Оглянись

31 августа Дом Месута Озила

Уже позже, дома у Месута, они сидят в гостиной и пьют чай. Опять. «Может, стоило попросить кофе, для разнообразия?» - думает Сами и ухмыляется своим мыслям. Озил, до этого молча сидевший рядом, воспринимает эту усмешку на свой счет, и его напряжение заметно растет. Он громко вздыхает и старательно отводит взгляд. Месут прекрасно понимает, что долго в молчании им не просидеть, что рано или поздно придется поговорить о произошедшем, но все равно не может себя пересилить и начать разговор первым. То нервное напряжение после аварии, которое разрушило весь его самоконтроль и заставило показать свои чувства, уже прошло, и теперь Месуту немного неловко за свою несдержанность. - Очевидно, ты меня теперь выставишь за дверь, потом неделю не будешь отвечать на мои звонки, а Серхио опять всю душу из меня вытянет, чтобы узнать, что случилось, - вдруг произносит Сами и хмыкает, - причем Серхио – это самое страшное из всего перечисленного. Месут смотрит на него во все глаза, сбитый с толку. - Эээ… Что? - Ну, - Сами пожимает плечами, - ты так в прошлый раз сделал. Выгнал, не отвечал, оградился от меня. А я себе места не находил. Теперь Месут чувствует себя виноватым, и, говоря откровенно, его поведение иначе как истеричным не назовешь. - Просто мне тяжело было смириться с тем, что произошло, - тихо произносит он, - мне нужно было время. - А что произошло? – в голосе Хедиры явно слышится насмешка, но Озил старательно ее игнорирует. - Ты сам знаешь. - Ну да. У нас с тобой был почти секс, потому что ты кончил, а я нет, - Сами уже откровенно веселится и, когда лицо Месута заливает краска, он не может сдержать широкой улыбки. По правде говоря, если у Хедиры и оставались сомнения относительно чувств Озила, то теперь они исчезли без следа. Осталась только уверенность, что Месут от него никуда не денется, да и Сами теперь точно не отступит. Он улыбается еще шире и добавляет, уже без всякой насмешки: - И знаешь что? Этот почти секс был самым лучшим в моей жизни. Месут выглядит удивленно, как будто не может до конца поверить в его слова, и, после длительного молчания спрашивает: - И что мы со всем этим будем делать? Нам нелегко придется, и все теперь изменится, - голос его звучит немного удрученно, он словно сам удивлен тем, что уже смирился и признал свою симпатию к Хедире. На самом деле, это нечто большее, чем симпатия, но Месут пока старается об этом не думать. - Изменится. Кроме одного. Мы по-прежнему будем друг у друга. Месут разрешает себе представить, какого это будет – касаться Сами так, как хочется, и не бояться встретить непонимания и осуждения, обнимать его и чувствовать, как тот обнимает в ответ, и это так потрясающе, так правильно, что все сомнения отходят на задний план. Месут смутно осознает, что, в общем-то, выбора у него и не было никогда, но его это не пугает. Он легко улыбается и притягивает Сами за плечи для поцелуя. Да, все теперь изменится. Но вот чего-чего, а перемен Месут Озил не боялся никогда.

fin

***

Я и не думала, что смогу это дописать, но вот он, конец, и теперь настало время для благодарностей: огромная благодарность тем, кто читал этот фанфик и оставлял комментарии, спасибо Вам всем за то, что верили в меня, когда я сама уже не верила. Спасибо моей бэте, за то, что взялась вычитывать эту писанину, и огромное спасибо для Theon за выдачу чудодейственных стимулирующих люлей.