет шаг, и Кенсу не собирается догонять и настаивать.

**

Сложно подойти к такому Минсоку. Кенсу вообще не понимает, почему тогда сорвался с места, чтобы догнать его, ведь тогда ему было страшно даже смотреть на него, ни то что говорить с ним. Однако он понимает, почему тот на него так зол. Минсок позвонил ему в тот день первый раз в жизни. Это не могло быть случайным вызовом, он не мог просто спросить домашку или узнать как дела. Кенсу винит себя за то, что не ответил ему тогда и не узнал этого. Мин на самом деле сильно нуждался в его поддержке в тот день, когда все отвернулись, и он почувствовал себя по-настоящему одиноким. Сейчас он чувствует это даже острее, чем когда-либо, когда видит, как весело одногруппники болтают на перемене с Кенсу, как уделяет ему внимание, и шутят. Минсок чуть опускает голову и проходит в класс музыки. Если Кенсу хочет поглумиться над ним ещё больше, это все равно не должно его волновать. Его больше ничего не сломит. Но Кенсу считает наоборот. Он, сам того не замечая, слишком открыто смотрит на него во время репетиций, слишком беспокойно наблюдает за тем, когда тот отвечает на семинарах или выходит зачитывать свой доклад. Минсок заметил этот взгляд случайно, на долю секунды посмотрев на одногруппника. Его бросило в жар мгновенно, и он не уставал поправлять воротник рубашки, стоя у доски. Минсок не понимает, зачем Кенсу издеваться над ним и каждый день приходить на репетиции. Просто не понимает. Обида перекрывает его нормальное видение и трезвость мышления, заставляя его хмуриться каждый раз при упоминании имени одногруппника. А на следующий день он обнаруживает в своем шкафчике погром, явно не сотворенный им самим, и пропажу многих вещей, в том числе своих тетрадей. Кому они могли понадобиться – он не знал. Его охватила одновременно и ярость и обида. Сначала он начал быстро дышать, обгоняя вздохами пульс, потом рыться в шкафчике, в котором разве только что разбрасывал все от угла до угла, а потом не выдержал и от злости ударил кулаком по жестяной дверце. Все конспекты пропали по окончании семестра, когда преподаватели требуют наличие всех лекций на проверку. Минсок ошибался, когда думал, что его просто не переваривают.Его ненавидят. Он опускается вниз по стене и закрывает в бессилии лицо руками. Все пропало. Его отчислят. Ему снова больно. Слезы просятся выйти из глаз, но он сдерживается, позволяя себе только громко и прерывисто дышать - это ненадолго избавит его от нахлынувшей истерики. Потом он скитается по коридорам университета после последней пары, в надежде найти хоть какие-нибудь обрывки своих записей или зацепки следов своего вора. Он заходит в полупустую столовую. Это конец. Ему больше не хочется бороться за все это. И даже не понятно за то конкретно. Что он мог сделать такого, чтобы его так осуждали? Кенсу проходит мимо столовой, задержавшись в классе, и краем глаза замечает Минсока, уткнувшегося в свои руки на столе. Он подходит и бесшумно садится напротив него. Минсок медленно поднимает голову и, узнав его, снова ложится на стол. Кенсу слегка наклонил голову вбок, наблюдая за тем, но Минсок долго не выдержал и, приподнявшись, нормально устроился на стуле, скрестив руки на груди. -Чего? – устало спрашивает он. -Ты чего такой грустный? – спрашивает равнодушно Кенсу и облокачивается о стол. -Потерял все тетради, - хрипло произносит Минсок, не в настроении выяснять отношения или спорить с ним. Тот внимательно слушает, а потом долго и задумчиво смотрит на него, чего Минсок понять совсем не может и из-за чего закусывает нижнюю губу и смотрит в сторону. После этого Кенсу роется в своем рюкзаке и достает оттуда длинную потрепанную тетрадь, протягивая её Минсоку. -Что это? – удивляется Мин, перелистывая страницы. -Моя нотная тетрадь, - коротко отвечает тот. – Возьми. Минсок резко вскидывает голову. -Разве она тебе не нужна? Кенсу вяло пожимает плечами. -Все нормально, бери. -Я перепишу, так будет удобнее. За перемену что-нибудь начеркаю. Минсок благодарно кивает и достает новую пустую тетрадь из сумки. И пока он прорисовывает скрипичные ключи, Кенсу бесшумно сидит и наблюдает. -Что ещё ты потерял? Встретившись взглядом с ним, Минсок замирает и обреченно отвечает. -Все. А потом понимает, что не стоило этого говорить, потому что Кенсу сразу достает все свои тетради из рюкзака, раскладывая их на столе. -Возьми их пока, я буду писать в других на лекциях. Минсок сглатывает ком в горле, чувствуя, что сейчас расплачется как маленький ребенок. Кенсу замечает странное изменение в его лице и тут же настораживается, придвигаясь через стол ближе. -Ты чего, Мин? Тот отворачивается и сжимает губы. Он не помнит, чтобы кто-нибудь был так любезен с ним за последнее время. Ему кажется, что это шутка или подарок судьбы… Но каким же спасенным он себя сейчас чувствует. -Просто, - стараясь выговорить четче, говорит он. – Спасибо тебе. Кенсу улыбается и склоняет голову. -Это пустяк. -Нет, это не пустяк. Это для меня… -Многое значит? – заканчивает с надеждой Кенсу, рассматривая его своими большими глазами, и Минсок запинается следом: -Да. На самом деле было большим прорывом для Минсока то, что они потратили почти три часа на дописывании тетради в университетской столовой, когда Кенсу сам вызвался помочь дорисовать ему ноты. И пока Мин работал на правом листе, Кенсу занимался левым, так что возместить потерю Минсоку удалось вовремя, после чего он убрал все в свою сумку и молча поплелся за Кенсу, считая нужным ничего не спрашивать, а просто следовать за ним. -Подвезти? – устраиваясь на своем мопеде, Кенсу указывает рукой на место позади и, заметив, как Минсок жмется и сомневается, твердо говорит: - Садись. Мин так и делает. А потом с горечью понимает, что ему некуда деть мешающие руки, если только распахнуть их в стороны и ловить прохладный ветер, но Минсоку не хочется выглядеть идиотом. Кенсу поворачивает набок голову и хмурится. -Ну и? Минсок вопросительно смотрит на него и чуть отодвигает назад голову, от непривычки видеть одногруппника так близко и чувствовать запах его волос. Кенсу многозначительно вскидывает брови, взглядом указывая на свой пиджак, и укоризненно складывает губы. Но Мин либо не понимает, либо не хочет понимать его жест, тогда Кенсу решительно берет его кисти в свои руки и устраивает их на своей талии под единственной пуговичкой на темно-синем пиджаке. Минсоку приходится подвинуться к нему до невозможности близко, прилипая к его спине свое грудью, и он изламывает жалостливо брови, и поджимает губы. Шевелить руками он даже не думает, когда Кенсу заводит мотор и скрывается с места, сворачивая на главную дорогу и объезжая попутные машины. Минсок закрывает глаза, потому что ему непривычно и неловко осознавать то, что на них могут смотреть и оценивать чужие взгляды, но через пару минут все это улетучивается и он поднимает голову, рассматривая ночные огоньки города внизу, с дороги по которой они едут – ломанной, зигзагообразной и построенной на холму, он видит тот самый мост и темную площадку, словно пятно на этом портрете, являющимся на самом деле скоплением деревьев. Кенсу спрашивает, где его дом, зная это наперед, и прибавляет скорости, направляясь в указанном направлении. Недалеко от его дома он останавливается. Тихо кашлянув, он ожидает, когда Минсок встанет, и Мин поднимает голову, поправляет на спине рюкзак и, оставаясь на месте, протягивает Кенсу и его сумку. Тот молча принимает ее и поворачивается в пол оборота, слушая как Минсок шарит внутри рюкзака и шелестит бумагой, а потом достает немного денег и протягивает ему. -Зачем? – Кенсу опускает брови. -Спасибо, что подвез, - поясняет Минсок. Кенсу вздыхает и пускает дым в воздух, который вечером становится прохладнее, чем обычно. Минсок встает с места, быстрым движением убирая деньги в карман его пиджака. Кенсу даже ничего не заметил. -Ладно, я пойду, - поджимая губы, говорит Мин и Кенсу смотрит на него и кивает. – Спасибо ещё раз. -Пока. Кенсу опускает голову, когда слышит отдаляющиеся шаги, а потом провожает Минсока взглядом, пока он не заходит за дверь своего дома.

**

Кенсу кажется, что у него стало все налаживаться. Они каждый день встречаются с Минсоком в классе и приветливо улыбаются друг другу, а после идут домой вместе, по инициативе Кенсу, конечно же, который сам нагоняет его после пар и идет рядом. Минсок перекидывает рюкзак на одно плечо, сжимает его в одной руке, убирая вторую в карман брюк, и идет, наклонив голову и улыбаясь. -Как с конспектами? – интересуется Кенсу у него, а тот кивает и улыбается ещё шире. -Ещё немного и закончу. -Не могу понять, кто это мог сделать, - с горечью говорит Кенсу, вдалеке заметив знакомую фигуру и тут же напрягшись. -Что? – Минсок не расслышал, обернувшись к нему. Но Кенсу сосредоточенно смотрит вперед и уже не слышит ничего, когда Кейли с печальным выражением встречает его на парковой дорожке. Кенсу останавливается ненарочно, и они оба ничего не произносят, а Минсок с напряженным взглядом останавливается рядом. Сначала ему показалось, что Кейли ждет его, но на него она даже не смотрит и Минсока это удивляет. -Привет, - наконец говорит она, и Кенсу кивает. – Надо поговорить.