Before the sunset

Сначала Леда даже обрадовалась - свадьбу отложили на неделю вперед, чтобы дождаться оставшихся гномов из Эред Луина, успеть завезти всевозможные яства и пригласить как можно больше гостей из числа именитых людей и эльфов. Торин поторопился со сроками и потом сам понял свою ошибку - ведь у него появлялся хороший повод наладить торговые и экономические связи с другими государствами. Да и потом, первая свадьба в восстановленном Эреборе слишком радостное событие, чтобы относиться к нему легкомысленно. Но тем же вечером после объявления официальной даты Леде рассказали о косах, которые она носила на себе целый день, и девушка пришла в бешенство. - То есть, как это - мне нельзя их расплетать? - звенит ее голос в стенах комнаты. Бильбо пожимает плечами и медленно отступает к дверям. - Леди Дис сказала, что это традиция, которую нельзя нарушать, - лепечет хоббит, откровенно пугаясь злого взгляда Леды. - Косы расплести может только жених после обряда венчания... Девушка на мгновение закрывает глаза. Эру, помоги. - А волосы мыть я как всю неделю буду? - рычит она, со злостью бросая несчастную расческу обратно на столик. - Или погоди-ка: мыться тоже нельзя? Бильбо убегает, что-то нечленораздельно пискнув себе под нос. Леда остается в комнате одна, чувствуя, что готова взорваться: заколки и цепочки, которыми увешаны ее волосы в бесчисленном количестве, больно врезаются в голову, делают невыносимую прическу тяжелее в несколько раз, а сами волосы уже чешутся. Когда, говорите, свадьба? Через неделю?! Леда стонет сквозь стиснутые зубы. Она умрет без хорошего душа или бани уже на третий день, так что Кили поведет к алтарю труп невесты. Девушка хмыкает на свой каламбур, но скрыть разочарования не может. Теперь она хочет, чтобы торжество вновь перенесли на завтра. Ее затягивают в многочисленные ткани и оборки так долго, что Леда начинает гадать, нет ли какого-то еще гномского предписания о первых брачных ночах - вдруг у подгорного народа принято до самого рассвета разматывать невесту из ее одежд, наплевав на сон и то самое, для чего предназначены брачные ночи. Иначе для каких таких целей ее заворачивают в третий по счету сарафан... Когда в дверях ее покоев появляется фигура Кили, Леда не может сдержать смешок. Гном стоит перед ней, облаченный в широкий не по размеру тяжелый бархатный камзол темно-синего цвета, под ним еще какая-то жилетка, рубашка, нижняя рубашка, которую видно у основания его шеи, штаны с широким кожаным поясом, а под ними наверняка еще какие-нибудь подштанники. Голову ее жениха украшает странной формы серебряный венец, и от этого Леде становится невыносимо смешно. - Ну давай, скажи это, - усмехается Кили. Девушка тщетно борется с наползающей на лицо улыбкой. - Свадебные наряды у гномов просто умереть, какие. Ты похож на ряженую луковицу. Гном фыркает. - На себя погляди. Во сколько тряпок тебя обрядили? Леда осматривает себя, неуклюже наклоняя голову - ее теперь венчает какое-то подобие тяжелой короны, цепочки с которой падают ей на лоб, мешая смотреть по сторонам, а сзади тянется длинным шлейфом темно-синяя вуаль. Дис заплела ее злосчастные косы в совершенно невообразимую прическу-башню, которая теперь возвышается над Ледой и грозит упасть, точно она пизанская. - Я не знаю, как выдержу этот день! - стонет девушка. - Эти одежды очень тяжелые! - Что за избалованная девчонка, - ворчит Дис. Леда по привычке закатывает глаза. - Ты должна от счастья плакать, а не жаловаться! Сегодня самый важный день твоей жизни! - Я буду плакать от счастья, когда Кили распустит мне, наконец, эти чертовы косы! - отрезает девушка, а ее жених вдруг краснеет, как маков цвет. Гномки, которые помогают Леде наряжаться, смущенно хихикают. - Правду говорили, - тянет Дис в ответ на удивленный взгляд свахи, - у тебя что на уме, то на языке. Леда непонимающе смотрит на Кили, и тот почти одними губами говорит: «Косы расплетают только перед первой ночью». Девушка игнорирует смешки за спиной, но красные щеки тоже выдают ее смущение. Чтобы побороть его, она вдруг злится. - А ты почему вообще здесь стоишь? Разве жениху можно видеть невесту перед свадьбой? Она хмурится и хочет упереть руки в бока, но Дис сердито шикает на нее, и Леда обиженно останавливает себя от лишних действий. Махал, как она танцевать-то в этом всем будет? - А в чем проблема? - недоуменно тянет Кили. - У тебя предрассудки на этот счет, как у всех глупых людей? - Эй! - Леда вскидывает руку, грозя гному кулаком. - Я вообще-то тоже человек! Ее жених улыбается самой широкой улыбкой, на которую способен. - А вот и нет! Ты жительница Эребора, невеста и названная дочь гнома. Ты гномка, Леда. Он кланяется матери и уходит, подмигивая напоследок девушке. Три фифы за спиной Леды, которые должны бы ей помогать, сдавленно хихикают и шушукаются, и девушка слышит приглушенный шепот одной из них: - Так и знала, что безбородый гном выберет себе в жены кого-то еще более странного! Дис слышит это и оборачивается, чтобы прикрикнуть на болтушку, но ее опережает Леда. - У него борода еще вырастет, а вот у тебя мозгов не прибавится, если ты будешь всех обсуждать за глаза. Обиженная гномка открывает рот, чтобы ответить, но видит злой взгляд леди Дис и поджимает губы. Леда фыркает в сторону. Когда с приготовлениями, наконец, покончено, к девушке, оставленной на целых полчаса в одиночестве, является Фили. - Ну, сестрица, - уже привычно кидает он, - как настрой? Кили там уже по стенам ходит, так ему не терпится взять тебя в жены, - гном хмыкает себе в ус, видя, что у Леды не дернулась ни одна мышца лица. - А ты, я смотрю, опять спокойна, как скала. Похоже, в вашей семье роль беспокойной женушки достанется моему брату... - Прикуси язык, - шикает девушка. - Взгляну я на тебя, когда ты будешь жениться. Фили смеется, осматривает фигуру Леды с ног до головы, будто оценивает и не скрывается, и удовлетворенно хмыкает. - Разве что ты мне найдешь жену, на себя похожую, а? - он усмехается, а Леда неодобрительно хмурится. Не смешно. Ей становится не по себе, туго затянутые тряпки мешают двигаться и дышать, ожидание затягивается так долго, что она начинает не на шутку волноваться, а слова клятвы вылетают у нее из головы быстрее ласточек. Дис заставила девушку выучить весь обряд так, чтобы она могла повторить все действия закрытыми глазами, и, слава Йаванне, обмениваться длинными фразами у гномов не принято, но Леда все равно не может вспомнить какую-то пару слов. - Отныне навеки и всюду не я, но мы, - шепотом проговаривает про себя девушка, закрывая глаза. Цепочки в ее волосах звенят и не дают успокоить разбушевавшиеся нервы. Фили осторожно берет ее за плечи, заставляет взглянуть на себя. - Вот теперь ты, наконец, похожа на взволнованную невесту, - тихо смеется он. - А то я уж было подумал, что мой братец мягче своей нареченной. Леда криво улыбается. - Вдруг я что-то перепутаю? - гном отмахивается, когда у девушки возникают еще более параноидальные мысли. - А если забуду, куда ногу в танце ставить? А вдруг упаду во всем этом, пока буду идти до Торина?! - Эй-эй, успокойся. Тебя же Двалин поведет, он за тобой присмотрит и не даст упасть. Двалин. Леда улыбается, вспоминая, что он сам вызвался стать ее названным отцом, когда гномы поняли, что родителя Леды никто на свадьбе не увидит. Важный этап свадебного обряда - передача гномки ее отцом будущему мужу, и Леда хотела отмахнуться от этого шага - все вдруг забыли, что она человек - но Дис встала в позу. - Представьте, что мои родители погибли в битве при Азанулбизаре, - гнула свое девушка. - И среди гномок найдутся такие дочери без отцов, не страшно! - И не подумаю! - упрямилась будущая свекровь. - Все и так постоянно напоминают мне, что мой сын женится на человеческой девчонке! Эта свадьба должна быть устроена точно по нашим обычаям, чтобы всякие сплетницы перестали говорить мне, какая ты негномка! - Слышали бы Вы, что они за моей спиной шепчут... - горько отозвалась Леда и уже хотела уйти от неприятного ей разговора вновь, когда их спор прервал Двалин. - Если вопрос стоит только в том, что у девочки здесь отца нет, то это не проблема, - он кинул короткий взгляд на свою подопечную, принимая странное решение, от которого стала вдруг зависеть его дальнейшая жизнь. - Я буду ей отцом. Все равно она вокруг меня крутится, как хвост собачонки. После этого они не разговаривали и не виделись - Леда была погружена в предсвадебные хлопоты, Двалин помогал Торину в переговорах с Гондором, и у обоих просто не было времени. Теперь Леда нетерпеливо ходит из угла в угол, ожидая, когда за ней придет ее неожиданный названный отец. Как только Двалин появляется в дверях ее покоев, девушка радостно всхлипывает и вдруг бросается к нему, утирая слезы с выбеленных щек. - Ну-ну, - гном в замешательстве и не знает, что делать - до девочки и дотронуться-то нельзя без опаски что-нибудь испортить в ее сложном наряде - но Леда сама подходит и обнимает его. - Спасибо, Двалин, - шепчет она, снова вызывая в гноме приступ неприличной нежности, от которой он злится. Негоже мужику чувствовать себя как плаксивая баба, а эта негодница раз за разом вышибает из него дух. - Ну хватит, - кряхтит Двалин, с осторожностью отодвигая от себя внезапную дочь. Вот уж действительно новости похлеще этой свадьбы - гном решил удочерить человека. - Идем? - Леда доверчиво прижимается к боку Двалина, и ему вдруг становится наплевать на толки гномок-сплетниц, которые ругают человеческую девчонку за ее спиной. Все проходит до неприличия правильно и даже скучно. Правда, так думает только Кили: он бесконечно улыбается, почти не смотрит по сторонам и держит Леду за руку все то время, пока они повторяют слова короткой клятвы и отдают дань Махалу и его жене. Девушка же постоянно оглядывается по сторонам, ей все кажется новым, странным, необычным, как будто это и не она вовсе прожила среди гномов под горой целый месяц до этой церемонии. Леда нервничает от количества наблюдателей, заметно дрожит, когда Кили ведет ее в традиционном танце, и уж совсем теряется, как только их сажают за длинный стол с нагромождением всевозможных угощений для новоиспеченной пары и их гостей. - За молодых! - раздается громкий крик, звенят кружки и льются рекой напитки. Леда замечает эльфийскую семью за дальним углом. - А мне можно поговорить с гостями? - неуверенно шепчет она Кили. - Я не нарушу никаких правил? Гном удивленно вскидывает брови и качает головой. - Нет, но ты должна поесть сначала, - говорит он, накладывая невесте в тарелку баранью ногу с жареным картофелем с зеленью. Девушку от волнения мутит при виде еды, но она послушно съедает маленький кусочек. Тяжелый головной убор чуть не падает с ее волос на обеденный стол, и Леда жмурится от боли - венец впивается в кожу, тянет. Этот день с его неудобствами, как бы счастливо себя девушка не чувствовала, длится вечность. - Поздравляю, молодые! - вдруг раздается голос Глойна. Леда и Кили видят его с семьей по правую сторону и спешат кивнуть в знак приветствия. - Поздороваемся? - с надеждой спрашивает девушка. Гном молча встает из-за стола, подает ей руку и ведет к боевому товарищу. Леда нетерпеливо подпрыгивает при ходьбе, отчего Кили лишь понимающе хмыкает: она прожужжала ему о сыне Глойна все уши целую неделю, как только узнала о скором прибытии последних гномов из Синих гор. - Знакомьтесь, - с гордостью говорит Глойн. - Это моя жена Фрона и сын Гимли. Леда переводит взгляд с рыжеволосой миловидной пухлой женщины на гнома-подростка - у него едва пробивается пушок на щеках вместо густой жесткой бороды - и не может сдержать радостной улыбки. - Здравствуйте, - кивает она женщине, кланяется Гимли и протягивает ему руку. - Привет! Я так рада, наконец, с тобой познакомиться, Гимли, сын Глойна. Гном хмурит брови и недоуменно поглядывает на мать, которая предательски молчит и не хочет объяснить ему эту незнакомую безбородую женщину. Леда улыбается и неуверенно тянет к нему руку, но гном отходит назад, стреляя в нее глазами-бусинками. Что за странная худющая безбородая тетка? - Мы рады встрече, леди Фрона, - говорит за двоих Кили, пока девушка умиляется на ее сына. - Надеемся, Вы хорошо отдохнете после длительной поездки. Леда, идем? Она почти пищит от радости, так что Кили приходится увести девушку чуть ли не силой. Фрона с мужем смотрят им вслед, и гномка неодобрительно хмыкает. - Она же совсем ребенок, Глойн. Каким трудностям подвергалась эта девочка, пока вы шли сюда? А теперь еще и эта свадьба... - Кили любит ее больше жизни, - кряхтит гном. - Не позволь Торин, он сбежал бы с ней хоть обратно в Эред Луин. - Не в этом дело, - Фрона вздыхает, подавая хмурому сыну кусок баранины. - Как человеческая девочка проживет под горой без света? Она не гномка, чтобы к такой жизни привыкать. Глойн смотрит, как Леда выплясывает с Двалином под веселую шумную мелодию Бофура, и не разделяет беспокойств жены. Она сильная, справится. Оказалось, Леду не зря наряжали в столько одежды и заматывали в несколько слоев тряпок: теперь гномы дружной гурьбой вместе распутывают ее из первой бархатной ленты темно-синего цвета, которую потом следует преподнести в дар родителям. Перед самым рассветом то же самое нужно будет проделать со второй, белой шелковой лентой, и отдать ее уже незамужней гномке. Леда терпеливо стоит в центре зала, пока вокруг нее крутятся гурьбой любопытные гномки. - Первый покров - с отцовского плеча! Не тяни, не жалей, снимай сгоряча! - кричит хором подгорный народ. Девушка находит взглядом Двалина и улыбается ему испуганной улыбкой. Гном кивает. Когда ее, наконец, разматывают, Леда чувствует небольшое облегчение - самая тяжелая вещь ее свадебного наряда оказывается у нее в руках, а не на поясе, и она идет к Двалину под песнопения веселых гномов и вручает ему ленту. Он добродушно улыбается, хотя чувствует на себе странные осуждающие взгляды некоторых сплетниц Эребора. Ну ничего, с ними Дис еще в Эред Луине справлялась, и тут, будем надеяться, не даст маленькую человеческую девочку в обиду, раз уж теперь она часть ее семьи. И сам Двалин за ней присмотрит одним глазом. - Двалин, - тихо шепчет Леда, приподнимаясь на носочках к лицу гнома. - Спасибо за все. Я, правда, считаю тебя частью своей новой семьи. Без шуток! Она торопливо обнимает его за плечи, игнорируя странные шепотки за спиной, и только радостные вопли ее родных тринадцати гномов поддерживают девушку. Двалин кряхтит, чуть приобнимает ее в ответ и отодвигает. - Все, иди уже! Тебя уж пять минут как эльфийский князек дожидается для аудиенции! Леда непонимающе хмурится - а можно ли ей идти говорить с эльфами? - и получает согласный кивок названного отца. Леголас оказывается в тени одной из многочисленных колонн. Девушка находит его не сразу, и он успевает заметить ее приход по шуршанию тяжелых юбок и звону украшений в волосах. - И как ты будешь жить среди таких шумных созданий? - усмехается он, подавая Леде руку, чтобы она могла сесть на предложенный выступ в стене. - Неужто таких шумных? - переспрашивает девушка и смотрит в зал, где уже по столу выплясывает Бофур вместе с Бифуром. У него в самом деле из головы торчит наконечник орочьего топора - и как она могла не замечать его все это время? - Видно, тебе они ближе, чем даже люди, - замечает Леголас. Леда улыбается ему, пожимая плечами. Она привыкла к гномам, выбрала свой дом, и, да, может ей будет сложно, но, совершив такой длинный и трудный путь, отступать девушка больше не собирается. К тому же, ее Кили тоже гном, а она намеревалась стать для него хорошей женой. - Они веселые, - смеясь, говорит Леда, когда Бофур падает со стола прямо на Бомбура. Странно, что жутко надменные леди-гномки не считают все происходящее чем-то невоспитанным и непоправимым: видно, такие застолья для этого народа не редкость, а вот невеста из числа людей - страшное недоразумение. Леда прогоняет прочь неуместные мысли. Она подумает об этом позже, а если вдруг какая-нибудь очередная фифа решит, что девушка недостойна зваться гномкой, она придумает, чем ответить. Отстрижет ей ее благословенную бороду, например. - Мы уезжаем завтра поутру, - неожиданно бросает Леголас, манерно вытягивая слова. Леда удивлена и обескуражена. - Но ведь празднование длиться будет неделю! Вы не можете уехать так рано! Она хлопает ресницами и смотрит на эльфа с надеждой, но он хмыкает, заставляя ее взглянуть на отца. Трандуил не выглядит ни на йоту радостным своим нынешним окружением, и все сумасшествие вокруг него кажется ему цирком. Если бы он еще знал, что это такое. Леда понимающе фыркает. - Да уж, твоему родителю следует набраться терпения, если он хочет заключить выгодный контракт с Торином. - Заключить что? - переспрашивает принц, и девушка тихо смеется. Приходится напоминать себе о различиях в культуре едва ли не по сто раз на дню. Они молчат некоторое время - Леда погружена в созерцание настоящего хаоса, который устроили ее любимые и родные гномы вместе с ватагой мелких гномиков, среди которых носится с деревянным топором в руках еще Гимли. Даже Кили, которому девушка рассказала, откуда знает сына Глойна, ее привязанность кажется странной - о чем может подумать леди Фрона, если увидит блестящий взгляд глаз Леды, и размышлять-то не хочется. Только все это не останавливает ее от умиления при виде рыжеволосого безбородого пока Гимли. - Впервые вижу детей гномов, - говорит Леголас, и Леда не выдерживает и хохочет. Знал бы этот удивленный принц о том, кого именно видит перед собой... - Это не смешно, Леда. Вдруг кто-то из таких попадется мне в пути, а я сочту его камнем на дороге? - В пути? - переспрашивает Леда, не скрывая смеха. - О чем ты говоришь? Леголас хмыкает своим мыслям. - Отец посылает меня к дунадайн. Говорит, я должен познакомиться с одним из них, - он видит, как загораются глаза девушки, и хвалит себя за находчивость: рассказать провидице о будущих передвижениях была правильной идеей - Леда, кажется, знает, о ком он говорит. - Он сын прошлого предводителя, а теперь просто какой-то кочевник-следопыт. Ума не приложу, зачем отец посылает меня искать с ним встречи. Он даже имени его не назвал. Леда снова заливисто смеется, вызывая в эльфе очередной приступ удивления. Она никогда так много не веселилась на его памяти. Должно быть, ей в самом деле уютно под этой темной горой среди упрямых ворчливых созданий Ауле. - Да король забыл просто, как его зовут, - бросает Леда и фыркает. - Держу пари, Ар-Трандуил долго думал, прежде чем сказать тебе, что ты должен сам узнать его имя, да? По взгляду Леголаса она видит, что права. - Не знаю, имею ли я право открывать тебе всю правду, - издевательски дразнится девушка. Она тянет слова, прямо как принц, и усмехается, глядя, как это сердит эльфа. - Его имя Арагорн, он сын Араторна, потомок Исилдура. Он настоящий наследник Гондора и его будущий правитель. - Король людей... - шокированно выдыхает Леголас, переводя взгляд с Леды на своего отца, сидящего в резном кресле недалеко от Торина. Он пьет третью по счету пинту вина и больше не выглядит таким уж угрюмым. Может, им стоит задержаться на день? - Вы с ним сойдетесь, - уверенно говорит девушка, толкая эльфа локтем в бок. - Приведи его в Эребор, я не прочь с ним познакомиться тоже... - она ловит непонимающий взгляд принца и заговорщицки тянет: - Что? Не каждый день встречаешь короля всех людей! А если он еще и так же хорош, как Вигго Мортенсен, то... Она мечтательно жмурится и опять хохочет, окончательно путая Леголаса. Эта девчонка совсем изменилась в своем гномьем государстве! Слава Эру, ее находит новоиспеченный муж и уводит, сердито стреляя обоими глазами - и своим, и стеклянным - в сторону эльфа. Леда улыбается принцу на прощание. - Второй покров - невинности дань! Тяни-тяни, другим отдавай! Гномы опять вертят невесту вокруг оси, разворачивая ее из белого шелкового пояса. Леда остается в красном легком сарафане и стоит, едва соображая, где пол, а где потолок. Смеющиеся гномы вручают ей в руки оставшуюся ленту и подталкивают к столпившимся недалеко незамужним девицам. У нее так кружится голова, что лица гномок расплываются перед глазами. Наконец, Леда видит хихикающее личико той самой фифы, которая шепталась о ней и Кили в покоях. Сколько же часов назад это было? - Держи, - говорит девушка, отдавая гномке ленту. - Надеюсь, ты найдешь свою истинную любовь очень скоро и не будешь вешать на всех ярлыки! Та ошарашена добрым жестом, хотя Леда вкладывала в него совсем другие помыслы. Остальные девицы завистливо ахают, гномы громко смеются, и только стоящий рядом Кили видит высокомерную улыбку на губах своей невесты и все понимает. - Ты та еще зара, - говорит он, увлекая Леду в очередной быстрый танец. Она еле переставляет ноги от усталости и блаженно прикрывает глаза, почти падая на грудь гнома. - Зара - это кто? - слышит Кили ее шепот. - «Зара» - значит «змея» на кхуздуле, - он решает, наконец, сказать ей занимательную вещь, о которой молчал и из-за которой втайне посмеивался над девушкой. - А «за» - значит «люблю». А все вместе значит «жена». - Что - жена? - Леда хмурит брови и склоняет голову. - Зараза. Лицо девушки вытягивается от удивления, и она сердится. - Что за ужасное слово! «Зараза» по-человечески значит что-то плохое - отрава, болезнь! Что вы за люди такие, кто так любимую жену называет! Кили смеется, прижимая ее лбом к своему лбу. - Мы гномы. И мы так выражаем свою любовь. Он замирает и вместо очередного поворота в танце увлекает Леду в тень ближайшей колонны. - Когда мы любим, мы говорим «Zâyung zа», - гном клюет ее в чуть приоткрытые губы и улыбается по-мальчишески задорной улыбкой. - А ты теперь должна ответить... - Zâyung zu, - опережая его, говорит Леда и ловит чуть удивленный, но радостный взгляд жениха. - Меня Балин научил недавно. А еще сказал, что признаться можно несколькими способами. И я тут вспомнила одну фразу, которую ты мне после гоблинских пещер сказал... Она улыбается так широко и радостно, что Кили снова «плывет» и торопливо, пока никто не видит, целует ее куда придется- в нос, в щеки, в ухо. - Эй! - их находит Дори и притворно сердито шикает. - Ну-ка брысь тогда в опочивальню, нечего здесь разврат устраивать! Гном выводит молодожен из спасительной тени колонны и громогласно объявляет, заставляя Леду краснеть и стыдливо прятать глаза: - Молодые отправляются на покой! Остальным кутить и веселиться, пока рассвет не придет! И да принесет эта ночь нового сына Дурина в наш дом! Кили берет Леду за руку и уводит из шумного зала под заливистый шумный смех сородичей. Она оглядывается лишь раз, чтобы найти в толпе лица Двалина и Дис и кивнуть им в знак признательности. Что ж, может, она и не гномка, но, черт побери, станет ею, невзирая на протесты матери-свекрови и всех остальных несогласных жителей ее нового дома.