Through the soul

— Андрей, я тебе тут немного мёда принесла. Таня говорит, что ты гречишный любишь... засахаренный, — с тёплой улыбкой Кристина протянула мне маленькую баночку, за что получила мою вымученную улыбку. — Спасибо... – мда, я заболел. Как всегда, когда осень и зима борются за свои права, я стабильно на неделю-две простужаюсь. — К мёду надо обязательно лимоны! Можно я зайду к вам, а? Тань? – сверля ревнивыми недовольными взглядами Кристину и её подношение, девушки умудрялись умоляюще смотреть на мою сестру, чтобы она ответила за меня. Потому что я начинал переходить в состояние крайнего неадеквата: меня знобило, хотелось спать (или об стенку шибануться пару раз, дабы унять истерию). — Андрей, ты просто обязан поправиться. Мы такой сценарий придумали! Тебе понравится, — чуть ли не пропела Ксюша, примеряя парик пепельных волос длиной чуть ниже плеча. — Везёт ему, только пару прядей нарастить и всё, — вздохнула новоиспечённая художница “BL” после n-ной попытки водрузить себе главный элемент косплея на голову. — Обрежу нафиг, — пробурчал я, прижимаясь пылающей щекой к прохладной поверхности стола. — Только попробуй! – возмущению Тани не было предела, — Ты ещё где-нибудь видел такую ранимую очаровательную сволочь, подобную тебе? Нет? Вот видишь, ты вымирающий вид!.. – моя сестра умеет поднять настроение и сделать комплимент. — Чудно. Теперь я редкий экземпляр, — как же хорошо закрыть глаза, оставляя все разговоры на грани шума, что смутно слышится сквозь дрёму... — Алиэн,.. совсем измучился... – её руки мягко гладят мои волосы, отросшие почти до лопаток, — ничего, скоро всё закончится, потерпи... Каруэл, быстрее!.. Сердце пронзает резкая боль, когда Разбивающий Души рывком выдёргивает клинок из... моей груди?.. — Так, на сегодня хватит. Андрей, вот выпей, — всё ещё не очнувшись от обрывка сна, хватаю ртом воздух, пытаясь откашляться, в то время как мне в руки суют кружку с тёплым чаем. — У нас ещё есть три недели, ты сама если что объяснишь ему что к чему... там же всё просто. В крайнем случае переиграем. Кстати, Дима только на следующей встрече появится, через неделю, — Ира, хозяйка квартиры, провожала пришедших, и попутно заглядывала на кухню, где осталась Таня и я, уже переставший кашлять, но всё ещё чувствующий боль меж рёбер. До дома десять минут ходьбы сквозь промозглый колючий ветер, и потом спать, спать, спать... — Всё нормально? Сможешь дойти? — Тань, успокойся. Бывало и хуже, — с трудом делаю последний глоток чая, что прокатывается саднящей болью по горлу. Хлопнула внешняя входная дверь, после чего в квартиру вернулась Ира, скидывая с себя куртку, и закрывая за собой вторую дверь. — Тань, если что можете у меня переночевать, родителей всё равно сегодня не будет допоздна, — девушка растрепала тёмно-рыжие волосы, торчащие во все стороны наподобие ёжика. — Мы уже уходим, спасибо, — шмыгнув носом, поднимаюсь на ноги и ставлю кружку в раковину, после чего направляюсь в коридор к вешалке с одеждой. В висках начинает колотить, а перед глазами растекается марево как в жару над асфальтом. — Яд уже разнёсся по крови, надо сделать более концентрированный отвар, — в камине уютно потрескивают дрова, но в комнате стужа. Горячая стужа. Такое бывает? — Таэрон, держи его. Я почти закончил, осталось только прокипятить... – часть зелья, шипя, расплескалась по дровам. — Аккуратнее! — Сам вижу. «Преграды между нами нет... Верь, просто верь. Больше ничего не нужно. Поделись своей болью, позволь мне забрать её...» — обжигающая жидкость касается губ, болью от ожога на мгновение проясняя воспалённое сознание... — Андрей, очнись! – резко потянув меня в сторону, Таня вывела меня из прострации. Похоже, что мы уже давно на улице и на том месте, куда я почти наступил, проехала машина. Тупо кивнув вместо ответа, всё же шагаю на проезжую часть. Кажется, уже зелёный загорелся. По крайней мере, меня всего лишь придерживают за руку, а не силком тащат куда-то. До дома добираемся быстро... или это я снова вижу вокруг картины из своих снов? Это же не нормально! Вздыхаю, и тут же жалею об этом: холодный воздух обжигает лёгкие, вызывая новый приступ кашля. Уже второй за сегодняшний день. Наконец, противное пищание домофона оповещает о прибытии в подъезд, а скрипение замка и звон ключей словно симфония в честь моего спасения. Теперь только спать, больше ничего не хочу. И мама, видя моё состояние, только подаёт градусник, чтобы я смерил температуру, перед тем как уснуть, после чего оставляет меня в покое, не забыв впихнуть в меня жаропонижающее. К полуночи температура, несмотря на данное лекарство резко поднялась. 39,8°. Голова как чугун, глаза тупо смотрят в одну точку, мысли мечутся беспокойными тенями, меняя очертания и не до конца формируя свой смысл. Тяжесть и боль отступают, когда сбоку прижимается что-то тёплое и ласковый шёпот прогоняет начинающийся бред: — Просто верь, больше ничего не нужно...