Wanderlust

POV Маркуса       Мы забаррикадировали двери и, развернувшись, я огляделся. Какая-то тревожная мысль мелькала на краю сознания, не давая покоя. Чего-то не хватало. — Где Катарина? — прозвучал рядом встревоженный голос, так же оглядывающего толпу, Леголаса.       Вот оно. Кэтрин. Ее здесь нет. И в этот момент я поймал опустошенно-виноватый, полный боли взгляд еще одного эльфа. — Ты, — обратился я к нему. — Ты что-то знаешь, — я не спрашивал, я утверждал. — Халдир? — требовательно спросил эльфийский принц, или как у них говорят аранен. — Ее нет, — на грани слышимости прошептал второй эльф. — Что. Ты. Имеешь. Ввиду? — четко выделяя каждое слово, спросил я, стараясь не поддаваться подступающему страху и борясь с желанием схватить эльфа за грудки и начать трясти как куклу. — Она оттолкнула меня, — сбивчиво начал он. — Оттолкнула и сама встала под удар. Ее… Ее пронзили насквозь. Я видел собственными глазами. — Нет. Нет. Нет, — зашептал совершенно убитый аранен. — Она упала, — тем временем продолжал говорить Халдир. — Я не понимаю. Она же должна была излечиться. Почему она не исцелилась? Почему не превратилась? — Аконит, — глухо сказал Леголас. И это единственное слово прозвучало как приговор. — Что? — только и смог выдохнуть я. Как же так? Почему я не знал? — Она сказала, что болты вражеских арбалетов были в аконите. В нее попал как минимум один, но она сказала, что по окончании боя ты поможешь вывести яд, — все так же безжизненно пояснил аранен. Это многое объясняло, и отчаяние накатило с новой силой. — Леголас, — обратился к нему Халдир. — Она просила передать, что сожалеет. — Где ты оставил ее? — спросил я, единственное, что меня сейчас волновало. — Не далеко отсюда. У обломков западной стены. Я не хотел оставлять ее. Но тот человек, он просто приказал мне. И я почему-то послушался. — Стоп! Какой человек? — Я не знаю. Странный, даже я бы сказал, внушающий страх. В нем ощущалось что-то темное. — Как он выглядел? — Высокий, бледный, с белыми волосами и горящими глазами. Я не успел его рассмотреть.       Я выдохнул. Нет, страх не отпустил совсем, но хотя бы ослабил свою хватку на сердце. Потому что я знаю, Эарон сделает все, что в его силах ради ее спасения.       Эльфы непонимающе смотрели на явное облегчение, отразившееся на моем лице. — Я не хочу давать ложных надежд. Поэтому давайте сосредоточимся на насущных проблемах. Мертвыми мы ей точно не поможем, — сказал я и повернулся к, спорящим все это время, королям.       Как оказалось вовремя, короли, наконец, нашли общий язык, решив отправить женщин и детей глубже в пещеры, и теперь пафосно рассуждали на тему героической смерти. Как же местные это любят… — Солнце встает, — задумчиво проговорил гном.       Арагорн посмотрел в смотровое окно на рассвет, и его лицо просветлело от надежды.       В итоге все сошлись на мнении, что помирать так с музыкой, и гном отправился трубить в какой-то рог. Остальные же в это время, подбодренные боевым настроем своего короля, оседлали спрятанных здесь же лошадей и с боевым кличем ринулись наружу навстречу полчищу врагов.       Выскочив из замка и проскакав, не останавливаясь, попутно снося чудищам головы, я оказался на поле за стенами крепости. Внезапно мое внимание привлекла одинокая фигура всадника на белом коне, появившееся на востоке у границы скал. — Гендальф! — Арагорн тоже заметил прибывшего, Как и многие орки, уже начавшие поворачиваться в его сторону.       И тут за спиной белого всадника появилось целое войско, которое уже в следующее мгновение сорвалось с места, единым потоком сметая чудовищ со своего пути.       Надо сказать, время они подгадали идеально, встающее за спинами всадников солнце почти абсолютно ослепило врагов, не оставляя им шансов. В итоге дезориентированные и деморализованные орки решили скрыться во, внезапно выросшем за ночь неподалеку, лесу. Не успел я удивиться этому явлению, как можно было удивляться другому – лес внезапно ожил и добил оставшихся орков.       Но предаваться размышлениям было некогда. Как только с монстрами было покончено, я сразу же бросился на поиски сестры. Наконец заметив в тени обломков крепостной стены ее и склонившегося над ней вампира, я рванул в их сторону. И едва успел перехватить летящую в вампира стрелу, а следом и несущегося в их сторону обезумевшего эльфа. — Нет, стой! — пытался вразумить я его. — Аранен, успокойся. Он пытается помочь. — Выпив ее кровь? — прозвучало как-то истерично. — Он не кровь пьет, а пытается вытянуть из нее яд. Поверь, уж кто-кто, а он в вопросах крови разбирается как никто другой. И если он ей не поможет, то ее уже ничто не спасет.       В этот момент вампир резко отпрянул от Кэтрин, и его скрутило в жутком спазме. То, что исторгал его организм, было ужасно и мерзко. — Эарон? — Я вывел яд, — еле переводя дух, ответил вампир. — Я сделал все, что мог. Теперь все зависит только от нее.       Эльф вывернулся из моей хватки и рухнул перед Кэтрин на колени. Но уже в следующее мгновение он взял себя в руки. Леголас поднял Кэтрин на руки и понес в сторону уцелевшей части замка, где обустраивали палаты. — Эарон? — снова обратился я к все еще не пришедшему в себя вампиру. Медлить не хотелось, хотелось рвануть следом за эльфом, но уже был рассвет, а вампир был на улице. — Со мной все в порядке. Я справлюсь, здесь есть небольшой лаз в пещеры, я скроюсь там. Иди, ты нужен сестре.       Я только кивнул в ответ и побежал догонять эльфа. Когда я, наконец, нашел их, эльф уже устроил Кэтрин в одной из комнат и привел лекаря. Так же в комнате обнаружились гном, Арагорн и еще один эльф, которого спасла моя сестра. Кажется, его зовут Халдир.       Врач и будущий король суетились над сестрой. В воздухе витал запах трав. Леголас тенью стоял в изголовье кровати и с непередаваемой болью и надеждой смотрел на Кэтрин. Гимли и Халдир хмуро стояли у дверей, одним своим видом отпугивая посторонних. — Как нам ее лечить? — обратился ко мне Арагорн, стоило мне показаться на пороге. Одновременно он продолжал колдовать над раной. — Как бы лечили обычного человека. Эарон вывел отраву из ее крови, но яд успел повлиять на ее способности. Теперь нужно некоторое время, что бы она полностью восстановилась. Я не могу сказать точно, у всех это занимает разное время. — Обычный человек не выживет от такой раны, — обреченно покачал головой врач. Отчаяние и боль исказили лицо аранена. — И от такой потери крови. — Тогда, нам повезло, что она не обычный человек. — Но ты же сказал, — начал было Арагорн, но я его перебил. — Я сказал, что яд повлиял на ее способности, но не избавился от них. Она все так же остается оборотнем. А нас не так-то легко убить, — говоря это, я смотрел в глаза Леголаса, в которых вновь начала загораться надежда.       Лекарь и Арагорн обработали и перевязали рану. Но тут наступила новая беда, у сестры начался жар. Она стала метаться в бреду. Аранен лично обтирал ее лицо влажным полотенцем, пока врач на пару с Арагорном, советуясь со мной по поводу переносимости трав, готовили различные отвары.       Вдруг сестра на кровати подозрительно затихла. Не успел я додумать эту мысль, как раздался полный ужаса надрывный шепот Леголаса, зовущий мою сестру. Развернувшись, я увидел, что сестра не дышит, а прислушавшись, с ужасом осознал, что не слышу биения ее сердца. Эльф как призрак застыл на коленях подле нее, широко раскрыв глаза и едва дыша. — Не смей! — рявкнул я, в один прыжок оказываясь у кровати. — Даже не думай умирать! — продолжал я, пытаясь завести ее сердце, с помощью элементарной сердечно-легочной реанимации, одновременно вливая в нее силу оборотня. — Ну же, сестренка, не сдавайся! Не оставляй нас!