Судьба помогает смелым

Выйдя из кабинета, он увидел Финна, Курта и Блейна, которые, прислонившись к стенке, пытались услышать их разговор. Смайт только горько вздохнул, проведя ладонью по лицу: это был финал так и не начавшихся отношений. — Ты как? — неуверенно произнёс Курт, подходя к другу. — В порядке, — ответил парень. — Всё так, как и должно быть. Я и Хантер — отдельно друг от друга. Нам никогда не быть чем-то большим. И я знаю это… — произнёс он. А затем, немного помедлив, продолжил: — Но это даже к лучшему, больше времени уйдёт на более важные дела. И… Я теперь могу спокойно издеваться над вами, милые Клейн, — хохотнул Баст и убежал в хоровую, где Адам и остальные уже не находили себе места от беспокойства. Пусть Себастиан смеялся, пусть на его лице была улыбка, но он старался не показывать боли, которую он чувствовал. Ведь будущие актёры должны играть любые эмоции. Это Смайт и делал. Придя в класс, он уселся на своё место, довольно улыбаясь, а через несколько минут вернулись и остальные парни. Себастиан вёл себя, как будто ничего не произошло. Но на самом деле ему было очень больно. Больно было оступиться. Больно было влюбиться в того, кто никогда не сможет полюбить. И внутри Себастиана всё разрывалось. Ему хотелось кричать, чтобы только его услышали. Но он не мог. Ведь нужно было вести себя как обычно. Чтобы другие ничего не знали… *** Позже, уже вечером, ребята, которые были в курсе, из-за чего Себастиан и Курт, в общем-то, приехали в Лайму, — Блейн, Финн, Рейчел, Сэм, Мерседес, Куинн и Пак — собрались дома у парней, чтобы полностью понять суть дела. Берта дома не было, так как он под предлогом очень важной деловой встречи еще около получаса назад уехал, только вот совсем не на встречу, а на свидание с матерью Финна — Кэрол. Мужчина пока не хотел рассказывать об этом ребятам, потому и умолчал, решив оставить этот рассказ на потом. Но, правда, когда Финн выходил из дома, он заметил, что за поворотом их дома стояла машина Хаммела-старшего, а его мама куда-то тоже собиралась. Тем временем, когда, наконец, все собрались в полном составе, Смайт немедля приступил к своему рассказу: он пересказал всю историю, что с ним приключилась, с самого начала, не упуская мельчайших подробностей, о которых ему только было известно. И на этот раз добавил ещё кое-что, о чем не упоминал прежде. Дело было в том, что ребятам удалось узнать, что родители Себастиана перед своей трагичной гибелью успели снова побывать в роддоме, где когда-то должен был появиться на свет младший брат парня. Они пытались выяснить все подробности о той ночи: добыть хоть какую-нибудь медицинскую информацию из карт или справок, узнать, кто ещё рожал в тот день. Однако все их усилия пошли прахом: оказалось, что архив, в котором содержались все записи, которые только могли пригодиться Смайтам, уже давно сгорел, и все данные были безвозвратно утеряны. — То есть практически ничего не осталось? — произнесла задумавшаяся Куинн. — К сожалению, ничего. Мы пытались выяснить хоть какие-то детали. Но ничего совсем. Все работники, которые работали в то время, либо умерли, кстати говоря, по непонятным причинам, либо просто уволились и уехали из Лаймы, — печально отозвался Смайт. Вся компания переглянулась. Они были в тупике. С чего начать поиски? Возможно, следовало бы достать списки работников и всё-таки их объездить, но это было довольно сложно. На это нужен был специальный доступ, который имела лишь полиция. Но она ничего не предпринимала. Следствие так и стояло на месте, хотя прошло уже достаточно времени. — Рейч, — заговорила Мерседес, — у тебя же вроде один из отцов работает в регистрационной комиссии. Может, можно как-то через него выяснить? Например, посмотреть, кто жил в то время. И мы можем попробовать выяснить у родителей. Они могут что-то помнить. — Или же тех, кто здесь живёт довольно давно. Возможно, они вспомнят тех, кто жил в то время, — прибавил Пак. — Я знаю одну женщину, она живёт неподалёку от одной дамы, которой когда-то чистил бассейн, так ей уже лет под шестьдесят. — Ты про миссис Роджерс? — сосредоточенно проговорил Финн. — Я знаю её. Может, попробовать выяснить. Она нормальная женщина. — Да-да, про неё. Тогда завтра на твоей машине и съездим после школы, — отозвался Пакерман. Все переглянулись. Теперь у них было несколько вариантов действий, стоило всем собраться вместе. Главное, чтобы они не оказались ложными. Ведь времени не хотелось терять. Прошло уже достаточно много дней с того момента, как они перебрались в Лайму. Приближалось Рождество, а у них дело так и не сдвинулось с мёртвой точки. А что после праздников? Почти сразу же будут региональные. Там будет не до этого, поскольку нужно будет активно репетировать. — Так, что у нас получается? — произнёс Блейн. — Рейчел, ты пытаешься выпросить списки у отца, Пак и Финн едут к миссис Роджерс. Я, Сэм и девочки сначала выясним у родителей, кто мог жить здесь шестнадцать лет назад. Курт, а вы с Себастианом тогда в полиции, что ли, побывайте. Может, они что-то выяснить успели. — Блейн, ты так распорядился, — хихикнули Куинн и Баст, — главным стал? — Я всего лишь хочу помочь, — ответил Андерсон. — Ладно, не расстраивайся, дружище, — похлопал по плечу парня Финн. — Они просто пошутили же. Смайт и Фабрей кивнули. Итак, план действий был подготовлен. Оставалось только дождаться завтрашнего утра. Также Себастиан пообещал, что если ребята узнают что-то у жителей, то он даст им фото родителей завтра в школе. Вдруг кто-то узнает. *** В это время Сантана и Хантер болтали по телефону, обсуждая репертуар на региональные для своего дуэта. Темой региональных была «Одиночество». И теперь им нужно было определиться с песней, чтобы уже начать репетировать. Ведь все усилия пойдут именно на их номер. — Слушай, может, попробовать Muse — «Unintended»? — предложил Хантер, устало потирая переносицу. — Смеёшься? Ты хочешь, чтобы народ сидел с лицом, когда им по барабану. Вспомни, что сказал Шустер: мы должны взорвать зал. Поэтому мы просто обязаны взять SOAD — «Lonely Day», — возмутилась Сантана, которой уже порядком это надоело. Она уже очень сильно пожалела, что согласилась петь с Кларингтоном; со Смайтом и то было бы проще договориться. — Уж точно нет. Тогда мне сразу завтра принеси то, чем я смогу себя убить, — вздохнул парень. — Нам надо нечто такое, что просто должно пробирать… Он серьёзно задумался, стараясь вспомнить всевозможные композиции, которые здесь можно было использовать. Он знал несколько песен, которые заставили бы зрителей в зале просто плакать, но все они не подходили по теме. — Тогда, — послышался через некоторые время голос Лопез, — может, попробовать Whitney Houston — I Will Always Love You? — Думаешь, она подойдёт? — задумчиво произнёс Хант. — Мне кажется, что не особо… Хотя… — Кларингтон, давай уже определяйся. Мы с тобой второй час обсуждаем. Остановись уже на чем-нибудь. Раздражает, — зло проговорила Сантана. — Мне ещё Брит нужно позвонить. А я тут с тобой прохлаждаюсь. — Ладно, угомонись. Договорились. Whitney Houston. Завтра доложимся Шустеру. — Наконец-то. Как я не завидую тому человеку, который решит выйти за тебя замуж. Бедненький. Если ты будешь продолжать в таком же духе, то, поверь, даже Смайт от тебя сбежит. Не будь занудой. — Да иди ты! — не желая продолжать этот разговор, послал её Хантер, иначе бы ещё полчаса стал выслушивать вопли Лопез. День у парня заканчивался не очень хорошо. Точнее, Кларингтону было до сих пор не по себе от тех слов, которые он сказал Себастиану. Он не считал его слабаком и сопляком. Даже наоборот. Он видел, насколько Смайт сильная личность. Хантер несколько раз отправлял ему смс с извинениями, писал на Фейсбуке, но все его сообщения оставались без внимания. Хотя парень был уверен, что Баст прочитал их и просто игнорирует. И от этого становилось не по себе. Кларингтон не хотел говорить этого, но в тот момент в нём кипела злость, а сейчас, когда он успокоился, то становилось хреново от своих действий. Адам всегда говорил, что футболисты не должны поддаваться стрессу. Это очень плохо сказывается на игре. Но вот как тут быть? Когда ты нахамил человеку, который, в принципе, этого даже не заслуживает, а Хантер именно так и считал, что Себастиан, пусть и засранец, но всё-таки он не заслужил эти слова. Но вдруг из мыслей парня вывел звонок в скайпе: это звонил Адам. — Привет, — улыбнулся Хантер, снимая очки. — Ты поздно сегодня. — Прости, просто у меня для тебя важная новость. Нам нужно поговорить, — на полном серьёзе произнёс Уэллс. — Ты ведь знаешь, что мне предложили контракт на одну игру в сборной штата. Так вот… Мне сейчас позвонили. И сказали, что они передумали, и предлагают мне контракт на постоянной основе. — Ну, так это же прекрасно, — растёкся в счастливой улыбке Хантер. — Мне придётся переехать в Колумбус. Навсегда… — медленно проговорил Адам.