Жестокое сердце

Широкоплечий мужчина с короткими каштановыми волосами, хорошим телосложением, тяжело ступая по белому мраморному полу, задумчиво смотрел себе под ноги. Он обдумывал слова Валиде Султан, которые она передала ему через Дайе-хатун. Если его, так сказать, брат, его Повелитель, Султан Сулейман, счастлив с этой наложницей Александрой, то он должен сделать все для того, чтобы сохранить это счастье. Ибрагим - брат Падишаха, как тот сам его называл. Он единственный человек, который смог так близко приблизиться к нему. Но Ибрагим всегда находился на волосок от гибели, ведь из-за малейшей оплошности мог лишиться головы. Поэтому он всегда обращает внимание на все детали и мелочи, ведь каждому хочется жить. И вот сейчас, бредя по пустому коридору в сопровождении одного евнуха, Ибрагим увидел алое пятнышко на белом мраморном полу. Другие его бы не заметили, но Ага - не другие. Наклонившись, Ибрагим коснулся до пятна указательным пальцем и растёр его, нюхая. Кровь. Столько крови было пролито в этом дворце, что ее запах навсегда остался в его памяти. Какое-то тревожное чувство нарастало в его груди. Александра – первое имя, что пришло в голову, с ней все должно быть хорошо. - Проверьте, Александра-хатун у себя в комнате. Если ее нет – обыщите весь дворец! – приказал он евнуху, и тот умчался исполнять приказ. Долгие и томительные минуты ожидания заставляли чувство тревоги все больше и больше разгораться в груди Ибрагима. И вот в конце коридора показался евнух. - Ну? – издали крикнул Ибрагим. - Александры-хатун нигде нет. Сердце Ибрагима упало. Если Повелитель об этом узнает, он придет в ярость, казнит всех, кто виноват в этом, разнесет все в пух и прах. - Сообщите Валиде Султан! Срочно! Махидевран с улыбкой наблюдала за Сулейманом, который сидел на подушке вместе с Мустафой, и что-то оживленно рассказывал сыну. Если сегодня ей удалось отвлечь Падишаха от Александры, то она не сможет это делать постоянно. Но тут раздался тревожный стук в дверь. - Да! В покои с низко опущенной головою вошел бледный, словно мертвец, стражник. - Повелитель, к Вам Валиде Султан и Ибрагим Ага. Госпожа говорит, что это срочно. Что-то кольнуло в сердце Падишаха, и он тут же подумал об Александре, из-за чего его лицо потемнело. Он, распрямившись, кинул кроткий взгляд на съежившуюся Махидевран и обратил свой взор к дверям. - Впускай. В покои величественно вошла Айше Хафса, которая была немного бледной от волнения. Следом за ней шествовал Ибрагим, при виде Султана поклонившийся. - Что привело Вас, Валиде, в мои покои так поздно? – поцеловав руку матери, произнес Повелитель. - Сулейман, только прошу: не нервничай сильно, - Валиде перевела дух,- Александра пропала. На миг в покоях воцарилось напряжённое молчание, нарушаемое лишь мирным посапыванием Ахмеда в колыбельке. - То есть, как это пропала?- наконец напряженно, с нотками нарастающей ярости произнес Сулейман. - Ее нигде нет во дворце, но это не все. Нашли кровь недалеко от твоих покоев. Сердце Сулеймана упало, ведь он не сомневался, что это кровь Александры, Его Александры. Злость полностью заполняла его разум, в такие моменты он плохо соображал. Посмотрев с яростью на Махидевран, Падишах сквозь зубы процедил: - Если ты к этому причастна, я убью тебя собственными руками. Он пулей вылетел из покоев, а следом за ним отправился Ибрагим. - Поверь, Махидевран, - нахмурившись, произнесла Валиде, - Если с Александрой что-то случится, обвинят тебя, и тогда… Она не договорила, так как уведенный на террасу Мустафа высунул голову из-за дверей. - Бабушка, - мальчик широко улыбнулся, А Хафса подошла и обняла своего внука. *** Нервно заламывая сплетенные вместе пальцы, девушка с крысиными глазками маячила по маленькой кладовой, изредка бросая тревожные взгляды на окровавленное тело рыжеволосой рабыни, которое лежало около мешков с пшеницей. Во дворце поднялась суматоха - видимо обнаружили пропажу Александры – а Гюльшах, так звали эту хатун, не успела передать тело Аге, который должен был выкинуть его в море. Ключ от этой кладовой был давно утерян, но никто не знал, что именно Гюльшах украла его по приказу своей госпожи, Махидевран Султан, именно для таких грязных дел. Вертя в руках окровавленный нож, девушка тяжело дышала, смотря на свои пальцы, запачканные кровью. Сколько она уже убила людей? Не сосчитать. Вдруг за дверью послышались голоса, но один, ледяной, выделялся среди других властным тоном: - Найдите ее! Гюльшах поняла, что это Повелитель. Все внутри сжалось, и девушка бросила тревожный взгляд на Александру, которая вроде бы еще дышала. - Здесь смотрели? – голос Падишаха был так близко, что по всему телу девушки прошлись мурашки, - ну и что, что ключ потерян?! Ломайте! Сердце Гюльшах упало, когда дверь стали толкать с той стороны, пытаясь сломать стальной замок. Хатун бросилась к телу Александры, обхватывая ее руками и представляя к ее горлу нож. Дверь сломали, и в кладовую тут же ворвались трое евнухов, а позади них сам разъяренный Повелитель и Ибрагим. Гюльшах понимала, что это ее конец, но она просто так не уйдет, а заберет жизнь этой девушки. Повелитель вышел вперед и яростным взглядом уставился на Гюльшах. - Отпусти и твоя смерть будет быстрой, - процедил он, сдерживая свой гнев. - А если я ее убью? Она ведь еще дышит, - заливаясь в рыданиях, ответила Гюльшах. - Ты будешь долго и мучительно умирать, и поверь мне: лучше быстрая смерть. - Кто приказал? Махидевран Султан? – встрял Ибрагим, прожигая ненавистным взглядом служанку. - Да, - ответила Гюльшах и отползла от Александры. - Ибрагим, сам казни ее, иначе я растерзаю ее. Верный друг Повелителя подхватил Гюльшах, взяв за предплечье, и увел ее, содрогающуюся в рыданиях. - Александра, - беря на руки свою мертвенно бледную наложницу, произнес Падишах. Он буквально побежал к лазарету, надеясь, что лекари успеют помочь его возлюбленной. Да, только сейчас Сулейман понял, что любит ее, Александру. Махидевран прижимала к себе заснувшего Мустафу, все еще находясь в покоях Повелителя. Тут бесцеремонно вошли два евнуха во главе с Ибрагимом. - Ибрагим, - пролепетала Махидевран, поднимая к нему свой взор карих глаз. - Госпожа, поднимайтесь, - сурово ответил Ага, который уже ненавидел эту женщину, ведь из-за неё мог лишиться жизни. - Что случилось? - Повелитель приказал немедленно бросить Вас в темницу и на рассвете казнить. - Нет, - отчаянно прошептала Махидевран, чувствуя, как по щекам катятся слезы,- Я ведь беременна. - Приказ нашего Повелителя не обсуждается. Один евнух забрал Мустафу из онемевших рук женщины, а второй поднял ее. - Повелитель не может так поступить! Почему? – рыдая, причитала Махидевран. - Гюльшах-хатун во всем созналась. «Ах, эта змея Гюльшах! Александра, ненавижу тебя!» - пронеслось в голове Махидевран. - Даже не смейте отрицать, это бессмысленно. - Он ведь не может убить своего ребенка, - отчаянно прошептала Махидевран, глотая слезы, - он не может убить меня…