Who is who?

- Может, наконец, успокоишься? – В комнату с немного обеспокоенным видом вошел Тор. Он мог бы и ничего не говорить: его все равно никто не слушал. Единственным, кто находился в комнате, был Локи, но сейчас его мало волновало присутствие брата: он с горящими злостью глазами и каким-то неистовым ревом громил комнату, а именно переворачивал мебель, кидался предметами быта и декора в стены. Собственно одна декоративная ваза полетела именно в Тора. - Брат? – Блондин сделал пару шагов в комнату. - Пришел добить меня? Валяй. Только это будет не так просто. – Локи смотрел на брата прожигающим взглядом. Казалось, он готов прямо сейчас порвать его голыми руками. - После того, что ты натворил, это еще легкое наказание. Скажи спасибо, что я отговорил их связать тебя и подвесить над тобой змею. - Вот спасибо, брат! – саркастически процедил брюнет. – Я бы предпочел змею. – Прошипел он, пнув очередной предмет интерьера. – Они лишили меня всего самого дорогого и оставили здесь, как посмешище! Я этого никогда не прощу! - Магия – не самое дорогое. У тебя есть семья, которая готова простить тебя. – Немого дрожащим голосом Тор попытался вразумить брата. - У меня нет семьи! И никогда не было! Все это ложь! И больше не начинай этот разговор, не подходи ко мне, не появляйся у меня на глазах. Я вас ненавижу! – взревел Трикстер. Эти слова эхом отдались в голове Тора. На душе стало тяжело и противно, что хотелось просто заплакать, не обращая внимания ни на кого, а затем забыться сном. Но, сдержав себя в руках, Громовержец молча вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь. - Ну, ничего - ничего … Я разберусь с ними, я верну силы и отомщу… - Локи ходил туда-сюда по комнате, нервно теребя свои рукава и постоянно причитая. Но через пять минут порыв ярости прошел, и он, уже абсолютно успокоившись, что не предвещало ничего хорошего, сидел на ступеньках веранды, сложив руки замком и смотря куда-то в пустоту. В его голове, словно змеи, ворошились мысли, созревал очередной грандиозный план. Но для начала нужно вернуть силы. И сейчас эта мысль встала на первое место. Солнце плавно уходило за горизонт, освещая небо кроваво-красным вечерним светом, который постепенно переходил в голубые и синие тона. Ночь медленно укутывала Асгард своими объятиями. Во дворце стояла полнейшая тишина, и лишь в тронном зале раздавалась пара тихих голосов. - Ты уверен, что надежно было закрыть его силу в скипетре? - Да, сын. – Всеотец доверительно улыбнулся, стараясь внушить как можно больше уверенности Тору. - Но, зная Локи, мы… - Не успел Громовержец закончить фразу, как его перебил Один. - Я знаю Локи не меньше твоего. Но он не сможет добраться до скипетра. - Он сделает все, чтобы заполучить ее обратно… - попытался возразить Тор. Сейчас он был на взводе после ссоры с братом, от которой на душе скребли кошки. - Скипетр всегда рядом со мной. Он не сможет заполучить его, тем более без своей силы. А если попробует, придется изгнать его. Вообще не понимаю, как ты уговорил меня оставить его здесь. – Тор тяжело вздохнул и потупил взгляд. - И еще… - Один сделал небольшую паузу, внимательно смотря на сына – Ты уже подготовился к церемонии? - Да. – Неохотно ответил Громовержец, подняв на отца взгляд голубых глаз, в которых сверкнула ярость. - Не смотри на меня так. Ты знаешь, что это необходимо! А о своей смертной даже думать не смей! Тормоза, которые последние недели сдерживали Тора, сейчас были сорваны напрочь. Он мог стерпеть любые упреки отца, кроме презрительно отношения к Джейн. Ярость и гнев затмили разум, он не различал грани между своими мыслями и действиями. Лишь поток эмоций, разжигаемый еще и словами брата, которые прочно засели в его сердце, лился наружу, и теперь, казалось, уже никто не сможет его остановить. - Это мое дело, о ком думать! И тебя это не касается! – заорал Тор так, что его голос заполнил весь огромный зал, разрезая тишину. - Я твой отец, и меня, как никого, касается твоя жизнь! - Я не обязан жениться на ней! Что за чертовы традиции?! – уже порядком вышел из себя блондин, ища все новые аргументы и прожигая взглядом отца. - Этим «чертовым традициям» мы следуем уже сотни лет, и не тебе, щенок, нарушать их! – так же яростно, как и сын, крикнул Всеотец. - Да с чего вообще ты за меня все решаешь?! – все никак не мог угомониться Тор. - С того, что я твой отец, и твой Царь! Ты обязан подчиняться мне! Громовержец жадно глотнул ртом воздух, не зная, что еще ответить, хотя внутри все буквально кипело от злости. - Если бы не Локи, я давно бы уже был царем! – крикнул он, для пущего эффекта указывая Мьёльниром в сторону покоев Трикстера. - Не дорос ты еще до трона, мальчик! - А тебе на пенсию пора, старик! – рявкнул Громовержец, и в ту же секунду получил сильную пощечину от отца. Щека налилась красным, а глаза, наполненные гневом, смотрели, словно через Всеотца. - Успокоился? - прорычал Один, на что в ответ получил лишь молчание. - Вот и славно. А теперь иди в свои покои и выспись. Завтра ответственный день. - Всеотец молча развернулся, показывая, что разговор закончен, и удалился из зала. Тор еще пару минут стоял на месте, осмысливая произошедшее, а затем вышел вслед за отцом. И теперь, в тени высоких колонн, остался лишь один человек, зеленые глаза которого теперь мерцали коварством и хитростью. Когда вокруг все стихло, и шагов брата уже не было слышно, Локи быстро проскользнул в небольшую дверь, незамеченным миновав охрану, и снова вернулся в свою комнату. Теперь у него была целая ночь в одиночестве, чтобы в деталях обдумать план по возвращению его магии. Солнце поднялось из-за горизонта, даря каждому жителю Асгарда приятные и теплые лучи. Наступил новый день, предвещающий для кого-то большие победы, а для кого-то – провалы. Для себя Локи решил, что это будет очередной день его триумфа, и он в приподнятом настроении вышел из спальни, постоянно прокручивая в голове придуманный им план. - Куда направился? – тяжелый бас Тора вывел Трикстера из раздумий. Блондин был празднично одет в выходную мантию, позолоченные доспехи и королевскую диадему на голове. На губах его красовалась лучезарная улыбка, однако глаза были немного печальными. - Куда это ты так вырядился? – Локи усмехнулся внешнему виду Тора, не упуская момент задеть брата за живое. - Ты не ответил на мой вопрос. – Серьезно сказал блондин. - А ты – на мой. – Подметил брюнет, копируя тон Громовержца. Тихую «идиллию» братьев прервал голос Всеотца. - Куда направился? – обратился он к Локи. - Это у вас семейное, что ли? – С некоторой брезгливостью поинтересовался Трикстер. - Не смей так разговаривать с отцом. – Грозно заявил Один, прожигая взглядом сына. - Слышишь, Тор? К тебе обращаются. – Усмехнулся Локи, слегка ударив его тыльной стороной ладони по плечу, и, минуя преграду в виде широкоплечного блондина, спешно пошел подальше от «родственников» - У меня нет отца. – Кинул он через плечо в ответ на вопросительный взгляд Одина. - Стадо баранов. – Тихо прошипел он, выйдя в тронный зал, в котором уже во всю шла подготовка к церемонии обручения Тора. Под потолком блестели невероятной красоты наполированные фрески, изображающие великие подвиги Всемогущего Одина и Тора. Возле входа в зал стояла большая широкая арка, полностью оплетенная плющом. Такая же, но более узкая, украшенная нежными белыми цветами, стояла возле пьедестала Одина. Кроме того зал украшали красивые каменные и глиняные скульптуры. Люди носились туда-сюда, выстилая широкий красный ковер, устанавливая золотые ограждения вдоль него, развешивая белые цветы, одним словом, украшая и подготавливая зал к церемонии, которая должна была начаться уже через несколько часов. Локи прошел стороной от всей этой ненавистной ему суеты. Когда, наконец, золото тронного зала оказалось позади, и Локи вышел в очередной коридор, стараясь не попадаться на глаза страже, его покой снова прервали. - О, Кладина! Ты ли это? – усмехнулся Трикстер, окинув оценивающим взглядом Сиф. Невеста потрясала своей красотой. Ее нежная улыбка играла на лице, будто ранняя роса на прекрасном цветке. Платье подчеркивало красоту невесты и, казалось, никогда не существовало без Сиф. Они словно были одним целым. Ее волосы легко спадали на голые, нежные плечи, спускаясь к корсету, поблескивающему на свету. На нем виднелся прекрасный узор - тусклые золотистые цветы, которые, казалось, оживали под ярким солнечным светом, наполнявшим зал. От корсета струилась воздушная длинная юбка. Бедра девушки украшали воланы, совсем невесомые, и к коленям переходили в воздушный полупрозрачный шлейф. Однако, несмотря на весь шарм, красоту и нежность, Сиф смотрела на Локи с неприкрытой ненавистью, которая абсолютно не сочеталась с этим потрясающим платьем. - Что ты здесь делаешь? – она скрестила руки на груди, показывая свое возмущение. - Ты лучше спроси, куда я направился. Тогда вы с Тором и Папочкой точно уживетесь. – Усмехнулся Локи и пошел дальше по коридору, более не обращая никакого внимания на невесту. Сиф резко схватила его руку, не позволяя идти дальше. - Что? – Локи удивленно вскинул бровь. - Если ты только попробуешь сорвать церемонию… - То что? – издевательски спокойно прервал ее Локи. - Тебя будет ждать участь похуже, чем лишение магии. – Со злостью заявила Сиф, отчего поймала насмешливый взгляд Трикстера. - Да куда уж хуже. – Он выдернул руку, что получилось у него не с первого раза, и быстрым шагом пошел дальше по коридору. - Я тебя предупредила. – Кинула ему вслед Сиф, но Локи уже этого не слышал, так как завернул за угол и вышел из дворца. Он прошел немного дальше и спустился к большому водопаду, что находился чуть ниже по склону. Звук воды полностью глушил возгласы и суету наверху. Только здесь его никто не трогал. Он сел на одну из скал и в сотый раз прокручивал свой план в голове, который и так прекрасно знал наизусть, и лишь пара стражников наверху внимательно следили за Богом Хитрости и Обмана. Звуки горна оповестили, что гостям пора собираться. «Представление начинается» - подумал про себя Локи и медленно направился в сторону тронного зала. Гости огромной толпой пробивались в замок, отчего Трикстеру стало как-то не по себе. «Что за стадо, а! Смотреть противно.» - причитал он про себя. Конечно же, он не стал толкаться среди гостей, а решил обойти небольшим коридорчиком, тайным ходом, который они с Тором нашли еще в детстве. Это был узкий, темный тоннель, который начинался у главных дверей Тронного зала. Он делал небольшой крюк под дворцом и заканчивался за самым троном Одина. Локи тихо притворил небольшую дверцу и сделал шаг в темноту. В следующий момент тоннель осветился тусклым, колеблющимся светом факела. Резким движением Трикстер взял его в руки и уверенным шагом направился вглубь. С каждым метром каменные стены все больше отдавали сыростью, воздух становился все холоднее. Через несколько минут в блеклом свете факела впереди показалась небольшая дверца. Локи уверенно подошел ближе и притворил ее. Тишину сразу же разорвали голоса гостей, суета, «жизнь». Трикстер вышел наружу и, обогнув трон Всемогущего Одина, стал возле ограды, неподалеку от пьедестала, с некоторым омерзением смотря на все происходящее вокруг. По высокой лестнице на трон поднялся Один. Все гости сразу замолчали, обращая свое внимание на Всеотца, и лишь некоторые тихо-тихо перешептывались. Спустя небольшую паузу, разрывая тишину шагами, на пьедестал поднялся Тор и стал по правую сторону от отца. Зал начал переговариваться чуть громче, до тех пор, пока Один не ударил копьем о землю. От такого пренебрежительного жеста по отношению к его магии, внутри у Локи все закипело, однако он постарался не подать вида и все с таким же презрением и ненавистью смотрел на «родственников». Из другого конца зала, в сопровождении небольшой свиты, вышла Сиф. В свадебном платье она выглядела королевой. Она медленно «проплыла» через весь зал и поднялась к жениху. На лице ее сияла искренняя счастливая улыбка, однако Тор не мог ей ответить тем же. Сейчас его переполняла вина. Вина перед Джейн за то, что он дал ей надежду, за то, что они не смогут быть вместе. - Жители Асгарда! – начал свою речь Один, прервав размышления громовержца. – В этот торжественный день… - Началось… - скучающим тоном произнес Трикстер, подняв глаза в потолок. - Ты бы проявил хоть каплю уважения или хотя бы благодарности за то, что ты все еще жив. – шикнул Вольштагг на Локи, прожигая его взглядом. - О, я себя очень уважаю. И какой я молодец, что все еще жив! – очаровательно улыбнулся брюнет в ответ. Рыжий чуть покраснел от нахлынувшей злости, однако быстро взял себя в руки и отвернулся, внимательно вслушиваясь в торжественную речь Всеотца. «Какие мы ранимые!» - мысленно усмехнулся Трикстер, пробежавшись презрительным взглядом по громиле. «Однако задерживаться долго здесь не следует..» Пока Всемогущий Один произносил свадебную речь и благословение Тору и Сиф, Локи растворился в толпе, а затем юркнул в одну из приоткрытых дверей. Он скользил по коридорам дворца, минуя охрану, и, никем не замеченный, спустился в хранилище. Возле дверей стояли два стража. Теперь незаметно пройти будет сложней. Локи бесшумно достал из-за пояса кинжал, и в полумраке блеснуло холодом стальное лезвие. Только было он хотел сделать шаг вперед для нападения, как один из стражей, словно что-то заподозрив начал озираться по сторонам. Трикстер мгновенно скрылся за угол, выжидая момента. В воздухе повисла гнетущая тишина, а от напряжения перехватывало дыхание. Ждать дольше было опасно, поэтому Трикстер рывком кинулся на спину одного из охранников. Одно движение, и из горла мужчины хлынула кровь, а сам он ртом хватал воздух, не желая расставаться с жизнью. Трикстер кинул бьющееся в предсмертных конвульсиях тело на второго мужчину, выиграв тем самым пару секунд времени для следующего удара. Страж откинул от себя тело товарища, а глаза его налились страхом и ужасом смерти. - Локи... - пролепетал он, не ожидая такой жестокости от царского сына. Встав в боевую позицию, он направил на Трикстера оружие. Локи, ничего не сказав, резко схватил копье убитого, и с размаху ударил им по оружию стражника. Тот, спохватившись, отскочил назад, замахиваясь для ответного удара. - Тревога!! - Завопил он и ударил брюнета копьем под ребра, отчего тот согнулся и зарычал, борясь с болью. Вопреки ожиданиям стража, через пару секунд Трикстер выпрямился и нанес двойной удар: по копью противника и по голове. Столь мгновеного нападения мужчина не ожидал и не успел выставить защитный блок. От сильного удара он потерял сознание и бревном упал на пол, рядом со своим товарищем. Локи схватился за бок: уровень адреналина в крови начал снижаться, и ребра с левой стороны начали адско болеть. Трикстер медленно подошел к телам и с равнодушием кинул: - Это тебе за ребро. - Он хладнокровно вонзил копье в бессознательного стража, серце которого теперь остановилось навсегда. Зная, что скоро сюда сбежиться охрана, Трикстер так быстро, как мог, доковылял до стеллажей с магическими артефактами. Приметив на одной из средних полок нужный, он на редкость мягко улыбнулся. - Вот она. - тихо прошептал он сам себе, расплывшись в коварной ухмылке. На одной из каменных ниш стоял небольшой металлический кубок. Его чаша снаружи представляла собой десятки рельефных лиц, застывших в агонии, а ее основание было украшено драгоценными камнями. Он аккуратно взял кубок в руки и снова перевел взгляд на стеллажи. Парой полок выше лежал небольшой кожаный мешочек. Трикстер поморщился от осознания того, что нужно лезть наверх, но выбора у него не оставалось. Он поставил кубок на пол, тяжело распрямился и, крепко ухватившись за одну из верхних полок, поставил ногу на нижнюю нишу. Осторожно подтянувшись, он поднялся еще немного выше и дотянулся до мешочка. Спустя мгновение, оступившись, он уже летел вниз и с грохотом упал на пол. В глазах потемнело от боли, а спустя несколько секунд, когда пришло осознание происходящего, он уже проклинал свою «семейку», которая лишила его магии. - Ненавижу. – Прошипел он и медленно встал на ноги. Мышцы сводило болью, и он пошатнулся. Приложив максимум усилий, Трикстер, так быстро, как только мог в данном состоянии, прихватив с собой кубок и тот злосчастный мешочек, из-за которого у Локи теперь вокруг головы летали маленькие тессаракты, направился к выходу. Брюнет благодарил судьбу за то, что на обратном пути ему никто не попался: все были заняты великим торжеством помолвки «братца». Конечно, сейчас, во время церемонии, пропажу кубка и двойное убийство никто не заметит, но лучше действовать быстро. Вернувшись в свою комнату и заперев дверь на замок, Трикстер высыпал порошок из мешочка в кубок и поджег его. В чаше вспыхнул огонь, сначала синий, а затем желтый. Через пару секунд он утих, и перед Богом Хитрости и Обмана появилась полупрозрачная фигура девушки. Половина ее тела была иссиня черной, темнее самой ночи, а вторая – мертвенно бледной. Черные, длинные, немного растрепанные волосы ниспадали до самых колен, еще более омрачая образ девушки. Тонкие губы искривились в еле заметной усмешке, а темно-зеленые глаза светились легкой дерзостью. - Хель? Владычица царства мертвых? – иронично задал вопрос Локи, хотя и так прекрасно знал ответ. - Отец. Зачем я понадобилась тебе? – немного удивленный, однако спокойный голос ответил Трикстеру. - Что, не рада мне? – ехидно поинтересовался Локи. - Что ты хочешь от меня? – грубо повторила свой вопрос Хель. - Мне нужно, чтобы ты перебросила меня в другой мир. Мир Гномов, если быть точнее. Я знаю, ты можешь. - Зачем тебе это? – с насмешкой спросила богиня, отчего лицо Локи поменялась уже на менее дружелюбное. - Тебя это не касается. Если я говорю тебе, отправить меня в другой мир, ты должна сделать это, не задавая лишних вопросов. – холодно ответил Триктсер. - Я тебе ничего не должна. – Отрезала Хель. - Нет, должна. Я твой отец, и ты обязана делать все, что я тебе скажу. - Отец? Не смеши меня. У меня нет отца. По крайней мере, назвать ТЕБЯ Отцом у меня язык не поворачивается. – усмехнулась владычица Мертвых. - Хорошо. Но не забывай, что, если бы не я, ты бы не была сейчас повелительницей целого мира. Ты должна мне, так что тебе придется вернуть должок. В комнате повисла пауза. Хель задумалась, прокручивая в голове все то, что сказал ее отец. Секунды казались минутами. Тяжелая, гнетущая тишина выводила Трикстера из себя, и он, склонив голову на бок, нетерпеливо наблюдал за дочерью. - Ну так и что? Долго молчать будем? – не выдержав, нарушил тишину Локи. - Жди меня в пещере за водопадом через час. – Тихо-тихо произнесла Хель и исчезла. Локи победно ухмыльнулся. - Умничка. – он, оставив пустой мешочек и кубок в покоях, вышел прочь. Время тянулось невыносимо долго. Прошло всего полчаса, но Локи казалось, что пролетело уже несколько часов. Он вернулся на торжество, чтобы никто не заметил его исчезновение. Вокруг были толпы народа, все праздновали, смеялись, и Трикстеру пришлось надеть невыносимую маску торжества. Он стоял в стороне, улыбаясь, и наблюдая за этой «безмозглой толпой», стараясь не высовываться из тени: мало ли кто заметит его травму. И не отвертишься потом, учитывая сложившиеся обстоятельства. Наконец, время пришло. Как только Тор отвел от него взгляд, Локи юркнул в небольшую дверь и скрылся в коридорах дворца. Наконец-то настал конец его мучениям. Не надо слушать пафосные речи Тора, о том, что они одна семья, наставления Одина о том, какой он плохой сын… Наконец-то все это закончится. А потом он отомстит за все те часы одиночества и страданий сполна. Запудрив голову охране у главных ворот дворца, Локи вышел к водопаду и спустился к его подножию. За стеной воды, которую он пересек и теперь стоял весь мокрый, в пещере его ждала Хель. - Приятного путешествия. – лишь саркастически произнесла она, и вокруг все потемнело.