Попаданец

      - Ну, и что такая девушка забыла на дороге, а?       Дин вёл машину, то и дело оборачиваясь ко мне. У меня не было времени долго думать, и брякнул первое, что пришло в голову (как ни странно, пришла отмазка на случай, если застанут шляющимся по коридору в учебное время):       - Я это... учителя ищу, во.       С женским голосом это звучало странновато, но я забил на этот факт.       - Кто ж ищет учителя на дороге, а? И чему он учить должен? Нет, я конечно представляю, но...       В его голосе слышалась насмешка, что мне не понравилось. Я вообще часто раздражаюсь по мелочам, такой уж у меня характер, и от этого делаю глупости или говорю, чего не надо. Вот и сейчас.       - Охоте он учить должен. На нежить, - говорю я вдруг холодно, сурово глядя в зеркало заднего вида.       Дин заткнулся, но вдруг подал голос молчавший до этого Сэм.       - Охоте? Нет, ты серьёзно? - он повернулся и окинул меня взглядом. - Охота это не забава для девочек, и ты там вряд ли протянешь. Ты вообще представляешь, с чем тебе придётся столкнуться?       Я закипаю от такого отношения. Я же парень под два метра ростом, самый мощный в параллели, а он называет меня девочкой?! Но тут же голову остужает мысль о ненавистном женском теле. Я говорю спокойно, но знаю, что суровый взгляд, который достался от отца, не исчез.       - Я прекрасно знаю, с чем можно столкнуться. Так что не строй из себя крутого, Сэм Винчестер, и не отговаривай меня. Я твёрдо решил-ла. Да.       От звука собственного имени парень дёрнулся, потом подозрительно уставился на меня.       - Откуда ты знаешь, как меня зовут?       - Зависала как-то в баре для охотников, - я невозмутимо отвечаю, почти не запинаясь на этом "ла". - О вас ходила пара слухов, а "Импала" - машина приметная.       - Ну, раз ты знаешь наши имена, - Дин снова оборачивается на меня, кажется забыв о дороге, - То поведай нам и своё, - он усмехается и поворачивается к дороге лишь после тычка от брата. Бесит. Раньше я ненавидел своё имя, но сейчас бы всё отдал, лишь бы вернуть его. И моё тело.       - Энтони Шортер, - хорошо, что я научился говорить одно, а думать о другом, иначе их насторожили бы эти многочисленные паузы. Я вообще часто отвлекаюсь, но сейчас не об этом. - Рада знакомству.       Радости в голосе не было ни капли, и улыбку выдавить из себя тоже не получилось. Впрочем, им хватило и этого. Пару минут мы ехали в молчании, а потом Дин снова нарушил тишину (мы к тому времени с полей въехали в лес).       - Так почему ты решила стать охотником, м?       Я тяжело вздыхаю, и решаю особо не выдумывать. Рассказываю почти чистую правду.       - Мой отец лесником... был. Однажды он остался на ночь в лесу и не пришёл ни через день, ни через два. Мы забили тревогу... И нашли лишь окровавленную шапку и топор с переломанной рукоятью.       - Так, может это волки?       - Дин, я прекрасно знаю, кто такие волки. И волки не смогли бы разломать домик, в котором ночевал отец, уж поверь.       В машине снова воцарилась тишина.       Дин включил музыку и стал подпевать. Я удивлённо глянул на него, услышав знакомые рифы, а потом просто откинулся на спинку сиденья и стал смотреть в окно. Сэм молчал, что-то выискивая в потрёпанном дневнике, очевидно, их отца.       Ещё пара часов, и мы въехали в какой-то город.