Новые приключения в школе Хогвартс

Туннель оказался таким же длинным, как и тот, по которому мы спустились вниз. Он, как и прочие, был достаточно широким и закруглённым, очертаниями напоминающим трубу. По дороге нам то и дело попадались останки рыб разной величины, а один раз – даже скелет гриндилоу. Профессор заметил, что это признак того, что мы двигаемся в верном направлении, а я мысленно пожелала, чтобы мы не наткнулись на кого-нибудь крупнее гриндилоу. Наконец мы вышли из туннеля и оказались в огромной пещере. Размерами она напоминала Большой зал, а может быть, даже и превосходила его. В тёмных каменных стенах темнели огромные дыры – множество входов и выходов. С потолка свисали сталактиты, на неровном полу лежали груды огромных камней. Но было в этом что-то странное… - Профессор, - негромко позвала я спутника, - вам не кажется, что здесь как будто что-то тащили? Я указала на глубокую колею у наших ног. К моему удивлению, Снейп равнодушно ответил: - Этот след оставил василиск. Не обращайте внимания. - Васи…кто?! То есть как?.. Здесь живёт василиск?! Нам надо уносить ноги! - Профессор О`Коннор, не начинайте опять свою истерику. Во-первых: василиска давно уже угробил всеми нами обожаемый Поттер, а во-вторых: отпустите мой рукав! Это достаточно дорогая ткань, и если вы её испортите, одним штрафом вы не отделаетесь. Я обескуражено отпустила вышеназванную часть профессорского одеяния и продолжила осмотр пещеры, стараясь не глядеть на каменную борозду и не думать, насколько большое и ужасное существо оставило о себе такую память. Через некоторое время мы наткнулись на небольшую запруду. Вода вытекала сквозь небольшую, хитроумно построенную дамбу, которая сдерживала напор стихии, рвущейся из прорехи в стене. Тут же были свалены в кучу большие, толстые брёвна, видимо сложенные про запас. - Значит, ваш таинственный незнакомец и в самом деле существует… - негромко произнёс Снейп, глядя на бегущую меж брёвен струйку воды. – Кто-то специально устроил тот потоп в канун Дня всех святых. И этот «кто-то» находится среди нас. Это может быть студент, а может быть и… - Преподаватель маггловедения, - продолжил чей-то голос, не дав Снейпу закончить. – Экспеллиармус! Палочки вылетели из наших рук. Мы быстро обернулись: позади, одной рукой нацелив на нас волшебную палочку, а в другой держа наши собственные, стоял профессор Лукас Бунсер. Он улыбался, но сейчас эта улыбка больше напоминала хищный оскал, чем дружеское проявление чувств. - Проф… Лукас, - воскликнула я, немного озадаченная выражением его лица, - вам уже лучше? Как ваше самочувствие? Он вперил в меня странный взгляд ярко-синих глаз, от которого мне внезапно стало не по себе. - А, милая моя Арахна, - оскалился он ещё шире, - благодарю вас, мне хорошо, как никогда. Очень рад, что вы навестили меня в моём скромном убежище, - он обвёл рукой своды пещеры. – Правда, я не предполагал, что вы придёте без предупреждения, - взгляд его стал колючим, - да ещё приведёте с собой глубокоуважаемого профессора Снейпа. Лукас отвесил Снейпу шутливый поклон. - Что за паясничество, Бунсер? – в бархатном тембре зельевара слышались звуки приближающейся бури. – Объясните, что это значит? – он указал на дамбу. - Неужели вы, Северус, при всём вашем уме и богатом опыте двойного агента не смогли догадаться о назначении моего маленького устройства? – профессор маггловедения не скрывал насмешки. – Тогда чего стоят все ваши научные труды? - Так значит, это вы пытались затопить школу? – тоном прокурора проговорил Снейп. Бунсер в притворной радости всплеснул руками. - Наконец-то дошло! За вашу сообразительность я назначаю сто баллов факультету олухов и неудачников! - Ради Бога, Лукас! Зачем вы подвергали всех нас такой опасности! – вырвалось у меня. – Ведь в подземельях были дети!.. - Дети? – Бунсер вновь повернулся ко мне и приблизил своё лицо вплотную к моему. – Дорогая Арахна, я открою вам страшную тайну: меньше всего на свете меня волнуют дети. Это мерзкие маленькие создания, от которых одни неприятности. Одним из них больше, одним меньше – какая разница, когда речь идёт о великой цели? - Что же это за великая цель, ради которой вы готовы идти по детским трупам? – я старалась говорить спокойно, но голос предательски дрожал. Я никак не могла поверить, что Лукас – тот Лукас, которого я знала и который мне так нравился – готов был убить несколько десятков человек ради какой-то эфемерной идеи. Бунсер с жалостью посмотрел на меня и провёл указательным пальцем по моей щеке. - Вы так наивны и неопытны, дорогая. Неужели вы всерьёз думаете, что я открою вам свои планы? Хотя… - он на секунду задумался, - пожалуй, я могу кое о чём поведать. Вам всё равно отсюда никогда не выбраться. Вы спрашиваете, существует ли такая цель, для достижения которой человек может пойти на убийство. Я отвечаю вам: да! Это власть, богатство, уверенность в завтрашнем дне. Я показывал вам места, в которых родился и вырос, Арахна. Вы видели это захолустье своими глазами. С раннего детства я мечтал вырваться из ненавистного удушающего размеренного однообразия. Для этого нужно было образование, и я учился. Днями и ночами я корпел над учебниками, видя перед собой далёкий и призрачный свет надежды на лучшее будущее. Я мечтал о работе в Министерстве: вот я мелкий клерк, вот мне дают повышение по службе, а вот я уже начальник маленького отдела, потом – целого департамента, и вот уже передо мной маячит кресло министра. Это была моя главная цель. Но, закончив Академию магии, и сделав попытку прорваться к вожделенному плоду, я потерпел фиаско: чтобы устроиться на работу в Министерство, нужно иметь хоть какие-нибудь знакомства. А кто был я? Выходец из английской глубинки, которая кормится за счет туристов. Мне нужно было срочно найти влиятельных знакомых. Однажды на глаза мне попалась статья в «Ежедневном пророке» о том, что на Рождество Министерство готовит большой бал для работников, их родственников и магической элиты. В то время я подрабатывал в одном кафе в Косом переулке. Я как раз размышлял о шансах попасть на этот бал и с кем-нибудь познакомиться, как вдруг мне улыбнулась удача: в кафе зашла девушка, которая, как я узнал от одного из официантов, была дочерью одного министерского клерка и «лакомым кусочком». Я решил попытать счастье и познакомиться с ней. К моей радости, она разрешила пригласить её на прогулку тем же вечером. Я старался применить к ней всё своё обаяние, и глупышка клюнула. На моё счастье, тогда она была свободна и сама пригласила меня в спутники. Так я попал на Рождественский бал. Там я завёл несколько удачных знакомств, и одна из влиятельных престарелых дам сообщила мне по секрету, что нынешний министр магии очень дружен с новым директором Хогвартса, Минервой МакГонагалл и что если я хочу работать в среде чиновников, мне нужно заручиться поддержкой старой кошки. Я шёл на аудиенцию МакГонагалл в твёрдой уверенности, что всё пройдёт, как надо, вернее, как я хочу. Ведь я был одним их лучших её учеников! Но наша беседа меня не обрадовала. Она заявила, что при всём уважении к моему уму, она не может дать мне рекомендательного письма. Она сказала, что «мои амбиции однажды могут сыграть со мной злую шутку» и на этом приём был окончен. Я был в бешенстве; попытавшись заручиться поддержкой у других новых знакомых, я везде получил отказ: «Если Минерва МакГонагалл не дала вам рекомендаций, значит, вам следует поискать работу в другом месте». Я долго обдумывал план дальнейших действий, и, наконец, мне пришло озарение: я должен устроиться работать в Хогвартс и может быть, мне удастся переубедить этот застарелый клубок кошачьей шерсти. На должность преподавателя маггловедения она взяла меня с радостью, видимо, посчитала, что «паренёк взялся за ум», а я тем временем вынашивал свои планы. Решение пришло спонтанно: однажды я помогал Филчу искать что-то в одной из кладовок, как вдруг наткнулся на старый портрет калеки, который оказался ни кем иным, как самим Салазаром Слизерином. Он и рассказал мне о существовании этих нижних пещер. - А мне ни разу не говорил, - пробормотал Снейп справа от меня. Бунсер расхохотался. - Сравнил единорога с соплохвостом! Вам, Северус, следует чаще в зеркало смотреть. Так вот, я завладел этой тайной. После я обнаружил, что от Чёрного озера прямо в эту пещеру идёт небольшой канал. Я расширил его и сделал дамбу. Если я захочу устроить небольшой Конец света, я спокойно могу открыть затвор и, не торопясь, покинуть пещеры, не боясь, что меня смоет потоком. Теперь судьба школы была в моей власти. Я мог бы шантажировать Минерву, мог и вовсе лишить её работы, и тогда кому важны убеждения и рекомендации глупой безработной старухи? Но мой план был ещё не до конца проработан. Мне нужна была армия, чтобы захватить Министерство. Я не забыл, как меня вышвыривали оттуда, словно провинившегося щенка, когда я просил взять меня хотя бы секретарём самого мелкого чиновника. Я жаждал мести всем тем, кто столько раз говорил мне «нет». Я хотел, чтобы они умоляли меня о пощаде, корчась в нечеловеческих муках, всякий раз слыша в ответ моё «нет». Я провёл генеральную репетицию на Хэллоуин и на матче по квиддичу… - Так это вы чуть не свалили гриффиндорскую трибуну? – прошептала я в ужасе. - Да, чуть не свалил. Но мне помешали вы, Северус. Я не ожидал, что кто-нибудь так быстро доберётся до башни и сможет в одиночку замедлить падение. В вашу бытность Пожирателем Смерти вы многому научились, не правда ли?.. Я планировал создавать череду несчастных случаев, которые бы преследовали школу, как наваждение, и в конце концов вынудили бы власти закрыть её совсем. Тогда бы Минерва была в моих руках. Но тут появились вы, Арахна. Я вздрогнула, когда он подошёл ко мне вплотную. - Появились вы, - повторил Бунсер, наматывая прядь моих волос себе на палец, - и всё разом поменялось. Я узнал, что вы – потомок тех самых О`Конноров, и у меня появилась новая идея: влюбить вас в себя и с вашей помощью проникнуть в Министерство. - Но я там никогда не работала! Я никого из них не знаю! Каким образом я могла помочь вам? Он усмехнулся. - Ваша фамилия, Арахна, сделала бы всё за вас. Они бы приняли вас с распростёртыми объятиями. А мужа леди О`Коннор стали бы воспринимать совершенно иным образом, чем простолюдина Лукаса Бунсера, - он горько улыбнулся. Снейп вдруг бросился на него, норовя отнять палочку, но профессор маггловедения проворно отскочил в сторону и заклинанием отбросил зельевара к дальней стене. Я охнула и кинулась к нему, но Бунсер схватил меня за плечи и с горячностью заговорил: - Арахна, милая моя, послушайте! Я могу спасти вас! Я всё продумал, всё просчитал! Мы вместе завоюем Министерство, купим дом на берегу моря, у нас будет семья, мы будем купаться в роскоши, весь мир будет у наших ног! Прошу вас, поверьте мне! У вас будет целая россыпь драгоценностей, тысяча самых дорогих платьев; вы ни в чём не будете нуждаться! Будьте моей, вы не пожалеете! А его – он посмотрел в сторону неподвижной фигуры мастера зелий, - я убью сам, он не будет нам помехой! И он направил на Снейпа волшебную палочку. Я повисла на его руке, но он легко сбросил меня с себя. Я лихорадочно соображала: что же теперь делать? Всё происходило будто в маггловской замедленной съёмке. Бунсер произнёс: «Авада…» и вдруг покачнулся и упал на каменный пол. Я обессилено выронила из руки крупный булыжник, которым со всей силы огрела профессора маггловедения по голове. Перед глазами всё расплывалось, как будто меня саму ударили. Присев около распростёртого профессора Снейпа, я осторожно приподняла и положила себе на колени его голову, откинув с лица чёрные волосы. Он был мертвенно-бледен; с виска стекала тонкая струйка крови. - Профессор, - негромко позвала я, - профессор, вы меня слышите? Он пошевелился и со стоном приоткрыл мутные глаза. - Вы в порядке? – хрипло спросил он и сделал попытку сесть. – Где этот мерзавец? - Он в отключке, - успокаивающе ответила я, пытаясь задержать рвущегося в бой зельевара, - думаю, что придёт в себя ещё не скоро. - У него моя палочка, - не сдавался Снейп, - я должен её вернуть. - Я забрала у него все три, - показала я свой трофей, - а ещё я его связала с помощью «Инкарцеро». - Умница, - закрыв глаза, похвалил зельевар, снова откидываясь назад и поудобнее устраивая голову на моих коленях. Я поймала себя на том, что рассеянно приглаживаю его жёсткие чёрные волосы, а на лице моём играет глупая улыбка.