Огни

Кокки пронзительно закрякал, и Наруко, вышивающая узор на алом платке, вздрогнула и обернулась в сторону комнатного питомца. Если эта помесь чем-то недовольна, то позже страдать будет абсолютно всё ближайшее окружение. С начала года недоутка так выросла, что теперь её истерические крики было слышно и за стенкой. Бедные девушки из соседних комнат не раз приходили жаловаться им под дверь. Впрочем, у Хинаты и Наруко ещё была агрессивная Сакура, которая постоянно раскидывала всех недовольных обратно по своим комнатам. Однако печально, что потом та грозилась выкинуть и Кокки из окна. Как оказалось, у наглого питомца из гнезда выпала одна из подушечек. Наруко со вздохом подняла оную и вернула на место, погладив тщедушное создание по голове. То обиженно крякнуло в ответ, будто бы было в силах прочитать её мысли. Девушка ещё раз вздохнула. Традиционно на праздник смены года девушки вышивали платки, а затем дарили их кому-нибудь мужского пола. Конечно же, дети в основном отдавали свои творения отцам или другим родственникам, а вот девушки постарше могли и к возлюбленным подойти, отдавая вместе с алыми платками и своё сердце. К сожалению, в стенах закрытой Академии у подавляющего большинства учениц родственников не наблюдалось. В таком случае платки дарили кому-нибудь из преподавателей, ведь тех с натяжкой можно назвать их семьёй в течение учебного времени. Но вот в чём загвоздка… …один мужчина мог принять не более чем десять платков. А всех остальных девушек, что не поделились ни с кем своим сердцем, в новом году ждало несчастье. Нет, в действительности передача сердца на праздник смены года означала лишь то, что этот человек тебе близок и ты ему доверяешь, но общественное мнение — это общественное мнение. Традиция первых боевых магов, сражавшихся плечом к плечу, превратилось в сопливое признание в любви. Наруко это раздражало. Безумно. «Вот скажите на милость, — злобно думала девушка, агрессивно проталкивая иголку через ткань, — кому здесь вообще можно подарить платок? Друзья поймут не так, у Гаары, на которого оставалась вся надежда, подобное не принято! Я когда заявила об алом платке, он так шарахнулся в сторону, что мой внутренний Страж снёс смехом половину пустоты. — Девушка закончила очередной стежок и замерла. — Ну или мне вновь померещилось». Более того, традиции изгалялись не только над женским полом. Парень в ответ на подаренный платок мог вручить (причём им это было необязательно!) девушке какое-либо украшение. В давние времена это обычно были украшения для оружия, хорошо проводящие магию. Так маги показывали взаимное уважение и понимали, что готовы сражаться плечом к плечу. …в какой там момент обмениваться в основном стали парень и девушка? И именно такими предметами? Наруко злобно рванула нитку. Ткань затрещала, но вытерпела. Платок ведь когда-то мог сшить и парень для парня, верно? Речь шла о том, что платок дарил тот, кто подходил первым. Когда Наруко решила обсудить это с Сакурой (ближе всего находилась именно она), та посмотрела на неё как на дуру и сказала, что правила слишком муторные, и теперешний вариант старинной традиции — единственно логичный и верный. Ага, если не обращать внимания на девушек, что страдают по углам ещё месяц, ожидая, что несчастья сразу же свалятся на их доверчивые головы. На самом деле в праздник было много всего интересного: вкусная еда, праздничные веселья, отдых от Джирайи, что раздавал украшения и принимал платки, делая вид, что каждое украшение — его первый подарок, а ещё десятка таких же платков не лежит за пазухой… …и самое главное — фонарики. Тысяча алых фонариков, что запускают в небо в последние минуты уходящего года. Теперь Наруко вздохнула мечтательно. Кокки ворчливо завозился в своём гнезде, и другая подушка опасно накренилась, но Узумаки не обратила на это совершенно никакого внимания. Преподаватели уже вовсю готовились к вечернему торжеству, а главная площадь была украшена ещё неделю назад. По-хорошему, Наруко должна была дошить платок ещё вчера, а сегодня уже вылавливать жертву для подарка, но она почти весь день страшно завидовала Хинате, у которой рядом был Неджи, так что… И вот последние штрихи закончены. Узумаки отложила платок и вновь вздохнула. Так как преподавателей скорее всего уже обступили толпы девушек, мешая им доделывать фонарики, к ним она явно не пробьётся. Хотя у неё есть и запасной вариант. «Шикамару обычно лень участвовать в празднике, — девушка уже шла по коридору. — Не удивлюсь, если он и украшение не сделал. А на платок в подарок и вовсе не обратит внимания, верно же?» Остальные её подарок-то тоже примут, но те же Киба и Чоуджи начнут пытаться подбирать слова для того, чтобы мягко отшить. «Объяснять им, почему они тупят, я не намерена. Иногда складывается ощущение, будто в праздники у всех резко отключается мозг». Неджи занят, так как если парень дарит украшение, то и принимает в ответ лишь один платок. Преданный напарник в прошлом, родственники или влюблённые— сейчас. Хотя в прошлом году Хьюга-старший всё же получил свою порцию внимания и целых десять платков ещё в первой половине дня. Как он признавался недавно, праздник смены года — одна из причин, почему парень безумно рад, что его сестра прошла в Академию вслед за ним и младше всего на год. Узумаки спрашивала и у Хаку, не будет ли тот против платка, но тот в ответ пробормотал что-то про то, что он уважает именно старые традиции и задумчиво сбежал. Наруко в итоге так и не поняла, отказ это или нет, но решила не экспериментировать. День медленно сменялся вечером, и всё больше и больше людей, ранее сидевших в общежитиях, вытягивалось на улицу. Наруко оглянулась в поисках Нары. Того видно не было. «В принципе я могу ничего и не дарить, но выслушивать потом ехидные шепотки Сакуры и Ино — выше моих сил». Спустя пару минут Шикамару всё же нашёлся у одного из столиков с соком. И судя по тому, что в его карманах явно лежало много красного, Наруко опоздала. Девушка немного ошарашено посмотрела на друга. Тот сонно посмотрел в ответ. Повисла пауза. — Много подарили, да?.. — неуверенно поинтересовалась Узумаки. — Десять штук. Было лень отказываться. Точно опоздала. Девушка печально вздохнула, хотя на самом деле расстроилась не сильно. Традицию эту Наруко действительно не сильно любила, а насмешки как-нибудь перетерпит. Не впервой. Джирайя ведь тоже, когда она стала старше, перестал принимать её платки. Прозвучал свисток: начинались праздничные веселья. В центре площади каждый преподаватель по очереди выдумывал разные магические конкурсы (первокурсников уже предупреждали об этом), и Наруко просто не могла устоять от того, чтобы не попытаться пробиться в первые ряды и поучаствовать. Но тут её окликнули. — Добе. Наруко недоумённо выгнула бровь и обернулась, лицом к лицу столкнувшись с Саске. Тот, в свете вечерних огней, выглядел ещё более бледным, чем обычно. — Теме, — девушка недовольно поморщилась. — Выглядишь измученным. Что, дамы перебились, выбирая твои десять платков? Учиха пожал плечами. — На этот праздник я не получил ни одного. Наруко шокировано распахнула глаза. — Извини, но я как-то не верю. Саске усмехнулся, только подтверждая мысли Светлой о том, что что-то здесь нечисто. К тому же, Тёмный потянулся в карман, чтобы что-то достать. Камень в украшении блеснул переливами алого, и девушка заворожено уставилась на яркий магический медальон. Судя по символу на камне, он был накопителем: излишки магии медленно вытягивались в украшение, формируя дополнительный резерв. И сделать такую штуку было непросто. Как и убедиться в том, что ей подходит магия владельца. Узумаки уважительно присвистнула. — Родители подарили? Саске тихо фыркнул. — Нет, конечно. Лучше дай сюда свой платок. Девушка машинально вытащила из кармана алую ткань, расшитую парящими птицами. Учиха непринуждённо забрал у неё платок, над которым Наруко возилась почти всё утро под пыхтение Кокки, и отдал в руки ошарашенной происходящим Узумаки медальон. Не успела Наруко опомниться, как Саске уже махнул ей рукой, прощаясь, и куда-то исчез. Светлая застыла с украшением в руках, медленно осознавая ситуацию. Также медленно она повернулась к Шикамару, как будто тот мог объяснить поведение Учихи. — Вы с Саске обменялись платком и украшением. Поздравляю, — спокойно ответил тот, как будто ничего интересного не случилось. Наруко зависла ещё больше. Прийти в себя ей помогло то, что краем глаза она заметила странно собранного Хаку, кого-то выискивающего рядом. — Хаку! — обрадовалась Наруко. — Кого ищешь? Тот моргнул и посмотрел на девушку, подходя ближе. — Кого-нибудь из преподавателей, — парень странно отводил взгляд, — нужно подарить платок. Кажется, сегодняшний вечер просто не создан для того, чтобы Узумаки провела его спокойно. — З-зачем? — немного заикаясь, спросила она у смущённого друга. — Моя семья издревле считалась верными вассалами, пока ещё был жив клан… — парень немного запнулся. — Так что мужчины на день смены года дарят подарки первыми. — Ну, — теперь Наруко немного смутилась, мысленно костеря себя на все лады, так как наконец осознала смысл слов друга про древние семейные традиции, — думаю, что наших всех уже задарили. Какаши-сенсея уж точно, столкнулась с ним недавно. Хаку тем временем бросил взгляд на её медальон. — Обменялась с кем-то? — заинтересовался с он. Наруко опустила взгляд на свою ладонь, которая так и сжимала подаренное украшение. — С Саске-теме, — немного недовольно протянула она. — Он выманил мой платок обманом. Хаку удивлённо моргнул, а затем насмешливо фыркнул. — Я всё же постараюсь найти того, кого обделили вниманием. Раз даже Учиху не разорвали на кусочки, то и мне должно повести. С этими словами Хаку ушёл. Наруко переглянулась с Шикамару. Хоть тому было явно лень куда-то передвигаться, потом парень был бы не против выслушать подробности. Ну или осторожно вытянет их сам в мужском общежитии. А заинтригованная Светлая поспешила вслед за Юки. Парень долго блуждал меж веселящихся людей. Его не впечатлял ни нынешний конкурс от Асумы-сенсея, ни заинтересованные взгляды изредка встречаемых одногруппниц. На Наруко, следующую за ним по пятам, он не обращал внимания, хотя девушка прекрасно знала, что её давно заметили. Но теперь она уже из принципа не бежала к весельям, к которым так рвалась ранее. Наконец Хаку остановился. Наруко проследила за его взглядом и наткнулась на Орочимару-сенсея. Тот одиноко стоял у стены и слегка покачивал бокалом с чем-то алкогольным. Ученики, прекрасно помнящие его лекции и практики, обходили ненавистного преподавателя дугой. Алых платков у него тоже не наблюдалось. Наруко подошла ближе и потянулась к уху друга, шепча: — Серьёзно? — Более чем, — спокойно ответил Юки. — Он хороший преподаватель. Девушка подбадривающее кивнула, сжав кулаки. — Дерзай! Хаку немного нервно усмехнулся и двинулся дальше, девушка же юркнула к ближайшему столу с напитками. Как только она допила, рядом послышался чей-то шёпот: — А что за девушка рядом с Орочимару-сенсеем? Наруко чуть не поперхнулась. — Наверное, какая-то первокурсница, — с сомнением ответили рядом. Узумаки не выдержала и обернулась. Орочимару-сенсей принял платок и смотрел на него как на любопытный предмет для исследований. Это было видно даже с такого расстояния. Но чего девушка не ожидала, так это того, что он протянет Хаку что-то в ответ. — Да ладно? Ей ответили? — шокировано воскликнули рядом. Кто-то другой шикнул на девушку, посмевшую повысить голос. Однако ни Орочимару, ни Хаку ни на кого не оглянулись. Узумаки осторожно поставила пустой бокал и удалилась, мысленно хихикая. Всё же этот праздник смены года был поистине удивительным. Вокруг шумела толпа, когда все начали собираться в огромный круг из людей. Преподаватели расставляли фонарики, что ещё чуть-чуть — и улетят в небо. Ровно тысячу. И тысяча желаний, что ты загадаешь в течение следующего года, должны обязательно сбыться. Орочимсару-сенсей, из кармана которого торчал кончик алого платка, стоял ближе к девушке, так что Узумаки прекрасно видела его недовольное лицо. И она прекрасно понимала причину. — А здесь точно-точно тысяча? — не унималась девушка из жёлтой группы. Если бы Наруко не знала, какая та глупая, подумала бы, что она специально издевается над нелюбимым преподавателем. — Точно, — недовольно ответил Орочимару. В центр вышел директор и задвинул очень длинную речь, пока остальные сотрудники Конохи заканчивали все приготовления. Тёплый ветер дул в лицо, снег падал на магический купол, защищающий площадь от горестей погоды, и это выглядело так красиво, что многие никак не могли отвести взгляд. И наконец прозвучала главная фраза этого вечера: — Да хранят вас Боги в новом году! Зашумела толпа. Вся тысяча форнариков разом заиграла алыми огнями и медленно начала подниматься в небо. Шли последние минуты уходящего года. В нём осталось многое: и страх, и печаль, и радость новых знакомств. Но самое главное — возможность поступить в Академию, которую Светлая чуть не упустила. Наруко поймала взгляд Саске. Из его кармана тоже торчал кончик алого платка, и девушка почему-то знала, что тот специально не стал прятать его полностью. Страж внутри довольно вздохнул. Начинался новый виток человеческой жизни.