Судьба помогает смелым

— Что? — тихо спросил Хантер минуты две спустя, до сих пор не осознавая сказанного. Он пристально смотрел Адаму прямо в глаза и не верил в услышанное. Он переезжает. Навсегда. — Хант, я понимаю, что ты в шоке, — начал осторожно Уэллс, — и я могу отказаться, если ты против моего отъезда. А потом мы вместе с тобой уедем, когда ты закончишь школу. Я ведь люблю тебя, и если хочешь, то откажусь, не сомневаясь ни секунды. Кларингтон в шоке не мог произнести ни звука, у него попросту не укладывались в голове его слова. Контракт на постоянное участие в играх, переезд в Колумбус. А как же он? Как же будут они? — Н-не надо… — наконец ответил парень, чувствуя себя так, будто его сердце на мгновение перестало биться. — Это же твоя мечта. — Но ты для меня важнее, чем этот контракт. Хантер, я люблю тебя, и как ты скажешь, так и будет, — понурив голову, сказал Адам. — Мне хорошо рядом с тобой, а остальное не важно. Глубоко вдохнув и чуть погодя кивнув своим мыслям, Кларингтон, сглотнув, ответил: — Знаешь, Адам, я тебя тоже люблю, но это твоя мечта. Да, нам будет с тобой тяжело, мы будем редко видеться. Ты будешь приезжать только на Рождество или на Хэллоуин, или когда у тебя будет отпуск. В следующем году у меня выпускной, это правда. И не думай, я прекрасно осознаю риск. Если я соглашусь, то, скорее всего, тебя потеряю, а я этого действительно не хочу. С кем я буду тогда болтать ночью? Явно не со Смайтом, — фыркнул парень, слегка отойдя от темы и на миг усмехнувшись. — У Блейна теперь есть Курт, а с остальными у нас практически нет общих тем. Но ты должен поехать. Ты мечтал играть всю жизнь за свой родной штат. Помнишь, ты мне рассказывал, как с самого детства мечтал стать знаменитым футболистом? Я люблю тебя и поэтому не могу позволить тебе упустить такую возможность. Каждый человек должен осуществлять свою мечту… Хантер практически через себя выговаривал эти слова и до сих пор не мог поверить, что сам произносит их, сам предлагает Адаму фактически бросить его, пусть и ради заветной мечты. Кларингтон почти всю жизнь был чертовым эгоистом, но не сомневался, что Адам посоветовал бы ему то же самое. Только потому, что тот показал Ханту, что можно жить по-другому, парень через себя и ответил, что Уэллсу нужно обязательно поехать. Ведь что бы то ни было, от мечты, особенно самой желанной, не стоило отказываться, если появился бы шанс её осуществить. И у парня он как раз таки появился. Хантеру действительно было тяжело принимать это решение: только он начал считать, что у него в жизни наступил относительный период стабильности, как всё снова перевернулось с ног на голову. Однако Кларингтону нужно было ответить: Адам не должен медлить ни секунды, чтобы не упустить такую возможность, несмотря ни на что. Пусть даже и самому Хантеру правда не хотелось отпускать парня, он всё-таки решил, что так будет лучше, правильней. Даже если самому парню будет трудно просто-напросто произнести это вслух, он всё равно уже определился, что поступит именно так. — Поезжай, Адам, — снова повторил Кларингтон, подняв на Адама полный горечи и в то же время твёрдой уверенности взгляд. — Ты должен это сдела… — Так, стоп, — внезапно замахал руками парень, прервав Хантера на середине слова. — Значит так, я никуда не поеду. Я не смогу оставить тебя одного, зная, что тебе будет плохо… Просто не смогу, пойми… — А теперь помолчи и послушай меня, — резко оборвал того парень, не желая даже слушать. — Ты сейчас же собираешь вещи и идёшь покупать билет. И чтобы я больше не слышал от тебя никаких отговорок, иначе я просто уйду сам, и тогда у тебя не останется выбора. Неужели ты хочешь этого? — Н-нет, — ошарашенно ответил не ожидающий от Хантера такого напора Адам, часто моргая глазами от шока. — Хорошо, если ты правда хочешь… Я поеду. Но знаешь, — парень нежно взглянул на решительного Кларингтона, отчего его вид сразу смягчился, — я буду скучать по тебе. — Я тоже, — вздохнул парень, пораженный своей сентиментальности. — Я тоже. — Но мы ведь будем видеться на Рождество? И на другие праздники? Правда? — Конечно, будем, — так же уверенно постарался ответить Хантер, хотя оба прекрасно понимали, что как бы они ни пытались, выдержать отношения на расстоянии удаётся очень немногим. И сейчас, когда Адам собирался уезжать, Хантер сквозь душевную боль чётко понимал: теперь он снова останется один. *** Было уже около двух часов ночи, но Джесси Сент-Джеймс даже не собирался уходить со своей работы. Он, ссутулив плечи, сидел за рабочим столом, с усердием уткнувшись в новое дело, которое ему передали в связи с гибелью копа, который вёл его раньше. Это было дело о расстреле четы Смайтов. Просматривая документы, опросы свидетелей, сына, друзей семьи, парень, не переставая хмуриться, замечал довольно много странностей: очень многих документов почему-то не было в деле. Как говорил ему бывший напарник мистера Уинслета, там должны были находиться отчёты о вскрытии тел, об осмотре машины, подвергшейся нападению, однако всего этого не было. В папке по делу не оказалось практически ничего, что могло хоть как-то помочь расследованию. Джесси прекрасно понимал, что ничего не сможет поделать с этим и что ему придётся начинать всю работу заново, собирая всю информацию по крупицам, поскольку никто из отдела не смог посодействовать ему в поиске нужных документов. — Творится непонятно что… — чертыхнулся Сент-Джеймс, осмотрев всю бесполезную кипу бумаг, скопившихся у него на столе. — Уже два часа ночи, и мне завтра придётся ехать в Лайму, чтобы непонятно где искать этого Себастиана Смайта, — прошипел коп, устало откидываясь на спинку кресла и потирая виски. Но он ещё не знал, что завтра Себастиан сам появится в участке. *** Созвонившись с Финном, Курт и Себастиан договорились, что тот прикроет их на занятиях, а они тем временем сами поедут на машине Смайта в полицию Вестервилля, чтобы выяснить, как продвигается дело. Ведь звонить и узнавать по телефону было бесполезно; каждый раз, когда парень звонил в надежде услышать хоть о малейшей зацепке, коп безустанно повторял одно и то же: следствие продолжается, и как только появятся новые сведения, ему тут же позвонят. Но Себастиану, который часами не отходил от телефона после подобных разговоров, так ни разу и не позвонили. Значит, и дело стояло на месте. — Погнали? — спросил твёрдо Себастиан, решительно подходя к машине и открывая дверь. Хаммел только кивнул и, не теряя времени, уселся в машину. Делать было нечего: он обещал помогать другу и обязательно сдержит своё слово. — Себ, слушай, а что если у нас не получится найти твоего брата? — вдруг задумчиво проговорил парень, переводя взгляд на лицо друга. Смайт лишь вздохнул, отведя глаза: он и сам не был твёрдо уверен, что им удастся это сделать, когда вокруг оказалось столько препятствий. Ведь это работа очень трудная, тем более для обычных людей, хотя Себастиан твердил себе, что должен. Должен отомстить за родителей и найти брата. В конце концов, это его семья. А его отец всегда неустанно учил сына, что семья дороже всего на свете. — Курт, тебе не о чем беспокоиться: ты можешь в любой момент соскочить. Я не заставляю тебя помогать мне, как и кого-либо другого. У меня просто не остаётся выбора: у меня нет семьи, любимый человек никогда не станет моим, а что до вас… Вы мои друзья, ты мой друг… И я не хочу, чтобы вы лишний раз рисковали собой из-за того, что я втянул вас в это дело. Однако Курт не ответил, внезапно растеряв все заготовленные слова. Он просто промолчал… Хаммел всегда думал, что Себастиан — это часть его семьи. Но выходит, что тот сам так не думает?