Сказка наяву

Стив оказался прав, горячительное помогло расслабиться. Ребята хорошо посидели за разговорами ни о чем. Просто делились увиденным и услышанным, смеялись, подкалывали друг друга. Неожиданно Тим замер, Алекс обернулся и в дверном проеме увидел брата. Показал на соседний стул. — Что стоишь как неродной? Присоединяйся. Это Тимофей Сергиенков. Теперь Тиммэй Земмарэ. Мы его Тимом зовём. Стива ты знаешь. Был Степан, стал Стивэреном Земмарэ. А это мой, как выяснилось, двоюродный брат. Сильвестр Комаров. Я угадал? — Тот кивнул. — Или можно покороче? — Можно. Силь. Стив — это Тёпа, что ли? Тоже не признал. Если честно, не верил, что вас увижу. Думал, обманут. — Не суди других по себе, — скривил губы Стив. — Здесь не там. — Народ, не цепляйтесь друг к другу. — Алекс укоризненно посмотрел на друга, потом перевёл взгляд на брата. — Выпить не предлагаю. Местное пойло не каждому подходит. Особенно сразу. А, чёрт, у меня же вино есть. Сейчас принесу. Ройни, радость моя, принеси нам чего-нибудь перекусить, — крикнул он мужу. Спустя минуты три вернулся с двумя запечатанными бутылями. — Виноградное, без добавок. Можно спокойно пить. Я принес красное и белое. Более крепкие напитки не советую. — А я бы выпил, — скривил губы Силь. — Не думаю, что это удачная идея. Или кулаки чешутся? У нас разные весовые категории, массой задавим. Да и мастерство не пропьёшь. Ну что, добро пожаловать в ряды затерявшихся во времени, братец, — выдал Алекс и только потом понял, что сказал. Увидел обалдевшие глаза и растянул губы в улыбке, пряча острые зубы, чтобы не испугать новоявленного родственника. — Чему ты так удивляешься? — хохотнул Стив, покачивая бокал с виски. — Мы ж до сих пор так и не поняли, куда попали, в прошлое или будущее? Силь с задумчивым взглядом глотнул предложенного вина, одобрительно хмыкнул. — Ну надо же, и правда виноград. И вкус знакомый. — Это земов надо благодарить. Сумели сохранить. А теперь и рэрды виноградарством занялись. Кстати, на Зему соваться не советую, замучаешься им объяснять, кто ты и откуда взялся. На Земе фармацевтика не хуже, чем у синхов, а местами и лучше. Они из тебя всё вытащат, даже если давно забыл. Да ещё начнут исследовать. У тебя ж изначальный генокод, — скривился Алекс. — У нас, конечно, тоже при обследовании кровь взяли, но обезличенно. А сейчас наши генокоды настолько изменились, что невозможно определить, какими были исходные. — И зачем вы это сделали? Для чего так себя изменять? Я вас с трудом опознал. Если б на улице встретил, мимо прошёл. Алекс открыл было рот, но Тим его опередил. — Погоди, — остановил его друг. — Думаю, Силь, ты не понимаешь сложившуюся ситуацию. Чем сильнее мы замаскируемся, тем лучше. Тебе охота стать подопытной свинкой? Мы для земов мало того, что ископаемые экземпляры, чудом выжившие, но и условные их предки, те, кто истощил планету и устроил экологическую катастрофу, а вдобавок ко всему заключили договор с чужой расой, и в результате Земля оказалась в зоне чужих боевых действий. Это я сейчас тебе первое пришедшее в голову сказал, а земы могут найти ещё кучу всего дурного, в чем виноваты именно мы. Ты должен понимать, что мы для них такие же чужаки, что и рэрды. За время своих скитаний в космосе земы тоже мутировали и даже, кажется, с кем-то перемешались. По сравнению с тем, сколько их изначально покинуло Землю, уцелело слишком мало народу, но они упорно цепляются за свое прошлое и стремятся любой ценой сохранить свою самобытность. Да, они согласились на вакцинацию, но не все. Остались и такие, кто желает жить, как их предки. Нет, конечно, ты можешь обратиться за помощью к земам, но должен понимать все последствия этого шага. Первое, что они сделают — обследуют тебя всего и быстро поймут твою ценность и уникальность. И ещё, имей в виду, они другие, совсем другие. Они — это не мы, не те земляне, кем мы являлись до вакцинации. Они и говорят, и мыслят, действуют иначе. Ты можешь посмотреть их фильмы и передачи, у нас есть их канал, причём в двух вариантах — на импери и на местном языке. Земы любят устраивать круглые столы, где с завидной регулярностью обсуждают беспокоящие их вопросы. Тебе будет достаточно одного вечера у визора, чтобы понять, какая между нами пропасть, насколько мы разные. Во всем. Мы тут как-то попытались найти записи дискуссий на тему того, как земы относятся к своим далёким предкам, но так и не нашли. Либо их нет и никогда не было, либо это секретная информация. На Земе тебе лучше не появляться, их служба безопасности одна из самых бдительных, эти друзья сразу раскусят и отправят на принудительную генетическую экспертизу. Но имей в виду, мы хотим предупредить сразу, если ты примешь такое решение, тебе придется забыть о своем родстве с Алексом. Тогда ты останешься совсем один. — Тим неодобрительно покачал головой. — Я бы не советовал. Нам было даже вчетвером сложно адаптироваться, несмотря на щадящие условия и то, что жили все вместе. Мы поддерживали друг друга. Сильвестр плотно поджал губы так, что они казались ниточкой. Черты лица обострились. Он молчал минуты три, прежде чем заговорил. Но спросил совсем о другом. — А вы сюда тоже вместе пришли? — Нет. По отдельности. Ребята приехали на машине, а мы на своих двоих, — спокойно ответил Тим. — Нам уже под конец помогли. А познакомились только здесь. Мы точно так же, как и ты, сомневались, я упирался дольше всех, потом все же решился сделать вакцину. У меня муж рэрди. Пока я стерильный, но примерно через десять лет начнет вырабатываться полноценная сперма. И Лиа родит ребёнка. — Мы все временно стерильные. У меня два мужа. Рэрд и рэрди, двое детей-близнецов, — с усмешкой сказал Стив. — А у Алекса с перебором, но всех всё устраивает — два рэрда, нет, три, и рэрди. Но это потому, что он Варранг, все они члены его гнезда. — Я, кстати, так и не понял, что это значит. Ферехт мне сказал, но я побоялся переспросить, — ответил Силь. — Типа оборотня, — сказал Алекс, — я и сам пока толком не въехал. Дам почитать, если так интересно. Если не захочешь с нами жить, я не обижусь и куплю отдельное жильё. Имей в виду, у тебя есть возможность получить местное образование. Мы с Тимом уже заканчиваем Академию, Стив только начал заниматься. Конечно, лучше бы тебе пройти вакцинацию. Не так сильно будешь выделяться на общем фоне. А ты изменился. Можешь, конечно, мне не верить, но я действительно не знал про тебя. Мама никогда не говорила, что у неё есть племянник, с которым я похож один-в-один. — Если не знал про меня, тогда с чего ты решил, что я изменился? Алекс бросил перед ним раскрытый паспорт. — Смотри. Можешь подойти к зеркалу и сравнить. Я… я видел тебя… тебя и того колдуна… вы шли по дороге. В шляпах и сапогах. И разговаривали. Я слышал вас. Могу даже рассказать, о чём вы говорили. Силь непроизвольно вжался в спинку стула. — Значит… значит, отец был прав, когда говорил, что ты нас видишь?! — Да. Он смотрел прямо на меня. Алекс посмотрел на друзей, потом на Силя и вздохнул. — Пожалуй, я прямо сейчас и скажу. При свидетелях. Мне нечего от них скрывать. Тим и Стив больше чем братья. У нас даже второе имя одно. Пока. Но это успеется, потом расскажу. Времени впереди с избытком. А сейчас то, что меня на данный момент больше всего беспокоит. Я… короче, я хочу… — Алекс запнулся. — Хочу попросить у тебя прощения, хоть я этого и не совершал, а за меня сделали другие, но мне все равно нехорошо. Неуютно. — За что? — Сильвестр скривил губы, разглядывая Алекса. — За то, что… черт, как сказать-то? Ну, в общем, за то, что отобрал твою внешность. Но я… правда, я не знал этого и понял только тут, понимаешь? Силь опешил и вытаращил глаза, перестав себя контролировать. Он явно не планировал такое услышать. — Ты чего гонишь, Лёха? Как ты мог это сделать? Ну, ты и сказал! — Да вот мысли разные в голове возникли и не отпускают. Если интересно, могу рассказать, почему они возникли. Силь расхохотался, но по мере того, как слушал Алекса, менялся в лице. — Короче, меня прятали. И эта фотка в паспорте и на правах — не моя, а твоя. Ведь у тебя были точно такие рубашки и поло. Нам специально дарили одинаковые. Мне даже страшно подумать, для чего они это сделали. И Силь стал бледным как смерть. — Нет, — прошептал он, — нет… неправда… нет… Он закрыл руками лицо, явно что-то вспомнив. — Вот почему… тетка Варя… вот о чём отец говорил со своими… Ведь это она меня отправила, сказала, чтобы уходил за тобой… помогла найти проход… — А сама… почему?.. — вырвалось у Алекса. — Сказала, что не дойдет. Сил не хватит. Мол, слабая она. — Ну ты же дошел. Кстати, зачем ты за мной потащился? — Не за тобой, а сам по себе, следом. Выхода не было. И так хреново, и эдак. Я выбрал неопределённость. Решил, что умереть всегда успею. Силь нехорошо усмехнулся. — А дошел потому, что забрал своё, то, что та дрянь у Гриппы забрала. Не хотела отдавать, сучка крашеная, но оно словно притянулось ко мне, опустилось на руки как живое и пропало. Эта сначала ничего не поняла, потом завизжала и бросилась на меня. Я её отшвырнул двумя руками изо всех сил, идиотка заорала и упала, стала корчиться на полу, но мне на неё было плевать. Развернулся и вышел. Воровка! — выплюнул Силь. — Отец потом сказал, ее мёртвую нашли, похожую на мумию. На меня объявили охоту ее братья. Вот Варя и предложила, сама. Сказала, что терять мне нечего. Вдруг получится и дойду… Дала шарик странный, сказала, что отведёт к тебе. — Ну ты и отчаянный! Один в никуда… — поразился Стив. — Ничего не зная… — Варя сказала, что я был в своем праве, вот только не все так считали, как она. Ещё сказала, что не хочет плакать над очередной ямой два на метр. А насчёт знаний… надела мне на голову странный обруч, якобы от деда остался. Уложила в кровать, велела поспать хотя бы час. Мол, без языка там, куда я иду, делать нечего. Приказала искать молодого Варранга Алекса. А рано утром отвела в лес, в самый бурелом, велела лезть в узкую щель между камнями, как прорезь, горизонтальную. Объяснила, что надо идти как можно быстрее и не смотреть по сторонам. Ребята смотрели на него ошеломлённые. А Силь медленно рассказывал словно сам себе, как он шёл и ел на ходу, боясь потерять шарик. Но тот периодически останавливался, только в руки не давался. Спал Силь урывками. Временами казалось, что за ним кто-то идёт. А потом закончились силы. Резко. Шарик остановился и потемнел. Он убрал его в карман и пополз из последних сил. Последнее, что запомнил, это устремившийся к нему луч света. — Я уже понял, что не дойду, и тут мне показалось, что вижу собак с длинными мордами и светящимися глазами. Я знал, что умираю. Но не умер. Не успел. Меня кто-то нашел, у него были жуткие глаза… Смотрел мне в душу, я чувствовал, как он перебирает мои воспоминания… Там, внутри… Жуть. — Силь коснулся своего лба. — Спросил, что я там делаю и кого ищу… Я… я назвал твое имя… Ну и… вот… Оказался здесь. Долго болел непонятно чем. Меня лечили, потом… расплачивался. Никто ж просто так ничего не делает. — Сколько же ты тут живёшь? — шепотом спросил Стив. — Не знаю. Не помню. Всё как в хмари какой-то. Силь залил в себя бокал вина. — Пусто. Внутри. — Он ткнул в грудь пальцем. — Всё бессмысленно. Зачем шёл? Надо было остаться. Что мне теперь делать? — Жить, — сказал Алекс, разглядывая что-то на стене. — Как все. Раз выжил. Не переживай, мы найдем, чем тебе заняться. Дел много. Скучать точно будет некогда.