Сострадание

      Двое амбалов, размером примерно два на два, загородили ступеньки, ведущие к лифту. Я, конечно, сам не низенький, но в ширину заметно уступал незнакомцам.       "Чего им надо?!"       — Дайте пройти, — сказал я ровным холодным тоном.       Амбалы переглянулись. Потом один из них проговорил низким хрипловатым голосом:       — Ща пройдёшь... С нами.       — С какой стати? — всё так же спокойно спросил, автоматически начиная оценивать обстановку.       Пакет был поставлен на пол, а тело приняло боевую стойку, кулаки сжались, а мышцы напряглись как пружины, готовые среагировать на любое движение противника.       "Да тебе ничего не светит! — ехидно звучал внутри голос. — Посмотри на себя и на них, и вдобавок — их двое. Что ты им сделаешь? Только пару жалких ударов. А тебе, если попадут в нос или в район солнечного сплетения, кранты!"       "Нифига, — противился я этому гаду. — Им тоже неплохо достанется. Я ещё не всё забыл".       "Ты не забыл, а они, поди, каждый день тренируются".       Пока в голове у меня происходил этот странный монолого-диалог, незнакомцы вплотную подошли ко мне, один из них, на этот раз уже другой, обратился более высоким голосом, чем у товарища:       — Ты, фраер, не ерепенься. Никто тебя бить не будет, если сам не попросишь. Съездить кое-куда надо. Побеседовать с одним человеком. Надеюсь, с мозгами у тебя всё в порядке, сам пойдёшь, чтобы вязать не пришлось.       "Сука! Вот засада же! Ну почему вечно во что-то влипаю?!.."       Я уже прекрасно догадался о том, кто со мной хочет побеседовать. И выбора не было. Слишком хорошо знал, чем всё может закончиться для меня.       — Продукты-то хоть можно в квартиру занести? — спросил я.       — Можно, — кивнул тот, что обратился ко мне вторым. Затем он сделал жест своему товарищу, и тот проследовал за мной к лифту.       Когда поднимались, в кабинке висело тяжёлое молчание. Амбал, словно робот, следовал за мной по пятам, но ничего не говорил, и никаких эмоций на его лице не проступало. Открыв квартиру, я зашёл, незваный гость не стал ждать приглашения, а так же молча проследовал за мной.       — Да не бойся, не убегу, — раздражённо кинул я незваному гостю. Тот молча проигнорировал моё обращение.       Я наскоро забросил продукты в холодильник под пристальным взглядом конвоира, а потом мы вернулись к другому посланнику, ждущему внизу.       Возле подъезда стоял красный "Опель", мне дали знак, чтобы я пристраивался на заднем сидении, что и сделал, а затем машина тронулась с места, и мы покатились по шоссе, которое вело из города в южном направлении. Там, как я знал, находились элитные коттеджные посёлки, видимо, в один из них мы и направлялись. Пробок не было, поэтому ехали без проблем и быстро.       В машине висела давящая тишина, прерываемая только звучащим из динамиков "Шансоном" да шумом двигателя. Честно сказать, было стрёмно: а вдруг у них приказ завезти меня куда-то в лес да там и прикопать. Хотя... нет. С чего бы. От этого проку не будет.       За окнами пролетали небольшие лески и лесополосы, дальше пошли поля, а потом машина свернула с трассы влево, направляясь, по всей видимости, в деревню, точнее, современный коттеджный посёлок закрытого типа. Мы остановились у больших кованных ворот, которые нехотя приоткрылись, и оттуда вышел человек в чёрной униформе. Он перекинулся парой слов с моими конвоирами, и через несколько секунд ворота отъехали, пропуская нас.       Мы ехали по ровной асфальтированной дороге, по бокам которой располагались шикарнейшие виллы и дома, утопающие в садах или же одиноко стояли посреди идеально вылизанного двора, многие из них невозможно было увидеть за огромными бетонными заборами. Возле одного такого мы и остановились.       — Выходи и следуй за мной, — сказал один из конвоиров.       Я вздохнул и сделал, что мне сказали. Мы прошли в красивую калитку, которая представлялась просто шедевром: художественная ковка в виде гроздей винограда и лозы казалась живой, настолько искусно была выполнена. Во дворе стоял двухэтажный дом с мансардой, с великолепным экстерьером: по всем последним пискам современной моды. Здание было в светлых тонах, только на крыше темнела металочерепица.       "Неужели это то самое "гнездо", о котором говорила Лера? — подумалось мне. — Хотя вряд ли".       Меня провели в огромную прихожую, обставленную со вкусом, а затем и в кабинет. Я был слегка удивлён и озадачен: ожидал увидеть богемную обстановку, которую любили подобные деятели, но тут всё оказалось выдержанным в идеальном модерне, мебель имела светло-коричневой оттенок на контрасте с цветом слоновой кости.       Комната не пустовала. За столом в шикарном светлом (кажется, кожаном) кресле сидел ничем не примечательный человек средних лет, одетый в серую футболку и синие джинсы.       — Вот, доставили, — отчитался конвоир.       — Не слепой, вижу, — проговорил вкрадчивым хрипловатым голосом, а затем ухмыльнулся хозяин дома, а что это именно он, сомнений не было.       — Мне идти?       — Нет, погодь: вдруг ему какая глупость в голову взбредёт.       Амбал кивнул и остался стоять на месте.       — Ну здравствуй, Кир. Или тебя лучше называть Фантом?       Меня аж передёрнуло. Фантом — так меня называли только в отряде, когда я ещё нёс службу. "Значит, хочет повыпендриваться, что нарыл на меня кучу инфы? Ну ладно".       — А меня можешь называть Фармацевт, — продолжил мужчина, оставаясь сидеть за столом.       — Не могу сказать, что очень рад знакомству, — спокойно, глядя ему в глаза, ответил я.       — Да я тоже как-то особо с тобой знакомиться не жаждал, — развёл руками Фармацевт. — Ты сам спровоцировал это знакомство. Неужели ты не знал, что брать чужое нехорошо? Ты же взрослый серьёзный человек, тем паче, хорошо знакомый с порядками. Что ж ты не по понятиям-то поступаешь? — бандит сложил руки в замок, и я увидел на трёх его пальцах наколки в виде перстней, которые явно пытаются свести, но пока процесс ещё не завершён.       — А чего мне жить по понятиям? — я изобразил искреннее удивление. — Я — человек не вашего круга. Да и находка — отнюдь не кража.       — Приличные люди найденное несут в бюро находок, чтобы хозяин мог забрать свою вещь. Да и когда хозяин объявляется, вещь нужно отдавать.       — А если вещь приглянулась тому, кто нашёл? — я вскинул бровь.       — Тогда её можно выкупить, — неприятно осклабился Фармацевт.       — И какова же цена?       Я изо всех сил пытался держаться спокойно. Глаза бандита хищно заблестели, когда речь зашла о расчётах.       — Ну, четыре тыщи зелёных долга, плюс вчерашние триста, ну и каждый день счётчик отчеканивает ещё сотку, — кивнул Фармацевт. — Переписываем этот долг на тебя, и я не имею претензий. Готов?       "Мда... Дело нешуточное. И дорогое", — пронеслось в голове.       — Рассрочка, как я понимаю, не предусмотрена, — с сарказмом констатировал я.       — О, рыцарь, значит, — хохотнул бандит. — Нет. Рассрочка — максимум на неделю. Потом я хочу получить своё... и неустойку.       — Это как?       — А вот так. Если через семь дней у меня не будет денег, ты должен вернуть Лерку назад. Хотя... — он глянул мне прямо в глаза: в них играла насмешка, — я с удовольствием вместо неё приму твою Ладушку. Эта лялька такая холёная, ухоженная, ты за ней хорошо глядишь, молодец. Ей и работать не придётся, ибо мне она приглянулась, сам буду пользовать.       При этих словах я непроизвольно дёрнулся, но стоящий сзади амбал крепко сжал мои плечи.       — Спокуха, спокуха, — ухмылялся Фармацевт. — Не хочешь Ладу, значит, сам вполне подойдёшь, ты фактурный, за таких тощеньких неплохо платят, да и рожа тоже вполне, не Ален Делон, конечно, но сгодишься.       Он уже неприкрыто издевался.       — А мне какое моральное и эстетическое удовольствие будет видеть, как ментяру бывшего петушат. Поэтому я не против такого поворота, — Фармацевт в голос рассмеялся.       Я подождал, пока у него закончиться приступ смеха, а потом ответил:       — А ты — мечтатель, как я погляжу. Большой причём. Плохо твоя разведка работает: я не был ментом.       — Ну прости, вам же приятнее, когда вас мальчиками по вызову называют, — его лицо резко стало серьёзным. — Вот и будешь тогда мальчиком по вызову. Понял?       — Да не имбецил, вроде, — процедил я сквозь зубы. — Значит, даёшь мне неделю срока?       — Без базара, — развёл руками Фармацевт. — Не будет бабла через семь дней, жду кого-то из вас: или Лерку, или Ладку, или тебя. Вздумаешь херню пороть, сам выберу объект, и тогда ему не поздоровится. Понял? Знаю, понял, ты ж в курсах, что делают со слишком борзыми. Опыт — вещь хорошая.       "Сука! Знаю... Всех бы вас изничтожить... мерзопакость такую..." — мысли влетели в голову вместе с образами из прошлого.       — Понял. Договорились.       — Ну вот и лады.       Фармацевт кивнул стоящему за мной:       — Отвезите его назад.       Опять ехали молча. Правда, теперь меня вёз один конвоир, тот, который стоял со мной в кабинете. Уже смеркалось, когда мы подъехали к дому.       Впереди ждала бессонная ночь раздумий. Влип я конкретно.