Save me (Спаси меня)

      Невозможный человек, которого хочется любить и душить,раздевать и четвертовать,целовать и расфасовать по мешкам, тихо дремал рядом.       Длинная черная густота волос расплескалась шелком по подушке, заостренные черты лица расслабились, веер ресниц чуть трепетал, искусанные изящные губы дрожали. Гарри смотрел на него и осознавал, теперь полностью, безоговорочно, что Северус будет жить. Ведь просто невозможно быть таким желанным, таким разным, но все равно, невероятно чувственным и интересным. Любить зельевара... О, что может быть слаще, что может быть опасней и желанней?       Юноша вчера виделся с Роном, и у них состоялся непростой разговор. То есть, нет, не так. Для Рона это был просто обмен дружественными фразами, болтовня, если можно так сказать. Ибо Гарри наконец-то узнал часть тайны, о которой никогда бы не узнал. Случайно. И вся жестокость сложившейся ситуации потрясла его до глубины души. Надо было видеть лицо Рона! Кажется, он действительно заволновался. За наследство гриффиндорца, конечно. Их разговор до сих пор молотком стучал в голове, а слова Рона, так равнодушно брошенные, пусть и в мыслях, казалось, ранили куда сильней, чем могли бы.

***

Вчера       - Как дела в Аврорате? Кингсли просил дать несколько артефактов на проверку Вам, вдруг пригодится! - Гарри дружелюбно улыбнулся "другу".       - Все нормально, только мне надоели кипы бумаг, отчетов и прочего дерьма! Вот бы настоящее дело! Вот бы побороться с кем-то действительно опасным! Ха, Кингсли просит игрушки у Поттера? Что-то новенькое! Они помирились, наконец? Вот бы знать точно! Голова уже разрывается от вечной корректировки его Империо. Какого Мордреда Министру вообще это нужно - смерть Гарри? Причем, условие-то какое-то дурацкое... - Рон с удовольствием поделился своими эмоциями.       Чай попал не в то горло, незамедлительно перетек в нос, и Гарри закашлялся, забрызгивая мантию каплями. Рон подскочил, хохоча, и побил друга по спине.       - Эй, Гарри, ты чего? Чая пожалел? Да чтоб ты в следующий раз насмерть подавился!       - Прости, Рон, просто не в то горло попало, все в порядке! Лучше расскажи, что еще интересного у Вас бывает? Кингсли часто вызывает на ковер? - попытался улыбнуться Гарри, сжимая палочку в кармане, на всякий случай.       - Ну... Меня не берут еще на задания. Но одно задержание было. Правда, это тайна, но тебе-то будет приятно об этом услышать! Почти год назад я задерживал Снейпа, этого старого ублюдка! Не скажу, за что, но эта тварь заслужила! Министр потом часто приходил в Аврорат.Снейп убил Фаджа, а потом мы взяли его. Я эту тварь сам повесил за руки в Азкабане, и в лицо плюнул, чтобы знал, как я его ненавижу за Хогвартс! Грязный Пожиратель! И Шеклболт этот тут как тут, со своим Империо. Условие странное: если Снейп оказал бы сопротивление при аресте и потом, когда мы его привезли в Азкабан, надо было Поттера убить. Хотелось, чтобы эта тварь дернулась, я бы первым добрался до Поттера, так как один из немногих знаю, где он живет. Жаль, что когда Снейп сдохнет, Империо тоже, да и смерть Гарри будет не нужна. Если Шеклболт откинет копыта раньше Снейпа, мало ли что может быть, то Империо спадет, надобность убивать кого-то из этих двоих отпадет, а жаль.       - Мерлин... - тихо прошептал Гарри, бледнея на глазах.       - Ты какой-то странный сегодня, Гарри... Может, ты домой пойдешь? Ммм... какая цыпочка зашла! Надо выпроводить Гарри, подойти к ней, познакомиться. Не отказался бы от отсоса в туалете!- пытаясь казаться обеспокоенным, произнес Уизли.       - Да, спасибо, я пойду. Передавай всем привет! - юноша буквально вывалился из кафе и аппарировал в Министерство, необходимо было срочно поговорить с Шеклболтом.       "Это что же получается? Фаджа убил Северус, по приказу Кингсли, чтобы тот стал новым Министром Магии? У Сева, выходит, не было выхода? Почему же не было... Был. Уехать из страны, оставить нас, МЕНЯ. Но он не оставил. Спас меня. Обменял мою жизнь на смерть от своей руки Министра Фаджа. Мерлин, Северус... "

***

      Северус заворочался в постели, и Гарри слабо улыбнулся ему, переплетя его ладонь со своей. Держаться за руки - ерунда, по сравнению с поцелуем. Но так он кажется настолько близким и родным, что словами не передать.       У рук нет разума, но есть любовная память. И узкие, теплые, белоснежные и длинные пальцы Северуса просто идеально легли в смуглую ладонь Гарри, а губы зельевара тронула легкая улыбка. Его сексуальная улыбка грозила неприятностями, но неприятность неприятности рознь, ибо нужно было будить этого великолепного мужчину. И юноша не придумал ничего более приятного, чем поцелуй, до ужаса банально и романтично, так, как хотелось именно сейчас, когда, кажется, завтра просто не наступит, а в их случае - послезавтра. ИМ оставалось БЫТЬ субботу и воскресенье.       Губы зельевара были так же красноречивы, как и глаза. Они ласкали с такой чувственностью, отдачей, на грани. Кислород казался чем-то несущественным, хотелось дышать только друг другом, жить только друг другом, умирать друг в друге.       - Твои губы так подходят к моим, - тихо поделился своим наблюдением юноша.       Северус хмыкнул, и, толкнув Гарри в грудь, поменял их местами, всем весом ложась сверху. Поттер не посмел возражать, лишь счастливо выдохнул и обнял за шею. Горячие губы нежили смуглую шею, посасывали бархатную мочку уха, нос вдыхал запах тела, щекотал дыханием чувствительные местечки. И хотелось, мечталось, чтобы вот так... и всю жизнь.       - Мне было с тобой очень хорошо вчера... - сказал Снейп, тихо, словно рассказывая секрет.       - Но мы не дошли до конца, мы не были друг в друге...       - Все равно. Я не забуду этого, не забуду такого тебя, я и не знал, что может быть так... словно умирать и оживать, задыхаться и дышать...       - Кстати, Северус, про "задыхаться"... Твой любовник сейчас как раз это сделает, - со смехом предупредил Гарри, пытаясь скрыть неловкость, появившуюся после слов мужчины, потому что чувствовал то же самое, и это было восхитительно.       - Прости, - Северус мгновенно освободил Поттера и откинулся на спину, потягиваясь сыто и довольно.       Юноша закурил, передавая пачку и мужчине, но тот отмахнулся.       - Северус? Что такое? - гриффиндорец обеспокоенно вглядывался в чуть напрягшееся лицо.       - Я не должен был говорить этого, я забылся, прости.       - Тебе не за что просить у меня прощения, Сев... Я... Это было очень приятно услышать, я чувствую то же самое, только страдаю косноязычием, поэтому не всегда могу нормально высказываться, и еще я часто порчу приятные моменты, - Поттер ласково потерся чуть колючей щекой о предплечье мужчины.       - Чем сегодня займемся? - Снейп предпочел перевести тему.

***

      - Поттер, ты в своем уме? Мне уже давно не девятнадцать, - зельевар устало потер переносицу и покачал головой.       - Нам хватит и того, что девятнадцать мне, Северус. Тебя это беспокоит? Беспокоит наша разница в возрасте? Или есть что-то другое... Какая-то другая причина? Скажи мне, у тебя есть другой мужчина или женщина? Просто, если это так, то я думаю, что им придется забыть о тебе, потому что я не собираюсь тебя никому отдавать, ясно?! - юноша запустил в чуть влажные волосы руку и отвернулся.       - Нет, у меня нет ни мужчины, ни, тем более, женщины, - просто и спокойно ответил Снейп. - Но ты действительно думаешь, что маггловские аттракционы - это хорошая идея?       - Тем не менее, мы здесь. Пойдем на колесо обозрения? Я хочу поцеловать тебя на высоте птичьего полета, - уверенный в своих словах, Гарри улыбнулся, и, не слушая больше ворчащего мужчину, потянул его к кассе.       Одному Мерлину известно, сколько Поттеру пришлось приложить усилий, чтобы Северус надел маггловскую одежду и выбрался с ним из дома. Беззлобное ворчание и красноречивые грозные взгляды не проняли бесстрашного гриффиндорца, и, отвлекая Снейпа поцелуем, Гарри аппарировал их ко входу в Парк Аттракционов в Лондоне. Вдоволь нацеловавшись за деревом, как подростки, мужчины направились на разведку.       Стоя в очереди за билетами, Гарри касался мизинцем ладони зельевара и тихо счастливо улыбался, ощущая в себе силы справится со всем, что на них свалилось. И, пусть сегодня уже суббота, у них есть время до утра понедельника, чтобы любить друг друга, а затем, возможно, и вся жизнь.

***

Вчера.       Разговор с Министром был недолгим, но этого вполне хватило, чтобы узнать кое-что о договоренности Снейпа и Шеклболта. В разговоре Гарри иногда затрагивал тему власти и Северуса, заверяя Кингсли, что "нянчится" с зельеваром из благодарности за все, что тот делал во благо Ордена Феникса во время войны. Несколько раз подчеркнул необыкновенную мрачность и неразговорчивость зельевара, который предпочитал компании Гарри свои котлы и огромные фолианты. Министр только пожимал плечами, что-то говорил о его характере и раз пять напомнил, чтобы Поттер притащил Снейпа на казнь в понедельник в восемь утра.       Полученные данные, мысли, что роились в голове у Шеклболта, Гарри запоминал, как молитву, несколько раз повторял про себя и вникал. Оказывается, Снейп и Кинсли принесли друг другу Непреложный обет. "Я, Кингсли Шеклболт, клянусь Северусу Снейпу, что не причиню никакого вреда Гарри Поттеру, не буду вмешиваться в его жизнь, не убью, не причиню вреда, если Министр Корнелиус Фадж будет убит Северусом Снейпом, и виновный добровольно сдастся, а затем примет свою смерть. Говорить о нашей договоренности, намекать, даже будучи в беспамятстве - не позволено. Клянусь Магией и своей жизнью." "Я, Северус Снейп, клянусь Кингсли Шеклболту в том, что убью Корнелиуса Фаджа, позволю себя задержать и добровольно приму смерть. Говорить о нашем соглашении не буду, пытаться избежать смерти не буду, если Кингсли Шеклболт не причинит вреда Гарри Поттеру во время моего заключения и после моей смерти. Клянусь Магией и моей жизнью."       Гарри, как никогда ясно понимал, что в такой ситуации должен умереть либо Северус, либо Кингсли. Только вот Министр не ожидал, что Поттер сам обо всем догадается, даже без помощи Снейпа, и, что самое важное - не позволит случиться смерти своего любимого. Видимо, сила любви и правда способна сотворить чудо. Министр должен быть мертв, чтобы авроры не успели причинить Гарри вреда, и чтобы Непреложный обет был снят. Проблема в том, что на казни будет присутствовать и сам Министр, чтобы быть уверенным в своей полной победе.       Вот только юноше там нельзя быть. Только начальник Азкабана, которому нужно будет избавиться от Северуса и Шеклболт. Жизнь против жизни.

***

      - Мы уже почти наверху, Поттер, а ты летаешь в облаках! Какого черта тогда все это? Кажется, ты хотел... - начал было возмущаться Снейп, но Гарри, вынырнув из воспоминаний, крепко сжал в руках пальто зельевара и чувственно поцеловал его, прекращая его недовольные реплики, наслаждаясь им, вдыхая ставший таким родным, запах, гладя по гладковыбритой щеке, согревая кожу.       - Ты веришь, веришь мне, Северус? Скажи, ты веришь? - быстро зашептал Поттер, притянув мужчину максимально близко к себе.       - Мне бы хотелось, но...       - Тише, не говори, я знаю, знаю, Северус, - шептал юноша, зарываясь носом в прохладный шелк волос, пряча свои слезы. - Ты мой, Северус, я никому тебя не отдам, слышишь?       - Собственник... - грустно улыбнулся зельевар, первым целуя Гарри, успев заметить влагу на его щеках, отчего сердце словно сжала ржавая пружина, не давая дышать, не отпуская.       - Я хочу домой, Северус. Хочу сесть у твоих ног у камина, чтобы ты гладил мне волосы. Хочу выпить виски и просто помолчать, уткнувшись в твои теплые колени. Ты позволишь мне такую слабость, Северус? Только сегодня? Потом я снова буду сильным для тебя.       Снейп просто обнял его, думая, что позволит этому ребенку все, что угодно, и они аппарировали прямо с Колеса обозрения в их теплый и уютный дом, в их надежную крепость.