Муж для царевны

Снова переезд. Через Ла-Манш путь относительно короткий. Но девушкам и тут ожидание почти невыносимо. Царевна немного мечтала, сколько можно скитаться по континенту? Ей даже накануне приснилась русская сказка, ту, где царь берет в жены простую девушку, а когда царица-мать выгодняет ее из дворца, девушка берет с собой царевича и объясняет: ей же разрешили взять самое дорогое, а кроме мужа что еще дороже есть? Дуня улыбается, вот бы так и ей: если жених действительно достанется, забрать его в Россию. Как ни странна и в чем-то интересна Европа, а русский человек не может жить без родины. Правильно наши предки делали, что царевен замуж не выдавали Сдохнула бы с тоски за границей. - Развлеките меня, девушки, - просит царица свиту, - Спойте о чем-нибудь. - Да разве до песен сейчас? - отвечали девушки, - Хотя ты о чем бы хотела? - Хотела бы про себя и свою судьбу. Здесь на чужбине, немного загрустила и увяла. Что за нравы в кичащейся свободой Европе! Наши предки допетровской эпохи считали Россию святой землей, а Запаную Европу - грешными землями. Впрочем, основания у них были. Не такие глобальные, но все же если смотреть по разнице одежды, поведения и взгдялов, Европа виделась почти Содомом. Особенно для человека того времени. Да еще и публичные казни, которые в России никогда не пользовались популярностью, в отличие от той же Евпропы. - Впрочем,- говорила царевна,- я и сама спою, только извините, если фальшиво и нескладно получится. Дуня села и тихонько, не слишком талантливо и не очень складно, зато от души речитативом спела: Едем-едем по Европе, Только толку что-то нет. Ну, а сердце ждет кого-то, Кто откликнется в ответ? Женихов сама не вижу, Может правду утаят? Мне всего на свете ближе Это родина моя. Аж в двух странах побывали, А России лучше нет. На чужбине поняла я, Что, и правда, Русь святая. Здесь немилая чужбина, Как остаться можно мне? И готовлю я ответ: Тот, кого б я полюбила Пусть идет на Русь за мной, Пусть немного будет русским, Ведь в чужих краях мне грустно, Что они чужды душой. Мы в пути опять с посольством, Наказала твердо Софья Отыскать мне жениха. Ведь она не без греха. И, жестокая Европа, Как же мне тебя любить? Только сердце ждет кого-то, Без кого потом не жить. - Девушки, приехали! -раздался голос одного из послов, - Евдокия Алексеевна, готовы на выход? Вот она, так называемая "прекрасная Франция". "Сомневаюсь, чтобы она была такой уж прекрасной, судя по тому, что о этого увидела", - иронично подумала Дуня, впрочем ей только и оставалось, что, скрываясь от любопытных глаз (еще бы, когда это в допетровской Европе увидишь живого русского? А русскую тем более никто не видел), пойти вслед за посольством.