Electric touch

- Счастливо встретится! Отрадно видеть вас всех в этом зале сегодня. В этот день века назад к Древним снизошла сама Богиня и благодаря ей они составили трактат с нерушимыми заветами. Так воздадим же молитву Альтее в этот светлый праздник. – Хамир сегодня выглядел особенно ухоженно. Все те же зачесанные назад волосы, светлая улыбка и блестящие глаза, но внимание привлекал белый как снег наряд. Широкие рукава рубахи были похожи на воздушные облака, а стан приора стягивал длинный жилет с застежками – цепочками, а на ногах красовались высокие сапоги с аналогичными крепежами. Главная зала была украшена под стать празднику – по стенам на полу стояли большие вазы, наполненные яркими, но почти не пахнущими цветами, а единственным освещением в зале были бесчисленные свечи. Чуть левее приора стоял ближайший к нему помощник – Отец Дин – мужчина среднего роста и комплекции, с волнистыми волосами до плеч цвета шоколада и теплыми, янтарного цвета глазами. Дин был правой рукой настоятеля – ответственный, чуткий и всегда добрый хранитель никогда не подводил и не отказывал в помощи другу. Зал же был наполнен учениками, одетыми в парадное, все как один стояли, склонив головы. От стен отражались слова молитвы, повторяясь в сердцах всех находящихся здесь. Когда же хор голосов стих, слово вновь взял Отец Хамир: - Так же прошу обратить ваше внимание, что сегодня наш монастырь принимает гостей. Наши братья по оружию – Отец Вилат и Отец Ван. Из центра зала в сторону приора двинулись две фигуры, одетые так же в белое. Но в отличие от настоятеля монастыря их одежды были украшены золотыми вышивками, а на пальцах красовались перстни, мерцающие драгоценными камнями. Одна фигура была высокой и худощавой, а вторая гораздо ниже и тяжелее, но в одном они были схожи – лица их не выражали ничего, кроме надменности. - Отец Хамир, - начал было высокий, намеренно растягивая гласные. – какая радость видеть Вас и Ваших учеников в этот прекрасный день. Приор улыбнулся и развел руками, от чего ворот рубашки одернулся, демонстрируя тонкую серебряную цепочку, висящую на шее, что не могло укрыться от взора гостей: - Наши стены рады вам. Вам хватит радости камней? Худощавый поморщился, а второй язвительно заметил: - А вы, Отец Хамир, похоже, подались в язычники? Ведь эта цепочка хранит явно не крест. Высокий голос толстяка резанул слух и быстро стер улыбку с лица приора. Мужчина наклонил голову на бок и заговорил тихо, но внятно: - Ваша наблюдательность, Отец Ван, достойна уважения. Но не вам, принявшим крещение золотом, опровергать мою веру. Вы ведь помните, что священник должен быть честен, смел и.. скромен? Не так ли, дорогие гости? Бросив на Хамира высокомерные взгляды пара откланялась, отправляясь в глубь зала, выискивая изъяны. …- Да все в порядке, Кэл, угомонись! – юный епископ семенил за другом, что то и дело оправлял платье или переплетал низкую косичку. Кэллай сегодня выглядел особенно хорошо: высокий ворот белого камзола подчеркивал длинную шею, а полы до середины бедра открывали взору белые узкие брюки. Камзол был аккуратно застегнут на все крючки, а поверх него свисал розарий. - Клем, это у тебя все в порядке. Ты посмотри, все перекосилось. И косичка постоянно расплетается. – голос инквизитора мелко дрожал, вторя дрожи тела. Епископ наконец поравнялся с другом. Сам он был одет в длинный хлопковый жакет без стойки и застежек, водолазку и брюки, так же белые. Поверх водолазки находился розарий, что выделялся на фоне белого образа. Непослушные кудряшки прыгали при движении, что не давало священнику принимать полностью серьезный вид. - Брат мой, что-то я догадываюсь почему ты так волнуешься. – рыжеволосый сощурился, хитро улыбаясь. – Ты выглядишь безупречно, оставь волосы в покое. Мои вон вообще никуда не заплетаются, только посмотри. – Клемент замотал головой из стороны в сторону, от чего кудри запрыгали еще быстрее… - Счастливо встретится, Кэллай. Клемент. – юноша склонился в полу-поклоне, убрав одну руку, скрытую перчаткой за спину. Каштановые волосы убраны в низкий хвост, а торс обтянут черным камзолом с серебряными вышивками по краям и с серебряными же плетеными пуговицами. Высокий ворот камзола не скрывал ворота насыщенного вишневого цвета рубашки и агатового розария, надетого поверх нее. Узкие черные брюки на коленях скрывались в высоких сапогах, так же черного цвета. - Талли..- инквизитор выдохнул, не скрывая восхищения, а после поспешно склонился в полу-поклоне. – Счастливо встретится, Таллиесин.. Клемент повторил приветствие и радостно сообщив о наблюдаемых вкусностях быстро ретировался в сторону фуршетного стола. Молитва уже закончилась и теперь все ученики снуют по зале, общаются, пьют, едят и создают атмосферу праздника. А напарники стояли друг напротив друга, не скрывая восхищенных взглядов. - Кэл. Ты прекрасно выглядишь.. – паладин нарушил молчание и, стянув зубами с правой руки перчатку, коснулся дрожащей руки друга. – Так замерз? Подожди секунду, я принесу выпить. Брюнет быстрым шагом направился к столу, оставив инквизитора со своими мыслями. А последние не медлили и заставляли юношу покрываться ровным румянцем. - Вот. – Крестоносец появился из толпы с двумя бокалами, наполненными ароматным варевом. – Глинтвейн. Думаю, он поможет тебе согреться. - Не может быть, чтобы у Хамира все было безупречно.. – высокий Вилат брезгливо осматривал залу и клириков, что вели себя как нельзя лучше. - Да наверняка где-то есть оплошность. Надо смотреть лучше, Вилат. – поддакивал низкорослый Ван. Пара недовольно прошла мимо и проследовала к столу. Паладин склонился к уху друга и, с трудом скрывая смех, прошептал: - Знал бы ты, как быстро они все согласились вести себя как паиньки. Видимо, покладистость клириков в этот день объяснялась всего одной причиной – их убеждал Таллиесин. За общением и едой время текло приятно и быстро так, что никто не заметил, как наступила глубокая ночь. - Братья мои! – с подиума вновь заговорил приор, приковав к себе взгляды всех присутствующих. – В этот благословенный день я прошу вас всех еще раз обратиться к Богине. Ведь именно сегодня она ближе к нам, чем когда либо. Счастливо встретиться, счастливо проститься и счастливо встретиться вновь. Хамир склонился перед хором голосов и спустился в толпу, выискивая глазами лишь одну пару. - Отец Хамир? – за спиной приора вырос Вилат, скептически глядя на разворачивающегося к гостям мужчину. - Отец Вилат, Отец Ван. – Хамир учтиво склонил голову. Низкорослый подал голос: - Ваш прием нас приятно удивил. Вы были… убедительны. - Но не думайте, что это остановит нас… в стремлении принести в монастыри благо. – продолжил Вилат. – До скорых встреч, Хамир. Златокрещенная пара отправилась к высоким дверям, ведущим к выходу из храма. - Не думайте, что мы так просто сдадимся. – Настоятель скривился. На плечо ему легла некрупная ладонь – Дин стоял за спиной, мягко улыбаясь: - Идемте, Отец Хамир, нас ждет работа.