"Пока не поздно"...

Домик в Тверской губернии. 15 марта 1839 год. - Т-с-с-с-с. Она еще не просыпалась, - женский голос прошептал кому-то, а от открывшейся двери пахнуло холодом. – Бедняжка…Хорошо, что Шарик учуял чужака, и мы ее обнаружили. Иначе бы к утру она замерзла… - Что сказал лекарь? – спросил мужской голос. - У нее сильное истощение и усталость. Она приходила в себя ненадолго, но потом впала в забытье. Все время зовет одного человека. Должно быть, он ей очень дорог? - А барышня-то не из простых, - добавил мужчина. – Одета прилично, да и вещи в ее саквояже не крестьянские. Она назвала свое имя? - Не успела. Но даст Бог, когда она поправится, она раскроет нам свою тайну. - Матушка! Батюшка! – раздался взволнованный голос юной девушки, и от дверей снова пахнуло прохладой. – Он собрался ехать! Остановите его! Он же еще так слаб! И снова скрип и последующая за ним тишина известили о том, что она снова одна. - Владимир Иванович… Владимир…Володя, - шептали губы в бреду, а белокурые локоны распластались на сером хлопке подушек. Но ее никто не услышал, хозяева скромного жилища был заняты другим своим жителем. - Поручик, Вы же еще так слабы, чтобы одному в стужу, в ночь, отправляться верхом в столицу, - отбирая поводья коня, уговаривал своего гостя мужчина в темной рясе священника, но упрямый офицер ничего не хотел слушать: - Со мной все хорошо! Я и так слишком злоупотребил Вашим гостеприимством, чтобы оставаться здесь более. Я очень благодарен Вам, Евдокия Матвеевна, - и молодой человек, поклонившись, поцеловал руку женщине в телогрейке. – И Вам, милое создание, Василиса Прокопьевна, - запечатлел он горячий поцелуй на тонких озябших пальчиках рыжеволосой девушки, от чего та покраснела и отвела глаза в сторону. – И Вам, Прокопий Ильич! – протянул он руку для рукопожатия хозяину дома. - Мне, право, уже пора! Я не могу Вас подвергать опасности. Для военного суда - я офицер царской армии, который самовольно покинул место службы, а вы – мои укрыватели. Мадам, право не стоит беспокоиться, - остановил он женщину, когда та пыталась возразить. – Со мной ничего не случится с Вашими-то молитвами да моим упрямством, - ухмыльнулся он и вскочил на лошадь. – Берегите себя, мадемуазель, - подмигнул он юной особе, и у той снова на щечках появился яркий румянец. Пришпорив коня, он еще раз кивнул на прощание добрым людям, которые подобрали его, скитающегося уже пару дней по заснеженным просторам нашей необъятной страны. Он был так слаб и изнеможён от непрекращающейся метели и бурана, да еще эта больная нога, поврежденная им, когда его верный загнанный друг Гром замертво упал перед ним, что даже и не заметил крестьянских саней. Немолодой мужчина усадил уставшего путника и привез к себе в дом, где добрая семья священника ухаживала за офицером несколько дней, пока он не окреп. А теперь ему нельзя терять ни минуты и отправляться в путь. Да, он не успел спасти Анну от венчания с мерзким стариком, но он украдет ее и увезет подальше от этого насланного мужа. Он докажет ей свою любовь, свои настоящие чувства, чего бы ему это не стоило. Ему неважно мнение света и всех этих лицемеров, которые прячут свои лица за масками добродетели, а сами грешат; не важна военная карьера, где каждый готов выслужиться перед командиром, лишь бы нахвататься звезд на мундир. Он станет для Анны защитником, покровителем, братом, другом, любовником, мужем. А если она не поверит и не примет его любовь, он уйдет в сторону, но будет ее оберегать всю жизнь, ибо жить вдали от этого белокурого ангела он больше не сможет. Рыжая кобыла с всадником на спине зашагала рысью до ворот, удаляясь от добродушных хозяев: - Владимир! – словно звон колокольчика пронесся по двору до боли знакомый голос. – Владимир, постойте! "Должно быть, мое подсознание со мной играет в злые игры?!" – подумал поручик, услышав свое имя. Но повторный зов заставил его обернуться, и он замер. Посреди двора стояла Она, укутанная в серую шерстяную шаль. Не думая ни минуты, он соскочил с лошади и подбежал к той, которая занимала все его мысли уже столько лет, и заключил ее в свои объятия. - Анечка, Аня, маленькая моя. Родная. Любимая. Неповторимая, – нежно шептал он своей единственной и целовал ее холодные пальчики. Он осушал соленую влагу с дорогих розовых щечек, согревал горячим дыханием столь милые сердцу ушки и носик. –Каким же я был глупцом, скрывая от Вас свои истинные чувства. Я не могу без Вас жить. Каждый новый день без Вас потерян. Лишь бы ты всегда была рядом… - Владимир, - пропела протяжно она и прижалась к его груди. Воссоединившееся влюбленные еще долго стояли посреди двора. Они нашли друг друга в этом скромном деревянном домике посреди снегов и сугробов и просто стояли, смотря друг другу в глаза. Им было о чем помолчать, ибо слова двум сердцам, что бьются в едином ритме, не так и важны… Эпилог: Анну и Владимира обвенчал в этот же вечер священник, который их приютил в своем время. Эта семья поистине стала для них алтарем их любви и выстраданного счастья. Через неделю, когда молодая баронесса полностью окрепла, молодожены направились в Петербург. По прибытии в имение Корфов Иван Иванович рассказал о происхождении Анны: незаконнорожденная княжна Анастасия Долгорукая - дочь погибшего на охоте три года назад князя Петра Михайловича Долгорукова и бывшей крепостной Марфы Егоровны. Именно эта тайна, которую хитрый предводитель дворянства вызнал у умершей должницы, повитухи Прасковьи, и стала причиной такого скорейшего желания господина Забалуева жениться на воспитаннице старого барона. Двадцать лет она назад принимала роды у крепостной, которая умерла сразу же после появления на свет светловолосой девочки, а старый Корф не стал разрушать семью друзей и отдал малышку (присвоив ей новое имя, Анна Платонова) на воспитание крестьянской семье, которая волею судьбы не могла иметь детей. Но белокурый ангел недолго прожил с приемными родителями: они умерли от чахотки. Вот тогда-то Иван Иванович и взял девочку на воспитание к себе, и растил ее, как дворянку. Когда же к нему пришел Андрей Платонович, он не смог ему открыть тайны об истинном происхождении любимицы, ибо Долгорукая уже тогда зверствовала в своей усадьбе и через силу выдала замуж старшую дочь за богатого старого графа. Она издевалась над крепостными, высекая за любую провинность на конюшне. Не избегла и этой участи и собственная дочь, когда решилась бежать от ненавистного брака. Узнай княгиня о нагулянной на стороне дочери покойного мужа, Анна не избежала бы такой же кары. Посему, Иван Иванович, соглашаясь на свадьбу юной барышни со стариком, спасал ее, скорее, от Марии Алексеевны, нежели боялся раскрытия ее тайны. Однако побег девушки из-под венца придал ему силы, и он нарек Полину именем своей воспитанницы, освободив от крепостничества, а батюшка обвенчал девицу с женихом. Предводитель уездного дворянства так и не смог доказать незаконность венчания и уехал с молодой, но бедной, женой в свое скромное имение, которое у него было заложено за игру в карты. И теперь бойкая и наглая госпожа Забалуева заправляла в полуразрешенном доме, проклиная за свое желание хоть чуточку побыть на месте Аньки. Старый барон обрадовался свадьбе сына и воспитанницы и благословил их на счастье. Но в силу открытия истинного происхождения девушки, княжна Анастасия Петровна Долгорукая и Владимир Иванович Корф снова венчались, но теперь при воссоединении их сердец присутствовали самые близкие люди. Конец…