"Шармбатон и Грейнджер?" или "Гермиона, ты ли это?!"

Намного проще умереть самим, чем терять любимых. И потом… защитить своих близких — это право и честь мужчины. Галина Гончарова. Корни зла

      Неделю. Целую неделю, мать его, Малфой избегает меня. Точнее, он избегает общения со мной, но всё так же упорно продолжает ловить где-нибудь в коридоре, целовать, а после опять бесследно исчезать, будто это было лишь видение, но никак не реальность. И лишь лёгкий аромат кофе, к которому он проникся не так давно, витал в воздухе и оставался на губах.       «Он явно издевается надо мной…»       Проносится мысль в голове, и я в который раз открываю глаза, после лёгкого поцелуя и какого-то наваждения, от которого голова идёт кругом. — Малфой! — кричу я уже не в первый раз. Это уже становится традицией.       Каждый раз я кричу ему вслед, и я уже знаю, что он слышит это. И он ухмыляется. Ухмыляется сам себе той самой Малфоевской усмешкой, которая стала сводить меня с ума.       «Да, чёрт возьми! Да! Я влюбилась в Малфоя!»

*****

— Я не знаю, что мне делать. Я совершенно запуталась во всём, Герм, — приговорила моя рыжеволосая подруга, сидя на моей кровати в позе лотоса и перебирая своими длинными пальцами шерстку Живоглота, что уютно устроился на коленях девушки. — Что мне делать? — Не знаю, Джин. Ты сама всё запутала ещё больше, продолжая флиртовать с Забини, и при этом отвечая взаимностью Гарри, — приговорила я, сидя за письменным столом и смотря на колдографию в рамочке, на которой было изображено наше Золотое трио.       Там нам всего по 12 лет, когда нас ещё ничего не волновало и мы беззаботно проводили своё время на заднем дворе дома семейства Уизли, временами попадая в приключения, из-за чего Рону попадало от миссис Уизли.       Что же изменилось? Неужели взросление так меняет людей? Но почему? Почему мы не можем оставаться всё теми же беззаботными детьми, ведь нам ещё так мало лет, мы так молоды?!       «Иногда даже зависть берёт, смотря на весельчаков Фреда и Джорджа… Но в их глазах горит такой огонь и детский восторг после очередной шалости, что невозможно не улыбнуться и не «впитать» часть их веселья в себя…» — Да, я знаю, — понуро опустив голову, проговорила голубоглазая, вырывая меня из собственных мыслей. — Но уже поздно что-то менять в прошлом. Теперь надо наладить настоящее. — Тогда слушай своё сердце, — ответила на это я, переводя взгляд обратно с девушки на фотографию. — Оно тебя никогда не обманет, и, я надеюсь, поможет разобраться в себе. В любом случае, какой бы выбор ты не сделала, и Гарри, и Блейз, они оба умные и всё поймут. И если действительно любят, примут твой выбор. — Угу, — тихо пробубнила рыжеволосая и прижала к своей груди кота, который стал сразу вырываться, ведь не любит таких нежностей.

*****

— Малфой, — проговорила я, когда, проводив подругу до башни гриффиндора и вернувшись обратно, заметила сидящего на диванчике парня. — Сколько ты будешь избегать разговоров со мной? — Прекрати, Гермиона. Мы с тобой уже несколько месяцев живём в одной башне, довольно мило общаемся и не только, а ты до сих пор зовёшь меня по фамилии, — проговорил платиновый блондин, не отрывая глаз от какой-то книги, при этом закинув ноги на стоящий возле диванчика столик и облокотившись на спинку дивана. — Пора бы уже перейти на новый уровень. Я начну называть тебя милой, а ты наконец-то будешь звать меня Драко. И таким образом, я всё равно буду на шаг впереди тебя, — нёс какую-то околесицу парень, даже не смотря в мою сторону.       «Какие уровни? Он что, издевается надо мной?!»       Взбунтовалось моё сознание, но, взяв себя в руки, я решила подыграть ему. — Драко, милый, — проворковала я, подходя ближе к диванчику, ему за спину. — Давай поговорим, — и нагнувшись, я обняла парня сзади за шею, прижимаясь своей щекой к его, ощущая колкую щетину.       По телу побежали мурашки, и я готова была простоять так ещё долгое время, лишь бы вдыхать его приятный запах и ощущать его тепло под ладонями. — У тебя руки холодные, — проговорил он, после чего наконец оторвался от книги, отложив её в сторону, а после сжал мои руки в своих.       «Мне кажется, или он получает не меньше удовольствия от ситуации, чем я?!»       Пронеслась мысль в голове, из-за которой невольно приподнялись уголки губ, а на щеках проступил лёгкий румянец. — И мне нравится, когда ты произносишь моё имя, — как бы заметил он, после чего спустил ноги со столешницы и слегка повернулся в бок. — Я бы хотел услышать разные способы его произношения в твоём исполнении, — с усмешкой на губах протянул сероглазый, после чего потянул меня на себя, из-за чего я перекулилась через спинку дивана прямо на колени к парню. — В особенности то, как страстно ты будешь стонать от удовольствия, произнося в перерывах МОЁ имя, — выделяя предпоследнее слово, добавил слизеринец, резко подтягивая меня ближе к себе и впиваясь губами в мои.       «Опять…»       Простонала мысленно я, упиваясь заполняющими меня ощущениями, а спустя несколько секунд резко оттолкнулась от Малфоя, из-за чего слетела с его колен на пол. — Ты неисправим! Почему ты просто не можешь оставить меня в покое, или хотя бы объяснить, зачем делаешь всё это?! — проговорила я, смотря на него снизу вверх, подтянув к себе ноги и садясь на колени. — Это секрет, — с ухмылкой на лице проговорил блондин, не сводя с меня глаз, и наклоняяся чуть ближе к моему лицу, проводя пальцами по щеке. — Но когда я буду уверен, что можно, я раскрою тебе его, — и улыбнулся, заглядывая мне в глаза, а я увидела в его нежность.       «Или мне это только показалось?!» — Мистер Малфой, — внезапно раздался голос за его спиной, от чего я резко двинулась назад. Упираясь спиной в столик, а он выпрямился, поворачивая голову вбок. — Директор Дамблдор хотел бы с вами поговорить, — проговорил холодно Северус Снейп, разворачиваясь в обратном направлении из гостиной, делая большие и быстрые шаги, от чего стали вздыматься полы его чёрной мантии. — Я надеюсь, что на этом наш разговор окончен и ты больше не будешь задавать подобных вопросов, — проговорил слизеринец, поднимаясь со своего насиженного места, и схватив меня за руку, поднял следом, прижимая к себе. — А сейчас извини, но мне надо идти, — продолжил он, выпуская меня из своих объятий.       Быстро преодолев расстояние от дивана до выхода из башни, он скрылся за закрывшимся портретом выходом, оставляя меня вновь наедине со своими мыслями, и ещё большими вопросами в голове.       «Что он творит?! Что ещё за секреты?!»

*****

— Директор, вызывали? — спросил беловолосый юноша, поднявшись в кабинет. — Да, Драко, — проговорил с улыбкой старик, пригладив свою бороду. — Проходи, присаживайся. — Спасибо, — ответил слизеринец, пройдя вглубь кабинета и усевшись в кресло напротив директорского стола, вопросительно взглянул на седоволосого. — Так, о чём вы хотели поговорить? — Мой мальчик, у меня к тебе предложение, и, честно говоря, об этом попросила твоя мать, Нарцисса, — проговорил Дамблдор, заставляя слизеринца напрячься, ведь уже ровно неделю он не получал писем от матери, и она не отвечала ни на одно его письмо. Да, в принципе, ни их семейная птица — филин, ни одна сова из хогвартской совятни не могла найти женщину, будто её и не было вообще. — И о каком же предложении идёт речь? — спросил Драко, пытаясь найти на свои вопросы ответы в глазах старика. — О твоём вступлении в Орден Феникса, — проговорил с улыбкой директор школы, замечая как округлились глаза юноши, а в них самих застыл немой вопрос. — Скорее всего, ты хочешь узнать, где же сама Нарцисса, так ведь? — и получив согласный кивок головы, старик продолжил. — Она в штаб-квартире Ордена, под защитой. Ни один приспешник Волан-Де-Морта, включая и его самого, не знает, где находится этот штаб, поэтому за мать можешь не беспокоиться. Но она просила позаботиться и о тебе, именно поэтому ты сейчас сидишь здесь. Так что, мой мальчик, ты согласен? — Но зачем вам это? Мой отец Пожиратель, и вряд ли всех будет устраивать то, что сын одного из Пожирателей перейдёт на светлую сторону, без видимых на то причин. — Сомневаюсь, что у тебя нет причин для этого. Я знаю, что больше всего ты хочешь защитить на этой войне свою мать и Её от своего отца, прежде всего. Так что, причина у тебя есть. Вопрос лишь в том, каким образом ты защитишь их обеих, — проговорил вновь директор, вводя в замешательство сидящего перед собой парня.       «Откуда он всегда всё узнаёт?! Откуда он узнал про Грейнджер?!»       Пронеслись вихрем мысли в его голове, а перед глазами появилось такое родное лицо сначала матери, а после и Гриффиндорской старосты, чьи губы он совсем недавно целовал, от чего сердце билось в груди слишком часто, готовое выскочить из неё. — Хорошо, я согласен, — слегка севшим голосом проговорил парень, после чего прочистил горло покашливанием.