Лучше папы друга нет

Я открыла глаза и осмотрелась вокруг. Моим глазам открылись знакомые стеллажи книг в огромной библиотеке. И вновь тут царил невероятный бардак. Я подбежала к столу, но ни одной из книг на нем не было. И тут я осознала, что мне снова придется сделать уборку, чтобы посмотреть новые главы моей жизни. Неспеша я разобрала все стеллажи и завалы. Все вновь оказалось на своих местах. На этот раз на столе матеарилизовались сразу две книги - "Жизнь" и "Любовь". Я решила пролистать сначала первую, но она просто выпала из рук. Я присела и распахнула ее на последних заполненных страницах и мои глаза расширились. На них было изображено как я сижу в этом месте и листаю книгу. Но сейчас я стояла. Что-то было не так. За все прошедшее время - ни одной фотографии. В чем дело? Может механизм книги испортился? Я открыла вторую и онемела. Все прошедшее было расписано в мельчайших подробностях. И вот тут-то я все осознала - последние дни прошли на эмоциях, и места обычной жизни не было. Я спокойно листала книгу, всматриваясь в рисунки. На фото, где Даня связан, мои глаза наполнились слезами, но я их смахнула и продолжила листать. Дойдя до пустых страниц, я вспомнила о своей надписи и открыла последнюю страницу. А вдруг ее там не будет? Непонятный страх охватил меня, на развороте не было ничего? И что это значит? Я никогда не стану счастливой? Но вот понемногу стала проявляться надпись. Я выдохнула и улыбнулась. Все будет хорошо. Но что-то заставило меня всмотреться в страницу. Под надписью был еле заметный отпечаток детской ручки. Ладошка Дани. Внезапно сзади послышался звук падения. Я оглянулась и увидела плюшевого мишку сына. Он упал с полки и сейчас лежал на полу. Я подбежала и взяла игрушку в руки - это точно Симба, даже лапа так же пришита. Я прижала игрушку к лицу и вдохнула такой родной запах сынули. Но тут вмешался посторонний аромат - дым. Я стала оглядываться по сторонам, но поначалу ничего не увидела. В одно мгновение мое внимание привлек яркий свет в другом конце помещения. Огонь перепрыгивал с одного стеллажа на другой, сжигая до тла все то, что я собирала всю жизнь. Мои рукописи и книги горели, диски плавились и трещали от пламени. Огонь... Он уничтожал всё дорогое мне, испепетляя мое сердце, подкрадывалсяко мне, как хищный зверь. Тихо и аккуратно. Дверей в комнате не было, и я даже не представляла, как отсюда выбраться. Огонь почти добрался до стола, но я его опередила и схватила обе книги. Меня посетила мысль, что Жизнь без Любви приобретает серый цвет. Без эмоций жизнь превращается в примитивное существование. Огонь окружил меня и круг медленно сжимался. Я остро почувствовала недостаток воздуха, легкие жгло от дыма, но я не могла это прекратить. Я присела на пол, крепко прижав книги к груди и закрыв их своим телом. Теперь пламя окружало меня плотной стеной. Стоило неуклюже дернутся в сторону и я бы сгорела. Тело безумно жгло от такого близкого огня. Но внезапно меня что-то словно стало вытаскивать из этого мира. Я с облегчением выдохнула, но резких движений не делала. Комната понемногу стала таять перед глазами. У меня было предчувствие, что сюда я больше не вернусь. Я осмотрела комнату в последний раз. Все выгорело до тла, но стеллажи оставили свой вид. И вот между ними я заметила маленькую фигурку. Я не видела лица, но была уверена - это мой сын. В его руках был Симба. Он что-то говорит мне, но до меня доносились только отдельные звуки из-за шума огня. -Уходи отсюда. Здесь опасно,- я протянула руку к мальчику, но наткнулась на стену огня. От дикой жгучей боли я закричала. Мир почти растаял, но я наконец-то расслышала, что говорит Даня. -Мамочка, просыпайся, я очень скучаю. " Я уже иду, мой малыш" - подумала я, и архив моей жизни исчез. *** Я резко открыла глаза и уставилась на белый потолок. Я тяжело дышала, воздуха не хватало, а рука невероятно жгла. Осторожно подняв ее и внимательно осмотрев, я отметила, что физических повреждений не видно. -Оля? Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? Почему ты кричала во сне?- ко мне подлетел Артем. -Все хорошо,- я долго не говорила, поэтому в горле пересохло. Тёма понятливо подал мне стакан с водой, который я залпом осушила. -Где Даня?- мой первый вопрос нормальным голосом. -Твои родители приехали. Малыш сейчас с ними и Владом. Ко мне он не подходил,- он опустил глаза. -Не переживай,- я взяла его за руку,- ты слышал. как он со мной разговаривал? Но я думаю, что все наладится. -Понимаешь, просто очень больно смотреть в его глаза, полные обиды. Мы его предали. Очень захотелось сказать, что я предлагала рассказать правду, но делать ему еще больнее я не могла. Все же, я его люблю. Наш диалог был прерван скрипом открывающейся двери. В палату тихонько пробрался Даня, но увидев меня в нормальном состоянии сразу же подлетел ко мне. -Мамочка, как ты? Сильно болит? -Нет, сынок, совсем немножко. -Дань, прости нас, пожалуйста. Мы не должны были тебе врать. Мы очень виноваты, но мы с мамой действительно любим друг друга и хотим быть вместе. Но если ты против,- Артем с сожалением стал рассматривать сцепленные пальцы. Сынок подошел к Тёме и пристально посмотрел ему в глаза. - Ты правда любишь маму? -Правда. Больше всего на свете я люблю Олю и тебя. -Мама,- он повернулся ко мне.- Тот дядя очень плохой. Я не хочу, чтобы он был моим папой. Я не хочу больше его видеть. Я не хочу, чтобы он делал тебе больно. Я посмотрела на сына глазами, полными слез. Мой мальчик повзрослел. Даня, тем временем, обернулся к Артему и сказал то, отчего у меня на глазах выступили слезы: -Ты будешь моим папой? -Конечно буду,- Тёма сильно прижал к себе ребенка и улыбнулся мне. - Мамуля, мы тебя любим и хотим, чтобы ты поскорее выздоровила. А то бабушка не так готовит,- смущенно добавил Данечка. - Оля! Как ты?- в палату влетели родители. - Мамуль, все хорошо. Я в порядке. Папа подбежал ко мне и крепко обнял, заставив застонать от боли, пронзившей плечо. -Прости-прости, я не хотел. -Мам, пап, все хорошо. Просто пока плечо немного болит. -Бабушка! Мама устала и хочет отдохнуть. Поэтому - все на выход,- малыш вытолкал всех из палаты. -А ты? Ты кушать не хочешь? - проснулась во мне заботливая мама. -Нет. Меня дядя Влад покормил. Я пока с тобой посижу. Вдруг тебе скучно станет? Давай я тебе сказку расскажу. -Давай. Я послушаю. Он стал пересказывать мне Белоснежку, а я под такой родной голосок уснула.