Эстель часть 1 Подснежник в объятьях леса

И вот прекрасным солнечным утром Леголас очнулся. Его душа пела, сердце радовалось, ведь Нимлот спала рядом. Ему так хотелось обнять её, но эльф не стал тревожить её сон. Провернувшись на бок, принц ещё час наблюдал, как Нимлот спит. И ждал, когда она откроет глаза. Нимлот проснулась. Она смотрела в глаза Леголаса, мысленно благодаря Эру за чудо. По её щеке скатились слёзы счастья: ещё неделю назад она думала, что снова его потеряет, но, к счастью, этого не случилось. Он жив, а она лежит и даже не может вымолвить слова. С их последней встречи прошло семь лет. Сейчас эльфийка сомневалась, любит ли принц её, как раньше. Она не решалась прикоснуться к нему. Да и любил ли он вообще?.. – Прости меня… я лгал те… – Леголас не договорил. А Нимлот, как только услышала, встала и направилась к дверям, не сказав даже слова. Сейчас она не могла его видеть. Ей было больно от осознания того, что Леголас, как она поняла, никогда её не любил. Что все сказанные им слова оказались ложью. Принц не позволил ей открыть дверь, обняв со спины. Наклонившись, он поцеловал шею девушки. – Ты даже не дослушала и уже уходишь, – он прижал любимую к себе. – Прошу, выслушай меня, прежде чем убегать… – сейчас принцу было стыдно перед ней за многие совершённые им поступки. – Для начала прости, что уехал тогда в Ривенделл. Я боялся, что мой отец не одобрит наш брак. Поверь, этому были основания. Мы не слишком-то с ним ладим! – однако Леголас тоже хотел получить ответ на некоторые вопросы. Развернув девушку к себе, спросил: – Ты же знала, что выходишь за другого по воле своего отца – и всё равно отдалась мне… Чем ты тогда думала?! – наверное, Леголас злился на её беспечность. Хотя он и сам не лучше… но речь сейчас о Нимлот. Девушка прятала глаза, хотя обвинение было абсурдным. Всё же таким она любимого еще не видела и сейчас даже испугалась. Почему Леголас так злится? Нимлот понимала, что практически не знает принца… – Я о свадьбе узнала только когда уже жила здесь, во дворце! А ещё тяжелее мне было узнать, что вы лгали, ваше высочество! – эльфийка была расстроена, с её зелёных глаз катились слезы. На душу словно лёг тяжёлый камень. – Я выслушала вас – и всё поняла. Прощайте, принц!.. «А ведь она права! Неужели из-за этого положения я её потеряю… нет, не бывать этому!» – подумал Леголас. Он придержал рукой дверь, чтобы эльфийка не могла выйти. Как его злило, что девушка, которую он любит, снова называет его на «вы!» – Нет! Я не позволю тебе так уйти! – уже спокойным голосом произнёс он, прижимая Нимлот к себе. – Любимая, прости меня за всю ту боль, что я причинил тебе… Надеюсь, когда-нибудь ты простишь меня? – эльф больше не держал ее, позволяя Нимлот самой принять решение. Девушка приподнялась на носочках и поцеловала своего принца. Всё встало на свои места. Леголас нежно отвечал на поцелуй, до сих пор не веря, что она рядом. Он думал, что это один из его снов, который рассеется с приходом утра – и принц проснётся в одиночестве. От этих мыслей Леголасу стало плохо, что он даже отстранился, схватившись за сердце. – Что с тобой? – испуганно спросила эльфийка. – Уже всё прошло, радость моя, – говорил Леголас, обнимая свой белый цветок. – Не беспокойся, всё со мной хорошо, – перебирая её серебристые волосы, прибавил: – Я так скучал. Больше не отпущу тебя. А через несколько минут его руки уже нежно сжимали грудь эльфийки. Леголас быстро расправился с её платьем, оставляя эльфийку в одном подъюбнике. Вскоре принц снял и его. Стоя перед ней на коленях, Леголас целовал её самое сокровенное место, заставляя эльфийку выкрикивать его имя не единожды. Эльф отстранился, но всё ещё стоял на коленях, любуясь своим белым цветком. Через несколько мгновений эльфийка повалила своего принца на мягкий ковёр, впившись в губы принца. Нимлот не могла им напиться. Ее руки блуждали по его телу, а Леголас крепко прижимал Нимлот к себе. Сейчас инициатива была в её руках, а принц утопал в её прикосновениях, лежа на мягком ковре. Развязав ширинку, эльфийка села сверху, пускаясь вскачь. Сев, Леголас крепко обнял любимую, убыстряя тем самым темп. От удовольствия Нимлот ногтями впивалась в его спину, а Леголас целовал и прикусывал ее шею. Этот день был самым прекрасным для них двоих. Лишь вечером Леголас сказал, прижимая к себе обнаженную Нимлот: – Любимая, ты подаришь мне ребёнка? – Леголас смотрел в её зелёные глаза, ожидая ответа. Принц не хотел сильно затягивать с детьми, боясь, что ему может через несколько лет стать хуже… – Я уже это сделала. Леголас с недоумением смотрел на Нимлот. Тут он вспомнил маленького мальчика, с которым занимался магией его отец. Теперь принцу стало понятно, почему силы тогда покинули его. Всё встало на свои места. Леголас словно взглядом спрашивал любимую, знает ли их сын о том, что его отец жив. – Да, твой отец настоял, чтобы я рассказала. Вчера Эстель полдня провёл возле тебя, так и уснул, держа твою руку. Трандуил унёс его спящим. Принц улыбался. Его так обрадовала эта новость. Леголас обнял и поцеловал эльфийку. Он был счастлив, как никогда. – А как тебе удалось выжить после такого ранения? – Нимлот прикоснулась к внушительному шраму на груди принца. – Гимли вовремя оттащил меня с поля боя. Мне повезло, что орк промахнулся и ударил чуть правее, не задев сердце. – Целительница сказала, что рана так до сих пор не зажила. Ещё болит? – тревожно спросила эльфийка, положив голову на плечо любимого. – Теперь, когда ты рядом и простила меня, эта боль прошла. Леголас накрыл губы эльфийки нежным поцелуем. Принц понимал, что на самом деле вечности у него больше нет! Однажды эльф уйдёт и не сможет вернуться. Ему было тяжело это осознавать. Леголас даже подумал, что не нужно было возвращаться – ведь его возвращение вскоре может принести ещё большую горечь… Эпилог Через неделю, когда Арагорн и Гимли прибыли в Зеленолесье, состоялась свадьба Леголаса и Нимлот. Арагорн был приятно удивлён, узнав, что у него появился тезка. Гимли стал в Зеленом Лесу почетным гостем. Гномы и эльфы тогда навсегда забыли про обиды. После Король-под-горой приветствовал эльфов в своем доме не менее пышно. Даже Трандуил и Леголас вновь стали разговаривать, простив друг друга. И эльфы Средиземья раздумали уплывать в Валинор. Слишком они привыкли к этому, может, и не совсем совершенному, но прекрасному миру.