Пролог.
3 марта 2015 г., 12:35
— Пап, а как вы с отцом познакомились? — маленький юркий ребенок забрался на колени к родителю, раскрыв пошире глаза и оттопырив уши, приготовившись внимать в очередной раз интересную историю, которую он слышал много раз, но которая еще никогда ему не надоедала.
— Серин, я ведь тебе много раз об этом рассказывал, — улыбнулся юноша, поглаживая по отросшим до плеч темным, как ночь, волосам, свое чадо.
— И что? Мне интересно, — тут же надул губы малыш. — Я хочу еще раз услышать эту историю.
— А как же тренировка? — хитро усмехнулся родитель. — Тебя наверняка отец уже ждет.
— Ойу-у-у... — ловко спрыгивая с колен, завопил малыш, хватая небольшой клинок, который был специально сделан под его детскую руку, и бросился на выход, напоследок обернувшись и сверкнув глазами.
— Но после тренировки ты мне обязательно расскажешь? — попросил он, отец согласно кивнул, вставая и подходя к окну, чтобы понаблюдать за тем, как его супруг станет заниматься с их сыном, которому скоро исполняется девяносто лет, по человеческим меркам это всего девять. Но в их роду детей начинали обучать уже с семидесяти лет военному искусству.
Наблюдая за сыном, юноша не мог нарадоваться тому, что он заключил в себе обе расы родителей. От него самого малышу достались темные волосы, наивный внешний вид, длинный хвост с металлическим набалдашником на конце, который мог трансформироваться в острый кинжал или, напротив, в кисточку — мягкую и пушистую, тогда как боевая форма устрашала и повергала в ужас неподготовленных. А вот от супруга он унаследовал твердолобость, ехидство, сарказм и янтарные глаза, которыми при желании мог испепелить неугодного. Но вместе с тем у малыша было доброе сердце и светлая душа.
Пока и сын, и муж были заняты, юноша с улыбкой вспомнил историю их знакомства, которую так часто просит рассказать ему сын.
***
В их мире Зангар уже несколько десятилетий шла война. Оборотни, вампиры, деорты, хидры, эльфы и демоны никак не могли поделить территорию. Каждая раса хотела жить отдельно, чтобы ни с кем не делить материк. А как это можно было сделать, если их было всего четыре, а населяющих мир существ так много. Когда от войны устали многие, эльфы с вампирами пришли к соглашению, заняв один из материков, позже, на примере двух рас, объявили перемирие оборотни с демонами, заняв второй материк. Третий — самый маленький, уже давно и прочно был заселен людьми, гномами, орками и кентаврами. Как они все там уживались, для многих оставалось загадкой, но в их дела никто никогда не вмешивался. Торговые сделки совершались на нейтральной территории, потому и смысла соваться на материк не было. Остались только две расы: деорты и хидры, которые не желали идти на уступки. К тому же был еще один немаловажный факт: на последнем оставшемся материке очень большую площадь занимала Академия и прилегающие ей земли. Одна седьмая всего материка принадлежала ей. А оставшуюся часть одна из рас желала занять индивидуально. В разгар очередной битвы, когда сошлись два сильных воина, в руках сверкали мечи, глаза горели яростью, один из них, с янтарными глазами, темными крыльями и белоснежными волосами вдруг начал странно дергаться. Второй: темноволосый, темноглазый, но с белоснежными крыльями недоуменно смотрел на врага, не понимая, почему он вдруг тоже опустил меч. — Сейчас же отцепи от меня это! — взревел хидр, дергая ногой, пытаясь подцепить мечом мешавшую деталь. — Сам и отцепливай, — вдруг усмехнулся деорт, окончательно опуская меч. — Если получится, — добавил он. — Да я его сейчас разрежу, — взревел хидр, уже оплетенный хвостом деорта, притянутый к нему. — Да что это за напасть?! — Хм, это не напасть, это выбор супруга, — вдруг покраснев, озвучил деорт, вспоминая то, о чем ему рассказывали в детстве. — Кого? — сверкая глазами, пытаясь испепелить нахального деорта, шипя, поинтересовался хидр. — Супруга, — повторил светлокрылый юноша, пожимая плечами. — Не отвертишься, хвост всегда лучше знает, что нужно его хозяину. После того, как обе враждующие расы узнали о том, что эти двое, можно сказать, нашли друг друга, было объявлено о перемирии, так как по законам этого мира, ни одна враждующая сторона не имеет права нанести увечья родным и близким будущего супруга. А чтобы в битве не выяснять, кто чей родственник, пришлось подписать пакт о ненападении. Этих двоих, как зачинщиков порядка — да-да, обычно зачинщики затевают беспорядки, а тут все наоборот — поселили на полуострове, единственном свободном месте рядом с академией. Остальные заняли всю оставшуюся территорию. Несколько раз хидр сбегал из дома, но настырный хвост деорта постоянно гнал хозяина на поиски, возвращая в их дом, где они жили, как кошка с собакой, пока не собираясь признавать факт супружества. Только спустя несколько лет хидр принял их связь. Куда бы он ни сбегал, деорт везде находил его. А уж найдя... хвост вытворял немыслимое: то скручивал намертво, то нежно ласкал, доводя до исступления, но... не давая разрядки. Это была своеобразная пытка, которая с каждым разом нравилась хидру все больше. В один из таких моментов он и осознал, что от судьбы бежать нет смысла, он и сам постоянно мучился вдали, с трепетом ожидая, пока настырный деорт его отыщет. Это стало своего рода игрой.***
Юноша вздохнул. Воспоминания вызвали улыбку. Ведь сейчас, спустя столько лет, у них, наконец, появился плод их любви, наследник, который появился как раз в момент наивысшего блаженства, когда сформировалась сфера и зависла в воздухе. А внутри зарождался маленький комочек их счастья. Сын обещал вырасти отличным воином, не знающим равных себе. Потому что история еще не знала такого смешения двух самых сильных рас его мира: деорты — его расы, и хидров — расы супруга. Хидры как снаружи, так и внутри одним своим видом вызывали ужас, ведь их взгляд способен был пригвоздить любого к земле, мог заставить не дышать, впасть в ступор от ужаса, тогда как сами представители данного вида были слишком красивы, даже можно сказать — идеально красивы: правильные черты лица, тренированное тело, широкий разворот плеч, узкая талия, как правило светлые волосы и янтарные глаза в обрамлении черных ресниц. Деорты, напротив, располагали к себе своей наивной внешностью, тем самым оставаясь недооцененными врагами, за что те потом жестоко могли поплатиться. — Ах ты ж, хитрюга! — раздался за окном окрик супруга, который недоуменно смотрел на сына, висящего на нем, как зверушка на дереве, одной рукой обхватив отца за шею, ногами обвив его талию, а второй рукой приставив клинок к его горлу. — Я победил! Йуху-у-у-у... — издал воинственный клич малыш, ловко спрыгивая с отца и махая рукой папе, наблюдающему за ними в окно. — Папуль, я победил! — крикнул ребенок, вызывая улыбку юноши в окне. Когда сын с супругом вошли в дом, оба были довольные, взмыленные и... голодные. За завтраком, отец посмотрел на Серина, уплетающего за обе щеки, и улыбнулся, особенно когда увидел, что вытворяет его хвост: он то обвивался вокруг тела малыша, то цеплялся за стул, то лез на колени к отцам, прося нежности и ласки, то вообще пытался обмакнуться кисточкой в тарелку с едой, за что получал уже от самого ребенка, которому не нравилось такое самоуправство. — Да веди ты себя прилично, — надув щеки, щелкнул по кисточке малыш, тут же переведя взгляд на обоих родителей, которые сидели рядом, напротив него. Тут озорная улыбка осветила лицо юноши, и он резко нырнул под стол, чтобы убедиться в том, что хвост его папы мирно покоился на теле отца, обвив его вокруг талии. — А мой хвост тоже когда-нибудь так же будет обвивать кого-нибудь? — вдруг поинтересовался Серин, поставив на стол локоть и подперев голову, наблюдая за счастливыми родителями. — В этом и есть особенность наших хвостов, — нежно глядя на супруга, произнес хвостатый родитель. — Они всегда все знают лучше нас. — Ага, я вижу, — пытаясь ухватить расшалившийся хвост, сжал губы ребенок. — Никакой управы на него нет. — Не переживай, подрастешь, будет легче, — улыбнулся отец. — Надеюсь, — с важным видом кивнул ребенок. И тут же, широко улыбнувшись, попросил: — А теперь расскажешь, как вы с отцом встретились? Оба родителя, переглянувшись, поведали в который раз малышу историю их встречи. Тот слушал внимательно, зачарованно наблюдая за взглядами, жестами отцов, осознавая, насколько ему повезло родиться в такой любящей семье. А на следующее утро на очередной тренировке, когда малыш, как обычно, повис на отце, собираясь снова победить его, из ладони Серина резко вырвалось сначала пламя, которое тут же, шипя, погасло, а потом стали сыпаться ледяные стрелы. Справиться с неконтролируемым всплеском пробудившейся силы обоим родителям оказалось не под силу. Потому было решено, что малыша придется отправлять в академию, хотя оба родителя этого не хотели, ведь в каждой семье отпрыски получали индивидуальное образование. Но тут оказался другой случай...
