Телохранитель

Солнце давно уже спряталось за горизонт и наступила темнота. Только уличные фонари, стоявшие вдоль дороги, отгоняют ее. Один за другим свет заглядывает в окно автомобиля и едва падает на взволнованное лицо Марка, который глазами наблюдает, как часто сменяются серые дома. Ему кажется, что это происходит слишком медленно, поэтому он просит водителя ехать быстрее, но тот лишь качает головой и говорит, что больше прибавить скорость не может. Это предел. Но нервы Марка тоже на пределе. Он готов вот-вот сорваться и побежать до той самой больницы, в которой никогда раньше так не мечтал оказаться. Бежать не жалея на это сил, пока легкие не будут гореть, а в бок не вонзится нож. Но он ждет, нервно сжимая пальцы в кулак и постукивая подошвами по полу автомобиля. Причиной такого поведения не служил внезапный поцелуй, из-за которого Марку все еще стыдно. Он не несется туда только для того, чтобы попросить прощения за свое поведения. Нет, тут сыграл огромную роль звонок Бэма. Уже тогда нервы американца собрались в один большой комок. Взяв телефон, Марк понял, что что-то случилось. Проведя пальцем по экрану, он поднес телефон к уху и тогда взволнованный голос Бэма сообщил именно то, о чем Марк мечтал в своих самых сокровенных желаниях. Джексон очнулся…

***

— Марк! — навстречу бежит Бэм. Он хватает его за руку и едва останавливает. — Постой. Послушай меня… — Нет! Сначала я хочу увидеть Джексона, — Туан грубо вырывается из хватки друга и уже несется по привычному пути. Он слишком долго мечтал об этом, чтобы сейчас отвлекаться на всякие мелочи. Сейчас все отошло на задний план. И случай в клубе, и друзья, и головная боль от выпитого алкоголя, и Бэмбэм, который все пытался догнать друга, что-то активно тараторя. Но Туан не слушал. Джексон же его ждет! Возможно, он опечален, что его парня не оказалось рядом и едва зол. Но Марк бежит. Он поскорее мечтает оказаться в любимых объятьях, почувствовать, как крепкие руки Джексона обнимают в ответ, ощутить его горячее дыхание на шее и легкий поцелуй, полностью выводящий Марка из своего мира. Все, что было когда-то только во снах, скоро станет реальностью. Совсем скоро… — Пожалуйста, Марк! — отчаянно кричит таец на весь коридор, но тот его не слушает. Он сворачивает за угол и уже стоит напротив палаты 165, едва восстанавливая дыхание. Только эта дверь теперь отделяет их. Открой ее и все вновь встанет на свои места. А ведь сколько раз Марк мечтал об этом. Но именно сейчас в это меньше всего верится. Как будто за дверью его ждет очередная шутка, которая давно уже не смешная, а болезненная. Но больше всего было ощущение будто это один из снов Марка. Ему не раз в течении этого месяца снилось, как Ван обнимал его, что он очнулся. И страх все не покидал его. Страх, что это все нереально. Страх, что он может проснуться. Но убедиться в том, что все происходит наяву, можно только войдя в палату. Нервничая, Туан медленно поворачивает дверную ручку и открывает дверь. Вот и он, облокотившись на подушки, сидит, открыв глаза. Его Джексон. Парень, которого он ждал целый месяц. Которого, не переставая любил. Марк не выдерживает и бежит к нему. — Джексон, — облегченно выдыхая, проговаривает Туан. Он обхватывает его шею руками и утыкается в плечо. Только тогда Марк понимает, что это реальность и через несколько минут он не проснется в пустой комнате. Один. Не поедет в больницу. Один. Не будет весь день... Один. Наконец-то. Весь этот мучительный месяц, терзания, слезы, крики… Со всем этим покончено. Джексон очнулся. Вот он! В его объятьях, как было всегда. Сердце Марка снова готово выпрыгнуть из грудной клетки. Его переполняют все возможные эмоции, готовые вот-вот разорвать изнутри. От этого он готов смеяться и прыгать по комнате, но он просто не может отпустить Джексона. Слишком долго он не смел насладиться им… А так же чувством полета. Все это время к рукам Марка, словно были прикреплены оковы, которые не могли поднять его ввысь. И сейчас они сброшены в пропасть, откуда уже никогда не вернутся. Марк закрывает глаза, и слеза счастья медленно катится по его щеке. Джексон очнулся. Он сдержал свое обещание, значит, он и правда любит его. И сейчас американец полностью уверен, что ничто не сможет их разлучить. Это не простое увлечение, как порой бывает у людей. Это настоящая любовь, проверенная временем и расстоянием. Ведь все это время они находились в двух параллельных мирах, но Марк не переставал верить, не переставал мечтать. И все же он благодарен, что может насладиться приятным послевкусием после горьких страданий. — Бэм… Кто это? — неуверенно спрашивает Джексон, недоуменно смотря на дверной проем, где стоял его друг. Марк от этих слов замирает. Он в шоке округляет глаза и, отстранившись, смотрит на Джексона. — Ты шутишь? — серьезно спрашивает Туан, не понимая такого поведения парня. Тот тоже смотрит на него и только тогда Марк замечает в нем изменение. В его глазах уже нет того обожания и любви. Одно лишь непонимание. — Марк, пожалуйста, идем поговорим, — подойдя к Туану, Бэм нежно берет его за руку и пытается увести к выходу. — Мы сейчас вернемся, — говорит он Вану и тот кивает. — Нет…— только может вымолвить Марк. Все слишком запуталось. — Что тут, черт возьми, происходит?! Почему ты так говоришь?! — с криком спрашивает Туан своего парня. Или уже не его? — Марк, пожалуйста! — чуть не плача говорит Бэм, и только тогда американец поворачивается к своему другу и видит в его глазах мольбу. Несколько секунд раздумывая, Марк решает послушаться тайца и покорно выходит из палаты, напоследок обернувшись к Джексону, но тот не смотрел в ответ. Бэм, закрывает за собой дверь и опускает голову. Он пытается бороться со своими чувствами, но все же говорит с дрожащим голосом: — У него… амнезия, — негромко произносит Бэм. — Что? — словно не расслышав его, переспрашивает Марк. Кровь отхлынула от его лица. — Джексон… — Бэм садится на скамейку и тянет за собой американца.— Он не помнит ничего, что связанно с тобой. Секунда, одно лишь предложение и мир для Марка снова опустел. — Такого не может быть, — шепчет он. — Здесь какая-то ошибка… — Мне так жаль… — Нет-нет, — качает головой Марк. Бэм обнимает его и утешающее хлопает по спине. — Как же так? — непонимающе произносит Туан. Осколок разбитого сердца вонзается в его спину и плечи Марка произвольно сжимаются. Его вновь сковала боль, но он не плачет и не борется с ней. Он уже знает, что проиграет. Нет смысла начинать игру заново. До уха доносится щелчок и запястья снова сжимает холодная сталь. Его куда-то тянет и Марк чувствует, что утопает в объятьях Бэма, словно его кидают в океан. Он растворяется в нем, как таблетка в воде, и вскоре, от него уже ничего не остается. Джексон был для него словно единственный островок, где было приятно, где солнце не сжигало кожу, а песок не вонзался в стопы, словно иголки. Но Ван исчез и это место тоже. Он не помнит то, что, казалось бы невозможно забыть. Их первую встречу, признание в любви, поцелуи, вечера проведенные вместе. Все, что они так бережно строили, выкладывая кирпичик за кирпичиком, теперь с прахом развалилось на части. Разве возможно так? Все так просто забыть? Это именно то, что человек будет хранить в своей памяти до самой смерти, но именно это вырезалось из жизни Джексона, словно кадры на кинопленке. Где теперь она? Возможно ли, что память лежит на дне глубоко океана и вряд ли уже найдется? Но, а если искать? Проплыть каждый уголочек песчаного океана, не наткнувшись при этом на штормы и акул? Возможно ли это? Нет… Теперь остались только воспоминания, высеченные в сердце Марка, которые придется воссоздавать. Начиная с не складывающегося начала, с их косых и изучающих взглядов, с коротких диалогов и барьеров, заканчивая бессонными ночами, с нежными, но порой до одурения страстными поцелуями и словами, ласкающие ухо. Все это… От начала до конца. Но хуже всего то, что сейчас Джексон будет рядом. Мелькать перед глазами, смеяться, шутить но… Это будет уже не он. Это все тот же человек, все тот же Ван, да. Но это не его Джексон. Это даже тяжелее, чем ждать его возвращение. Так была хотя бы надежда, а сейчас Туан точно знает, что он сам умер в этой аварии. Ведь для Туана Джексон жив и так было даже тогда, когда он одной ногой был на том свете. А для Вана Марк даже не мертв. Для него американец даже и не рождался вовсе. Его любовь исчезла и Марк в его памяти тоже… — Марк, пожалуйста, не сдавайся, — как будто прочитал его мысли Бэм. — Возможно, он все вспомнит или вновь влюбится в тебя. «Влюбится? Вспомнит? Для этого всего нужно время и силы, которых у меня уже не осталось», — подумал Туан. — Не теряй надежду и не думай, что ты один. Я и твои друзья будем помогать тебе… Я тебя не брошу, — прошептал на ухо таец. Марк хмыкает и вспоминает слова Джексона. «Я тебя не отпущу», — он тоже обещал, но вот так сложилась судьба. Все те же слова, но разные чувства теперь охватывают Туана. Обида, боль, разочарование, а главное злость, которая направлена то ли на судьбу, то ли на китайца, то ли на весь мир в целом. — Я знаю Джексона с самого детства, и я никогда не видел, чтоб он так сильно любил. Я уверен, ты сможешь вновь воссоздать все, что было.— Бэм пытается утешить, и Марк, отпуская его, благодарно улыбается. — Идем к нему, — тихо просит Туан. Единственно, что сейчас он хочет, так это снова увидеть своего парня. — А может, ты лучше поедешь домой? — спрашивает таец, не понимая такого решения друга. — Нет, — уверенно заявляет тот, и Бэму ничего не остается делать, как кивнуть. Они встают, и Марк замечает, что мир вокруг него не остановлен. Все так и занимаются своими делами, не обращая внимания на двух обнимающихся парней. Возможно, дома у них свои проблемы, свои заботы. Туан удивляется, как они могут стоять рядом с его проблемой. Теперь все, что он раньше считал не выполнимым и пугающим, казалось слишком пустым и ребяческим. Сейчас все совсем по-другому. Марк заходит с Бэмом в палату, где их покорно ждет Джексон. — Оу, этот сумасшедший все еще не ушел? — посмотрел на «незнакомца» и едва хмыкнул Ван. — Как ты можешь такое говорить?! — сразу же воскликнул Бэм, представляя как тяжело слышать такие слова от второй половинки. — Это твой пар… — Друг, — перебивает Марк его. — Я был твоим лучшим другом, но, к сожалению, ты этого не помнишь. Бэм вопросительно смотрит на Туана, а тот не может отвести взгляда от своего бывшего парня. «Бэм прав», — твердо говорит про себя американец. — «Ничего еще не потерянно. Ты же жив! Ты дышишь, видишь и слышишь меня, а это главное. Ну и что, что ты все забыл! Твоя память может и не помнит меня, но сердце, точно ничего не забыло… Давай начнем все сначала… На сей раз я не отступлю и не сдамся. Даже если как раньше уже не будет, мне все равно… Мы вновь создадим нашу историю». Джексон смотрит на Марка и едва улыбается уголками губ, словно только что прочитал его мысли.