Сосед.

Понеслись тяжелые дни динамичной, плодотворной работы, которая была распланирована уже на несколько месяцев вперед. Практически все двадцать четыре часа в сутки айдолы проводили в тренировочных залах с наставниками и учителями. Им представили написанные песни, и четверых вокалистов в первые же дни потащили в студию звукозаписи, где те, бывало, спали в обнимку с наушниками и нотными листами. Менеджеры бегали по компании со скоростью ходящих колибри с множеством папок, из карманов пиджаков не прекращая трезвонили телефоны, а на руках, как тряпичные куклы, болтались измученные мемберы, которых они волочили из одной студии в другую. Никто не жаловался, понимая, что начало и должно быть таким, однако усталость, хроническое недосыпание и изнеможение давили на юношей, прикладывающих все силы к поставленным задачам. Но за счет этого парни, которые первую неделю ходили друг за дружком гуськом, сложив перед собой ручки и потупив взгляд теперь по-настоящему сблизились. На совместных танцевальных занятиях, когда неудержимый Чонин в полусмерти и поту падал на паркет, возле него моментально оказывался Кенсу с готовой бутылкой холодной воды, полотенцем и укоризненным взглядом. Когда усталый Исин садился в кресло и опускал лицо в ладони, рядом тут же подсаживался Минсок с его заражающей улыбкой и порцией его любимого орехового мороженого. Если Ифань и Тао начинали перепираться( а это случалось очень часто, к ним тут же подваливал Сухо, и собрав младшего в охапку, разнимал спорющих. Бывали моменты, когда абсолютно у каждого не было сил что-либо делать , ни у кого не было настроения и желания улыбаться и подбадривать других, и тогда в работу тут же вступала личная солнечная батарейка EXO – Лухан с вечным зарядом, который поглаживал друзей по голове и тихо что-то напевал, убаюкивая уставших. И если после долгой ночной поездки или примерок костюмов, все ковыляли к себе в комнаты и мертвыми мешками плюхались на диван, рыжик быстро забегал к каждому и накрывал младших одеялами. Иной раз он сам из-за этого не доходил до своей комнаты, и засыпал где-нибудь в кучке одежды ЧанЕля возле кровати, или на синтезаторе Чена, или зеленом пуфике Мина, и тогда его уже будил Чунмен, который, обычно возвращался позже всех. Парни вместе завтракали, уронив головы друг другу на плечи и поедая яичницу с рисом, напиваясь пятью стаканчиками кофе за один присест. Во вторник третьей недели, наутро, после долгих записей рэперов и репетиций к будущим концертам, ЧанЕля, чья партия была основная, буквально приволок к столу Бэкхен, и посадив соседа на стул, упал рядом, с хриплым шепотом: - Может, он и выглядит как высокий, худой жираф, но весит примерно так же. Чен, сидевший рядом заглянув в лицо спящего, хитро улыбнулся. - Бедный Пак Чан. Нам скоро ехать к стилистам – нужно его разбудить. - Хен. Хе-е-н. – Чонин потеребил парня за плечо, но тот только пробурчал что-то вроде: «Барбекю-суслики-подштанники…». Вздохнув, Бэкхен подтянул к себе тарелку с оладьями и, взяв одну палочками, повел у носа ЧанЕля, который привстал на месте, почуяв вкусный запах, но глаза так и не разлепил. - ЧанЕль, милый, скажи «А-а», - подражая голосу заботливой бабушки произнес Бэк, и ЧанЕль раскрыл рот, а получив порцию еды, довольно замычал. Все давились со смеху, наблюдая, как Бэк кормит сонного друга, который, кажется, был доволен такой перспективой. - Сехун-а, попробуй. – Сказал Лухан, подставив Сехуну тарелку с теплыми креветками. - Не хочу. – С набитым ртом пробубнил макнэ, отпивая кофе. - А булочки? - Нет. - Может, сапсо? Сехун не ответил и стрельнул взглядом в сторону Мина с немой мольбой в глазах: «Угомони его», однако тот лишь ехидно улыбнулся. Оба хена довольно быстро нашли общий язык друг с другом, и казалось бы, у Лухана есть новый друг, но нет, он, видимо, упорно решил мучить именно Сехуна и довести того до суицида или ожирения. Когда все поели, нужно было как-то будить ЧанЕля. Кенсу бил его по щекам, Ифань дал пару щелбанов, но тому хоть бы что – бормотал под нос какую-то чушь, да и только. Тогда Бэк сел рядом с соседом, и наклонившись, громко и быстро начал кричать: - ЧанЕль, ЧанЕль, f(x) здесь, они тебя зовут, говорят, хотят пригласить тебя на групповое свидание! Они, оказывается, тащатся от твоего голоса и вообще говорят, ты самый классный! Что-что, Эмбер? ЧанЕль тебе нравится?Сильно? - Что-о-о? Где?! Как? – черноволосый тут же подскочил, опрокинув стоящий рядом стаканчик с кофе и сонно хлопая ресницами. Взрыв хохота заполнил кухню, а Бэк, дав легкий подзатыльник проснувшемуся и показал на пролитый напиток. - Убери и одевайся – мы выезжаем через пятнадцать минут. ЧанЕль проводил его недовольным взглядом, бормоча под нос: «Доберусь я до тебя, морда мартышечья». Вообще, из всех парней эти двое, похоже, быстрее всех пошли на контакт, хотя и довольно своеобразный. Иногда ребят нужно было успокаивать от совместного неугомонного хохота, а иногда заставлять разойтись по разным углам, дабы они друг друга не покалечили. Невероятные вещи творились у них в комнате, которая, вне зависимости от того, касались ли ее везде прибирающие руки Исина была похожа на место катаклизма. - Ты убираешься по вторникам. - Нееет, только по пятницам. - По пятницам всегда Исин ко всем приходит! - Ну вот, я буду его подбодрять. Это не менее важно в уборке – моральная поддержка. - Ленивец! – Бэкхен запускает в ЧанЕля подушкой, и тот победно смеется. Они постоянно борются за диски с музыкой в гостиной, споря, что поставить, но вне зависимости от того, что будет играть, оба будут подпевать, синхронно качаясь из стороны в сторону, как стрелочки метрономов. Хотя чаще всего, когда ЧанЕлю неожиданно приспичит петь в комнате, вечером, когда Бэк уже ложится спать, тот наваливается на младшего и начинает душить его подушкой, пока не получит приличный пинок в живот, или того хуже – немного пониже. Они часто перед сном выбирают фильмы, которые будут смотреть, если на это остается силы и время. Это очередной повод для споров. - Ужастик. - Комедия. - Нет, ужастик. – Бэк запускает в Пак Чана сладким попкорном из ведерка. - А я сказал комедия. – Тот показывает язык. - Давай в «камень-ножницы-бумага». …. - Уже все? – Спрашиваем Пак Чан, выглядывая из под одеяла и раздвигая пальцы, которыми прикрыл глаза. - Да-да, конечно. – Кивает Бэк, сдерживая улыбку. Из динамиков слышится неожиданный женский крик и злобный смех, к котором присоединяется испуганный визг ЧанЕля, подпрыгнувшего на месте, после чего он накидывается на друга с кулаками и опрокидывает ему на голову ведерко. Несмотря на все усердия показывать всегда сильным и уверенным в себе, ЧанЕль был ужасным трусишкой, которого часто посещали кошмары по ночам. В одну ночь он залез в кровать Бэка, и улегся рядом, зарывшись к тому под мышку, как испуганный ребенок. - Что… что ты делаешь? – пролепетал проснувшийся хен, пытаясь разглядеть забравшегося к нему соседа. - Я уснуть не могу. – Пробурчал Пак Чан, даже не собираясь куда-либо уходить. Бэк пытался протестовать и всячески выгонял друга, но тот по-свойски закинул на него ноги и присвоил половину одеяла. К середине ночи одеяло уже полностью было на ЧанЕля, который постоянно ворочался из стороны в сторону, а Бэк был прижат к стене в позе солдатика и ругался себе под нос. Среди остальных айдолов эти двое тоже всячески пытались выставить друг друга объектом для насмешек. Что-то вроде соревнования «кто кого искуснее подстегнет». После похода к стилистам ЧанЕль часто прятал расческу Бэка, чтобы тот на следующий день приходил с бейсболкой, и он мог лишний раз хохотнуть над его ушами, а когда Пак Чан говорил, в чем собирается пойти на прослушивание, Бэк стаскивал эти вещи и ЧанЕль все следующее утро бегал по общежитию полуголый в поиске джинсов или футболки. - Ты собираешься со мной в магазин? – недовольно спросил Крис, взглянув на Цзытао через плечо и надевая свой черный бомбер. – Я иду один. - Кто сказал, что я иду с тобой? У меня есть и свои дела. Не весь мир крутится вокруг твоего зада. – Огрызнулся в ответ Тао, поправляя волосы. - Но определенно весь мир ему завидует. – Ухмыльнулся Ифань, демонстративно подтянув свой ремень. Парень ничего не ответил, отведя глаза. - И какие же у тебя дела? – как можно равнодушнее спросил Крис. В плотном графике у них неожиданно образовалось несколько свободных часов, которые он собирался заполнить шопингом – его гардероб уже выл из шкафа, требуя обновления. - Эм… Тебе-то какое дело? Дела. – Коротко бросил Тао, делая вид, что что-то мешкает у стола. На самом деле у него не было никаких дел. Он тоже хотел направится на поиски новых ботинок и легкой куртки, но разве он мог сказать об этом Крису, который тут же перевернет все на себя? Ифань фыркнул. - Так у тебя есть дела или нет? Тао не ответил. С того самого первого дня между ним и Крисом происходили всяческие стычки, споры и перерикания. В основном, старший постоянно его дразнил и приказывал, то и дело огрызался и подшучивал. Каждый день усмехался Цзытао в лицо своей легкой односторонней улыбкой, от которой парня бросало в жар. Почему? Он не знал. Он так же не знал, почему в некоторых случаях он находил что сказать, и почти ставил Ифаня на место, а в некоторых, особенно когда тот стоит слишком близко и смотрит ему прямо в глаза он краснеет, язык заплетается, а ладони предательски потеют. Что-то особенное было в Ифане, в его несносном характере. Это что-то выскальзывало наружу, когда Крис задирал голову и допивал последние капли энергетика, представляя взору Тао движущийся кадык под горячей кожей шеи – вверх-вниз. Когда он возвращался в комнату из душа с мокрыми волосами, которые обрамляли его лицо, на плечах еще не высохли капельки воды, и по всей комнате моментально распространялся запах ментола, одурманивающий Тао. Когда Крис подходил к нему слишком близко в порыве спора, смотрел сверху вниз и шептал: «Хватит выводить меня из себя, Хуан Цзытао.» И Тао отступал назад, боясь обжечься о его горячее дыхание, боясь закатить глаза от наслаждения, возникающее каждый раз, когда он чувствовал запах его волос и слышал его шепот. Крис часто называл Тао полным именем, это одновременно и нравилось, и раздражало. - Ладно, пойдем со мной. Все же, наверно, мне будет одному скучновато. – Нехотя произнес Крис несмотря на соседа. Тао повернулся к нему. - Уверен? Не буду ли я раздражать его величество? - Его величество себя благосклонен к желаниям своих поданных. - Я не… - вспыхнул Тао, но Ифань уже скрылся за дверью, и парню оставалось только последовать за ним. - Это тебе не идет. – Уверенно сказал Крис, взглянув на Цзытао, который одел черную кожаную куртку с ремешками на рукавах и карманами-обманками на груди. Сам он в это время присматривал темные зауженные штаны. Тао хмыкнул. - А это? – он показал ему еще одну модель, отвернувшись от зеркала. - И это не идет. Что вообще за вещи ты смотришь? Крис выхватил из рук Тао всю одежду и, положив их на прилавок, повел его в другую часть магазина. Жить с Ифанем – жесточайшая пытка. Таково было первое открытие Цзытао после начала его работы в EXO. Остальным пришлось сталкиваться с его характером не так часто, как ему, и более того, Тао почему-то всегда казалось, что Крис недобро относится только к нему. Когда Тао не мог найти на столе оставленный листок с написанным рэпом, Ифань просто пожимал плечами, говоря: «Я не выношу, когда на столе валяется какой-то мусор». Перед сном он действительно делает маски, и пока сидит с ними, просит Тао включить классическую музыку, принести воды, принести еды, принести еще один тюбик крема. - Я же просил нежно-зеленого цвета! - Это зеленый. – Негодующе отвечал Тао, протягивающий ему тюбик. - Он с белыми полосками, видишь? Это ополаскиватель, а не гель! И Тао приходилось снова плестись в ванную. Иногда, читая свои нескончаемые книги по психологии, Крис останавливался, тыкал пальцев на страницу и громким ораторским голосом цитировал что-то вроде: «Чем значительнее человек, тем больше он получает удовлетворения, занижая кого-то», после чего поднимал на Тао глаза и произносил: «Видишь? Я не просто так достаю тебя. Это заложено в моей природе.» А еще в его природе была заложена привычка засовывать ладони в задние карманы джинс, подпирать стену правым плечом, беззвучно шевелить губами, пересматривая свои тексты, запускать ладонь в волосы и тормошить их, прикрывая глаза. Когда Тао успел заметить эти привычки? И почему он их заметил? Были и ситуации, когда младший совсем не узнавал хена . Например, как-то раз они вдвоем обедали в кафе после оформления документов. Заказали себе куксу и тофу с фасолью. Ифань какое-то время сосредоточенно смотрел в окно, а потом перевел глаза на Тао, и наклонив голову, начал наблюдать за ничего неподозревающим соседом, уткнувшимся в тарелку. И когда тот поднял голову, неожиданно провел пальцем по губам Тао, убирая кусочек лука с соусом. Тао стоило тогда больших усилий не поперхнуться и не помереть на месте. Или когда они репетировали танец к песне «MAMA» без перерывов Тао в конце дня без сил упал на диван гостиной, едва они вернулись в общежитие. Прикрыв глаза, парень тяжело вздохнул, ворча под нос о том, как у него болят мышцы. На усталые плечи вдруг опустились мягкие руки и стали медленно массировать лопатки, от чего Тао блаженно улыбнулся, в полусне бормоча слова благодарности кому бы то ни было. Но когда руки, полностью расслабив и успокоив ноющую боль Цзытао исчезли, он изо всех сил пытался побороться со сном и обернуться, чтобы увидеть, кто это был. В поле зрения Тао успела попасть красная кофта. Может, это был всплеск воображения, но в тот день только Крис надел свою красную кофту с белыми полосами, которая была на нем в день их первой встречи… - Смотри, оно мне как раз в пору! – Сказал Тао, покрутившись возле Криса в черном пальто с поясом. - На тебе смотрится как бабушкин халат. – Хмыкнул Крис и покачав головой, отвернулся. Зло уперев руки в бока, Цзытао распушился и вызывающе произнес: - Да на мне все отвратительно смотрится, да?! Тебя послушать, так я вообще должен голым ходить! И сам, резко развернувшись, направился к обувному отделу. Краем уха он уловил (или опять всплеск?) едва слышное бормотание: «Я был бы не против…»