Никто не знает, о чём мы думаем. А я бы поспорил с этим.

Закончив встречу с фанатами, я помчался готовиться к концерту. До него оставалось всего полчаса, а мне ещё нужно было переодеться и заново уложить волосы. Слава Богу, стилист уже прилетел. Теперь я снова могу беситься и материться, при этом не теряя чувства собственного достоинства. Пока я полушёл-полубежал в гримёрную, у меня зазвонил телефон. Вытащив его из кармана, я взглянул на дисплей. Кристиан. Что-то случилось? -Алло, - ответил я. -Я не знаю, что мне делать. -Что произошло? -Я забрал Кэтрин после занятий, и по дороге она разревелась. И мы уже дома, а она всё равно ревёт. Джул её уже и чаем с мятой напоила, и насмешить пыталась, - казалось, Крис сейчас впадёт в панику. -Ты сам для начала успокойся. И съезди в аптеку. -В аптеку? Зачем? -За тестом на беременность, - ответил я. -Ты думаешь, она беременна? -А, по-твоему, на что это похоже? Когда Кэт была такой эмоциональной? Дай ей трубку, а сам езжай в аптеку. На том конце провода послышался шорох, а потом всхлипывания. -Котёнок, почему ты плачешь? – стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, спросил я. Но меня и самого сейчас не хило трясло. Потому что не стала бы она реветь просто так. Не стала бы, если бы я не умер. А я, очевидно, жив. Значит, дело в гормонах. Неужели скоро я узнаю, что стану отцом? -Я…я…ску-скуч-чаю п-по т-тебе, - сквозь слёзы пробормотала Катарина. -Я по тебе тоже, но я же не реву. А ну успокойся! -Н-не м-могу. Д-джас-стин, при-приез-жай. -Ты же знаешь, что я не могу, солнышко. Я должен работать, чтобы у нас были деньги, - отговаривался я. -У н-нас уж-же ес-сть день-ги. -Но они ведь когда-нибудь закончатся. И тут Кэтрин просто разрыдалась в голос. Ясно. -Скреппи! – закрыв спикер ладонью, позвал я. -Да? -После концерта мне нужен самолёт. Я лечу обратно в Нью-Йорк. -Ты не можешь, - сказал Скреппи. -Позвони Скутеру. Вчера он сказал, что я тут звезда и могу делать, что хочу. А у меня Кэтрин плачет. Мне надо домой. -Ох, ладно. -Кэт, - позвал я, снова приложив телефон к уху. – Кэт, ты слышишь меня? -Д-да. -Я прилечу ночью, ладно? Ты только успокойся. Ляг спать, а утром я тебя разбужу. Как обычно, да? -О-обещ-щаешь? – спросила она. -Клянусь. Мне пора. Иди, выпей ещё чаю. Пока. Убрав телефон в карман, я, наконец, зашёл в гримёрную. И сел в кресло перед своим стилистом, который, судя по выражению его лица, уже очень давно ждал меня. -Ты хорошо себя чувствуешь? – немного взволнованно спросил он. -М? -У тебя руки трясутся. Я взглянул на свои пальцы, сложенные у меня на коленях. И правда трясутся. И ещё нога дёргается. Никогда не думал, что всё это будет так. Никогда не думал, что беременность Катарины застанет меня вот так - в дороге. -Я в порядке, - вспомнив, что нужно ответить, пробормотал я. Двадцать минут спустя я, уже переодетый в концертные шорты, выходил из гримёрной. Но тут мой телефон, лежащий на столе, снова зазвонил. Я шагнул обратно в помещение и закрыл дверь на замок. Когда я увидел, что звонит Кристиан, мои руки снова бешено затряслись. -Д-да? - мой голос дрогнул, хотя я отчаянно пытался скрыть волнение. -Ты бы прав, - еле слышно произнёс Крис. -Она... - я сделал глубокий шумный вдох. – Она действительно беременна? -Да. А потом Бидлс начал говорить что-то ещё, но я уже не слышал, потому что телефон выпал у меня из рук. Ударившись о пол, он разлетелся на мелкие кусочки. -Чёрт, - пробормотал я. Но делать что-либо было уже поздно. Мне пора на сцену, а значит нужно обо всём забыть. Я должен сосредоточиться на выступлении. Хотя бы попытаться. Выйдя из гримёрной, я почувствовал себя каким-то потерянным. Кэтрин не должна была узнать о своей беременности, когда меня нет рядом. Это не правильно, не так ли? Но ничего, я приеду, и мы всё обсудим. А нам уж точно есть, о чём поговорить. Придётся решать что-то с её учёбой, возможно, что-то сделать с моим туром. Думаю, я сожму даты. Быстро всё отпрыгаю безо всяких перерывов и вернусь домой. Только вот переживу ли я такую нагрузку? -Шевелись, шевелись! – заорал Скреппи, когда я пришёл за кулисы. Очнулся я уже в самолёте. То есть, я знаю, что отпел концерт и все дела, но я просто этого не помню. Я был в шоке и совершенно не осознавал, что делаю. Но теперь я, кажется, немного пришёл в себя. Только так странно понимать, что скоро буду дома, когда уже давно настроился на то, что не появлюсь там ещё месяц. А потом я, кажется, уснул. Ну, или, может, снова впал в этот «транс». Проснулся, когда самолёт уже шёл на посадку. Ну хоть волновался не так долго, и то ладно. Спустившись с трапа, я увидел свой Lamborghini, около которого стоял Чарльз Сомерс собственной персоной. -Брат, - засмеялся он, обнимая меня. – Ужасно выглядишь. -Догадываюсь. Как Кэт? Уснула? -А ты сам подумай. -Нет, - догадался я. – Всё ещё плачет? -Периодически. Я начинаю ненавидеть комедии. Мы их уж штук пять за день посмотрели. Теперь они шестую смотрят. -А Райан что? Ничего не смог придумать? -Да кто тут сможет-то? Ей ты нужен, и всё. Мы уже все методы испробовали. Кроме успокоительного. Решили, ты будешь против, - сказал Чез. -И правильно. Не нужно ей сейчас это. Хотя то, что она плачет, тоже плохо. Как же я уеду завтра, когда она в таком состоянии? Чез растерянно пожал плечами, а потом передал мне ключи от машины. Я уселся за руль, а он – рядом. -Знаешь, именно теперь я жутко боюсь становиться отцом, - совсем тихо пробормотал я. -Мне даже думать об этом пока страшно. Мы как-то ещё не готовы, да и эта жизнь… Когда в любой момент тебя может не стать. Не дело это в такое время детей заводить. -Самое тупое – это то, что я с самого начал всё это понимал. Но остановить себя, как всегда не смог. -В таком случае, у нас есть около семи месяцев, чтобы со всем разобраться, - сказал Чарльз. -Думаю, восемь. Но от этого всё равно не легче.