Единственная женщина Средиземья

Саурон запутался в любовных тенетах. Всю голову поломал, как быть - никогда такого недуга с ним не приключалось. Объектом его страсти стала недавно сбежавшая из его плена лесная эльфийка Тауриэль. Много попыток склонить ее расположение к себе принимал Саурон, а она - ноль внимания. Последняя надежда у него осталась - разделить ложе любви с неразумной и показать, что он хоть и древний, но поумелее некоторых (от мысли о "некоторых" майа начинал скрежетать зубами и вырабатывать глазом электричество от злости). Тяжелые раздумья поглотили все внимание Темного Властелина. Ведь ему предстояло побороться за свое счастье не абы с кем, а с Трандуилом Ороферионом, расходы которого на косметологов и стилистов давно стали притчей во языцех по всему Средиземью. Первым делом следовало признать, что качком Саурон не был и мышечной массой и красивыми кубиками на прессе похвастаться не мог. Зато его инфернальное обаяние обеспечивало ему конкурентное преимущество, ведь Владыка Лихолесья хоть и слыл прекраснейшим, но характером обладал скверным, речами язвительными, а физические контакты вообще не приветствовал, даже с родным сыном не обнимался, боясь подцепить какую-нибудь заразу. Оставалось только удивляться, как при такой брезгливости он сумел обзавестись наследником. Еще более удивился Саурон, когда, включив палантир на давно настроенный канал, узрел давний предмет своих терзаний в недвусмысленной позе с этим набриолиненным эльфом. Как его не расшиб паралич в этот момент – Саурон сам не знал. Только внезапное воспоминание о сумме, уплаченной сервисной службе за последний ремонт палантира, остановило его от желания прямо сейчас запустить его с высоченной башни вниз, чтобы не видеть ужасного зрелища. Даже тяжелый ход военных действий не мог изгладить тягостных воспоминаний. Саурон удвоил ежедневное количество самолично замученных пленных, ввел дополнительные налоги и даже попытался не заглядывать в палантир чаще одного раза в день. Но странное притяжение влекло его к колдовскому шару и почему-то всегда именно ночью. Он надеялся, наконец, застать такую близкую, но недостижимую Тауриэль наедине, но проклятый камень неизменно показывал очередные эротические упражнения в исполнении длинноухих и озвучивал это такими сладострастными воплями, что странно, как все Лихолесье не было в курсе творившегося в королевской спальне разврата. Наверное, лесная фея все-таки наколдовала на своих подданных глухоту. Попытка устранить Трандуила окончилась провалом – морийские гоблины оказались еще тупее его собственных, сауроновых. Несмотря на прямое указание первым делом валить наглухо похитителя сердца ненаглядной, они зачем-то поломились в эльфийские кладовые. Не иначе как дорвинионского захотелось попробовать. Это было последним, что глупые твари попробовали в своей бессмысленной жизни, ибо после Тауриэль вторым слабым местом Трандуила было вино. Участи расхитителей его кладовых не позавидовал сам Темный Властелин. Следующий удар по ненавистному эльфу Саурон выдумал позаковыристее: перекрыть ему поставки из Эсгарота! Мстительно хихикая, Аннатар представлял себе вытянувшееся лицо Владыки при лицезрении отросших корней, секущихся кончиков и непромытых волос. Конечно, продовольствие тоже было важно, но не жрать эльфы могли долго – у них запасов лембас на тыщщу лет припрятано, а вот без дорогой уходовой косметикой Владыка уже не мог. Гневливость короля была известна всему Средиземью, поэтому не стоило сомневаться, что при таком конфузе Владыке будет не до любовницы. Расчет был стопроцентным. Для осуществления столь хитроумного плана Саурон специально снесся со Смаугом. Эта крылатая ящерица дрыхла в горе уже лет шестьдесят и просыпаться не желала. Пришлось пообещать ему сотню-другую гномов в подарок. Где взять столько, Саурон не раздумывал – в конце концов, мало ли чего он обещал. Но крайне кстати пришлась компания Торина, которую он в беседе с драконом назвал авансом. Потирая руки от предвкушения, Темный Властелин даже вновь начал поглядывать в сторону палантира, но мечтам не суждено было сбыться. Не в этот раз. Бард Лучник, чтоб ему провалиться, подстрелил Смауга из смехотворного арбалета. - Говорили этой старой игуане – следи за собой! Проверяй шкуру два раза в век!!! – скрежетал зубами Саурон. - Осталось последнее… я сам пойду за ней! – стучало в его мозгу. – Никому нельзя поручить ничего важного, все надо делать самому! Но здравый смысл еще не покинул Саурона. Следовало признать – время для сердечных страданий выбрано крайне неудачно: Арагорн собрал шоблу и двинул к Мораннону. Фродо ползком перемещался в сторону Горы Судьбы, лелея в глубине души свою прелесть. Леголас сдвинул фамильные брови, в пылу смертной битвы пытаясь забыть неверность возлюбленной. По странной иронии судьбы это опять же была Тауриэль, ибо – увы! – женщин в Средиземье было категорически мало! Гимли размахивал топором в надежде крепче задружиться с горюющим эльфом и хоть одним глазком взглянуть на бессмертные земли. Гэндальф потирал ноющую поясницу, размышляя о том, что еще чуть-чуть - и его квест закончится, а то уже надоели эти орлы с барлогами. Хотелось бы чего-то нового, техногенного. В Матрицу что ли... или на худой конец в Звездные войны 7-го сезона. - Как в таких условиях предаваться безумиям любви?! – протянул Саурон. – Да, дилемма… Кого наместником назначить – одни дураки кругом, – безрадостно пронеслось в его усталом мозгу. Но силы были подорваны многодневным терзанием по Тауриэль. Нет, он больше не мог терпеть такой страшной несправедливости, когда предмет его воздыханий – подумать только, что с ним случился такой позор! – не обращал на него внимания, в лучшем случае трясясь от страха при его приближении, в худшем – дерзя и обзываясь! А тут еще и Трандуил… Оставив глаз на башне за старшего, Саурон направился в Лихолесье. *** Трандуила давно терзали страшные подозрения относительно этого смазливого майа и Тауриэль. Как-то слишком часто она стала молчаливо задумываться, а о чем – Владыка понять не мог. Он бы на ее месте размышлял о новом парикмахере, прибывшем недавно из Имладриса, или о модном оттенке для нового королевского одеяния, но Тауриэль прискорбно мало уделяла внимания этим важным вопросам. Задумчивость королевской любовницы крайне неприятно сказывалась на короле. Он вздыхал, морщил брови, собирал устрашающие морщины, но Тауриэль, казалось, перестала его замечать, а обратиться к ней при всех с вопросом о ее возмутительном поведении Трандуил не решался. В конце концов, их странные отношения хоть и были давно известны прислуге, но заявлять публично о наличии у лихолесского короля постоянной любовницы он не желал. - Эдак и до свадьбы дойдет, - передернул плечами Владыка, вспомнив предыдущую женитьбу двадцать веков назад. Расспросить же ее наедине у короля не получалось, потому что застать ее одну стало практически невозможно, как бы смехотворно это не звучало! Доступ к телу прекратился, и начались постоянные закатывания глаз, оправдание больной головой и усталостью на службе. В дополнение ко всему внезапное окружение орками его погребов, нападение дракона и столпотворение гномов в его владениях! Это было уже слишком! Он должен был избавиться от подозрений прямо сейчас. На подгибающихся ногах Трандуил поднялся на древнюю заброшенную башню своего замка. Никто уже не помнил, что тысячелетия назад лихолесскому Владыке по случаю перепал палантир. Пиратская версия операционки, конечно, но все же лучше, чем голубиная почта и яблочко на тарелочке. От всех этих устаревших артефактов Владыку тошнило еще тысячу лет назад, сейчас же они даже на музейный экспонат не тянули. Тщательно завесив единственное окно, Трандуил включил питание и стал ждать загрузки. – О, Эру, какой же я дурак! Кажется, первая женитьба не пошла мне на пользу, ведь говорят же – что ищешь, то и найдешь, – глубина переживаний потрясла его. Вероятно, Тауриэль значила для него больше, чем он сам думал. Что он хотел увидеть? Может быть, выключить от греха подальше? Но было поздно – раз кинув взгляд в проклятый камень, Владыка застыл как приклеенный. Его Тауриэль в одном исподнем (дорогом, между прочим, им подаренном!) обнималась с рыжим кривлякой из соседнего королевства. Страшно оскорбленный, Владыка поймал себя на мысли о том, что его парикмахер искуснее – рыжие космы и блестели не так интенсивно, и завивка плохо держалась. Спохватившись, он вдруг схватился за сердце, и одинокая слеза скатилась по щеке. Как она могла? И что теперь делать? Мысли вихрем проносились в его голове, не останавливаясь ни на минуту. Внезапно до него донеслись звуки боя. Что это? Кажется, его величество настолько отвлекся, что пропустил нападение на собственное королевство. Трандуил пообещал отомстить обидчику после отражения нападения и ринулся к воротам. *** Они не сводили глаз друг с друга. Никто иной, как Саурон, кого всего несколько минут назад Трандуил трижды проклял, пришел осаждать его ворота! Но вот что странно – Темный Властелин был один. «Да он издевается!» – пронеслось в мозгу Владыки. - Ты очень самонадеян, майа! – неповторимый апломб был любимым коньком Трандуила. Владыки всех королевств Средиземья терпеть его не могли за одну только манеру говорить. – Явился сюда один, без войска. Ты хочешь оскорбить меня пренебрежением? Саурон жадно вглядывался в лицо Лесного короля, пытаясь найти хоть малейший изъян. «Это невыносимо! – подумал он. – Надо было перекупить всех косметологов в округе.» - Нет, Трандуил, что ты. Я явился лишь по старой дружбе, по-соседски, – ласковый голос Аннатара завораживал. - Саурон, твои шутки более чем неуместны! – прогремел Владыка, хватаясь за ножны. – Я всё знаю, не отпирайся! Древний камень показал мне всю глубину твоего коварства! Ты украл у меня любовь моей жены, а теперь и привязанность Тауриэль! Саурон нервно сглотнул. Кто бы мог подумать, что у этого ушастого есть палантир. Дело запахло керосином, потому что мозг Трандуила в гневе не функционировал – это всему Средиземью было известно. - Эээ… Трандуил… ты все немного не так понял. Я всего лишь проводил Тауриэль до дома, когда она заблудилась в лесу недалеко от моих границ, - промямлил Саурон. - Она заблудилась в лесу голой?! – прогремел Трандуил, возвышаясь над субтильным Повелителем Тьмы. - Ну знаешь, надо следить за своей женщиной! – пошел в наступление Саурон. – Я тоже удивился, когда увидел ее посреди леса в неглиже. Кто знает, может быть у вас такие эротические игры. Трандуил смутился от этих слов и кинул подозрительный взгляд на Саурона. Кажется, он тоже углядел что-то интересное в этом чертовом трансляторе. - Я не уверен, что это твое дело, Саурон, - отрезал Владыка. – Для чего ты пришел сюда на самом деле? - Не спеши, Трандуил, – пропел майя. – Мы так редко видимся, несмотря на соседство. Неужели не пригласишь меня на чашку дорвинионского? Трандуила перекосило от злости. Но сейчас было не время для вспыльчивости – жажда узнать, зачем явился Саурон, заставляла смирить гнев. Бросив тяжелый взгляд на Аннатара, Трандуил жестом подал знак следовать за ним. Слуги неслышно растворились, принеся вино и легкие закуски. Все-таки Властелин Мордора был необычным гостем в этих чертогах. Саурон лукаво улыбался, поглядывая на Трандуила. Тот восседал на знаменитом троне с огромными рогами, закинув ногу на ногу. - Что смешного, - буркнул Владыка, не вытерпев. - Дорогой Трандуил, я в смятении, если хочешь знать, – голос майа проделал трагическую модуляцию, а взгляд выразительно остановился на рогах. – Мы так давно знакомы, и я испытываю к тебе искреннюю симпатию. Но женщины так часто доставляют тебе неприятности …. Трандуил чуть не поперхнулся вином и быстро прервал майа. - Саурон. – Голос Трандуила звенел. – У меня нет проблем с женщинами, у меня проблемы только с тобой! Что ты хотел сообщить мне? Я жду, когда ты поскорее уберешься! - Владыка, ты вспыльчив, как всегда, - протянул Саурон. – Я искренне привязан к тебе… все-таки мы так давно соседи…. Ты должен знать одну вещь. Трандуил занервничал, но виду не подал. - Я видел нолдо с твоей женщиной тогда, в лесу! – выпалил Аннатар. Стоило признать, что задумка, пришедшая ему в голову, была хитра. Обмануть эльфа, заставить его отказаться от Тау и забрать ее себе. Наступила звенящая тишина. Саурон внимательно вглядывался в прекрасное лицо Трандуила в попытках предвосхитить его реакцию. - Черт знает что! – отчетливо произнес Владыка.