Дама спасает джентльмена

Однажды душным и пыльным утром…       Мерлин тихо влачил существование за золотыми буквами. Делать было нечего, только ждать. Такова участь связного, такова участь вообще всех, кто остаётся дома. Иногда их затем и оставляют. - Бз-з! Бз-бз-бз-з-з! Бз! Бз! Бз-з-з-бз-з-з! Бз-з-з-з-з-з-з-з-з! Бз, - Мерлин дёрнулся от неожиданности, и пылинки в лучах света заплясали. Озираясь, он достал из кармана пиджака телефон. Тот выглядел как прямо с конвейера. Если бы сейчас ещё выпускали Нокии-кирпичики. Он никогда им не пользовался, никогда. Для связи с рыцарями круглого стола были средства более надёжные, а родных у него не было. И всё же на протяжении пятнадцати лет он клал его в свой карман. Потому что когда-то, сжимая его в неискренних объятиях, его очень искренне, очень нежно, очень настойчиво просили носить телефон при себе – вдруг ей понадобится его помощь? Все мы хотим быть кому-то нужны, а люди, идущие на смерть, тем более. Она была его первой любовью и последней. Но не потому, что он был из тех, кто верен до гроба. Просто потому, что рыцари круглого стола не только рыцари, но и джентльмены, а джентльмен никогда не обречёт даму на вечное ожидание. Поэтому у них нет своих дам. Кроме тех, у кого они были до. А остальные несчастливцы вспоминают прошлое. И он вспоминал… Только она знала его номер. И куда девалось его мужество, где хладнокровие? Телефон плясал в его руках. - Да? – голос его был ровен, но это стоило ему всей силы воли. - Мерлин! Если ты ещё Мерлин, конечно, - она рассмеялась в трубку, а у Мерлина всё оборвалось внутри. Он знал, что голос у женщин не меняется с годами, а что толку? Её смех воскресил в нём далёкое, почти призрачное прошлое, а он не знал, хотел ли этого, - Мерлин, приезжай, срочно. Самолётом, вертолётом, телепортируйся, если ты всё-таки изобрёл этот способ. Ты нужен, очень! Нет, ничего не случилось, просто у меня есть для тебя сюрприз. Всё, пока! А, нет, стой! Не клади, пожалуйста! Нужно лучшее медицинское оборудование, какое у вас есть, для транспортировки самых тяжелобольных, хорошо? Быстрее, умоляю! Она отключилась.       Мерлин тупо посмотрел на телефон, резавший густую тишину гудками. И если бы он не был Мерлином, то просидел бы долго. Но у рыцарей круглого стола в голове есть рабочий отсек, и ему не страшна ни любовь, ни воспоминания, ничего. Он бегом спустился вниз и на ходу взвешивал, сколько людей ему нужно взять с собой. С ней он справится один и легко, но всё это дурно пахло, а в особенности слово сюрприз. А что означало оборудование для транспортировки больных, юмор? Галахад, наконец, подал признаки жизни: «На сегодня всё. Я свободен, о великий Мерлин?», - этот юнец несгибаем. Как можно каждый день кромсать людей на неспособные покромсать тебя кусочки, обманывать и шпионить, и при этом продолжать наслаждаться жизнью настолько, что делать из своей работы подобие Бондианы? Пьёт, курит, соблазняет и шутит. Мерлин так и видел, как Экси стоит сейчас перед зеркалом и тщательно оправляет себя. Гарри его научил тому, чем жил, а парень в это играет. И чёрт с ним, пусть, вот уж кто в детстве не наигрался в роскошь. «Нет, не свободен, срочное дело, через пять минут чтоб был здесь». «Твоё счастье, что я уже дошёл до тринадцатой главы Кодекса*, а то бы я сказал тебе, кто ты». Связь прервалась, и Мерлин стал собирать остальных.