Больница имени Намекадзе Минато

Глава 13 Наруто проснулся от почти ставшего вне привычек ощущения. Живот бурлил и требовал еды, а по комнате плыл практически осязаемый аромат домашней стряпни. Конечно, по сравнению со многими из персонала Клиники он чувствовал себя почти преступно бодро, но на то он и наполовину Узумаки. В конце концов, там где среднестатистический бесклановый медик уже улетит в крит и сам займет койко-место в палате – он выработает едва ли десятую часть своего резерва. Грубо говоря – он только к семи утра потянулся за желтым стимулятором, увы, зеленые его не брали совсем, хотя провел не менее двадцати сложнейших операций за ночь. И еще смена дежурства после. Но такие траты, даже собственного запаса… в общем хотелось жрать. Зверски. Последний раз он ел что-то приготовленное в этом доме примерно год назад, когда мама еще была в Конохе и считала своим долгом хотя бы пару раз в неделю напоминать сыну, что в его доме есть кухня и, что существует такая вещь, как домашняя еда. А плитой стоило бы учиться пользоваться. Наруто ел, приготовленное матерью, с удовольствием, но учиться отказывался. В чем-то он как был, так и остался маминым сыном. Конечно, это могла быть Карин-тян, с чего-то решившая, взломав печати и пробравшись внутрь, обрадовать соседа, наставника и главу своего Клана завтраком, а не пожаром на кухне, но это было маловероятно. Часы показывали десятый час, и в это время Карин уже давно была на занятиях, ну или гуляла по городу, а в школе сидел ее клон. Если его удавалось слепить достаточно прочным. Пока такой фокус с теневым копированием и целой системой печатей удавался двенадцатилетней девочке один раз из десяти. Наруто зевнул и резко встал с кровати, так что на долю секунды даже голова поплыла, от быстрой смены положения в пространстве, и поплелся в душ. Хината подбрасывала тридцатый блинчик, когда он ввалился на кухню, отряхивая с волос воду. Девушка выглядела на удивление бодрой – хотя еще вчера лежала трупиком. Конечно, учить в академии, как работают стимуляторы, и ощутить на себе все последствия нескольких доз красного спектра – это разные вещи. Но с ее приличными объемами чакры, все-таки не критично. И восстанавливалась она гораздо быстрее – все-таки принадлежность к древнему клану это не только минусы, но и весьма существенные плюсы. Хьюги, как и многие древние Кланы, хоть и были не раз на грани уничтожения, могли использовать и иные пути восстановления, кроме естественной выработки во время отдыха. Они подпитывались еще и из окружающей среды – дай только доступ к сродственной стихии. И не смотря на то, что их способность тянуть чакру из воздуха была довольно скромной и восстановиться за минуты они из него не могли, зато он был везде. В отличие от тех же Учих – поголовно огневиков, которые могли восстановить запас, буквально сожрав костер, но для начала его стоило развести. Чистые Намекадзе тоже подъедали стихию воздуха, правда куда более быстрыми темпами, Узумаки вообще тянули чистую Сен, неважно откуда – полукровки, как он сам, конечно теряли в скорости и объемах поглощения, но с и резервом, который не так то просто выработать в ноль – это было несущественно. Зато, они получали гораздо больший плюс – два источника восстановления. Конечно эти способности тоже требовали развития, но были врожденными и были доступны в малой степени даже младенцам. Способы, конечно разнились. Яманаки предпочитали восстанавливаться в компании, подпитываясь от чужих эмоций, ну или просто находили себе партнера, чтобы приятно провести время. Секс тоже неплохо помогал, вампирили, конечно страшно, но у каждого свое. Нара наоборот предпочитали медитации где-нибудь в тихом и желательно темном углу, в одиночестве или в компании таких же тихих и медитирующих единомышленников. Акимичи – ели! Все, много, разнообразно! Абураме вообще иногда сравнивали с вампирами, приручившими комаров. Очень уж специфичен был их способ пополнения чакры. У каждого Клана была вот такая вот маленькая особенность, выработавшаяся за века. И это было одним из тех, что отличало их от бесклановых. Но утро быстро перестало быть беспроблемным и почти томным. Наруто закидывал в себя пятнадцатый блинчик, обильно политый сиропом, когда телефон пискнул, сообщая о пришедшем сообщении. Глянув на имя абонента, Наруто чуть нахмурился и потрепав Хинату по волосам, не забыв поблагодарить за завтрак, вышел на террасу. В отличие от новостей погода была благодатна и солнечна. А вот то, о чем сообщала мать, не очень способствовало хорошему расположению духа. Те зацепки, ради которых Кровавая Хабанеро отправилась в Африку под благовидным предлогом, оправдались, вот только она не успела вовремя. И то на что пустили украденную часть чакры Девятихвостого, уже было переправлено в Коноху. Да еще и на коммуникатор пришел срочный вызов в Клинику. Не хорошо. Наруто быстро оделся и, крикнув Хинате, чтобы отдыхала и носа в больницу показывать не смела, вымелся за дверь. У Итачи утро тоже не отличалось благодатностью в отличие от погоды. Погром на площади у Дворца Хокаге под солнечными лучами смотрелся сюрреалистично, почти кукольно. Если не вспоминать, сколько проблем он принес, сколько жизней забрал с собой и скольких покалечил. Ему уже принесли сводки, и цифры, которые он видел, не воодушевляли. Конечно, сам Итачи в следствии участия не принимал, его нынешние задачи были иного толка, однако в курсе дела он должен был быть. Тем более столь громкого. - Ну, как, интересно? Итачи поднял взгляд от бумаг. Напротив, за столик в развернутом полевом лагере, плюхнулся Хатаке Какаши. Этот… индивидуум был самым лучшим поисковиком Клана Учиха, и в тоже самое время самым ленивым его членом. Как в одном человеке смешивались такие две крайности, как патологическая лень, любовь к низкопробным романам в мягких обложках, не пунктуальность и профессионализм, преданность делу и паранойя Итачи не знал, но живой пример сидел напротив. В общем Какаши, у которого от его погибшего Клана осталась только фамилия, был крайне интересным собеседником. И послушать его стоило. - Очень. – Кивнул он, приветствуя лохматое пугало всея Клана Учиха. У Какаши была еще и вполне себе запоминающаяся внешность. Торчащие в разные стороны седые волосы и маска на пол-лица. Пережиток службы в Анбу. – Ребенок? - Ага. – Голос у Пугала и так не отличавшийся звонкостью, почти упал в хрип. – Уж сколького навидался… но такое… - Какаши прикрыл глаза, покачиваясь на стуле. Куртка его была расстегнута, а на светлой футболке темнели пятна чужой крови. – Они что-то сделали с этим ребенком. Не знаю что именно, это сейчас в Клинике Намекадзе будут разбираться, но он стал оружием. Массового поражения. Вот только… малец с ними не согласился. Уж не знаю, сколько там осталось от его разума, но ему хватило осознания, что сейчас его жизнь прекратится. Мы успели как раз к развязке. Сектанты-трупы и посреди всего этого ребенок. Лет десяти не больше. Сидит, раскачивается из стороны в сторону. Глазенками своими серыми лупает. И повторяет, что это не он, что не хотел, что защищался, и ревет. Белугой. Кровавыми слезами. Ручки ко мне протянул… - Хатаке коснулся пальцами своей футболки. – Куда его в управление было. В Клинику отправили. Их профиль. А пока спецы, что могут, в тех руинах, что там за городом остались, будут искать. - Я понял. – Кивнул Итачи, закрывая папку и передавая ее Какаши. – Не факт, что это единичный случай? - Не факт. – Хатаке нахмурился. – Судя по тому, как хотели убить этого мальца, отработанным материалом было его тело. А не то, чем он заставил сойти с ума толпу. - То есть. - Там готовили ритуал. Старый. Еще на древних печатях. Кровавый и противный. – Выплюнул Хатаке. - Я понял. Держи меня в курсе. – Ответил Итачи, поднимаясь и запахивая пальто. От новостей, казалось, что стало холоднее. - Да. И еще кое-что… - Что? – Итачи обернулся. - Ритуал. Очень похож на старые… очень старые, топорные печати для Демонов. Те, что использовались тысячи лет назад. - Ты можешь ошибаться. - Могу. И очень надеюсь на то, что ошибаюсь. – Отсалютовал ему Хатаке. – Но чутье… я Пес, сколько бы вы не пытались сделать из меня Учиху. А Псы… - Не ошибаются. – Закончил Итачи. Если это было действительно так, то дела были плохи. Очень. Отзывы.