И солнце встаёт над руинами

*** Мы скитались по лесу, думали о разном, держась за руки. Сейчас поддержка была необходима для нас обоих, но нет, говорить что-то совсем не хотелось, было достаточно прикосновения тёплых рук. Молчали. Молчали так привычно и заботливо. В чем же здесь была заботливость? Наверное, мы просто боялись нарушить мысли друг друга, в этом и проявлялась заботливость друг к другу. Тоука всегда уважал мое личное мнение, хотя мы очень редко вслух рассуждали о чем-нибудь. Всё потому, что цель у нас была одна - выжить, а всё остальное было не так важно. Достаточно мне было промолвить слово, как блондин в этот же миг, улавливая мимолетное движение губ, поворачивал ко мне свое лицо и был готов внимательно выслушать. Я знала много таких маленьких привычек и особенностей Тоуки, как, например, то что он почти всегда спит на спине, мало говорит, много думает, но никогда не говорит то, что думает. Его мысли - это его тайна, которая закрыта для меня под сотней замков. Впрочем, я могла думать о разном сейчас, но не могла даже догадываться, о чем думает блондин. Мы шли спокойно, оглядывая бесконечный вокруг лес. Возможно, мы хотели кого-нибудь встретить, но, возможно, и нет. - Что нам теперь делать? - спрашивала я, но без всякого рода презрения и никого не обвиняя в том, что произошло. А он молчал. То ли Тоука сам ничего не знал, то ли не осознал ещё всего ужаса данной ситуации. Двух людей, которые нам за такой маленький строк стали единственными друзьями больше в этом мире не было. Блондин пугал меня своим молчанием. - Мы умрем, да? Конечно же это были мои самые глупые предположения, но они ведь были оправданы. У нас не было ни ночлега, ни еды, ни оружия или чего-нибудь ещё важного и необходимого. Молчали. Это молчание было уже не тем, каким было раньше. Теперь оно пугало, давало повод думать о самом худшем. Я хотела отпустить его руку, понимая весь ужас и принимая страх, но Тоука закрыл глаза и, крепче сжимая мою руку, шел дальше, не зная куда и зачем. - Не делай так больше. Не отпускай. Интересно, о чём он думает? Может быть стоит хоть раз спросить... После всего, что было между нами, имею ли я такое право? Думаю, нет. Не стоит рисковать. - Ты видел что-то возле дома, верно? - я остановилась, он тоже, руки как-то сами разъединились. - Возле их дома. Ты ведь видел. Иначе не пытался бы что-то скрыть от меня, спрятать в самый тайный уголок своей головы. Знаешь же, что я не буду допрашивать, и поэтому прячешь, - было грустно говорить подобное, я чувствовала обиду, но изо всех сил старалась не показывать. - Догадливая, - со своей привычной мягкой улыбкой ответил Тоука, спрятав руки в карманы. Оглянувшись, он решил сесть на землю. Я последовала его примеру, но сразу же, почувствовав холодную землю под собой и вздрогнув, встретилась с глазами Тоуки. Мне захотелось поцеловать его после длительного взгляда, но, прикусив губу, я отказалась от собственного желания. Сейчас нужно было выслушать его. - Ты только не пугайся. После этих слов сердце неистово заколотилось, в глазах немного потемнело, дыхание сбилось, но сейчас меня это не волновало. Я хотела услышать то, что он скрывал от меня. - Их дом почти полностью сгорел, - взяв меня за руку и продолжая смотреть в глубину глаз, говорил Тоука, медленно и уверенно, - и они тоже... Владеть эмоциями сейчас было просто невозможно. Глаза не слушались и, как бы я не пыталась скрыть слёзы, они полились по щекам, но Тоука продолжал. Он привык к моим слезам, хотя всегда в глубине души боялся, видя их. - Это было не самоубийство и даже не случайность, как я предполагаю. - А что же? Их.. Убили? Он неуверенно кивнул, опустил глаза и покрепче сжал мою руку в своей. - Вероятно, их закрыли в одной из комнат вместе и подожгли дом. - Но зачем же? Что Джуна и Фран могли сделать этим тварям? - я хотела сказать всё, что думала, но сил просто не было. Тоука, увидев мое бессилие, бережно положил меня к себе на колени. Своей заботливой рукой блондин вытирал мои слёзы, гладил лицо, отведя взгляд куда-то далеко-далеко, а я смотрела на край его кофты. Было ужасно тоскливо. - Я вот что думаю, - он сделал небольшую паузу, - возможно, убить хотели нас. Нас?... В таком случае лучше бы действительно убили нас, а не этих прекрасных людей. Джуна и Фран навсегда останутся для меня совершенством, примером добра и любви, примером для того, чтобы жить. Джуна навсегда будет для меня идеалом добра и великодушия, а Фран - идеалом мужества.

Почему судьба забирает лучших?

*** Ночь выдалась ужасной. Нагретая солнцем земля остывала необычайно быстро и становилась холодной, дул сильный ветер, в кромешной тьме было невозможно уследить за чем-либо, но перед глазами всё еще стояла яркая картина обгоревших держащихся за руки Джуны и Франа. Было особенно сложно уследить за Тоукой, ведь когда мне было так плохо, он постоянно среди ночи пытался куда-то уйти. - Не уходи, умоляю... Мысли не давали возможности уснуть, сознание было затуманенным, перед глазами всё та же картина... Внутри как-будто что-то оборвалось, мешало дышать, двигаться и... любить. С каждой секундой я чувствовала в себе страшное чувство, которое было слишком ужасным, - ненависть. Но мне было все равно. Прижимаясь к Тоуке и обхватывая его руками, только и мечтала забыться. Я буду стараться забыть все, что было, и забыться. Вскоре, осознав, что даже такая сильная и уверенная в себе личность как Тоука не может помочь мне, оставалось только нащупать пальцами артерию на шее и ловить глухие удары сердца, это в какой-то степени успокаивало. Какой-то странный своеобразный способ успокоиться, хотя бы на миг... Считая каждый удар, пытаясь уловить едва ли слышное колыхание, вскоре я уснула, сбилась со счёта. Если я всё это время думала, что потерялась в лесу, то ошибалась, ведь я потерялась в себе. *** При неудачной попытке подняться с земли моя голова сильно закружилась, в глазах потемнело, конечности едва ли были способны на движения - тело совершенно не слушалось. Складывалось чувство, что мне за ночь сломали все кости и я, забыв как нужно двигаться, проснулась. Но на теле чувствовались тёплые руки, его руки. - Не поднимайся, Мина. Не трать силы попусту, - тихо шепнул блондин, чей образ я слегка размыто видела перед собой. Он на миг прикоснулся губами к моему лбу, а затем отстранился, отводя взгляд. Я не могла сказать что-то или пошевелить какой-то частью своего никчемного тела, которое было в сплошных ссадинах и синяках. Все силы куда-то исчезли, было прохладно, в голове уже теперь даже мыслей не было. С моих глаз снова полились слёзы от собственного бессилия, но Тоука печально посмотрел на меня, затем приподнял немного и обнял. Так мог обнимать только он. Я ещё жива, ведь по-прежнему могу плакать. Блондин пытался овладеть собою, я это заметила, его руки дрожали, и с каждой минутой мне становилось всё больнее, ведь я приносила боль не только себе, но и ему. Не хотелось делать больно такому прекрасному человеку. Более чем уверенна, что он никогда в своей жизни никому не сделал ничего плохого, в отличии от меня. Но... Но он хотел вернуть меня на место, я же не желала этого и всячески сопротивлялась. Непослушные руки всё же кое-как смогли охватить его спину и ещё раз прижаться к нему, закрыв глаза. - Нет, не отпускай... Не уходи!... Нет... - я шептала ему на ухо всё, что приходило в голову, но, открыв глаза, его рядом не было. Его больше не было. Мне казалось, что он... Показалось. Схожу с ума. Или же... Нет, вот же его рука рядом, я слышу его ровное дыхание. Родной, любимый, не заменимый, я прошу только об одной - никогда не забывай меня. Никогда. Тянулась к твоей руке, напрягая каждую часть своего измученного тела, и мне казалось, или ты тоже тянулся ко мне, ведь твоя рука бережно берет мою руку. Я плачу. Я слышу шепот, но ничего не могу разобрать. Голос внутри меня, он мешает. Но почему-то так больно, как будто кто-то уколол иглу под кожу. Так больно... Наверное, всё... Наверное, конец... Почему последним я слышала не твой голос? ***