Никто не знает, о чём мы думаем. А я бы поспорил с этим.

Я потерял счёт времени, полностью погрузившись в размышления о туре. Всё ведь будет круто, не так ли? Я ведь всегда так скучал по концертам, фанатам. И даже по папарацци. -Мистер Бибер, мы приехали. Я резко распахнул глаза. Сразу понял, что заснул. Наушники на шее, плейлист закончился. Охранник стоит радом с моей открытой дверцей, дожидаясь, пока я выйду. Рядом с ним уже находится мой чемодан. Наверное, странно для меня, что всего один, но просто пройдусь где-нибудь по магазинам и накуплю одежды. Я выбрался из салона и тут же услышал визг фанатов. Вау, спустя три месяца безделья я ещё кому-то нужен. Широко улыбаясь, я начал махать всем рукой. Огромная толпа девушек ринулась ко мне. Меня тут же окружила охрана. Похоже, я проспал тот момент, когда к машине, в которой находился я, присоединились несколько внедорожников с охраной. Фанаты, находящиеся за стеной из секьюрити, протягивали руки с листочками и маркерами, фотоаппаратами и телефонами. Я сделал несколько фоток, дал около десяти автографов, а потом охрана заставила меня зайти в здание. Не понимаю, почему нельзя было сразу подъехать на взлетно-посадочную полосу, если они так не хотят, чтобы я общался с поклонниками? Зачем заставлять меня переться через весь аэропорт, проходя все эти проверки? Но, несмотря на всю эту тягомотину, через полчаса я уже сидел в своём личном самолёте, который должен был вот-вот взлететь. Вдруг телефон в кармане завибрировал, и я вытащил его, глядя на дисплей. Смс от Кэтрин: «Уже скучаю». Я закусил губу, борясь с подступающими слезами. В последние годы я стал слишком эмоциональным. Не знаю точно, хорошо это или плохо, но плакать на людях становится стыдно. Я взрослый мужчина, у меня есть жена, но я всё ещё лью слёзы по любому поводу. Не стоит так делать. Глядя на сообщение от Кэт, я всё не мог решить, нужно ли отвечать. Ведь нам обоим от этого будет только хуже. Но я всё-таки набрал «Я тебя тоже» и отправил. Эх, как же сейчас не хватает Джейсона. Если бы хоть его призрак был здесь. Говорить с ним всё же лучше, чем молчать с полным салоном охраны. Я неосознанно крутил в руках телефон. Заметив это, я перестал. И тут мои руки сами, словно по привычке, зашли в давно забытый мной Instagram. Как же давно я не пользовался этим приложением. Взглянув на последнюю отправленную мной фотографию, я понял, что прошло уже больше года. Больше года с тех пор, как я выложил последнее фото. На нём были мои ноги в синих кроссовках Nike на фоне пульта в студии. И этим всё закончилось? Кроссовками? Кто же так заканчивает жизнь? Ну да, Instagram когда-то был для меня жизнью. И не может всё закончиться парой обуви. Я нажал на кнопку, чтобы сделать фотографию. И запечатлел то, что попало в мой объектив, - вид из иллюминатора. Мы уже набрали высоту, и это был идеальный кадр. Так что я, сделав снимок, тут же выложил его, не забыв подписать «On my way to Mexico». Да, именно туда я сейчас направляюсь. Отвлекшись на несколько секунд, я снова взглянул на экран, и мой рот приоткрылся от удивления. На этой фотографии уже было несколько сотен лайков. Неужели они...ждали? Все эти долгие месяцы? Они ждали, что я что-то выложу? Знали, что я вернусь? Решив, что мне всё это мерещится, я потёр глаза. Но лайков стало лишь больше. Посыпались комментарии типа "Я тебя люблю", "Ты лучший", "Ты вернулся" и просто бессмысленные наборы букв. Тогда я сфоткал себя на переднюю камеру и выложил, подписав "Missed you". Я ведь и правда по ним скучал, и хочется, чтобы они это знали. А потом я зашёл в Twitter. Мой последний твит сделан неделю назад. Предпоследний - две недели назад. Я бы вообще ничего не писал, если бы Скутер не заставлял меня. Но теперь я вспомнил, почему всё это начал. Быть ближе к фанатам - это важно. "Off to Mexico", - написал я. Тут же посыпались ретвиты и ответы. Я читал их, и на мои глаза снова навернулись слёзы. Большинство твитов были обычными вроде "Я люблю тебя", "Ты идеальный" или "Твой голос прекрасен", но был и один твит из-за которого я больше не мог сдерживать слёзы: "Я уже стояла на краю небоскрёба, набирая последний твит Джастину, а потом он написал, и я поняла, какая же я дура". "Я так рад, что написал. Я люблю тебя", - ответил я ей. Надеюсь, это поможет ей больше никогда не думать о самоубийстве. Мои Белиберы должны жить. Они же самые лучшие. Вдруг мой телефон завибрировал, оповещая о приходе смс. Тут ещё и связь есть? Открыв сообщение, я прочитал: «Что делаешь?» Конечно, Кэт неймётся, как и мне, собственно. «Плачу», - ответил я. «Почему?» «Белиберы. Иди спать». «Не могу. Без тебя не уснуть», - написала Катарина. «А придётся, потому что я ещё долго не вернусь. Давай, тебе нужно быть сильной». «А почему ты не отвечаешь мысленно?» «Я не слышу. Уже слишком далеко. Теперь единственное средство связи – телефон», - отправил я. «Ещё интернет». «И это тоже. А сейчас спать. Можешь больше не писать, я не отвечу». И, выключив телефон, я закрыл глаза. Мне о стольком нужно подумать, но сил уже нет. Да и не хочется сейчас думать. Хочется тишины. Даже в мыслях. Но в голове всё равно что-то крутится, не давая расслабиться. Как же сейчас хочется побыть либо одному, либо в большой компании. Но вот так, с практически не знакомыми мне охранниками, – совсем нет. Не хочу я тут с ними сидеть. Единственное место, где я сейчас хочу быть, - это моя гостиная. Мы бы смотрели телевизор, смеялись и пили горячий чай. Но я здесь. И впереди у меня лишь бесконечные выступления и интервью. Но даже сцена лучше этого чёртового самолёта. Поскорее бы убраться отсюда.