О ружьях и славе

- Присаживайся, - попросил Какаши, и Сакура побледнела. Наруто насторожило, как смягчилось лицо доктора, чего раньше не было никогда. - Скажите мне, - девушка так активно заламывала руки, что покраснели пальцы. - Садись, - повторил он, и Харуно присела. - Кость сломана в трёх разных местах. Если бы пуля вошла хотя бы чуть-чуть под другим углом, ногу пришлось бы ампутировать. Сакура нервно сглотнула, и мужчина решил немного повременить. - Продолжайте. - Переломы неравномерны. Он поправится, но вероятность того, что Ли сможет передвигаться самостоятельно, стремится к нулю. - Но… но он хочет построить собственную ферму, - прошептала она. – Как же..? - Со временем и тренировками Ли сможет пользоваться костылём, - продолжил Какаши. – А если исключить вероятность заражения, то проживёт нормальную жизнь, но его дни в качестве ковбоя сочтены. Наруто увидел, как сжались маленькие кулачки Сакуры. - Это несправедливо, - захлёбываясь словами, выговорила она. – Он просто хотел помочь и… Ино заплакала, и девушка оглянулась на неё. - Ты-то чего ревёшь? – зло бросила Сакура. - Ты единственная, на кого не напали. - Значит, я следующая, - шмыгнула носом Яманака. - Он… он уже знает? – спросила Харуно. - Пока нет, - ответил доктор. – Он всё ещё спит. Наруто увидел, как изящная спина девушки на секунду соприкоснулась со стеной. После чего она вздёрнула подбородок. - Хорошо, - сказала она. – Всё… всё хорошо. Мы что-нибудь придумаем. «Мы?», - хотел переспросить Наруто, но Цунаде легонько подтолкнула Сакуру к лестнице. - Иди проведай его, - посоветовала женщина. В голосе проступала жалость. Девушка своим видом напоминала призрака: сгорбленная и тихая. - Ладно, - слова Какаши звучали так, словно мужчина вдруг очень сильно постарел. – Следующий. Хозяйка салуна уселась на барный стул с по-царски прямой спиной. Какаши стал разматывать бинты, и Наруто заметил проступившую на лбу доктора морщинку. - Кто делал перевязку? - Я, - подал голос Саске впервые со времени прихода Какаши. Он наблюдал за процессом, сидя за дальним столом, его лицо скрывала шляпа, придавая образу ещё большей загадочности. Со дня последнего нападения парень отказывался от постельного режима. Наруто видел с какой болью давалось каждое движение, но у шерифа больше не осталось лишней энергии, чтобы тратить её на борьбу с легендарным упрямством Учихи Саске. Он оставил эти хлопоты на Сакуру с Ино. Какаши поднял голову и уставился на стрелка и, кажется, в его глазах промелькнуло узнавание. Саске вернул взгляд: холодный, с вызовом. В конечном счёте мужчина вернулся к своей работе. - Какие-то проблемы? – спросил Наруто. - Никаких, - ответил доктор. – Просто напомнило кое о чём вот и всё. – Наруто заметил, как взгляд Какаши на мгновение остановился на его ранее сломанной руке. Не долго думая, парень спрятал конечность за спину. Саске же держался отстранённо. У Цунаде была большая шишка и её мучила головная боль, но это лишь отчасти приглушало всепоглощающую панику Наруто. С ней и Ли выходило шесть. Шесть раненых или убитых человек, которые изначально находились под его защитой. Такое не должно больше повториться. Весь город был натянут словно барабан, сотрясаясь от последнего удара и ожидая следующий. Путешествие по пустыне таило множество опасностей. Столько, что вряд ли кто-то из жителей соберётся и отправится с семьёй в путь, но Наруто чувствовал приближение такого исхода. Узумаки пообещал самому себе, что больше никто не пострадает. Если Пустынный Гаара выберет мишенью его, так тому и быть. В следующий раз он будет готов. Наруто решил, что не ляжет спать этой ночью. У него никогда не возникало проблем со сном, но за это время произошло слишком много событий. Каждый раз, закрывая глаза, ему виделась кровь в волосах Цунаде, гематомы на коже Сакуры и изуродованная нога Ли. Ковбой даже извинился, когда парень пришёл его проведать. - Простите, шериф Наруто, - несчастным тоном произнёс он. – Нужно было действовать быстрее. - Да ладно, - замялся Узумаки после таких слов. – Я здесь шериф. Именно мне следовало… - Нет, - прервал его Ли, безумно мотая головой. – Коноха нуждается в тебе! Хорошо, что это случилось со мной. Если бы Наруто и так не чувствовал себя куском дерьма, то эта беседа непременно изменила бы его отношение к себе. Сакура крутилась возле постели больного постоянно: ослепительная улыбка создавала резкий контраст печальным глазам. У Наруто не хватало смелости высказать девушке про её совместные ночи с ковбоем. - Как ты это понял? – спросил его Сай. - В ночь вторжения убийцы. Комната Ли находится рядом с моей, а когда он бросился в погоню, то вышел совсем с другой стороны. - Что ж, - сказал Сай. – Выходит, ты всё-таки не полный идиот. В последующие дни Саске был тише воды, ниже травы. Наруто не знал, что Учиха делает со своим временем, но парень вряд ли собирался покинуть салун. Крылась ли причина подобного поведения в угрозах Наруто касающихся тюрьмы, или такая предосторожность была вызвана полученным ранением – всё равно. Саске где-то пропадал каждое утро, молча садился за стол к ужину и возвращался в комнату поздним вечером. После нескольких провалов, Ино сдалась в попытках позаигрывать со стрелком. - Холодная рыбина, - фыркнула она вслед удаляющейся спине Саске. Наруто вспомнил о горячих настойчивых губах на своей коже, но промолчал. Минула неделя с нападения. Этой глубокой ночью Наруто сидел в общей столовой, методично напиваясь одной из наиболее дорогих бутылок виски, вытащенной из запасов Цунаде. Он пил уже примерно с час, когда в дверях появился Саске. Его лицо осунулось и Наруто заметил, как сильно напряжены плечи парня. Учиха остановился на полпути, увидев вальяжно устроившегося в кресле Наруто и его ноги, закинутые на стол. - Болит? – спросил шериф. - Да, - коротко ответил Саске. Узумаки кивнул, пододвинул начатую бутылку виски к стрелку, отметив еле заметную дрожь в руках парня, когда тот сделал первый глоток. - Я знаю из-за чего проснулся, - начал Учиха, сделав несколько глотков. – А что насчёт тебя? - Стоит мне закрыть глаза, как кто-то страдает, - просто ответил Наруто. – Я не могу позволить случиться этому снова. - Это необоснованный страх, - мягко сказал Саске. - Наверное, - согласился шериф. – Неважно. - Ещё одна черта Конохи? Суеверия и легенды, верность и честь? - Может быть. - Можно подумать, что мы живём в книжной истории, - руки Саске расслабленно лежали на столе, и Наруто проследил утончённые черты взглядом: бледная кожа, плавные переходы суставов. Он выпил достаточно, чтобы почувствовать, что находится на грани между подвыпившим и пьяным, поэтому сидеть в темноте, наблюдая за Саске, становилось опасно. Словно прочитав его мысли, стрелок произнёс: - Лучше бы занялся поисками информации, чем сидеть здесь и напиваться как идиот. Его не должны задевать эти слова, исходя из того каким человеком являлся Саске, но они цепляли. Наруто ощутил как по венам опять заструилось чувство полнейшей никчёмности. Парень отвёл взгляд. - Кому-то нужно находиться здесь, если он вернётся. Вы с Ли оба ранены. - Не забывай про Сая, - с какой-то агрессией напомнил Саске. – Ты провёл с ним достаточно времени и, думаю, можешь доверить ему свою жизнь. Узумаки моргнул. Лицо Учихи заострилось, на щеках проступил лёгкий румянец. - Он пианист, - осторожно сказал Наруто. – Мне не совсем понятно чего ты можешь от него… - Он не пианист, - отрезал стрелок. – И ты это знаешь. Шериф не осмелился встретится с собеседником глазами. - Не понимаю, о чём ты. Саске фыркнул: - Он как-то в этом замешан. Простые пианисты так себя не ведут. Подобным образом могут действовать только государственные служащие или преступники. Ты дурак, раз доверяешь ему. - Забавно. То же самое он говорит о тебе. Чёрные глаза сузились. - Вот как? - Да. Он говорит, что ты знаешь что-то ещё, но не договариваешь. - Единственное, что я знаю, - холодным тоном, – что предпочитаю пить в одиночестве. Бутылка проскользила по столу в сторону Наруто с сильной подачи стрелка. Парень поймал её прежде, чем та упала с края. Учиха вскочил на ноги, тут же поперхнувшись воздухом и почти беззвучно охнув от боли. Узумаки увидел, как он схватился за рану на груди, скривив рот. Согнувшись, Саске зашатался. Юноша успел подхватить его под руки прежде, чем стрелок упал. Без своих сапог, они действительно были почти одного роста. - Полегче, - понизив голос, сказал Наруто. – Ты всё ещё восстанавливаешься. Какаши чуть сердечный приступ не хватил, когда он увидел, что ты так скоро поднялся с кровати. - Какаши - пьяница, и работает он только ради денег, - слабо произнёс Саске. Узумаки ощущал тепло его тела сквозь одежду. Учиха мотнул головой в попытке прояснить зрение. Через мгновение голос парня зазвучал увереннее. - Отпусти меня. - Хочешь свалиться? Я не в настроении наблюдать за тем, как ты расшибёшь голову о стол. Саске немного повернулся, встретившись глазами с Наруто. Парень старался не замечать мягких блестящих волос, мазнувших по скулам. - Пусти, - повторил стрелок. В голос добавились угрожающие нотки. - Хорошо, - разочарованно произнёс шериф. – Хорошо. Он отступил на пару шагов, отходя от единственного источника тепла в холодной комнате. Саске вновь осторожно коснулся груди, и Наруто опять почувствовал этот ужасный, сдавливающий внутренности страх от осознания того, как же близок тот к смерти. Он не знал, что хуже – само чувство или то, что ему вообще приходится испытывать подобные эмоции. Когда Учиху отпустили, он глубоко прерывисто вздохнул, положив руки на стол. Сильная спина мягко выгнулась. Узумаки отвернулся. Он снова упал в кресло, делая вид, что больше не выискивает признаков того, собирается ли Саске потерять сознание посреди столовой или нет. - Ты – мудак, в курсе? После того, что ты выкинул, сделал со мной, я не могу понять, почему так переживаю. В следующий раз я просто позволю тебе свалиться в обморок, словно девчонке, и раскроить себе череп. - Я уже говорил, почему пошёл на это, - голос Саске был равнодушным и безэмоциональным. Наруто подавил в себе желание зарычать. - Точно. Информация. Полагаю, именно поэтому ты каждый день куда-то исчезаешь. Ищешь улики. Саске промолчал. - И думаю, ты до сих пор считаешь, что поймаешь убийцу своими силами, - повысил голос Наруто, раздражаясь постоянным молчанием Учихи и надменностью глаз. - Ничего не выйдет, - с силой надавил Узумаки. – Я уже говорил – это мой город и моя работа. Если оказаться на волосок от смерти для тебя пустяки, тогда может… - Нет. - Что «нет»? – огрызнулся Наруто. «Невозможный, заносчивый гад», - отметил он про себя. - Я не был на волосок от смерти. Наруто добавил "сумасшедший" в список оскорблений, плодящихся в голове. Саске наблюдал за ним краем глаза. - Да, - его безграничному терпению можно только позавидовать. – Почти не умер. Я находился рядом. Видел, как Какаши соскребал твоё истекающее кровью тело с пола. - Итачи ещё жив. Я не умру, пока жив он. Наруто просто молча смотрел на Учиху несколько секунд. - Ты не Бог, - наконец произнёс он. – У тебя нет права выбора. Саске не изменился в лице. - Цель моего существования – месть за семью. Я буду жить, пока не добьюсь этого. Наруто захотелось схватить его за плечи и хорошенько потрясти. - А что потом? В глазах Учихи не отразилось никаких эмоций или страха. Одна пустота. - Всё равно, - ответил он. Терпение Узумаки пошатнулось. - Ты идиот! - рявкнул шериф так, что стрелок подскочил. – Это самая большая глупость, которую я когда-либо слышал! Чёрные брови Учихи сошлись вместе, и он уже открыл рот для ответной реплики, но Наруто опередил его: - Что ты получишь, если продолжишь так жить? Разве этого желали твои родители? - У меня нет выбора, - сухо сказал Саске. – Я не могу позволить Итачи жить и дальше после того, что он сотворил. Я не подведу свою семью. - Ты подведёшь их ещё больше, став убийцей брата. Это ведь то, чем ты занимаешься, так? Убиваешь за деньги, используешь людей для сбора сведений – всё из-за него. Тебе не кажется, что твоя семья хотела бы, чтобы ты стал лучшим человеком, чем сейчас? - Ты не понимаешь. Это единственный способ его одолеть. - Даже если ты станешь им, всё равно проиграешь, - прямо сказал Наруто. Саске не ответил, и Узумаки откинулся в кресле, прикрывая лицо рукой. - Боже… Хочу, чтобы Итачи вернулся в Коноху, тогда я бы его прикончил. - Это я тебя прикончу, если только попытаешься, - парировал Учиха, и Наруто тяжело вздохнул. Стрелок смотрел на него с настороженностью, не зная наверняка, что шериф может сказать дальше, но, по крайней мере, из глаз исчезла пустота. Наруто раздумывал, что подействует более эффективно: поцелуй или побои. По венам всё так же струился алкоголь, искажая действительность. Глаза Саске казались глубже обычного, губы - мягче. - А ты не думаешь, что это дело может быть пустой тратой времени? – спросил Наруто несколько минут спустя. – Что если Итачи и есть причина всех бед? Учиха на это только фыркнул: - Чтобы он душил шлюх? Верится с трудом. Он бы не стал впустую тратить на это время. - Что за парень, - пробормотал юноша. – Кому же не захочется быть на него похожим? - Шериф Узумаки, - произнёс Саске. Голос не отличался силой и твёрдостью, но улыбка на губах была дразнящей. – Такой идеалист. Видишь мир в чёрно-белых тонах, верно? - Эй, не сравнивай нас. Только то, что тебе не удалось уберечь свою семью не значит, что я тоже опущу руки и подамся в преступники. Лицо Саске вмиг растеряло краски. Наруто притих, поняв, что ляпнул. Он пытался придумать, как взять свои слова обратно без фактических извинений, но тут увидел, как гневно вспыхнули чёрные глаза. Саске резко хлопнул ладонью по столу, так что бутылка опасно закачалась. - Да что ты знаешь?! – бушевал парень. – Ты, вместе со своим городом и вашими грёбаными героическими легендами! Ты не представляешь, на что это похоже, когда у тебя есть что-то очень дорогое и чертовски важное, то единственное, что ммпфф… Речь Саске сошла на нет, когда губы Наруто с размаху впечатались в губы стрелка, забирая весь гнев и боль, и это чёртово желание, которое отравляло существование всю неделю и в итоге вылилось в поцелуй. Парень схватил Учиху за ворот, сталкиваясь на середине стола. Они наконец целовались, с силой прижимаясь ртами друг к другу. Рука Саске поползла вверх, накрывая ладонь Наруто. После чего стрелок оттолкнул партнёра, и, тяжело дыша, прислонился к столу. Парень всё ещё сердился и, кажется, был сбит с толку. Узумаки вдруг захотелось прикоснуться к нему – просто целовать, знакомясь с каждым миллиметром тела. Шериф не понимал, что с ним происходит. Может он, в конце концов, и правда гомосексуалист, а может ему просто захотелось заткнуть собеседника таким образом. Или всё дело в том, что в последнее время он видел слишком много пострадавших людей? Стресс может сыграть злую шутку с человеком. А ещё шериф бы не удивился, узнав, что слухи правдивы и Саске действительно колдун. Его вкус смешался с кровью Наруто, и теперь было трудно переключиться на что-то другое. - Придурок, - сказал Учиха. С перекошенным от злости лицом, он вновь притянул парня к себе, целуя. Было больно. Учиха не отличался нежностью. Он посасывал и покусывал губы Узумаки, впивался ногтями в неприкрытую одеждой кожу. Они врезались в стол, их эрекции соприкоснулись. Наруто застонал, когда губы Саске нашли его шею – стрелок выбрал то же самое место, что и в их первый раз, помечая парня снова и снова. Руки скользнули под рубашку Учихи. Ладонь прошлась по рёбрам, очертила мышцы пресса. Длинные пальцы Саске тянули за волосы и плечи, пытаясь стать ближе. Наруто схватил парня за задницу, и стрелок скользнул рукой в его штаны, как бы давая своё согласие на дальнейшие действия. Узумаки протяжно застонал. Прохладные пальцы Саске крепко обхватили плоть, и он без дальнейших раздумий толкнулся бёдрами навстречу. Раздался стук. Наруто замер на одну мучительную секунду, разрываясь между похотью и паникой. В дверь снова постучали, и Саске оттолкнул Наруто с такой силой, что тот потерял равновесие и плюхнулся на задницу. - Шериф? – позвал Хьюга Неджи. Голос звучал приглушённо из-за массивной деревянной двери. – Нам нужно поговорить. - Не могу сказать, что ожидал твоего визита, - сказал Узумаки. - Я не планировал заходить, - ответил Неджи. С виду парень казался спокойным, но Наруто чувствовал его неловкость. Выглядело так, как будто он что-то скрывает. Или хочет в чём-то признаться. Неджи перевёл пристальный взгляд на стол. Хьюга настаивал на разговоре наедине. Саске, в противовес, отказывался уходить и оставлять парней одних, пока Неджи не разошёлся окончательно, сказав, что в таком случае уйдёт сам. Наруто пришлось самолично выставить Саске, хотя он не удивился бы, если бы стрелок подслушал их разговор – стены в помещении довольно тонкие. Он всё ещё ощущал запах Учихи на своей одежде и коже. Интересно, а чувствовал ли его Неджи? Слава Богу, у стрелка не хватило времени поставить новый засос. - Ну? – спросил Наруто. Неджи прошёлся по комнате. - Мне нужно поговорить с тобой. О Хинате. - Не знаю, о чем тут можно говорить. Последнее, что я слышал – как от неё отказалась семья. - Не я принимал такое решение, - горячо возразил парень. Узумаки промолчал. - Она… - Хьюга сглотнул, отведя взгляд. – Она была достойна лучшего. С ней ужасно обращались. - Зачем ты рассказываешь мне всё это? - Просто хочу, чтобы ты понял, - тихо сказал Неджи. – Дядя так же легко откажется и от меня, если узнает, что я сюда приходил. Ты не пользуешься уважением и не вызываешь восхищения у моей семьи. - Я в курсе. - Был разговор, что скорее всего ты не сможешь защитить город должным образом, - продолжил парень. – И Хьюги справятся с этим лучше. - Они, конечно же, могут попробовать, - Наруто сам поразился тому, как бесцветно прозвучал его голос, несмотря на кипящий внутри гнев. Видимо, Саске его полностью опустошил и забрал весь негатив с собой. - В любом случае, мне всё равно, - произнёс Неджи. – Но Хината… Ей никогда не давали права голоса. Ни в семейных разногласиях, ни в том, как умереть, и я просто… - Почему ты здесь? – прямо спросил Узумаки. – Если для того, чтобы сказать как тебе жаль – лучше обратись к Цунаде. Она была её настоящей семьёй. - Ты пытаешься прекратить убийства, - отозвался Хьюга подрагивающим голосом. – И у меня есть информация. За несколько дней до убийства дядя взял на работу нового сотрудника. Я не знаю его имени и откуда он приехал. - И? - Он исчез на прошлой неделе. Наруто смерил человека напротив подозрительным взглядом: - Почему ты сразу не пришёл? Парень провёл дрожащей рукой по волосам: - Я же говорил… дядя… И я пытался. Приходил. Память подкинула воспоминание: бледный юноша с расширенными от ужаса глазами стоит в дверном проёме кухни салуна. - Да, приходил. Однако сбежал, трусливо поджав хвост. Неджи подался вперёд. Все годы их знакомства он всегда оставался спокойным и самоуверенным. Теперь же перед ним стоял растрёпанный и взмокший от пота парень. - Я кое-что услышал, - понизив голос, сказал он, – когда пришёл. Пианист рассказывал что-то о бессоннице… О том, кто не может сомкнуть глаз. - Это был разговор с глазу на глаз, который ты подслушал, - напомнил Наруто. Хьюга избегал зрительного контакта. - Исчез тот самый работник. Я не обращал на него особого внимания, но была одна странность. Он никогда не спал. Экономка сообщила, что его спальное место - чердак в конюшне – оставалось нетронутым, а однажды я увидел его из окна. В ту ночь он наворачивал круги по полям часами, без остановки. Сердце пустилось вскачь. Чужак… Вписывающийся во временные рамки… Страдающий бессонницей. - Неджи, как он выглядит? Хьюга снова нервно сглотнул: - Небольшого роста. Красные волосы, зелёные глаза, странная татуировка на лбу. Узумаки закрыл глаза и вспомнил ночь, когда в его комнату проник убийца, наблюдал за ним Бог знает сколько времени, пока он спал. Когда же он проснулся, то лишь на долю секунды увидел незнакомый силуэт. Глаза, смотревшие на него, были светло-зелёного цвета. Неджи наконец поднял голову, и Наруто почувствовал пробирающую до костей опустошённость, отражающуюся во взгляде парня. - Это он, ведь так? – прохрипел Хьюга. – Убийца Хинаты. И он всё время находился рядом. - Есть предположения, куда он мог уйти? – быстро спросил Узумаки. – Может, к нему кто-то приходил или… - Он почти никогда не разговаривал, - покачал головой парень. – Назвался Джонсом, хотя нам всем было ясно, что имя вымышленное. Но есть одна зацепка. Он пришёл сюда с двумя людьми, но те ушли без него примерно месяц назад. В горле пересохло. - Кто-то ещё пропадал в этот период времени? Рабочие? Неджи перевёл на него испуганный взгляд. - Один, - ответил он. Наруто глубоко вздохнул. - Похожего телосложения с Джонсом? Удивлённое лицо Хьюги и послужило ответом. Парень продолжал говорить, когда Узумаки провожал его до двери. Видимо, он довольно долго держал это в себе. - Ты должен всё уладить, - горячо сказал Неджи. – Хината этого заслуживает. – Молодой человек выглядел так, словно за час постарел лет на десять. - Ты любил её, - внезапно догадался Наруто. Хьюга опустил глаза. Шериф понятия не имел, как ему в голову пришла такая мысль. У него отсутствовало чутьё на подобного рода вещи. Сакура всегда называла это «удивительной непробиваемостью». Видимо, чувства Неджи были настолько сильны, что даже Узумаки смог их заметить. - Об этом знал только Какаши, - сказал парень. – Буду признателен, если всё останется между нами. - Какаши? – спросил Наруто. – Почему именно он? - Потому что Хината вынашивала моего ребёнка, когда умерла.