Никто не знает, о чём мы думаем. А я бы поспорил с этим.

Едва я ступил на пол первого этажа, из кухни вылетела Кэтрин. Она подбежала ко мне и обняла за шею. Теперь моя улыбка стала настоящей. Я прижал девушку к себе, не желая отпускать. -Мы волновались! – воскликнула Кэт, отстранившись. – Где ты был? -В библиотеке. Читал. -Мог бы хоть предупредить! Несмотря на явное недовольство в её голосе, девушка потянулась ко мне и чмокнула меня в щёку. Моя улыбка стала шире. Когда жена отодвинулась от меня, я на секунду задержал прядь её волос в своих руках. -Ты у меня такая красивая, - выдохнул я. -Идём! Она потянула меня в кухню. Вопреки моим ожиданиям, там никого не было. Только торт с зажженными свечами на пустом столе. Я удивлённо вскинул брови, однако ничего не сказал. -Я не умею говорить так же красиво, как ты, но… С днём рождения, любимый! Будь самым счастливым! Она хотела сказать что-то ещё, только вот я не выдержал, притянул её к себе и прижал свои губы к её. Мне больше ничего было не нужно. Плевать на все эти речи, пожелания, подарки. Мне нужна только она. И именно в тот момент мне был нужен её поцелуй. Я крепко держал Катарину, не желая отпускать. Мои ладони лежали на её талии, вжимая тело девушки в моё. Мой язык выводил какие-то узоры у неё во рту, и я растворялся в этом ощущении. Кэтрин моя, мы вместе, и от осознания этого кружилась голова. Но в какой-то момент девушка упёрлась руками мне в грудь и заставила меня отодвинуться от неё. Я в непонимании уставился на неё. -Ты дашь мне нормально тебя поздравить, или нет? – возмутилась Кэт. Мы оба рассмеялись. -Ну давай, я слушаю тебя, - наконец кивнул я. -Ты же знаешь, что говорить я не умею. -Что тогда? -С днём рождения! – заорали сзади меня. Я подскочил, обернувшись. Все мои друзья стояли у входа в кухню. Они улыбались и, по-прежнему крича, дружно двинулись ко мне. Я радостно всех обнял, выслушал поздравления, которые звучали примерно так же как то, что мне сказала Катарина, и поблагодарил друзей. -Как вы так незаметно подкрались? – спросил я, когда все мы двинулись к столу. -Незаметно? – усмехнулся Кристиан. – Да мы тут ржали стояли, просто ты был слишком занят. Да, я всегда знал, что Кэтрин делает меня уязвимым. Просто поцелуй, и я уже не замечаю ничего вокруг. -Мы прямо так и будем завтракать тортом? – поинтересовался я, когда Джул начала его резать. -Помнится, раньше ты преспокойно ел сладости на завтрак, обед и ужин, - усмехнулся Райан. Я ничего не ответил, задумавшись о том, что этот парень один из тех друзей, которые пролетят через всю страну, лишь чтобы поздравить тебя с днём рождения. И именно это он и сделал. Как же мне повезло с близкими людьми! Все получили по куску огромного торта, и в кухне стало тихо, раздавались только звуки пережёвываемой пищи. А ещё кто-нибудь то и дело поднимал взгляд, встречался с другим таким же взглядом, и тогда тишину нарушал беспричинный смех. После нашего шикарного завтрака мы разбудили детей, одели и накормили их и отправились гулять. Как и в прошлом году, вывалились на улицу и просто пошли, куда глаза глядят. Только в прошлом году мы были в Майами, а сейчас в Нью-Йорке. И здесь мне нравится намного больше. Не уверен, что вообще когда-нибудь захочу отсюда уезжать. Хотя, конечно, мне придётся снова поехать в тур. Примерно через год. У меня есть ещё месяца четыре, чтобы закончить и выпустить альбом, а потом, после небольшой подготовки, я уеду. Только в этот раз буду умнее и не оставлю семью дома. Ни за что. Мы с Кэт уже всё обсудили и решили, что и она, и дети поедут со мной. Может, будет немного тяжело и неудобно, но всё равно явно лучше, чем если мы окажемся в разных частях планеты, общаясь лишь по телефону. Я больше не хочу такого. Ещё в прошлом туре понял, как всё это плохо и глупо. Уже после сорока минут прогулки девчонки начали жаловаться, что замёрзли. Тогда мы зашли в ближайшее кафе и уселись за столик. Все заказали себе чего-то согревающего: наши жёны чай, а мы с парнями – водку. Я вообще-то удивился, увидев меню алкоголь, но не возражал. Мы все были рады немного расслабиться. Пока мы все пили, дети бегали по кафе, периодически приставая к другим посетителям. Мы смеялись, глядя на них, и иногда одёргивали, если они слишком сильно надоедали людям. Единственным человеком, сохраняющим тишину, была Джазмин. Она спокойно лежала в своей люльке, обводя всех не по-детски осмысленным взглядом. Согревшись, мы снова вышли на улицу. Но теперь повернули в обратную сторону – домой. Решили, что уже хватит гулять, а то дети могут простудиться. Если наш Джейсон ни разу не болел, то Майкл постоянно лежит с температурой. Кристиан за последний год бегал в аптеку больше раз, чем я за всю жизнь. Кстати, я там бываю довольно часто: надо ведь покупать презервативы. Я давно предлагал Кэтрин перейти на таблетки, но она наотрез отказалась, ну а мне в принципе без разницы. Как сказал братец, что бы мы ни делали, у нас всё равно будет четверо детей. Так что зачем мы вообще мучимся с предохранением? Вернувшись домой, мы все сразу ввалились в кухню. Тут же принялись доедать торт. Очень удачно, что он был такой огромный. И на завтрак хватило, и на обед. Только завтрак был безалкогольный, а вот к обеду я достал вина. Пока я открывал бутылку, девчонки повели детей наверх. Их, конечно, ещё не особо волнует, что мы там пьём, но, помня, что Джейсон всё понимает, мы решили не рисковать. Я разлил вино по бокалам, и бутылка оказалось пустой. Это, пожалуй, единственный минус того, чтобы пить в большой компании. -Ну почему вы всегда пьёте именно тогда, когда мне нельзя? – пробормотала Кэт, ни к кому конкретно не обращаясь. Я усмехнулся, делая глоток горько-сладкого напитка. Может, это и правда не справедливо, но я ведь не виноват, что Джазмин родилась так близко к моему дню рождения. Вот с Джейсоном таких проблем не было. Хотя с ним была куча других. Дочь по крайней мере не пытается вывести меня из себя. Она вообще довольно спокойная. Заметив это, я ожидал, что сын начнёт ещё сильнее доставать меня, но он, как обычно, повёл себя непредсказуемо и тоже стал спокойнее. Однако мне кажется, что это скорее напускное. Думаю, он чего-то ждёт или что-то планирует. Но я уже устал беспокоиться. Вот когда он что-то выкинет, тогда и начну. А пока буду наслаждаться жизнью. -Может, чего покрепче выпьем? – предложил Чарльз. Мы с Джулией одновременно вскинули брови. Это точно наш Сомерс? Он, конечно, никогда не был паинькой, просто хорошо притворялся, но и такие дерзкие предложения от него редко поступали. Я пожал плечами и пошёл в своё хранилище. Остановился в центре комнаты, пытаясь решить, что бы такого взять. Мой взгляд упал на виски, и, пожав плечами, я вытащил бутылку. Вернулся к друзьям и сразу же начал разливать. -А мне? – возмутилась Стейси, когда я пропустил её бокал. -Не крепковато для тебя? -Наливай. Я уже давно перестал воспитывать сестру. В смысле, позволяю ей делать то, что хочется. Потому что пусть лучше она пьёт тут, со мной, чем где-то на улице не пойми с кем. Здесь она в безопасности, пусть и пьяная. Через какое-то время наши жёны покинули кухню. Потому что мы с парнями были уже настолько бухими, что с нами не о чем было разговаривать. А остановить нас тем более было нельзя. -Джастин, ну налей ещё! - упрашивала Стейс. Мы выпили целую бутылку без неё. Потому что она, чёрт возьми, ещё ребёнок, и ей незачем так нажираться. Хотя теперь я думаю, почему бы и нет? И наливаю ей полный бокал абсента. Да, мы уже перешли на абсент. Он просто адски горький, но мне очень нравится послевкусие и то, как алкоголь ударяет в голову. -Колин? – в кухню вернулась Катарина. Парень перевёл на неё свой затуманенный взгляд. -Ты уверен, что тебе можно столько пить? – спросила его моя жена. А почему ему нельзя? Точно, он же наркоман. Может сорваться в любой момент – так же, как и я. Кстати, я даже не знаю, у кого больше шансов выдержать. Ведь за двадцать пять лет жизни я успел заметить, что я тот ещё слабак, как бы ни притворялся казаться сильным и непробиваемым. -Конечно, - промямлил Кол. Кэт, очевидно, с трудом разобрала, что он сказал. Окинув нас всех каким-то грустным взглядом, девушка ушла. И тогда я оглянулся. Оглянулся и понял, какие же мы свиньи. На столе куча бутылок, ошмётков какой-то еды. А мы сидим тут все с красными пьяными рожами. И как только докатились до такого? Как? Я вскочил на ноги и тут же пожалел об этом: голова закружилась, я пошатнулся, чувствуя тошноту. Сглотнул, пытаясь удержать содержимое желудка в желудке, и покинул кухню. Я не чувствовал, как меня шатает, но точно знал, что это происходит, потому что всё вокруг ходило ходуном. -Кэтрин! – позвал я. – Детка! Послышался топот ног и через несколько секунд моя жена стояла рядом со мной. -Прости, - произнёс я. -За что? -За это. За то, что мы опять вот так вот напились. А вы потом убираете за нами, ещё и спать нас укладываете. Ты вообще всегда обо мне заботишься. Я упал на колени и крепко обнял девушку, прижимаясь головой к её животу. Она замерла в непонимании, а потом начала поглаживать меня по волосам. Мне сразу стало чуть полегче, и голова почти перестала кружиться. -Я люблю тебя, - пробормотал я. -Ты всегда становишься таким странным, когда выпьешь, - протянула Кэт. -Не странным. Настоящим, детка. -Тогда какой ты обычно? -Обычно… Хм, разве я не всегда такой с тобой? – поинтересовался я. – Изо всех сил стараюсь не закрываться в себе, быть таким, какой есть. Хотя я и сам не знаю, какой я. -Джас! Джастин, поднимайся уже! Девушка заставился меня встать на ноги. Я снова прижал её к себе. -Почему тебе тяжело быть собой? – спросила она. -Мне всегда было тяжело, потому что меня всегда осуждали. Сначала я прятался, потом притворялся, а потом просто забыл. -И ты никогда не говорил мне об этом? -Это сложно. Да и зачем тебе всё это? Не хочу, чтобы ты зря волновалась, - я пожал плечами, чуть отступая от жены, но всё ещё не выпуская её из объятий. -Я должна знать, что происходит с моим мужем. У тебя проблемы, а ты не говоришь. Никогда не говорил. -Я привык решать всё сам. Наверное, это неправильно, но вот это-то уж точно я. Это не наигранное, это правда. -Когда…, - Катарина сделала глубокий вдох. – Когда ты забыл, кто ты? -Лет в восемнадцать, мне кажется. -То есть я никогда и не знала тебя настоящего? -Мне всегда казалось, что ты видела сквозь все мои маски, но, если честно, я не знаю. Правда иногда я веду себя как тот я. Сейчас, например, - произнёс я. – Да, точно. Один факт обо мне – я открытый. -Начинаю думать, что и правда тебя не знаю. Сколько мы знакомы, ты никогда не был открытым. -А раньше был. Видишь, что делает слава? Но подожди… Я… Хм, думаю, я добрый. И жестокий. -Как это вообще может сочетаться? – спросила Кэтрин. -Я же Джастин Бибер. -Это всё ещё что-то для тебя значит? Ты только что сказал, что не помнишь, кто ты. -Ты права. Ладно. Я заботливый, - заявил я. -Да, точно. Это правда. Мои губы растянула широченная улыбка. -Видишь, ты кое-что знаешь обо мне. Кэт чмокнула меня в щёку, а потом потянула к лестнице. Я послушно последовал за ней. -Тебе бы надо проспаться, - пробормотала девушка. -А потом мучиться от похмелья? Я, пожалуй, подожду с этим. Мы зашли в нашу спальню, и Катарина заперла дверь. Я в ожидании уставился на жену. Что она задумала? Я был слишком пьян, чтобы читать мысли, хотя мне и не нужно было этого делать: Кэтрин начала целовать меня, что сразу выдало все её намерения. Я тут же прижал девушку к стене, мои губы стали ласкать её шею. Но потом Кэт вдруг оттолкнула меня - не сильно, просто чтобы я отошёл. Я вопросительно склонил голову набок. Жена закусывала губу и смотрела прямо на меня. Я тоже невольно закусил губу. Мы простояли так несколько секунд. А затем я сжал в кулак футболку девушки на уровне её живота и потянул на себя. Прижал любимую к своей груди и продолжил поцелуй. В этот раз она не пыталась его прервать, и я начал медленно сдвигаться в сторону кровати. Я избавил жену от футболки, она стянула с меня майку. Не теряя времени, я снял с Катарины джинсы и уложил её на кровать. Нависая сверху, я продолжал целовать её, то переходя на шею и ключицы, то снова возвращаясь к губам. -Как же мне нравится такое продолжение дня, - пробормотал я. После рождения Джазмин у нас с Кэтрин секс был только один раз. Тогда всё вышло не очень хорошо, и мы решили, что нужно с этим повременить. Теперь девушка, похоже, считала, что всё пришло в норму. И мы наконец могли получить то, чего так желали. Кэт расстегнула ремень на моих брюках, потом пуговку, а потом стянула с меня штаны. Я откинул их в сторону и быстро снял с девушки бельё. И вот она лежит подо мной, обнажённая. А я просто закусываю губу и смотрю. Пожираю глазами, сгораю от желания, но не тороплюсь. Спешка ни к чему. У нас куча времени. Катарина протянула руку и положила ладонь на мой член. Я чувствовал тепло её руки через ткань своих трусов. А девушка чувствовала пульсацию крови в моём уже готовом к бою дружке. Мы с женой смотрели друг другу в глаза, как будто пытаясь понять, кто хочет этого сильнее. Словно соревнование. Я наклонился и обхватил губами правый сосок Кэтрин. Начал посасывать его, исподлобья наблюдая, как моя жена жмурится от удовольствия и возбуждения. Она вдруг сжала мой член, и я несдержанно выдохнул, отстраняясь. На губах девушки играла ухмылка. Я легко откинул её руку в сторону, чуть отполз назад и, раздвинув ноги Кэт, приник к её половым губам. Она шумно выдохнула, но потом попыталась сохранять тишину, чтобы скрыть, что получает неимоверное удовольствие от моих ласк. Но меня, пусть и пьяного, не обмануть. Я отлично знал, что с ней делаю. Вдруг Катарина резко села и отодвинулась от меня. Я закусил губу и поднял на неё взгляд. Она молча толкнула меня, заставляя лечь. Я уже знал, к чему всё это приведёт, поэтому совсем не сопротивлялся. Девушка стянула с меня трусы и обхватила губами мой член. Это не застало меня врасплох, поэтому я смог сдержать стон, хоть это и было трудно. Кэтрин действовала на меня точно так же, как и я на неё. Поэтому было сложно сдерживаться. Но у нас тут негласное соревнование, а я не привык сдаваться. Но, чёрт, как же моя жена хороша! Было так сложно даже пытаться сохранять безразличное выражение лица, что я оттолкнул девушку, уложил её на спину и резко вошёл. Тогда мы оба не смогли сдержать стон. Я двигался резко и быстро. Что я там говорил про спешку? Что она ни к чему? К чёрту это, мы слишком долго ждали и слишком сильно этого хотим.