Reflections

      Я чувствую себя странно в собственной одежде. Я открыл дверь машины Фрэнка и остановился, оглянувшись, я увидел Алекс, наблюдающую за мной сквозь окно. Она одарила меня прощальной улыбкой. Я бросил бумажный пакет со своими таблетками внутрь машины и сам сел в неё. Фрэнк уже сидел за рулём и настраивал зеркала. Я уселся и захлопнул дверь. С минуту мы молча стояли на парковке, затем Фрэнк повернул ключ зажигания и машина ожила. Мы направились к выезду. - Рад, что возвращаешься домой? - спросил он. - Наверное, - я наблюдал в окно за меняющимся пейзажем. - Наверное? Ты что, не рад покинуть это место или типа того? - Не знаю, Фрэнк. Думаю, я просто буду скучать по Алекс и Лорен. - Алекс и Лорен, - он остановился на красном. - Ну знаешь, доктор Андрес и моя медсестра. - Понятно, - мы погрузились в неловкое молчание. - Ну, не так, чтобы ты больше никогда не сможешь их увидеть. - Ну да, - Фрэнк переключил радио на свою любимую станцию. Играла "Helena", песня, посвящённая моей бабушке. Я прикусил губу. Фрэнк заметил моё выражение и переключил станцию. - Извини. - Всё в порядке.

***

      Квартира истощала нищету. Трещины бежали вверх по стенам, краска отвалилась, а обои отклеились. Было жарко, слишком жарко. Наверно мой домовладелец отключил кондиционер, чтобы сэкономить, или это я ещё не заплатил. На коврике лежала маленькая кучка конвертов, я подобрал их и стал тщательно просматривать. "Джерард, ты должен за шесть месяцев аренды. Заплати, или я вышвырну тебя отсюда. Это последнее предупреждение!"       Я опять вывел своего домовладельца. Я оставил таблетки на кухне и решил осмотреть дом. Фрэнк сказал, что он съездит за китайской едой для нас. Уверен, он знал, что я голодал большинство ночей. - Ты всё равно скоро умрёшь, так что это не имеет никакого значения, - пробормотал Месть. Я вздрогнул от его резких слов. Мне давно пора принять таблетки. Я взял с полки стакан и открыл кран. Воды нет. Я простонал в отчаянии. Конечно же мне отключили воду, электричество, должно быть, тоже. Я взял стакан и сделал единственную вещь, которую мог и которую делал на протяжении шести месяцев. Я зашёл в ванну и поднял сиденье унитаза. Я зачерпнул в стакан оставшуюся воду, забросил в рот четыре таблетки и запил их водой из унитаза. Я был жалким, жалкой собачонкой.