Будни и некрологи Гаары

Утром Наруто проснулся раньше и долго смотрел на спящего Гаару, который, как выяснилось, вовсе не спал, а тоже смотрел. Причем, делал это гораздо незаметнее, подглядывая через полуопущенные ресницы. И потом они чуть не опоздали на встречу с Саске, потому что не могли не трогать друг друга, а если казекаге начинал этот процесс, то все происходило основательно и долго. Очень основательно и очень долго. А потом они вдвоем отправились принимать душ. Со всеми последствиями. И душ пришлось принимать еще раз. В общем, из дома они выскочили уже тогда, когда поднявшийся на верхний этаж Сай затрезвонил в дверь, радостным голосом вопрошая, живы ли они, и если да – то свинство трахаться так долго, заставляя людей ждать. За что потом едва не получил от смущенного Наруто. Гаара же слегка улыбался, почему-то совершенно не обижаясь на Корня. Может, сказалось удовлетворение от утреннего секса, но, скорее всего потому, что было понятно, что Сай – именно такой и сколько на него не злись – все равно не поймет почему. Это же все так и есть и совершенно естественно – так чего тут злиться? Странный он все-таки, но, вроде, человек неплохой и Наруто его считает своим другом. В общем, Гаара относился к Саю весьма дружелюбно, в отличие от вызывающего ревнивую настороженность Саске Учихи. Который уже ждал их у ворот Конохи с совершенно бесстрастным выражением лица. - Привет, Саске! – завопил Удзумаки еще на подходе. – Давно ждешь? - Достаточно, чтобы понять, что ты, как всегда опоздал, - скривил красивые губы Учиха. – Привет. Персональный привет Удзумаки, как доказательство того, что Учиха принял и признал его как друга, легкий кивок казекаге – как дань вежливости и уважения к титулу и почти незаметное приветствие Саю, с которым они уже встречались на войне. Наруто знал, что Сай тогда не доверял Саске полностью (как и подавляющее большинство их друзей и приятелей) и Саске это прекрасно помнил. Поэтому холодность Учихи была вполне понятна, чего не скажешь о самом Корне, который при виде мрачного ученика Орочимару просто-таки расцвел, улыбаясь до ушей. Впрочем, это был обычный стиль поведения странного художника, поэтому Наруто, успокоившись, оглядел их небольшую группу, которая, если знать точно, могла стоить сама небольшой деревни шиноби. - Отправляемся по главной дороге, темп средний, в авангарде – Сай, мы – за ним клином, привал – часа через четыре, если не случится ничего непредвиденного, - Гаара, спохватившись, посмотрел на спутников. – Надеюсь, никто не будет возражать, если я возьму командование нашим отрядом на себя? - Не будем возражать Главнокомандующему армии, выигравшей последнюю войну, - иронично хмыкнул Саске, поудобнее перехватывая катану. - Персонально у меня нет возражений. Остальные кивнули, полностью согласившись – лично Наруто даже в голову не могло прийти, что командиром будет кто-то другой. - Выдвигаемся, - улыбнулся Сай, глядя на спутников. - Погнали! - воскликнул Наруто, чувствуя азарт и нетерпение, которые он всегда испытывал перед уходом на миссию. К тому же, сейчас рядом с ним были два самых близких человека в его жизни. И Сай. Тоже, в общем, не чужой, хотя общаться с ним было сложно, впрочем, как и всем остальным. Художник-киллер был полностью другим и это очень чувствовалось. Наруто даже подумалось, что они чем-то похожи с Саске, только Сай пытается изо всех сил наладить отношения с окружающими, а Саске – совершенно на них плевать. Ну, по крайней мере, внешне. Удзумаки взглянул на летящего рядом Учиху, который двигался абсолютно расслабленно и даже, кажется, глаза прикрыл. Но Наруто ощущал, насколько напряжен и сосредоточен сейчас его друг. А с виду – ну спит на ходу. Позёр самый настоящий. Затем взгляд джинчурики передвинулся на Гаару, и Наруто почувствовал, как его затапливает привычная волна восторга и теплого счастья. Гаара, бывший чуть впереди, почувствовал взгляд и, обернувшись, улыбнулся ему так, как улыбаются тем, кого любят и хотят, за кого готовы отдать самое дорогое. Наруто невольно подумал, почему именно ему повезло вызвать такие чувства у тонкого и целеустремленного казекаге. Лис внутри издевательски заржал, намекая на их плотские отношения, нежели возвышенные и неуклюжие мысли своего джинчурики о любви. Наруто задышал глубже, чувствуя, что у него встает и посылая наглую тварь во все известные места. Совершенно счастливый Курама затих с чувством глубокого удовлетворения, елейным голосом посоветовав не смотреть на Гаару хотя бы в присутствии посторонних, если казекаге вызывает у него перманентный стояк. Наруто вспыхнул и, чтобы отвлечься, попытался завести разговор с Саске, прекрасно зная, что они, само собой, начнут ругаться, а это очень хорошо взбадривает обоих. Что, собственно, и произошло. Наруто вопил, Саске презрительно кривил губы, Сай упоенно наблюдал общение двух лучших друзей, а Гаара то невольно улыбался, слушая особо хлесткие оскорбления Учихи, то озабоченно хмурился, когда ему казалось, что Наруто находится к Саске слишком близко. Однако казекаге ни на миг не забывал о возможном и даже, более того, почти вероятном нападении. И был озабочен, что не сказал всей правды Наруто. Успокоив себя тем, что в первую же удобную минуту он поставит Удзумаки в известность обо всех подробностях, Гаара сосредоточился на сканировании окрестностей. Можно было попросить Саске применить шаринган, но обращаться к нему Гааре просто не хотелось. Казекаге недовольно вздохнул: вот выяснили уже все, и Наруто с ним, и секс у них такой, что мозги плавятся. А все равно – не отпускает чертова ревность, где-то внутри сверлит, как жучок-короед здоровое дерево. И ничего с этим сделать нельзя. Наруто настолько искренний и простодушный, что просто не поймет, если его начать прессовать по этому поводу. В конце концов, это только личная проблема самого казекаге и решить её должен он сам, не напрягая любимого человека, который виноват только в том, что умеет дружить на полную катушку. Но Саске все же стоит слегка отодвинуться… метра на два. Они останавливались отдохнуть и перекусить за день два раза, внимательно проверяли дорогу и окрестности, Саске даже соизволил использовать шаринган, но никого и ничего в пределах досягаемости не было, кроме всполохов ауры мелких животных, что было совершенно нормально для леса. - Будем останавливаться на ночлег, - распорядился Гаара, когда стемнело и продолжать путь дальше не представлялось возможным. – Завтрашнюю ночь мы еще в пути, но остановимся в придорожной гостинице, как раз к вечеру доберемся. А сегодня заночуем здесь. Дежурим по двое. - Я первый, а с кем – все равно, - отозвался Учиха, присаживаясь на поваленное дерево. - Я с тобой, - вызвался Сай. – Не возражаешь? Учиха только слегка удивленно пожал плечами, показывая, что ему абсолютно плевать, кто попадет ему в пару. - Тут недалеко ручей есть, надо сходить, умыться с дороги, - Наруто сбросил рюкзак с плеч. – Кто со мной? - Я, - Гаара, не дав никому вставить ни слова, подошел к Удзумаки. – Мне надо с тобой… поговорить. - Ага, - расплылся в улыбке Удзумаки, который очень хотел побыть с Песчаником наедине, соскучившись за день по прикосновениям. Ему очень не хватало тактильных ощущений, особенно после того, как они с Гаарой стали так близки. Мысль о том, что они смогут побыть вдвоем, без посторонних глаз, так захватила Удзумаки, что на фразу про «поговорить» он даже не обратил внимания, считая, что Гаара просто нашел подходящий повод для их уединения. Песчаник, конечно же, тоже жаждал побыть с Наруто без свидетелей, но разговор должен был состояться и как можно скорее. Скрывать от Наруто подробности нападения было нечестным, да и опасным. Но казекаге медлил, продлевая чувство близости, а от того, как искренне Наруто стиснул его ладонь, считая, что делает это незаметно, вело голову, как на первом свидании. Саске усмехнулся, но промолчал, а вот Сай разулыбался и, кажется, собирался прокомментировать и сказать что-то совершенно неподобающее, но предупреждающий взгляд казекаге понял очень хорошо, проглотив неуместные восторги по поводу взаимных чувств двух джинчурики. Огорченно вздохнув, Корень вытащил свиток и киcти, которые всегда носил с собой и вдруг… в общем, от Сая это «вдруг» ожидалось всегда, но тут он превзошел даже самые смелые опасения, переплюнув самого себя. Он внезапно обратился к Учихе, почти безучастно наблюдавшему за Наруто с Гаарой: - Ты ужасно красивый... такой… фарфоровый. И изысканный. Как цветок сливы. Разреши тебя нарисовать. Наруто никогда не видел у Саске такого обалдевшего выражения лица. «Пиздец котёнку!» - мысль мелькнула в голове джинчурики моментально. Что при этом подумал Гаара осталось загадкой, но судя по тому, как синхронно в следующее мгновение Наруто с одной стороны и Гаара с другой летели к Саю, чтобы защитить придурка от верной смерти, мысли казекаге и будущего хокаге были очень похожи. После этих опрометчивых слов смерть Сая должна была последовать со стороны Учихи незамедлительно. Сай стоял спокойно и дружелюбно-вопросительно смотрел на Учиху, не подозревая, насколько его гибель близка. Однако Саске, кажется, окаменел от такой наглости, судя по тому, что ничего не предпринимал, а просто смотрел на Корня, который радостно улыбался, глядя мрачному Учихе прямо в глаза. А потом подбежавшим Гааре и Наруто представилась совершенно потрясающая картина – белую кожу Учихи Саске, героя-отступника, последнего из клана Учиха, ученика Орочимару, обладателя Сусаноо, Аматерасу и супер навороченного шарингана и прочая и прочая… короче, лицо этого самого Саске стремительно заливала волна крaски, причем, покраснели даже плечи и ключицы на открытых от одeжды местах. Шокированный Наруто впервые в жизни видел, что его друг так смутился. И Наруто впервые в жизни задумался о том, что Саске был вcе врeмя один не потому, что у него отвратительный характер… ну, не только поэтому. А просто потому, что не нашел человека, который по-настоящему захотел бы войти в его жизнь, ломая все стены, выстраиваемые самим Учихой. Затаив дыхание, оба джинчурики ждали продолжения разговора, готовые в любую минуту броситься на помощь непутевому и такому искреннему в своем простодушии наемному убийце.