Цепь

Мои пальцы нервно постукивали по бумагам. Предчувствие чего-то большого и значимого с улыбкой замерло внутри. И ещё рядом с ним таилась эта жажда глотнуть виски. Я смотрю на свои подрагивающие фаланги и понимаю, что в ближайшие дни ничего такого не светит - сейчас будет много работы и мало отдыха. Планы Вааса в точности совпадали с моими ожиданиями. Едва мы нашли труп Хойта, которого вытолкнули с того вертолёта, мне было ясно - теперь мы будем не просто работать на Вааса. Мы будем сражаться за него. За его упрямые эгоистичные амбиции и желание поквитаться со всем миром. Монтенегро не оставит попытки захватить компанию, а после этого она, возможно, лишь будет разрастаться. Думаю, он давно ждал этого. Едва мы вернулись из разведки с южного острова (куда проникали без согласования с людьми Хойта), и предъявили фото трупа и толстую золотую цепочку, снятую с шеи Волкера, Ваас не усомнился в наших словах ни на минуту. Хотя ему ли было сомневаться - он столько раз исподлобья сверлил взглядом эту поблёскивавшую цепь, слушая Хойта и его бредни. И сейчас, едва Ваас отдал приказ найти документы на некоторых из наёмников и ждать его, я уже знал, что будет дальше. Всё-таки за два года мне удалось поймать ту же волну, что и он. Разве что мне для размышлений не требовалась наркота. Единственное, чего я так и не смог понять и предугадать, - это смерть Ликки. Боже, да за что он грохнул девчонку? Конечно, я и сам безмерно охуел, узнав, что она сбежала с Броди, но разве стоило многого от неё ждать? Если б Ваас порой был с ней чуть помягче, она и не стала бы искать привязанности мальчишки, запертого в подвалах Хойта. А может, она и тогда просто хотела стать похожей на Монтенегро - торговать людьми и нюхать кокаин с его рук. Глупые люди. Оба - и он, и она. Когда я попал к Ваасу, мне почти исполнилось восемнадцать, и первый год был просто ужасен. Я почти не помню его из-за тяжёлой работы и постоянного бега. А носиться приходилось постоянно: я регулярно выставлялся приманкой в засадах для ракьят, а потом уходил из-под пуль, постоянно уматывал от желающих выебать меня, да и просто был мальчиком на побегушках. Потом стало проще. Все, кто работал на островах больше года, уже переходили в разряд людей, имеющих какой-либо важный опыт. Ведь если ты не сдох здесь в первое время, ты чего-нибудь да стоишь. Затем полгода снайперской вышки, с которой я вообще почти не спускался. Шесть месяцев над землёй, за которые я достаточно насмотрелся на пиратов. А на Вааса с Ликки и подавно. Я был чертовски поражён и разочарован, когда увидел, какими дешёвыми методами он пользовался, чтобы расположить её к себе. Не заставить любить себя, а именно расположить. Не думал, что Ваас способен идти по пути наименьшего сопротивления, но именно это он и делал. Больше всего мне запомнилась та ночь, когда я впервые решил бросить пить. Мы со снайпером по имени Донато материли дождь, просачивавшийся сквозь щели в крыше вышки. Я тогда просто чертовски устал. Всё, чего мне хотелось, - это глотнуть алкоголя, чтобы хоть чуть-чуть согреться и успокоиться. Ваас гонял нас на наблюдение четверо суток, и это осточертело до такой степени, что я был готов перемахнуть через перила вышки и уйти в Бэдтаун пешком. Меня злил Ваас, этот ёбаный остров, снайпер, который всё никак не мог заткнуться, и эта девчонка на воротах, которая была меньше винтовки. Ликки тогда должна была простоять на воротах до заката, и проливной дождь не был причиной уйти с поста. Мы-то хоть были под крышей, а девчонка вымокла до нитки. С наступлением сумерек к фонарю над ней слетелись все насекомые, которые только были в лесу. Она иногда вздрагивала от укусов, в кровь расчёсывая кожу, и переминалась с ноги на ногу, ожидая одиннадцати часов. Конечно, Ликки ни за что не ушла бы с поста, но в ту ночь пираты, хозяйничавшие у автосклада, развели в пустой железной бочке костёр. Она нет-нет да поглядывала на горячий огонь, потрескивавший всего в десяти метрах от неё, и сжимала в кулаки замёрзшие пальцы, стараясь отогреть их. В конце концов она выудила из узкого кармана джинсовых шорт чьи-то часы без ремешка и, протянув их к свету, вгляделась в циферблат. Я тоже глянул на свои часы - без двух минут одиннадцать. Мне уже было просто интересно, что она сделает дальше. В конце концов, на долю девчонки выпадало больше дел, чем кому бы то ни было. Она дрожала от холода и усталости. Наконец, оглянувшись по сторонам, Ликки всё же шагнула назад, к потрескивавшей тлеющими углями бочке. - А ведь ещё две минуты, - снова раззявил пасть Донато, выглядывавший с вышки. Я промолчал, глядя на то, как девчонку трясёт от удовольствия. Но что-то в её башке всё же встало на место: отогревшись, она снова взялась за винтовку, прошла от ворот к кромке леса и, оглядев всё вокруг, облегчённо вздохнула. - Что ж за хуйня такая, а? - обрушился на неё голос подкравшегося сзади Вааса. Он стоял, уперев руки в бока, и в его глазах блестело удовольствие от её промаха. Девчонка лишь по привычке насупилась и молчала. - Я оставляю на тебя главный вход в лагерь, а ты предпочитаешь припекать свою сладкую задницу у огня, пока я не вижу? - Да чего такого-то? - не выдержала Ликки, пошевелив затёкшими плечами. - Я отдежурила уже. - Ты свалила с поста, гнида, - нагибаясь к ней, громче отчеканил он. - Так что лови штрафное дежурство. - Это нечестно, - мы видели, как её передёрнуло от злости и усталости. - А вот такой я, блять, нечестный! - издевательски захохотал Монтенегро. Девчонка выдохнула так, словно вот-вот собиралась разреветься. Я знал, что поручения, выпадающие на её долю, слишком тяжелы и что рано или поздно Ваас её сломает. - Замахнулась на мораль, да? - он нагнулся к ней, едва не утыкаясь в её нахмуренное лицо. - Жаждешь справедливости! Думаешь, я тут буду носиться с тобой и утирать тебе слюни? А, впрочем, пиздуй, если хочешь, - внезапно успокоился он и нехорошо уставился на неё, склонив голову к плечу. - Можешь идти спать. Я считаю до трёх. Один, два... Ликки даже не успела вскинуть на него встревоженный взгляд, как он уже сказал "три". - Всё, чувырла, - он толкнул её в грудь, заставляя пошатнуться и отступить на пару шагов. - Ты проебала свой шанс. Всё было честно. Пират оставил ошалевшую девчонку за воротами лагеря. Она сжимала дрожащие губы, глядя, как закрываются створки. Когда ворота оградили её от лагеря и полыхавших костров, Ликки выпустила тянувшую плечо винтовку и вслед за ней опустилась на землю. Ещё немного - и она либо сорвётся и бросится на кого-нибудь и будет застрелена, либо тихо умрёт от истощения. Конечно, второй исход куда вероятнее. Непонятный шум - и на девчонку вдруг обрушился целый водопад. Отфыркиваясь и давясь вскриками, она вскочила с раскисшей земли, поскользнулась, и шлёпнулась обратно. - Я слежу за тобой, сучка, - Монтенегро пригрозил ей пальцем и сплюнул вниз. Поднявшись на ноги, Ликки дрожала от холода. Она подняла винтовку и, стиснув её, отвернулась от ворот. Ещё несколько секунд было слышно лишь, как девчонка стучит зубами, да как капает вода с её одежды. - Спорим, сейчас заноет, - зевнул Донато, свесив руки с закинутой на плечи винтовки. Я не отвечал. Через полминуты к вышке подошла смена, обходившая перед дежурством остров. Покинув пост, я ещё раз бросил взгляд на трясшуюся, как в припадке, русскую. Она лишь отступила в сторону, не глядя на нас, чтобы пропустить в ворота. На утро мне всё же удалось увидеть её опять - едва отоспавшись, мы приступили к загрузке катера героиновыми штабелями. Я обматывал руки несвежими бинтами, чтобы защититься от заноз, которыми ерошились поганые носилки с герычем, когда мой взгляд выхватил среди пиратов Вааса с грубым шерстяным одеялом в руках. Ликки, вжавшаяся в стойку ворот настолько, что её почти не было заметно, стояла на подгибавшихся тощих ногах и смотрела куда-то в чащу леса. Как забытая цепная собака она иногда начинала так сильно дрожать, что приклад винтовки часто ударялся о ворота. Когда на неё, накрыв голову, упало одеяло, она как-то сдавленно пискнула. - Не скули, - устало поморщился Ваас: после попойки у него всегда раскалывалась голова. Ликки, стянув одеяло с головы, благоговейно таращилась на него. Он молча стянул на ней одеяло и подтолкнул в сторону бараков. - Иди спать. Я едва удержался от того, чтобы фыркнуть. Как дёшево! Таща с другим пиратом носилки мимо выхода, я даже не смотрел на то, как девчонка благодарно прижимается лбом к плечу Вааса, а он делает вид, будто вовсе её не замечает. Даже сторожевых собак не воспитывают таким херовым трюком. И что самое глупое - это работало! Ликки, будучи далеко не глупой, благодарно хавала всё, что ей перепадало от Вааса после им же учинённых наказаний. Чёрт возьми, я бы за этот цирк и цента не заплатил. - Сучий выродок! - Ваас так неожиданно появился, с треском хлопнув дверью, что я невольно вздрогнул. Взглянув на то, как он хмуро вытирает тряпкой окровавленные ладони, я понимаю, что его ругань адресована этому парнишке-медику. Квентин ушёл вслед за Ваасом в ангар - видимо, пирату потребовалось срочно взбодриться, пустив что-нибудь по вене, а ухлопанный в ноль медик мог и напутать чего. - Ну, ты чего уставился? - рыкнул на меня Ваас, зашвырнув тряпку в угол. Мне ничего не стоило оставаться спокойным, но внутри шевельнулось жгучее желание глотнуть виски. - Принёс то, что надо? - Да, - я небрежно растащил по столешнице фотографии и листы бумаги, и Ваас жадно склонился над ними. - Времени мало, но достаточно для того, чтобы провернуть большую часть дел. - Конкретнее, - прошипел Монтенегро, пробегая взглядом прищуренных глаз по фотографиям трупа. - Тело Хойта хорошо спрятано, но, если вдруг оно снова понадобится, останки можно будет найти. - Дальше. - Первое, что вызовет подозрение у наёмников - это исчезновение вертолёта, - продолжал я, стараясь изложить суть проблемы до того, как Вааса вновь охватит приступ ярости. - Он вылетел несколько часов назад и, насколько нам всё ещё известно, до сих пор не вернулся. Ветушка делала посадку где-то на островах уже после того, как Хойт оказался на земле... - У дома доктора Э, - перебил меня Ваас. Я коротко взглянул на него, думая, откуда ему это известно. - После этого вертолёт подлетел к северо-восточной части этого острова и высадил Ликки. Снайперы ещё не успели взять его на мушку, как он скрылся. - Куда направилась "птичка"? - хладнокровно поинтересовался Ваас, почти не разжимая губ. - На юг, - я сглотнул, чтобы заглушить жгучую жажду. - Но он мог сменить курс. Пират всё так же спокойно смотрел в пыльное окно, часть которого была заколочена фанерой, прежде чем выбить из мятой пачки сигарету. - Ваас, - я дал себе возможность вдохнуть, прежде чем закончить фразу, - и ещё - в вертолёте был Броди. Вопреки моему ожиданию, он лишь вынул изо рта сигарету и зашипел: - А ты думаешь, я тупее тебя, сука остроухая? - он яростно указал на дверь. - Да этому пидору Васильку и то понятно, что раз Ликки здесь, то Хойт дохлый лежит в канаве, и доставил девку сюда никто иной, как Джейсон, мать его, Броди! - его загрубевшая ладонь с властной силой приземлилась на фотографии мужчины в окровавленном пиджаке. - Всё, чего я от тебя хочу, сучонок, - это чтоб ты пораскинул мозгами, пока я говорю,что мы будем делать дальше. Я глубоко вдохнул, стараясь не смотреть ему в глаза, и попытался невзначай отодвинуться от пирата. Мы оба прекрасно знаем, что он прекрасный стратег, но вот придумать последовательность действий в одиночку он не мог. Мозги были не так заточены. Обычно он брал понюшку-другую кокаина и закрывался в ангаре с Ликки Лав, где сперва орал на неё около часа, а потом, в общем диалоге, они лепили схему действий. - Так, блять, - он смял одну из фотографий и, взглянув на догоревшую сигарету, несколько раз ткнул окурком в бумажный комок. - Сначала наёмники. Перетащим их на нашу сторону - и войне с ракьят пиздец. Сперва захватим связь, чтобы эти жуки не подняли бунта, а затем я потолкую с ними. - К центру связи можно подобраться, только найдя своих людей среди наёмников, - заговорил я, по-прежнему не глядя в глаза Вааса. - Один-два человека заменят нам карательный отряд. У меня такие есть на примете. Или можно будет ещё заглянуть в бар "Здоровый хрен" на Южном острове - там наверняка найдутся те, кто после смерти Хойта не захотят бежать с острова. В центре связи необходимо нарушить радиосвязь, чтобы наёмники, узнав о Волкере, не могли захватить власть самостоятельно. Если удастся - то ещё повредить спутниковые тарелки. Это помешает спутниковым телефонам на их острове. К тому же самых влиятельных нужно сразу забирать себе. Иначе, - я прервался, чтобы кашлянуть; горло совсем пересохло, - иначе любой из них способен возглавить бунт. Да и к тому же если к нам присоединятся они, то за ними быстро подтянутся другие наёмники. - Складно лепишь, амиго, - Ваас воодушевлённо прищурился и снял с пояса рацию. Сдавив кнопку вызова, коротко бросил: - Хемо, тащи жопу ко мне в ангар. Так, что там ещё? - снова обратился он ко мне. - Делопроизводство Хойта, - наморщив лоб, я выудил из-под фотографий набросанный от руки список. - Надо решить, что стоит оставлять и поддерживать, а что нет. Основа - работорговля, оборот оружия, наркопоизводство и наркотрафик. Крупнейший на тихоокеанском регионе. - Блять, знаю без сопливых! Дальше! - Со стороны никто не должен прознать о том, что Хойт преставился. По крайней мере, в скором времени, - я уже неприкрыто прервался и снова сглотнул. Жажда глотнуть чего-нибудь покрепче обуревала меня изнутри. - У него была только одна договорённость на ближайшее время - отправка груза в Тайвань. - Морем или по воздуху? - Морем. Катер должен отплыть сегодня утром с одного из аванпостов на Северном острове. Скрипнула входная дверь, и мы оба оглянулись на высоченного чернобородого пирата. Я стиснул зубы, отводя взгляд от Хемо. Чёртов выблядок. - Готовь два отряда, - командует ему Монтенегро. - Пятеро едут со мной, лодку на воду! Связиста, подрывника - в первую очередь, одного за пулемёт, плюс огнемётчика. Ты! - он метнул в мою сторону взгляд. - За снайперку. Второй отряд - по одному уроду с ближайших аванпостов на юге острова. Они должны нагнать нас... -... здесь, - опережая Вааса, я уже написал на обороте одной из фотографий координаты порта и, резким движением отодрав этот уголок, сунул его Хемо. Мне не нужно было даже оборачиваться к нему, чтобы почувствовать его уродскую усмешку. - По одному человека у каждого аванпоста стягивай сюда, - продолжил отдавать распоряжения Ваас. - Оставаться в лагере! При любом подозрительном шорохе - огонь на поражение! Ты всё понял, мудила? - Снять по бойцу с каждого аванпоста? - повторил Хемо своим хрипящим лаем. - А как же Броди? - В пизду Броди! - взорвался Ваас. - Слушай меня и выполняй то, что я говорю! Я отвёл глаза и сморщился от внезапно накатившей головной боли. Жутко хотелось глотнуть виски. До одурения. Теперь, когда Ликки, которая всегда принимала на себя недовольство главаря, мертва, нам всем тут не поздоровится. - Чего замер, бля?! - с новой силой крикнул Ваас, заставив меня перевести на него взгляд. - Нахуй отсюда пошли оба! Через две минуты на берегу с вооружением! Я постарался выйти так, чтобы оказаться в коридорчике раньше Хемо. Чёртов убийца малолеток. Обожает по приказу Вааса разносить головы лажанувшим новичкам. Новобранцы его на дух не переносят. Шагнув за дверь, я замечаю того самого медика, которого затирает Ваас. Увидев нас, он прекратил красться вдоль стены к выходу и замер. - Так-так-так, - раздался позади голос Монтенегро. Его взгляд был направлен на Василька, который сглотнул и бегал глазами, словно пытаясь найти себе оправдание. - Куда это ты собрался, обдолбыш? Парень, чьи зрачки выдавали в нём унюханного, только облизал губы. По его лицу градом катился пот. - Не, ты напомни, если я чёт подзабыл, - Ваас прошёл между нами, глядя только на зажатого у стены медика, и, сощурившись, покрутил пальцем у виска. - А то может, у меня с памятью проблемы. Я что, сказал, что ты можешь идти? Нет, ты скажи, я и вправду подзабыл чутка. Василёк, судя по всему, всей душой хотел сказать "да", но колебался. Я закатил глаза, чтобы не видеть этого труса. Этот кусок говна действовал на Вааса как красная тряпка на быка, а огребать потом от него будем мы. Ваас ринулся вперёд и, в два шага преодолев расстояние до Василька, схватил его за шиворот и швырнул вперёд. Тот охнул и свалился как мешок с картошкой. - Ты уйдёшь, когда я тебя сам вышвырну отсюда! - разлетелся по ангару крик пирата. - А сейчас встал и понёс свою жопу обратно! Ну! Давай! Живо! Монтенегро пнул распластавшегося парнишку под зад, и тот вдруг сорвался с места и как заяц рванул в обратную сторону. Достигнув двери в каморку Вааса, он распахнул её и скрылся внутри. - Сука, - распалившийся главарь с хрустом размял шею и двинулся следом за ним. Кажется, сегодня кому-то повезёт меньше, чем остальным. Но знать, чем там Василёк провинился перед пиратом и чем всё кончится, я не хотел. Сейчас предстояло кое-что более важное, чем эти дурацкие разборки. Выбор у всех нас был не слишком велик: либо присоединиться к сумасшедшему пирату, решившему захватить власть над корпорацией, либо сдохнуть от его же руки. Я не думал, что у Вааса хватит смекалки занять место Хойта, а уж тем более удержать его. И дело даже не в том, что он был вспыльчив, несговорчив и, по сути, представлял из себя ёбаного наркошу-психопата. Вся загвоздка была в том, что без преданного человека он начинал дурить. Когда у него была Ликки, он доверял ей, и, кроме того, девчонка была весьма неглупа. Оставь он её живой - я бы верил в его шансы на захват власти. А сейчас всё это было авантюрой. Но, несмотря ни на что, игра всё же стоила свеч: Ваас не справится с управлением корпорацией в одиночку. Он обещал пиратам власть - конечно, отчасти блефовал, ведь не каждый из нас получит тёплое местечко. Но лучше рискнуть, чем дезертировать. Тем более, что на большой земле всех нас ждёт в лучшем случае тюрьма. Перед тем, как мы отплыли с острова, я всё же получил немного выпивки - да почти всем перепало от глотку. - Ваас, видать, решил перейти на стимуляторы, - поделился соображениями один из пиратов, опуская на дно лодки тяжёлый ящик с патронами. - Вышвырнул всё бухло из своего холодильничка. Я, мигом осушив стограммовую бутылочку виски, подержал его во рту, закрыв глаза. Хвала мини-барам на захваченных яхтах и Ваасу, тащившему к себе дорогую выпивку. Жаль, что большая часть бутылок была найдена уже разбитыми, но всё же лучше это, чем ничего. Более вероятно то, что Монтенегро решил оградить себя от выпивки, потому что впереди у нас не самое радужное время. Поддашься искушению расслабиться - и пиши пропало. - Или помял холодильник, когда вколачивал в него башку медика! - гаркнул огнемётчик. Тут и я не удержался от общего смешка. Что ни говори, а правда есть правда. Веселье резко оборвалось, едва на тропинке показался Ваас. Теперь он выглядел спокойно-расслабленным. Видать, зашуганный медик пустил ему по вене хорошую вещь. До порта мы добрались во мгновение ока. Ваас, вопреки общей напряжённости, держался слишком непринуждённо. Едва мотор лодки стих, он уже передёрнул затвор автомата и легко спрыгнул с носа лодки в воду. Пока мы по колено в воде толкали моторку к берегу, он уже был на берегу. Ступив на песок отяжелевшими, размокшими берцами, я крепче вцепился в ствол своей винтовки и вскинул её к плечу. Двое пиратов остались закреплять лодки у берега, а остальные начали тихо исследовать пляж в прицелы. Цель нашего пребывания здесь была предельно проста: дождаться покупателей, с которыми договаривался Хойт, получить с них деньги и отправить катер с товаром. Ваас, как всегда, хитро всё продумал - подельники Волкера из других стран ещё даже не знают о его смерти, а Монтенегро уже проворачивает большие дела якобы от его имени. Когда миру станет известно, что Хойта больше нет, махать кулаками и пытаться захватить власть на островах станет уже поздно. Чьё лицо запоминают покупатели - тот и главный. Поэтому-то Ваас и хочет засветиться на сделке. - Эй, ты! - я оторвал взгляд от прицела, в который обозревал окрестности, и обернулся к Монтенегро. Тот стоял, запрокинув голову, и постукивал перемотанными пластырем пальцами по своему автомату. - Ты говорил, что передача катера, гружёного герычем, состоится здесь. - Ну да, - только и смог ответить я. В воздухе витало предчувствие чего-то нехорошего. Сердце гулко билось в груди. - Да, блять, - с нехорошей ухмылкой покивал вслед за мной Ваас. - Только вот небольшая проблема, амиго, - что-то я не разгляжу у берега гружёный катерок. Чёрт, он прав. Ни единого человека на берегу, никаких следов катера с товаром. Только две наши лодки качаются на волнах у берега, да кое-где на песке темнеют кровавые капли. Я точно так же не понимал, что происходит, но должен был отчитаться перед Ваасом прямо сейчас. Но прежде, чем я успел что-либо ответить, один из исследовавших пляж пиратов, приглушённо и коротко свистнул. Обратив взгляды к нему, мы вгляделись туда, куда он указывал - в разросшиеся заросли лиан. Двое пиратов двинулись за ним и вскоре скрылись за кромкой леса. - Эй, - мой взгляд наткнулся на щиток сигнализации, лампочка которого не мигала, - сирена отключена. Ваас едва успел злобно прищуриться, различая в этом дерзком и тихом налёте знакомый почерк, как со стороны зарослей нам снова приглушённо свистнули. Раскидав обрубленные лианы, трое пиратов представили нашему взору гладкую металлическую пластину - дверь вертолёта. Секунду погодя из-под упавших ветвей показалось лобовое стекло. Сквозь него можно было различить пустующую кабину. - Это "птичка" Хойта, - вырвалось у меня прежде, чем мысли успели связаться в логическую цепочку. - Броди... - Тс-с! - Монтенегро вдруг спокойно и жутко улыбнулся. Его взгляд скользнул в сторону одной из хижин. Подкинув свой автомат и перехватив его, он выставил приклад перед собой и быстро направился ко входу. Проходя мимо автомобиля с пустующим кузовом, он запустил руку внутрь и повернул ключ зажигания. Сглотнув, я пускаюсь следом за ним: если внутри и в самом деле кто-то есть, то он сразу же отреагирует. Ваас не любитель заставать врасплох и распахивать двери, для него лучше пощекотать жертве нервишки. Я едва успел подстраховать его, заняв место у двери, как она вдруг открылась. Находившийся внутри тут же получает сокрушительный удар с лицо вместе с кратким приветствием. Вслед за Ваасом в хижину вбегаю я. Опешивший от нападения наёмник, рядом с ним - ещё один, зажимающий рот ладонью. Предоставив Монтенегро обезоружить второго, всеми силами наваливаюсь на поверженного громилу и прижимаю его к полу. На подмогу быстро стёкся весь наш отряд. Оружие, отнятое у наёмников, сразу же перекочевало в наши запасы. Схваченные сидели на пыльном полу перед Ваасом, со скрученными за спиной руками. Я не сразу узнал в одном из них Лема - того, что работал у Хойта в лабораториях. Заплывший глаз его не красил, но второму наёмнику пришлось хуже - от удара прикладом, пришедшегося по лицу, его рот превратился в окрашенный кровью провал. - Ну что, дезертиры вы ёбаные, - начал Ваас, переправляя патроны из чужого магазина в свой. - Есть что поведать о том, кто сюда наведывался? Лем сморщился не то от боли, не то от непонимания. Второй мужчина лишь исподлобья смотрел на пирата, перекатывая во рту сгустки крови. Глядя на них, я прикидывал, могли ли они вообще что-то знать о Джейсоне, который побывал здесь. На песке снаружи запеклась кровь - прошло уже несколько часов после того, как охранявших порт пиратов перерезали и спрятали трупы. - Я, наверное, тайн мироздания не открою, если скажу, что от ваших слов сейчас зависят ваши сраные жизни, - спокойно заговорил Ваас. - Мне надо знать, сколько вы здесь ошиваетесь и что вы видели. - Кроме того, как ты припёрся сюда? - вдруг отозвался Лем. - Да нихуя. - Ага, - Ваас выпрямился и, склонив голову набок, достаточно спокойно поинтересовался, - и вертушки в кустах тоже? Взгляд Лема с сомнением упёрся в доски пола. Видимо, эта новость действительно была для него неожиданной. Ваас склонил голову в другую сторону и пытливо взглянул на второго наёмника. - А ты, здоровяк? Ничего не показалось странным? Никого постороннего не видел? Вместо ответа тот лишь разомкнул разбитые губы и медленно вытолкнул изо рта на пол кровь; удар Вааса сломал ему передние зубы. - Какого хуя вы вообще сюда припёрлись, дебилы? - Монтенегро словно вёл разговор сам с собой. - Бежим с тонущего корабля? - Что-то я не вижу ещё одного бойца в твоём отряде, - внезапно хрипло заговорил Лем. - Где девчонка, Ваас? - В отпуске, - не меняясь с лице, быстро бросил пират. Его глаза, не моргая, смотрели на наёмника. - Но почему тебя это должно ебать? - И этот отпуск ей предоставил Хойт, правда? - игнорируя Вааса, Лем продолжал гнуть свою линию. - Прокатил её на вертолёте, и теперь она мертва. А ты за это прикончил самого Хойта. Так это? Так или нет? Нахмурившись, я взглянул на Вааса. Очевидно, среди наёмников существовало совершенно иное мнение о том, что произошло этой ночью. Они и не догадывались, что во всём был замешан ещё и Броди. Но, тем не менее, Ваасу это, похоже, было на руку. - Ты ошибаешься, - ответил он, и его лицо вдруг на миг озарилось безумным выражением. - Хойт не убивал Ликки. Но вот сам он вряд ли придёт сюда и накажет вас за дезертирство. И вы об этом знаете. Да, козлы? Иначе б вы и не дёрнули из его лагеря в порт. - Наш уход никого не должен ебать, - внезапно прорычал второй наёмник, брызгая кровью на пол. - Да ну? - Ваас деловито оглядел находившихся в хижине пиратов. - А кого ж теперь, кроме меня, будет ебать население этих остовов? Запомни, урод, - он вынул пистолет и им почти коснулся лба злобно дышавшего наёмника, - теперь здесь правлю я. Я сжал челюсти и задержал дыхание, чтобы от выстрела в замкнутом пространстве не заложило уши, но никакого выстрела не было. Ваас спустил курок вхолостую, не сняв пистолет с предохранителя. Спусковой крючок дёрнулся, но наёмник с разбитым ртом даже не моргнул. Продолжая яростно дышать и глотать кровь, он с ненавистью смотрел на пирата. Я с лёгким недоумением смотрел на то, как Ваас опускает пистолет и, не глядя на меня, спрашивает: - Мики, ты знаешь их? - Одного, - мой голос звучит как чужой. - Вот этот, Лем, из лабораторий. Наёмник вскинул на меня взгляд, но не издал ни звука. Где ему было знать, что мне многое стало известно о людях Хойта за эти годы разведки. - А этот? - Монтенегро махнул дулом на второго наёмника. - Не знаю. Видимо, Ваас оказался умнее, чем я полагал - сейчас каждый человек был на вес золота. Ещё раз скользнув взглядом по каждому из мужчин, он вынул из кармана спутниковый телефон и бросил взгляд на дисплей. Я успел заметить отразившееся на нём время - катер давным-давно должен был отплыть от берега, а он даже не причалил. Внезапно пронзившая ум догадка заставила меня поменяться в лице. - Ваас, - я поднял голову и посмотрел на пирата, который хмуро сверлил меня взглядом. - Катер... должен был отправить поставку... - Что за поставка? - спросил он, обратившись к наёмникам. Лем обменялся взглядом со своим напарником, прежде чем ответить: - Героин. - Для кого? - Я не знаю, - наёмник не лгал. Между нами повисло напряжённое молчание. Никто не решался озвучить догадку, которая была хуже всего. Перебив охрану в порту, Джейсон Броди угнал гружённый героином катер.