Дестиэль коды

Останься Кастиэль наклоняет голову, когда Дин кладет руку ему на плечо, когда Дин похлопывает по нему раз, два. Дин идет по коридору, а Кас наблюдает, его руки висят по бокам, как плети. Когда Сэм говорит, что Дин в беде, в его голосе слышится дрожь и страх, и мир Кастиэля сужается до одной точки. Он научился, что необходимо постучаться в дверь спальни и ждать, пока Дин впустит его. Он стучит, но не ждет, потому что также он научился тому, что иногда это ожидание никому не помогает. Дин сидит на краю кровати, прижимая пальцы к закрытым глазам. От него веет усталостью, и эта волна притягивает Кастиэля к нему. — Я думал, ты спишь, - замечает Кастиэль, направляясь к кровати. — И поэтому решил зайти без приглашения? Кастиэль так и полагал. Это был бы не первый раз, когда он наблюдал за спящим Дином, но он, конечно же, пришёл сюда не с этим намерением. — У меня сложилось впечатление, что на самом деле тебе не хочется быть одному. — Да ты сама проницательность, Кас, - устало сказал Дин, проводя рукой по лицу. – С чего ты это взял? Это потому что я сказал, что хочу побыть один? Кас моргает: — Да, поэтому. Ты редко говоришь, чего хочешь. Дин наконец поднимает голову и смотрит на Каса. Синяки на его лице выделяются на бледной коже, они кажутся опухшими и зловещими. Этой эмоцией пропиталась вся кожа Дина, она сочилась из глаз и губ. Он вздыхает. — Ага, ладно. Присаживайся тогда, - он указывает на кресло в углу комнаты, но Кас обходит его и садится на кровать, рядом с Дином. Дин усмехается, может быть, даже с небольшой долей хорошего настроения: — Ну, или сюда. — Дин, - начинает Кастиэль, - сегодня ты сделал большое дело. Когда Дин открывает рот, чтобы возразить, он продолжает. – Не хорошее, а большое. Безмерно великое. Тишина. Она становится тяжелой, невыносимой. — Ты выбрал для себя путь, - снова продолжает Кастиэль. – Я прошу тебя, помни, что ты не должен бороться с чем-то в одиночку. — Пока нет, - бормочет Дин с уверенностью, которая заставляет Каса придвинуться ближе к нему. Он скучает по своей благодати, благодати, которая позволяла ему заглянуть в самые потаенные уголки души его праведника. И хотя он никогда не мог понять поступков Дина, не полностью, он скучает по успокаивающему теплу, что излучали его намерения. Он опирается рукой о колено Дина: — Мы приглядываем за тобой. Он проводит пальцем по одному из синяков на лице его человека: — Мы никогда не оставим тебя одного. Дин приоткрывает рот, будто собирается спорить, будто собирается в очередной раз свести всё к шутке, но это выражение мгновенно исчезает с его лица. Когда Кастиэль встает, чтобы уйти, потому что он сказал всё, что хотел, что-то неожиданно тянет его обратно. Дин ухватился за подол его плаща, прижимая его к кровати. — Мне надо поспать, - говорит он в пол, и Кастиэль щурится. Дин не смотрит на него. Он не озвучивает это, но вопрос висит между ними в воздухе. Поэтому Кастиэль остаётся ещё ненадолго. Дин действительно, со временем, засыпает.