Между смертным и бессмертным

Вот уже несколько дней я вроде как веду эту деревню. Мы двинулись на запад, надеясь, найти убежище ближе к реке. В принципе, для меня в этой ситуации не было почти ничего странного. Мне часто приходилось бывать полководцем в своей собственной фантазии, сражаться в массовых битвах, искусно владеть мечом. В том, что сейчас эти «люди» идут за мной, нет ничего удивительного. Они лишь плод моего воспалённого воображения. Вот только ощущения немного поменялись. По моим подсчётам я нахожусь здесь три дня, в реальности должно пройти не более двух часов. Как раз сейчас-то трансмедиаторы должны перестать действовать. Но я даже не чувствую привычного эффекта нереальности, схожего с тем, когда понимаешь, что ты во сне. Обычно это первый признак того, что пробуждение близко. Однако здесь всё поразительно реально, особенно боль. Всё-таки кажется, что незнакомые мне эффекты возникли из-за передозировки. Принял на одну таблетку больше, и вот результат. Скажем так, из-за большой дозы психотропного вещества повысилась чувствительность, после чего возникли болевые ощущения. Мозг начал «ощущать» фантазию по-другому. Но опять же, откуда он знает, как должна болеть рана, нанесённая мечом? Ведь самой сильной болью, которую мне довелось пережить, была сломанная нога, и то в детстве. Нужно будет исследовать этот вопрос, когда очнусь. А пока стоит быть осторожной, если я так чувствительна, то могу и помереть от боли. Я бы, конечно, перенесла фантазию в более благоприятное место, однако, почему-то не могу. Старейшины сказали, что я похожа на рохиррим... Значит, это мир Толкина, а я в него ввязалась каким-то образом. Я, конечно, люблю подобное фэнтези, но не сюда я собиралась. Ещё одно ощущение было необычным, но, скорее, приятным. Левая рука мирно покоилась на звёздной рукояти моего клинка. Он казался таким поразительно родным, что я то и дело улыбалась, глядя на него. Как так может быть? Возможно, это очередной эффект гиперчувствительности. Чёртовы трансмедиаторы! Ну и зачем, зачем я только их приняла! Наркотик – всегда наркотик, как бы красиво они его ни обрисовывали. Он дарит немного радости, а потом остаётся одна боль. А теперь я ещё и в заложниках собственного разума! Нет, нужно успокоиться. Я уверена, что такое уже бывало, просто в следующий раз нужно читать всё, что пишут мелким шрифтом. *** На шестой день путешествия со мной начали разговаривать. До этого мои несчастные иллюзии избегали меня, видимо, боялись, что я какая-то колдунья или, может, слишком дико для них выгляжу. Один только Ког всё крутился рядом, но заговаривать тоже не решался. Странный малый, но милый. Задавать какие-то вопросы мне решительно не хотелось, да и интересоваться положением вещей тоже. Скорее всего, здесь какая-то очередная война со злом. Орки, колдуны, заколдованные мечи, прочая чертовщина – средиземская романтика. Единственное, что я хочу сейчас, – быстрее вылезть из этого неконтролируемого кошмара. Теперь ещё и голова жутко болит, и плечо распухло. В самом деле, четыре часа прошло, трансмедиаторы уже должны перестать действовать. И нет, я даже не буду думать, что они не перестанут работать. Рано или поздно реальный мир заберёт меня, как уже много раз забирал. Я его неизменная рабыня, более безвольная, чем здесь. Первым игру в молчанку прервал всё тот же Ког. Этот малый явно неравнодушен ко мне. Хороший парень из раздела «просто хороших парней». Девочки о таких не мечтают. Пусть он широк в плечах, довольно высок, сложен отлично, деревенские парни вообще в основном сильный народ, а лицо какое! Красавец! Голубые глаза, мужественные скулы, загорелая кожа, будто у какого-то испанца, а волосы черны, как смола. Но не это больше всего подкупает, а одна маленькая вещица, так часто сводившая меня с ума, – улыбка. Какая невероятно красивая улыбка. За всё время путешествия я то и дело ловила себя на том, что слишком часто и внимательно смотрю на неё. Она будто за душу хватает. Однако этот хороший парень слишком прост, воспитан и застенчив. «Хороший» – вот о чём я думаю, когда вижу его. Хороший и всё. Я редко говорила, в основном, раздавала команды «привал», «разжечь костры», «запрячь лошадей». Присев у костра, который Ког разводил для меня каждый вечер, я принялась заниматься своим любимым делом – чистила Даэр и размышляла, как же меня так угораздило. Но постепенно звон меча направил мысли в другое русло. Красивое оружие. Моё. Даже не так, меч и вправду мне словно жених. Верный друг, на которого можно положиться. Что-то зашуршало слева. Я мгновенно вскинула клинок, и он оказался у горла моего деревенского красавца. – Госпожа, простите меня, – он поднял руки в примирительном жесте. – А, это ты, – произнесла я, усаживаясь на место. – Лучше не подкрадывайся ко мне. Тяжело напускать себя серьёзный вид, когда этот малый рядом. Я снова подняла точильный камень. – Прошу прощения, госпожа Рейна. Я даже не могу сделать вид, что злюсь на него. Внезапно я осознала, что соскучилась по общению с живыми людьми, а их-то было в моём «полку» почти сотня. – Говори, зачем пришёл, – я старалась сохранить маску безразличия. Только сейчас я увидела, что он принёс с собой орочий клинок. Оружие так себе, мелькнуло у меня в голове, но оно хоть способно кого-то зарубить. Однако эти бородатые мальчишки всё равно не знают, как с ним обращаться. – Научите меня управляться с мечом, госпожа! – будто читая мои мысли, выпалил Ког скороговоркой и сразу же потупил взгляд. Боги! Ведёт себя, как дева лесная. – Зачем тебе это, Ког? Хочешь кого-то впечатлить? – Я хочу защитить своих родных! – он даже обиделся. – Ну ладно, ладно. Не злись. – Подыграю своей фантазии, пожалуй, развлеку сама себя. – От чего ты их защищать будешь? – Как от чего, госпожа?! Орки ведь! – А, точно. – Я уже и забыла, почему мы постоянно куда-то идём. – Мы же скоро от них уйдём достаточно далеко, и тебе не нужно будет сражаться. Или, подожди, армия Саурона наступает? – Нет, нет, Саурон давно повержен. И более десяти лет Рохан живёт в мире под мудрым правлением короля Эомера. – Ну, видимо, мир снова в опасности, - проговорила я больше для себя. Интересное время нарисовалось. А я уж подумала, что ввязалась в Войну Кольца или что похуже – гномью-паучью-драконью одиссею. Хотя некий Лесной Король мог бы будни и скрасить. – Так, а орки что тогда? – мозг отказывается строить нормальные предложения. – Уже полгода уродины появляются в разных частях Рохана. Они часто нападают на мирные деревни, сеют панику и страх. Как и мы, никто не может от них защититься. Конечно, королевские отряды выискивают их, но не могут поймать всех. А несколько дней назад Арий увидел в одном месте больше сотни орков. – В каком это месте? – Недалеко от нашей деревни, они проходили мимо. Шли в сторону Энтвоша. Арий маленький, поэтому его и не заметили. – Ясно. Не кажется мне, что эти твари сами себя организовали. Они ведь тупые и агрессивные. Должен быть кто-то среди них, кто бы их направлял. Если бы они действовали сами, то убивали бы и уничтожали всё, что видели. А так о них слышно то тут, то там. – Вы правы, госпожа, – напомнил о себе Ког. – Вот я тоже решил, что нужно защитить себя. Опять в душу смотрит, чертяка. Ладно, раз уж я здесь, можно и поиграть со своим воображением. – Хорошо, веди остальных, кто желает обучиться. Будем познавать моё ремесло. Счастливая улыбка засияла на лице Кога, и он радостно помчался к остальным. Это будет интересно. Ещё мне под трансмедиаторами не приходилось никого обучать. А ведь точно, когда мы убили тех орков в деревне, я чётко знала, что это разведчики. Просто знала, будто кто-то прошептал мне из закоулков памяти, наказывая немедленно уходить. Интересно, что я даже не знаю, куда мы идём. Вернётся мой юный защитник, спрошу. *** Обучать этих пареньков было одним удовольствием. Конечно, там были и юноши, и мужчины, но воспринимать порождения своей фантазии всерьёз не получалось, хоть убей. Пусть чувствовалось всё до ужаса реальным, я знала точно, чем это вызвано. Теперь у меня есть маленький отряд. Девять бравых сельчан. Больше желающих не нашлось. Некоторые мужчины упорно отказывались браться за оружие. Такое я вижу впервые. Благо, мои девять смельчаков крепкие, в деревне хилых редко встретишь. Мечи в руках держали уверенно. Хотя не той стороной. Ай, ладно. Приступим! Ког, конечно, рассказал мне об орках, но, по всей видимости, это была неполная информация. Но я знаю, кто может мне всё прояснить, – мирно сидящие у костра старцы, которые то и дело о чём-то яро спорили и всё посматривали в мою сторону. Вот уж интересно, нарисовал мне разум чудную компанию сексистов. Пора вспомнить поговорку о Магомете. – Добрый вечер вам, почтенные! – попробую быть максимально вежливой. На меня даже взгляд никто не поднял. Испытание веры, что ли. – Добрый вечер! – повторила я уже громче. – И тебе добрый вечер, странница, – отозвался один из мужчин, сидевший поодаль, всё так же не поднимая на меня глаза. – У нас так и не было шанса побеседовать. Разрешите присесть в вашем круге? – я уже было собиралась сесть на голую землю. – Молодой женщине негоже сидеть со старшими в круге! – почти закричал жилистый старик, сжимающий в руках гладкую белую трость. Вопреки своим привычкам и убеждениям, я поняла, что ещё одно проявление сексизма, и я эту средневековую толпу изрублю на малюсенькие кусочки. Может, тогда эти проклятые наркотики перестанут держать меня в заложниках! – Извините, почётные старцы, – у меня даже руки дрожали от злости. – Ваши обычаи мне не знакомы. – Ничего, дитя, это не твоя вина. Впредь будь воспитаннее, – уже спокойнее произнёс старик с тростью. – А теперь ступай. Я поклонилась и отошла немного в сторону. Они снова начали о чём-то спорить, но им пришлось прерваться, потому что я выхватила ведро с водой, которое Ког проносил мимо, чтобы напоить лошадей, и, не ответив на его немой вопрос, выплеснула прохладную жидкость прямо в тесный круг старых петухов. И хоть плечо свело от невыносимой боли, и помутилось в глазах, удовольствие от растерянных и злобных взглядов этих старых хрыщей того стоило. – Да как ты только посмела! – выкрикнул мистер Костяная Трость. – Я вас чем-то оскорбила, почтенные? – невинно проговорила я. – Нельзя так неуважительно относиться к старшим, негодная женщина! – А старшим можно так неуважительно относиться к женщине, которая их дряхлые кости спасла, да ещё и называть её негодной? Они притихли, не найдя ни слова в ответ. Шоковая терапия проясняет разум. Доказано британскими учёными. – Отвечайте! – прикрикнула я. Старейшины даже подскочили. Они выразительно посмотрели в сторону мужчины с тростью. Я уже и так поняла, что его слово здесь решающее. Он тоже понял, что ему не избежать «дружеской» беседы со спасительницей. Молча поднявшись, он проследовал к шатру старейшин, но никто за ним не пошёл. Поняв намёк, я отправилась следом, улыбаясь уставившимся на нас сельчанам. Средиземский цирк, но я была не сильно груба, могла ведь и за меч схватиться, как горец за кинжал. Мой разум меня простит. Чуть позже. *** Главный старейшина, Майен, путём долгих расспросов выдал мне всю правду касательно положения дел в Рохане. По крайней мере, всё, что знал. Хоть он и прерывался каждые две минуты, чтобы попытаться «вразумить» меня или отчитать, чем невыносимо действовал на нервы, основная часть пазла была собрана. Уже несколько месяцев земли Марки страдают от злобных происков. Но в этот раз не орки стали первопричиной страданий народа, а сами же рохиррим. Роханские аристократы отнюдь не единогласно приняли нового короля, некоторые из них взбунтовались и перетянули орков на свою сторону. Самое интересное в этой истории то, что армия короля Эомера, хоть и превосходит бунтарей по численности, не может разбить врага. Что-то в этой истории не так. Чем больше Майен рассказывал, тем нелогичнее казалась история. Хотя я же сама её придумала на подсознательном уровне, зачем заморачиваться. Я жду пробуждения, а кто тут воюет, мне решительно всё равно. Но всё чаще кажется, что мозг затеял собственную игру, со мной не посоветовавшись. Спустя несколько дней после памятного разговора со старейшинами произошло то, чего никто не мог даже предположить, а особенно я. Мои парни немного начали осваиваться с мечами. Вижу, им нравится обучение искусству боя. Всё чаще они просят меня посостязаться с ними. Ох уж эта бравада. Уложить их можно за секунду, но я немного поддаюсь, пусть их боевой дух растёт. Было трудно стараться не подставлять раненую руку под удар, ведь в тренировочном бою нельзя просто избить своих протеже, им нужно помогать. Женщины прониклись ко мне симпатией, даже странно почему. Я женщин-то не сильно жалую. Но они мне даже выдали новую одежду. Девушки сшили её из обрезков кожи. Теперь я почти как настоящий военачальник. На ногах крепкие сапоги и штаны из грубой кожи, сверху батистовая рубаха и крепкая кожаная куртка. Венчает этот наряд тёплый плащ, подбитый мехом. Только сейчас я начала замечать, что дело близится к холодам, хотя днём было достаточно жарко. Ког всё время был рядом, что меня совсем не раздражало. Его немое присутствие поддерживало мой дух. Кроме того, грело также то, что я украла первого красавца на деревне. Бедные девушки бросали на него голодные взгляды, а он смотрел только на меня. Я знаю, что это неправильно, но всё же приятно. Спустя полторы недели пути, когда мы переходили через небольшой лес, случилось то, чего я так боялась – мы встретили ещё один разведотряд. Мы, в смысле я и трое ребят. Хорошо, что мне захотелось выйти на разведку. Было немного тревожно после слов старейшины об орках и всём остальном. Вражеский отряд состоял всего из пяти орков. Видимо, твари ничего не боялись, потому что жарили на костре какую-то тушку и жевали её вместе с костями. Здесь я решила не глупить. Парни, конечно, мечом два раза взмахнуть могут, но пятерых орков не одолеют. Наверное, мне это тоже не по силам. Здесь потребуется хитрость. Жестом я показала ребятам разойтись в разные стороны от костра. Сама же нащупала камень, и бросила его недалеко от себя. Как ожидалось, орки отреагировали на шум, и один из них, всё ещё сжимая недоеденный трупик, пошёл посмотреть в чём дело. Я его быстро приложила. Пока другие соображали, что да как, я налетела ещё на одного, прежде чем тот успел вытащить оружие. Минус один. В бой яростно двинулись мои ребята. Ну, всё, ещё двое лишились голов. Остался последний клиент. Но погодите-ка, что это я чувствую? Ужас… животный страх растекается по телу. Даэр становится слишком тяжёлым. Я смотрю широко раскрытыми глазами на орка, который медленно приближается ко мне. Почему я так боюсь его? Он же совсем не отличается от остальных. Не могу оторвать взгляд. Как же так? Из последних сил стараюсь не выронить меч из дрожащей руки. Ребята тоже застыли, они уже успели побросать своё оружие. Орк подходит ко мне всё ближе. Я вижу, как он заносит меч и пронзает меня. Адская боль затуманивает взгляд, в ушах раздаётся оглушительный звон. Мой крик пронёсся по окрестностям, но мгновенно затих, когда орк поднял меня над землёй за ворот куртки, злобно улыбаясь и демонстративно слизывая мою кровь с клинка. Страшно, невероятно страшно. Это же мой сон! Так больно не должно быть! Уже не надеясь на спасение, я увидела, как стрела пронзила безлунную ночь и череп ужасной твари. Мы оба повалились на землю, к счастью, огромная туша не придавила меня в этот раз. По телу пронеслось чувство облегчения, паралич, вызванный страхом, пропал. Рик, Ког и Леон кинулись ко мне, прикрывая от, возможно, нового врага. Я невольно восхитилась их мужеству. Из раны сочилась кровь, и от боли я начинала терять сознание. Ког разорвал подол своей рубашки и прижал к моей ране. Из леса выступили несколько мужчин и направили на нас своё оружие. Лук держал только один молодой белокурый парень. – Вы кто? – сказал самый крупный мужчина, видимо, вожак этой стайки. – Мы мирные рохиррим, – выдавила я с усилием. Кровь так и лилась через пальцы, зажимающие рану, чудом не убившую меня на месте. – Лучше скажите кто вы? – Мы идём из деревни Амбас, спасаемся от орочьего огня. Мужчины опустили оружие. В общем, путём переговоров, мы выяснили кто откуда, и Ког смог-таки перевязать рану. Слабость одолевала, и я провалилась в сон с одной мыслью: орки близко. *** Теперь нас было больше. Ещё один отряд присоединился к нам. Всего человек сорок и двадцать из них неплохо держали в руках оружие. Как выяснилось, эти люди когда-то служили в армии короля Теодена и научились кое-как махать мечами. Всё же лучше моих парней. Хотя в стратегии мало разбирались. Рана от чёрного клинка оказалась не смертельная, он прошёл почти под рукой, задев мышцы слева, видимо, мой плащ помешал орку прицелиться точно в сердце. Но я не могла лежать, теперь на мне ещё большая ответственность. Ког помогал мне передвигаться, он всегда был рядом. Мне начинало нравиться опираться на его крепкое тело, ощущать прикосновение больших горячих рук и смотреть в его небесно-голубые глаза. Ко мне отношение у мужчин поначалу было немного натянутым, но после недолгих наблюдений за моей работой и тренировками с ребятами (где я теперь могла только подсказывать), уважения заметно прибавилось. Со мной даже стали советоваться. Хотя я чувствовала себя отвратительно из-за потери крови и пульсирующей боли под мышкой. Голова начала ужасно гудеть, и тело было ватным. Воины из Амбаса рассказали, что армия союзников расположилась на противоположном берегу Энтвоша. Идти к своим было самым лучшим вариантом, иначе, кто знает, можно напасть на других странных орков, а мне совсем этого не хотелось. Ощущение боли и страха было свежим, и пережить его снова я не была готова. Боги, какие-нибудь, верните меня домой! За неделю пути к реке моё положение среди новоприбывших воинов и моего отряда укрепилось ещё больше. К тренировкам присоединились амбасцы, и все они показывали себя всё лучше день ото дня. Я часто ловила себя на мысли, что неподдельно радуюсь успехам своих учеников. Одно лишь омрачало мой путь в лагерь союзников – рана давала о себе знать. Из-за неправильного ухода она начала гноиться и жутко болеть. Как лечить её я не знала, ведь я воин, а не лекарь! Когда на горизонте уже замаячили флаги Рохана, я благополучно отключилась прямо посреди степи.