Яд под названием "Жизнь"

Я была в облаках, легкая, словно маленькая перинка. Подо мной проплывали города. Я не ощущала никакой боли. Было спокойно, а со всех сторон потоками лился яркий свет, проникая в самую глубь самой меня. Начинаю идти вперед. Ноги совсем не касаются мягких облаков. Такая призрачная мягкость и свобода. На лице застыло немое выражение, не могу улыбнуться, скривиться, заплакать, закрыть глаза, зажмуриться. Такое чувство что на голове какая-то маска. Маска спокойствия. Неожиданно поскальзываюсь и падаю вниз. Меня приготовился ловить огромный город, что раскинулся под низом. Немой крик вырывается из распухших легких, но страха совсем нет. Одна пустота. Секунда за секундой, земля совсем близко, пару сантиметров, миллиметров… Тусклый свет бьет в глаза. Жмурюсь. Мир потихоньку возвращается и проблемы, и боль, все снова становиться на свои места. Я жива! То, что я почувствовала в тот момент не опишет не одна книга, не расскажет не один ученый. Это просто нужно пережить. Ты уже почувствовал смерть на вкус, побывал в ее лапах, думая, что это конец и больше не будет ни Тодда, ни этого чертового Лас Вегаса. Впереди ждала пустота, закат моей жизни. А потом ты открываешь глаза и видишь тусклый свет от лампы в самолете. Ты жив! Это дает уверенность в собственные силы, это дает какую-то пьянящую надежду на будущее. Ведь в данный момент ты чертов победитель, ведь поборол этот страшный пинок от смерти. И не было конца вселенной. Было только продолжения интересного кино продолжением в целую жизнь, далекую, счастливую. Рядом сидел Тодд, склонив голову. Молоденькая стюардесса похолодела от увиденного, наверное, ей никогда не удавалось такого пережить. Этот рейс запомним мы все. Под нами плыли ночные города. Пилот уверенно вел огромный самолет. А мы втроем встречали рассвет. Тодд весь пылал от счастья увидев меня живой. На спине, под ребром что-то очень щемило. Это была рана. Огромная рана, сделанная пулей. Я не знала, как мы попали сюда, как нам удалось сбежать. Куда мы направляемся? Все было неизвестным. От этого бодрость только подымалась во мне. Но это все было немножечко позже. Сначала я просто открыла глаза, щурясь от тусклого света. - Джинни? Моя милая Джинни, ты жива! – Тодд упал на колени и начал целовать мою холодную ладонь. Голова все еще кружилась. - А разве я умирала? – мой голос слабый. Каждое слово больно режет горло. – Что произошло? - Ты… Ты… - Он прикрыл глаза. Начался длинный рассказ. По нам начали стрелять и одна из пуль попала в меня. Тодд видел, как я медленно начала оседать на землю, силы покидали мое тело. Парень испугался. Он подхватил мое окровавленное тело на руки и начал бежать дальше. Вдруг откуда не возьмись появился Фрэд. Новый знакомый кинул пистолет Тодду и, взяв меня на руки, побежал к аэропорту. Мой друг подстрелил охранника и начал нас догонять. Кто же знал, что все хищники скрываются во тьме, пряча свое лицо. Джим выскочил резко. Он уже давно нас поджидал, он знал где мы, он крался за нами, словно мороз крадется по зеленой траве, убивая всех на своем пути. - Фрэд… - Юноша глубоко дышал, сжимая мои пальцы. Почему-то сейчас я не хотела узнавать продолжение. – Он не успел! Понимаешь, он просто не успел обернутся! Он отдал свою чертову жизнь за нас, а этот сукин сын скрылся так же само, как и появился. А я остался один, стоя по колено в крови, твоей и Фрэда! – Друг сорвался на крик, и стюардесса попыталась его унять. – Все в порядке. – Прошептал он. Дальше я ничего не слышала. Перед глазами стояло лицо нового знакомого, исчезнувшего на веки. Мы ему обязаны. Я ему обязана. Как жаль, что больше нельзя плакать. Плоть разъедала всемогущая боль. Боль утраты. Я до сих пор не могу понять правил жизни. Как устроен этот мир. Вчера ночью я заглядывала этому человеку в глаза, а сегодня утром узнаю, что его больше нет, что его просто протаранила пуля. Но я осталась жива и лечу сейчас неизвестно куда. А его труп уже может лететь только на тот свет. Фрэд умер, а память о нем будет вечность грызть, делая из тебя никого, тень общества. В боку ужасно болит. Подымаю кофту и смотрю на рану. Весь живот мастерски перебинтованный. Через его белизну сбоку проступают капли крови. Уже понятно, что ничего хорошего нет. Глубоко вздыхаю и это болью врезается в ранение. Кривлюсь. - Не волнуйся, врач сказал, что все самое страшное позади. Теперь нужно просто перебинтовывать и мазать всякими мазями. – Тодд смотрит мне в глаза. Эти широкие океаны бесконечной боли. Не могу оторваться от этих штормов. Они затягивают, превращают меня в крошку. Я ему улыбаюсь и покрепче сжимаю ладонь. Мне ничего не страшно рядом с ним. Ничего! На горизонте, словно по сигналу расцветает рассвет, разбрызгивая во все стороны пламя. Этот огонь обжигает все небо. Мы горим, мы парим. Внизу город. Снова переезд, снова новые приключения, а мы вдвоем. Прощай Лас Вегас здравствуй… - Эмм, а куда мы прилетели? – хриплым голосом поинтересовалась я. - В Палермо. – Сладким голосом протянул мой спутник. На мгновение я опешила. Что? Что это вообще за город такой. Думала, что нас ждет Лондон, ну или Франция, но под нами проплывала какая-то… Па… как ее там? - Куда? – Я думала, что парень сейчас расстроится, но он наоборот показал свои белые зубы, а губы расплывались в мягкой улыбке. - Понимаю, ты ожидала увидеть большой город. Но тебе не надоела эта дурацкая банальность, типу «Ах… Париж город любви», ну или этот слоган из какой-то русской песни «Мы уедем жить в Лондон». И к тому… - Стой. Извини, что тебя перебиваю, но, ты что слушаешь русские песни? – Меня начал душить смех. Но он давался с огромной болью. Казалось, что в боку у меня все режут тысячью маленькими иголочками. Кривлюсь. Руки начинают дрожать, а марлевая повязка окрасилась в ярко алый цвет. Глубоко вздыхаю. - Черт, вот я и проболтался… - Он тоже начинает смеяться, но после переводит взгляд на мое тело и его глаза загораются страхом. - Все в порядке. Ничего страшного. – Подавленным голосом уверяю я его. – Так на чем ты там закончил? И к тому… К тому что? - Ах, да точно. Ну к тому же на Сицилии нас вряд ли начнут искать сразу же. Сначала они обшарят все самые популярные города. Еще Палермо город мафии. Говорят, что мафия находится даже среди полиции, ну и это город моей мечты… - Потоки интересной речи полились с его губ. Глаза парня горели от восторга. А я просто улыбалась, пропуская через уши все его слова. Мое сердце радовалось за него, но боль не отпускала, она отдавала во все тело с каждым моим вдохом и выдохом. Только сейчас начинаю ценить воздух, которого не хватает. Ком подступает к горлу. Слезы блестят на глазах, смахиваю их ладонью. - Все точно в порядке? – озабочено спрашивает Тодд. Он аккуратно берет меня за руку. Моя ладонь дрожит. Я вся дрожу. - Нет, что ты, все хорошо. – Натянуто улыбаюсь и кладу голову ему на грудь, чувствуя бой его сердца. Наконец, мои ноги становятся на твердую землю. Прощай высота. Мы снова внизу. Ловим такси и добираемся до города. Нас встречает старость. Заброшенные дома, с выгнившими стенами окружают нас. Сначала кажется, что ты попал в сказку, и ты всем своим телом чувствуешь эту атмосферу бывшего столетия. История здесь повсюду. Она спряталась в проулках, и на больших площадях, она смотрит на нас глазами старинных статуй. Вот как оно попасть в другой город. И снова чувство того, что мы в другом месте, окутывает меня полностью. Все такое чужое, но родное одновременно. Милые итальянцы, море которое укутывает Палермо. Все новое, но уже родное. Здесь я почувствовала себя дома. Это так странно. Ведь я вдалеке от родины. Нас разделяет целый океан. Вспоминаю бабушку, интересно помнит ли она меня, ждет ли она меня. А Ванесса, а Эрик, а Норман? Мне иногда казалось, что мы были бы хорошей парой, но сердце билось не в том ритме. Не в том. Тодд сидит рядом со мной и крепко сжимает мою ладонь. Его взгляд изучает новый город. Как это, когда твоя мечта сбывается? Он окрылен. Он каждой частичкой своего тела ощущает хоть маленькую, но победу, победу над эмоциями, чувствами и врагами. Я улыбаюсь, смотря на него. - Можете остановить, - вдруг резко говорит парень водителю. – Мы пройдемся пешком. Мы шли по окутанным суетой улицам. Он крепко сжимал мою ладонь. Было тепло. Старые здания окружали нас со всех сторон. Жизнь потоками струилась во мне. Все было просто замечательно, но всегда есть одно "но". Я обернулась что бы посмотреть на противоположный конец длинной шумной улицы. Мое сердце застучало быстрей. Там стояла высокая женщина. Ее темные волосы черными каскадами спадали по широким плечам. На глазах солнцезащитные очки. Ярко красная губная помада, и губы, искаженные в хитрой улыбке. Белую кожу обтягивал кожаный пиджак и темное до самого пола платье. Некоторые сейчас спросят. Ну женщина, ну и что? Я не знаю, что мне подсказывало больше о ее опасности: мое сердце, пятое чувство или же фотоаппарат, которым она уже раз пятнадцать нас с Тоддом запечатлела. Разум подсказывал об этой ядовитой и совсем невзрачной опасности. Казалось бы, что плохого. Она ведь просто делает снимки. Но я всем своим телом, каждой клеточкой понимала, случайностей не бывает. И эта женщина не случайна. В первую минуту мне захотелось обо всем сказать моему другу, но посмотрев ему в лицо, озаренное радостью, я передумала. Отвожу испуганный взгляд от незнакомки и снова пытаюсь влиться в ритм незнакомой мне жизни. Понимаю, что тело начинает дрожать. Глубоко вдыхаю свежий, летный воздух. Через десять минут я уже забываю, о этой женщине. Улыбка искрится на моем лице. Мы подходим к небольшой лавке, где продают вкусные пирожки. Тодд оставляет меня здесь, а сам уходит в магазин. Сажусь на маленькую лавочку и разглядываю широкие улицы, забитые до верху туристами и милыми итальянцами. Мимо меня проезжают авто, и я не придаю им особого значения. Как вдруг возле обочины тормозит черный легковой автомобиль. Даже в этот момент не обращаю на него внимание. Черное тонированное стекло плавно опускается. Я встречаюсь с ним взглядом. Все внутри холодеет. Его синие глаза, будто бы пожирают меня. Легкая улыбка и ямочки на щеках. - Что тебе здесь нужно? - Спрашиваю я, почти срываясь на крик. Беспомощно оглядываюсь на дверь в булочную. - Сейчас тебе твой дружок не поможет. - Словно змей искуситель хриплым голосом проговорил Джим. - Что тебе нужно? - Хриплым голосом рычу я. - Не переживай, малышка, всего лишь одна маленькая сделка. - Он обнажает ряд ровных белых зубов в улыбке. - Я с тобой не собираюсь заключать никаких сделок! - Сжимаю руки в кулаки. Каждая клеточка тела чувствует опасность. - Твое желание не закон для меня. - Джим щелкает пальцами, и дверцы машины открываются. На меня надвигался высокий, молодой мужчина. В страхе начинаю пятиться назад. Мои коленки подкашиваются. Ощущаю за спиной холод стенки. Это тупик. Еще раз беспомощно смотрю на дверь булочной. Тодд, где же ты? Прикусываю губу, все сильней вжимаясь в преграду. Незнакомец стремительно приближается. Он хватает меня за руку. Это прикосновение разливается волной агрессии по телу. Воспаленный мозг работает с бешенной скоростью, посылая неконтролируемые приказы моему уставшему телу. Не думая ни секунды бью своего врага по коленке. Он взвывает от неожиданной боли и отпускает меня. Собираюсь бежать. Понимаю, что мужчина от меня не отстает ни на мгновение. Я даже не успела опомнится как была схвачена. Мощные руки схватили меня за запястья. Я начинаю вырываться и что есть мощи бью незнакомца. Чувствую, что его тело полно ярости и она, словно горячая смола выливается на меня. Он хватает меня за бок и боль от раны растекается по телу. Короткий крик вырывается из груди. Ослабленная подчиняюсь ему и даю себя увести. Он с силой заталкивает меня в салон, прокуренный дымом и запахом его дорогих духов. Опираюсь на локти. Все ноет от ужасной боли. Прикусываю губу что бы избежать очередного мучительного крика. Джим смотрит на меня со своей ангельской улыбкой на губах. - Джинни, Джинни, ты все такая же. - Его голос мягкий, словно у кота, которого гладит его заботливая хозяйка. - Что тебе от меня нужно? - Злобно шиплю я. - Всего лишь маленькую просьбу. - Мурлычет он. - Твои маленькие просьбы превращаются в большие проблемы. Я никогда не стану помогать такой сволочи, как ты. - Мой голос стрелой поражает его и от такой неожиданной речи он заливается холодным смехом. - Твоя дерзость заводит меня, - шепчет парень хриплым голосом, подвигаясь ко мне все ближе, обвивая мое лицо ароматом мятной жвачки. - Поцелуй меня. - Какая же ты мерзость! - Огрызаюсь, закрывая своей ладонью все его лицо. Снова этот ужасный смех. - Шутки шутками, а дело не ждет. - Юноша наморщил брови, придавая себе более серьезного виду. - Какое у тебя может быть дело ко мне? - Со смехом говорю я. - Знаешь, что это? - Джим вертит в руках маленькую непонятную черную штучку. Я отрицательно качаю головой. - Нет? Так вот это твоя путевка в счастливую жизнь. Тебе ничего не придется делать. Просто носить это с собой. - Что это? - Недоверчиво спрашиваю я. - Это маленькая камера, с помощью которой мой отец отследит Тодда и убьет его. В случае того что ты нам поможешь мы тебя не тронем. - Парень снова улыбается, глядя мне прямо в глаза. Руки дрожат. Все внутри переворачивается. Страх быстро подымается к горлу. Становится тяжело дышать, но в принципе я уже сделала свой выбор. Протягиваю ему свою трясущеюся ладонь. Он кладет в нее маленькое устройство. Сжимаю руку в кулак. Чувствую холод предмета. Джим заулыбался еще шире. - Я знал, что ты умница и тебе можно доверять. - Он более чем просто доволен собой. Ничего ему не отвечаю. У меня в глазах помутнело. На онемевших ногах вылезаю с салона, все еще крепко сжимая камеру. Юноша последний раз мне подмигивает и удаляется в неизвестном направлении. Я стою одна на огромной улице, чувствуя, как сердце больно бьется об ребра. Может это была боль в боку. Повязка стала алой. Опускаю голову. Из магазина выходит Тодд и я облегчённо вздыхаю. Он держит в руках горячие булочки. Аромат от хлебобулочных изделий окутывает всю улицу. Обнимаю парня, пытаясь унять ураган в желудке. Заглядываю ему в глаза. Он тоже чем-то огорчен, что-то его беспокоит. Я вижу, что парень хочет, но не решается мне сказать. - Почему ты так долго? – С тревогой спрашиваю я. Так хочется все рассказать, но я не могу. Приходиться терпеть все порезы и уколы совести. - А почему ты не говорила, что наш класс отправляется сюда на каникулы? – Сейчас под коркой мозга, что-то больно ударило. Сердце забилось с бешеной скоростью. Руки снова задрожали. - Что? – С недоумением спрашиваю я. - Только что в булочной столкнулся с Лори. Она мне это и сказала. – Оборачиваюсь на магазин и вижу в прозрачном окне ее. Становится сложно дышать. Вспоминаю, все, что она сделала. - Что? Что она здесь делает! – Мое самообладание выходит из строя. Мозг кипит. Эмоции рвутся наружу. - Не переживай. Она всего лишь маленькая злобная девчонка. Я с тобой. – Этих слов достаточно что бы я успокоилась и почувствовала себя в безопасности. Этого иногда хочется, хотя бы на короткой мгновение. Мы еще долго разговаривали, разглядывая красивые здания, уплетая булочки и мороженное. Время тянулось очень быстро, неся на своих крыльях минуты радости. Незабываемые секунды. Мы просто шли и наслаждались жизнью, забывая про все эти убийства и смерть, которая между прочим шагала рядом, потягивая сладкую колу и улыбаясь прохожим. Тодд привел меня к огромному пятизвездочному отелю. Двери нам открыл молоденький симпатичный швейцар. Я благодарно ему улыбнулась, и его щеки запылали румянцем. От этого стало еще смешней. Заходим в огромный холл. В глаза сразу бросается роскошь. На меня немыми глазами смотрит картина, на которой изображена женщина с темными волосами. На ее шее висит красивое ожерелье из жемчуга. На секунду замираю, разглядывая незнакомку. Парень тянет меня к ресепшену. Нам улыбается молоденькая девушка. - Здравствуйте, нам нужен самый лучший номер в отеле. – Тодд подмигивает ей, а она в свою очередь говорит ему суму. Он протягивает карточку. Стоп! А где делась золотая? Неужели все жертвы были напрасными. Подымаемся наверх в наш номер. Дверь открывается, встречая своей роскошью. Белые простыни, огромные кровати и персиковые обои. Все это настолько мило и романтично. Мы бродим по комнатам. Здесь нет ничего навороченного, все выдержано в старом стиле. Именно это и привлекает. - А где делась та сама карточка, золотая? – Я все, таки решаю спросить. - Опасно было оставлять на ней деньги, поэтому я перевел их на другую. – Спокойно отвечает друг, падая на мягкую кровать. - Мы в раю! – Выкрикивает он, бросая в рот виноградинку, взятую из подноса на столе. - А сколько там было… денег? – Вкрадчиво спрашиваю я. - Пять миллионов, шестьсот тысяч долларов. – Беззаботным голосом отвечает он, продолжая уминать за обе щеки фрукты. - Сколько? – Ошарашено спрашиваю. Черт, я, то думала там пару тысяч, а оказывается, что глубоко заблуждалась! - Боже, ты же уже все прекрасно слышала. Расслабься! Иди ко мне. – Юноша похлопал на место возле себя на кровати. Я поддалась и подошла к нему. Сажусь рядом. Он широко улыбается, понимаю, что у него крутая улыбка и поэтому делаю то же самое. Тодд нежно обнимает меня за плечи. После этого долгий поцелуй. Как же я соскучилась по его губам. Я не знаю сколько прошло времени, но бабочки в животе начали плясать очень быстро. Вспоминаю про Джима и получаю еще один пинок от совести. Так мы и засыпаем вдвоем на этой кровати. Утреннее солнце пробивалась сквозь толстые шторы. Я открыла глаза, по лицу прыгали обрывки света. В комнате царил полумрак. Но все равно было понятно, что уже наступило утро. С этим днем проснулась и забытая на некоторое время боль в боку. Она терзала меня, мучая. Все тело ныло от нее. Взвывая открываю глаза и смотрю по сторонам. Поворачиваю голову. Тодда рядом нет. Провожу по примятой белой простыни рядом с собой ладонью. Рана начинает еще больше болеть. Подымаю кофту и вижу, что вся повязка пропитана алой кровью. От этого прикрываю глаза, чувствуя, как пульсирует красная жидкость в артериях. Полумрак давит на все органы. В нем я еще ярче чувствую страх перед сегодняшним днем, вспоминая темные глаза Джима. От этого обрывка фантазии по рукам бегут назойливые мурашки. Резко подымаюсь. В нос врезается запах кофе. Этот аромат совсем выбивает меня из колеи. Как сильно я пытаюсь его забыть. Как сильно я хотела избавиться от тяжелых мыслей о маме, о своем бывшем доме, о растерянных навеки мечтах. Это все тяжело бьет под дых, обессилено закрываю глаза. Перед ними стоят родители, которых больше не вернуть и этот чертов аромат. Встаю и бегу в другую комнату, не обращая внимания на боль в боку. На меня смотрит Тодд и улыбается. Он рад меня видеть, но в следующую секунду он замечает мое настроение. Парень от неожиданности ставит свою чашку с ароматным напитком на стол. Я со всего разбегу забегаю и разбиваю ее. Кофе проливается на пол, заливая ковер темной жидкостью. Запах заполняет все мои внутренности, выворачивая душу наизнанку. Ком подходит к горлу. Падаю на пол рядом с осколками. - Джинни… - Шепчет мой друг в полной растерянности. Юноша присаживается рядом. – Эй, что случилось? - Мама... – Пустым без всяких красок голосом, отвечаю я. – Она любила кофе и этот чертов аромат. – Слезы душат, разрушая всю мою силу. Сдерживаюсь что бы не заплакать. Тодд просто смотрит на меня и молчит. Повисла неловкая пауза. Она была громче всех криков мира, она давила и убивала сильней чем убивает нож или пистолет. - А я вообще почти не помню, как моя мать выглядит. Видел ее только на фотографиях. – В ужасе поднимаю свои глаза на него. Эта голубизна дороже всего. Ни говоря больше ни слова, он просто целует меня, разрушая все страхи. Мы садимся в большой автомобиль. Снова дорога в неизвестность. За окном мелькают улицы и люди, а я знаю, что там, где-то за поворотом скрывается Джим и его банда, что они, словно дикие звери жаждут крови. Нашей крови. Я не знаю, как отреагирует на мой поступок с камерой Тодд. Возможно, возненавидит, возможно, простит. Все это тоже загадка. Вдруг впереди я замечаю огромную голубизну. Это море. Оно широкое, огромное, разливается своей синевой по всему горизонту. На пляже куча народу, но мы его проезжаем, углубляясь все дальше, по песчаной дороге, навстречу ветру и широким просторам моря. Автомобиль тормозит, и мы оказываемся на заброшенном пляже. Здесь пустоту и тишину нарушают лишь чайки и волны. Воздух чистый. Тодд вынимает из кармана пистолеты. Холодное, черное оружие блестит на солнце. Меня всю передергивает. В животе все сжимается. О себе напоминает боль от пулевого ранения. Слава Богу парень помог мне его перебинтовать. - Ну, что, Дженни, постреляем? – Улыбается мой друг, протягивая орудие убийства. - Я…, что… я… - Начинаю запинаться и пятиться назад. Страх превосходит все остальные чувства, затупляя работу мозга. - Не беспокойся, нашими мишенями будут не люди, а пустынные скалы. – Тодд снова подает мне пистолет. - Зачем мне стрелять? – Спрашиваю я. - Ну, а если на тебя нападут? – Юноша скрещивает руки на груди. - И что же мне стрелять в них? Но, так же нельзя! – Мой голос сорвался на крик. Силы добра и зла боролись во мне. - А им значить можно стрелять в тебя? – Саркастически спросил он. Я сдалась и потянулась за оружием. Пистолет отдавал ядовитым холодом. Хотелось закричать и выкинуть его куда-нибудь подальше от сюда. Тодд взял еще один и прицелившись выстрелил в одну из скал. Я вскрикнула. В голубое небо взметнулась чайка, и снова наступила тишина. Сразу было видно, что парень хорошо стреляет. - Теперь твоя очередь. – Ответил он. Юноша тихо подошел сзади, обнимая за талию. Я прижалась к нему, дрожа всем телом. Он накрыл своей ладонью мою, в которой я сжимала пистолет. – Напрягись. Сосредоточься. Прицелься. – Тихо шептал он мне в самое ухо, от чего сразу же становилось спокойней. Друг вместе с мои пальцем, нажал на курок. Выстрел. От такой силы меня дернуло назад. Я устояла. Со скалы сорвался на землю маленький камешек. - Вот видишь. Еще пару тренировок и у тебя все получится. – Тодд похлопал меня по плечу. В отель мы завалились практически, не имея в запасе никаких сил. Кроме того, что парень учил меня стрелять, он заставлял меня драться. От этого всего тело ныло от боли. Каждая клеточка кричала от ужасной усталости. На быструю руку поужинав, мы отправились в свой номер. Парень упал в одной из комнат на диван, а я отправилась в душ. Теплая вода струйками стекала с меня. Я прикрыла глаза и почувствовала дрожь во всем теле. Вылезла с ванной и натянула нижнее белье, а наверх мягкий халатик. Немного полегчало. Облегченно вздыхаю и мельком смотрю на себя в зеркало. Я уже собиралась покидать комнатку, как вдруг заметила, что в зеркале, за моей спиной что-то пронеслось. В животе все скрутилось. Я начала медленно оборачиваться. Не успев повернуть голову до конца, почувствовала, как со всей дури врезалась в зеркало за моей спиной, и оно вдребезги разбилось. Осколки заполнили весь пол. На меня холодными глазами смотрела та самая женщина в черном. Ее голубые глаза выедали меня внутри. Сердце начинает сильно биться в груди. У горла, чувствую холод метала. Нож. К виску приставлен пистолет. Я в ловушке. Даже не могу позвать никого на помощь. - Что ты натворила?! – Шипит незнакомка. -Тебе же сказали, что ты должна кинуть камеру в сумочку и носить с собой! А ты что сделала, тупая овца?! После того, как Джим мне дал камеру и скрылся за поворотом, я со всего размаху кинула ее на проезжую часть. Маленький прибор покатился по асфальту, а после по нему проехало пару машинок. - Выбросила ее. – Как можно спокойней ответила я. - Тебе говорили, что будет за это? – Злобно зарычала она. - Нет, но догадываюсь. – Тихо говорю ей. В глазах у женщины запылал еще больший гнев. Она со всей силы хватает меня и тащит прочь из ванной комнаты. Нож врезается в мягкую кожу. Ноги все полностью изрезаны осколками от зеркала. Мы выходим в коридор где уже стоит обеспокоенный Тодд. - Джинни, у тебя все… - Парень не успевает договорить. Она замечает, что сейчас происходит и ошарашено отступает назад на пару шагов. – Мама? – В недоумении спрашивает он. Что? Это его мать? Очень, очень мило. Не так я представляла встречу со своей, возможно, свекрухой. - Да, сынок, я тоже тебя рада видеть. – Она мило ему улыбается, а он кривится еще сильней. - Что тебе нужно от Джинни? – Грозно спрашивает он. - Эх, а я, то думала ты хоть немножечко по мне соскучился. – Сладким голосом произносит она. - Что тебе нужно от Джинни? – Снова повторил Тодд. - Она ослушалась нас и теперь пришел твой черед выбирать. Либо мы убьем ее, либо мы убьем тебя. – Женщина еще сильней прижала дуло пистолета к моему виску. Я неожиданно вскрикнула. Тодд не думая ни секунды, вырывается вперед. Хватает свою маму за руку и пистолет выстреливает куда-то в потолок, посыпалась штукатурка. Ошарашенная незнакомка выпускает меня. Парень пихает ее, и она падает на пол. Тодд хватает меня за руку и ведет в другую комнату. Он раскрывает окно настежь. Мимо нас пролетает пуля. Юноша ни минуты не размышляя прыгает вниз, с пятого этажа. Поскольку он сжимал мою ладонь я полетела вниз вместе с ним. К нам стремительно приближалась земля…