Боль со вкусом тебя

Боже, сколько я спала? Может сутки? Хотя, нет. На часах всего пять утра. Стоп, а почему тогда я проснулась? Ах, да. Я проснулась от жуткого крика, который доносился из коридора. Я привстала с кровати, прикрываясь одеялом, и принялась слушать. Это был Франциск. Он орал, как потерпевший. Его топот по квартире отдавался вибрацией в моих ушах. - Боже мой, Эмма! Как ты могла не видеть, куда она пошла? Она должна была быть в спальне! Где она, твою мать?! Было понятно, что он ищет меня. Также понятно, что он в бешенстве из-за того, что не может меня найти. Но я не двинулась с места. Я была решительна в своих действиях. А сейчас я намеривалась ни в коем случае не впускать сюда своего мужа. Я просто не могу видеть его лицо, иначе меня стошнит. Боже, опять тошнота! Но я сдержалась. Рвота покинула меня. Пока. - Господи! - его крик был настолько пронзителен, что мне стало страшно. Сейчас он не злился, он был напуган. - Почему рвота в моем кабинете? И... туфли. Мария, где ты? Мэри! - я услышала, как его шаги сменились бегом. Он открывал дверь за дверью, с каждым разом все больше наращивая скорость. Наконец, он достиг двери в мою спальню. Он дернул за ручку, но дверь не открылась. - Эмма, открой эту чертову дверь! - потребовал он. - У меня нет от нее ключа, сэр. Он был только у миссис Валуа. - Дерьмо! - выругался он и заколотил в дверь. Я притаилась, чтобы не выдать себя. Я просто не могу его сейчас видеть. Он разбил мне сердце, растоптал его. Теперь оно обмякшее и беспомощное. Мне нужно время, чтобы оно зажило. Хотя бы чтобы не плакать в его присутствии. - Мэри? Ты там, детка? - спросил он более мягко. На глазах навернулись слезы, а зажала рот рукой, чтобы не издавать никаких звуков. - Эмма, срочно позови Макса! Живо! - крикнул он, и я услышала отдаляющиеся шаги Эммы. Через пару минут пришла и она, и Макс, как я поняла. Затем послышался звон ключей. О Господи, откуда у него ключи?! Меня парализовал ужас. Я впилась руками в матрац, боясь, что сейчас Франциск войдет сюда. Мне нужно еще время... время! Но его у меня не осталось. Я заметила, как повернулась дверная ручка, открывая дверь. Чуть только появился зазор, я смогла разглядеть мужа. Его трепетные глаза, промокший и грязный костюм, опухшие губы и растрепанные волосы. Я смотрела на него с безразличием. Мое сердце смогло ожесточиться по отношению к нему. Я должна показать ему, что он для меня ничто! Обязана! Закрыв за собой дверь, он быстро подбежал ко мне. Я же была напугана, не знаю, от чего. - Боже, Мария! Как я испугался, - он хотел меня обнять, но я отстранилась. Он же округлил глаза и посмотрел на меня. В моих глазах застыл ужас и страх, а сами они были красные и пустые. - Мэри, что ты тут делала? Почему не спала в нашей спальне? - я вновь молчу, отодвигаясь дальше от него. - Боже, ты не заболела? - его рука скользнула по моей ладони, но я ее быстро убрала. - Ты будто ледышка. Я немедленно звоню врачу, - он вновь приблизился ко мне. На этот раз я вскочила с кровати, прикрываясь одеялом. - Убирайся, - почти шепотом проговорила я, будто пробуя это слово на вкус. - Что? - немного с иронией спросил мой муж. - Убирайся прочь! - уже более решительно проговорила я. - Проваливай! - Мария, с тобой все в порядке? - на вопрос я не ответила, все было написано в моих глазах. Франциск медленно встал, но направился не на выход, а ко мне. Он не пытался обнять меня или поцеловать. Его глаза просто впились в мои. - Его нет... - тихо пробормотал Франциск. - Света в глазах нет... Мария, что произошло? Я замотала головой и вновь посмотрела на него. - Ты, - тихо сказала я. - Нет... - тихо проговорил мой муж и попятился назад, затем плюхнулся на кровать. О Боги, до него дошло! - Мэри, нет... - вновь повторил он. - Уходи, - вновь повторила я. Но он не двинулся с места. Тогда я закуталась в простыню и пошла к выходу. - Мария, прости меня, - услышала я перед тем, как выйти из комнаты. Я пришла в нашу спальню и быстро натянула на себя халат. Затем я принялась собирать вещи. Слава Богу, что мы еще не распаковывали чемоданы. Через час я была готова. Надев джинсы и белую футболку с кедами, я вышла из спальни и направилась в гостиную. На диване сидел Франциск. В руках у него был стакан с виски, а сам он был подавлен. Я даже рада видеть его в таком состоянии. Мой муж поднял на меня глаза, когда услышал легкий скрип колес чемодана. Увидев мои сумки, он пришел в ужас. В его глазах застыл... страх? - Мэри, прошу, - прошептал он, приближаясь ко мне. - Поздно, Франциск. Ты предал меня, наш брак, нашу любовь. Ты говорил мне слова любви, но они оказались ложью. Скажи, сколько раз за ночь ты оттрахал Анну? Наверное, она была просто счастлива, когда ты попросил ее позвонить, - я утерла слезу, которая пробежала по моей щеке. - Все кончено, Франциск. Я подаю на развод. Если ты его не подпишешь, я пойду в суд. - Мария, позволь лишь объяснить... - Нет! - резко выкрикнула я. - Твои поступки важнее слов. Однажды ты мне это говорил... - Мэри, прошу, позволь мне лишь объяснить. Это было не то, о чем ты подумала... - Хватит, прошу... С меня хватит, - проговорила я. - Если в тебе осталась хоть частичка любви ко мне, отпусти меня. - Не могу. Не хочу! - прокричал он, отбирая у меня сумки. - Лишь выслушай меня! - Я не люблю тебя! - крикнула я, перебивая его. Его взгляд оцепенел и приковался к моим глазам. - И никогда не любила. Я играла твоими чувствами. А ты такой лапочка, знаешь? Сначала я думала, что буду долго за тобой гоняться, но ты сам клюнул на меня. Ты был игрушкой в моих умелых руках. Ты говорил мне, что любишь меня и так далее. Все эти многочисленные сопли, которые я терпела день за днем. Но ты зря старался, мальчик. Мне нужны были только деньги. И знаешь, что? Я вытрясла из тебя по полной программе. Мне нужен был лишь повод, чтобы уйти. И вот он настал, наконец-то! Ты был игрушкой. Тупой вещью без мозгов. Пару минут он молчал, а затем вновь обрел голос. - Забери все... Мне не нужно ни цента без тебя. Забери бизнес. Все деньги твои! И мне плевать на то, что ты манипулировала мной по твоим словам. Но я не верю тебе. - Придется поверить, - пролепетала я дрожащим голосом и прошла к лифту. - Удачи с Анной, милый, - последнее, что я видела, был Франциск, переворачивающий кофейный столик.

***

До меня до сих пор не доходит. Только мы были так счастливы, а теперь он говорит, что жалеет о нашем браке. Что могло произойти? Почему он вновь вернулся к Анне? Помоги мне, Всевышний, справиться с этим... - Мэри, тебе уже лучше? - спросила Экки, усаживаясь на край моей постели. - Да, намного. Спасибо тебе, Эк, что приютила, - я взяла со столика таблетку обезболивающего и быстро проглотила ее. Сейчас я в Сиэтле у Экки. Ее сосед совсем не против, что я тут живу, видимо, ему приятно мое общество. Кстати, его зовут Гейб. Он очень милый и открытый парень. У него темные вьющиеся волосы и глаза темнее ночи. Если я не ошибаюсь, то он из Техаса. Уж больно слышен акцент. Как только я ушла от Франциска, сразу направилась к Кенне и Башу. У них я перекантовалась весь этот день, упиваясь слезами. А ночью мы поехали в Сиэтл. Да, это не то, что я себе воображала... Я должна была жить в шикарной квартире, которая сделана по моим эскизам, с любящим мужем. А что теперь? Любимый муж мне изменил, а я вынуждена жить в двухкомнатной квартире с лучшей подругой и пацаном, которого знаю пару часов. - Франциск звонил? - Еще как. Я уже выключила телефон, потому что меня достал мой рингтон. - Может, тебе стоит его выслушать? Наверное, ты все неправильно поняла в тот день. - Эк, что я могла не правильно понять? Он четко сказал, что жалеет о нашем браке, что тут не понятного? Экки лишь покачала головой не в силах больше ничего ответить. Она медленно поднялась с постели и открыла шкаф, выбирая наряд. Через пару часов моя подруга ушла, а я, наконец, поднялась с кровати. Зайдя в ванную, первым делом я посмотрела в зеркало. На моем лице было написано: «Ничтожество». Может, именно поэтому Франциск мне изменил? Наверное, он тоже видел эту надпись на моем лбу. Да что уж там, ее скорей всего видят все. Даже те девушки из Вероны. Теперь-то я понимаю, почему они так удивились, что я его жена. Я приняла душ, чтобы хоть как-то смыть с себя следы от измены. Каждая клеточка моего тела ныла и кричала: «Ты никому не нужна!» И я постепенно мирилась с этим. С каждой минутой мне становилось все хуже. А сердце не заживало, оно гнило все сильней. Выйдя из ванной, я заглянула в свой чемодан. Я рылась в нем, пока не нашла там футболку голубого цвета с надписью «Me...». Эта футболка принадлежала моему мужу. Не знаю почему, наверное, я полная дура после этого, но я решила ее надеть. Я натянула спортивные шорты и эту футболку. В нос сразу врезался запах Франциска. Такой родной, а теперь такой чужой... Что же мы наделали?! Я села на диван и вновь заплакала. Слезы текли ручьями из моих глаз, пока вся набивка дивана не пропиталась солоноватой жидкостью. Но вдруг звонок телефона. Боже, я же его выключила! Но это был точно не мой звонок. Наверное, Экки оставила мобильник дома. Я встала с дивана и взяла в руки телефон подруги. Одним легким движением руки я приняла вызов. - Алло, - почти уверенно сказала я в трубку. - Мария, это я, - я услышала до боли знакомый голос своего мужа. Только не это... Я хотела тут же бросить трубку, но вместо этого держала ее все крепче в руке. Внутри все вспыхнуло с новой силой. Я вновь вспоминаю тот вечер. Как я ползу на карачках по его кабинету, как меня тошнит от звуков, исходящих из телефонной трубки. Боже, за что? - Прошу, только не бросай трубку. Дай мне сказать. Мэри, я люблю тебя и плевать, что ты была со мной только ради денег, хоть я в это и не верю. Мне плевать на все... - Ложь! - тихо и твердо сказала я. - Ты любишь лишь себя. Никого более! Я для тебя ничто. Так оставь меня в покое! - тут же я бросила трубку на пол, но вызов продолжался. - Я был таким, но ты меня изменила. Ты дала мне понять, что такое любовь. Мария, прости меня. Дай мне лишь объяснить тебе, что произошло той ночью. Прошу... - я молчала, не в силах отвечать. - Если ты согласна, то приходи сегодня в наш дом. Ведь без тебя он пуст. Послышались гудки. Господи, я так хотела кого-нибудь избить, желательно своего мужа. Но вместо этого я начала собираться. И зачем я это делаю? Но Бог знает, к чему приведет это решение. Я обязана хотя бы узнать, что привело его к измене, хотя сама до тошноты не хотела его видеть. А может, и хотела? К часу дня я была готова. Вызвав такси, я поехала по знакомому мне адресу. Чем ближе мы подъезжали к цели, тем бешеней колотилось мое сердце. И вот, наконец, я здесь. Я сообщила свою фамилию охране, и двое мужчин меня мигом пропустили. Конечно, ведь мы в пентхаузе! Карточка пропуска у меня имелась, ведь я собиралась тут жить, как бы. Я зашла в лифт, вставила карточку, ввела пароль и приготовилась к неизбежному. Через несколько секунд я уже была на двадцать пятом этаже. Это было мое любимое число, и мой муж постарался сделать так, чтобы все было идеально, включая номер этажа. Как только лифт остановился, и двери открылись, я затаила дыхание. Перед моими глазами была сказка, которую создала я. Гостиная, в которой я сейчас очутилась, была в точности, как я хотела. Повсюду цветы и небольшой комнатный фонтанчик. Комната напоминала скверик. Тут даже вместо дивана удобная лавочка, на которой выгрированы различные надписи. Такие как: «Мария + Франциск = Любовь» или « Выше звезд», а еще «Моя любовь с тобой навечно». Все тут было именно так, как я всегда мечтала. Небольшая сказка для нас двоих, в которую мы бы попадали каждый раз, приходя домой. Но Франциск предпочел нашему счастью эту корову! Никогда не смогу понять этого... На огромной стене напротив были наши различные фотографии. Ими была усыпана вся стенка. Их подсвечивали маленькие светильники, вставленные в стену. Они напоминали светлячков. Если тут все, как я описывала дизайнеру, то, когда выключается свет, на потолке загорается множество маленьких лампочек, словно звезд. Я провела рукой по небольшой скамейке у окна, когда услышала шаги. Обернувшись, я увидела мужа. Я его почти не узнала. Он выглядел совсем не лучше меня. Такое впечатление, что он постарел лет на двадцать. На нем были спортивные штаны, белая майка и тапочки, которые мы купили в Париже. - Привет, - прошептал он мне тихо. - Здравствуй. Я жду, - надев маску безразличия, я присела на лавочку. - Мэри, я подыхаю без тебя... - Мне тебя совсем не жаль. Я пришла выслушать не то, как тебе плохо. - Я знаю... Его глаза бегали в разные стороны. Ему действительно паршиво, и я это видела. Моим единственным желанием сейчас было обнять и утешить его и себя. Но я держалась. Я должна узнать правду. - За что ты так со мной? Что произошло такого, что ты вдруг решил мне изменить? Что я сделала не так? Неужели ты и правда жалеешь о нашем браке? - я завалила его вопросами и жаждала на них ответа. - В тот день, когда мы только приехали в Портленд, мне пришло электронное письмо. Я не обращал на него внимания, потому что был сильно занят тобой, но когда ты уехала к друзьям, я решил немного поработать и наткнулся на это письмо. Оно было от Анны, - Франциск провел по волосам и присел рядом со мной. Ему было тяжело говорить. - Там ничего не было написано, лишь фотография... Твоя фотография, - на мгновение я замерла. - На ней ты голая прижатая к стеклу. В голове все смешалось. Это же был мой день рождения. Наш последний раз перед свадьбой... - Но как? Откуда? Не может быть... - я не могла целостно говорить. - Я не знаю, черт возьми! - взвыл он и вновь взялся за волосы. - Я сразу же пытался ей позвонить, но она не брала трубку. А когда ты пришла, она перезвонила... Дальше все было сыграно по сценарию. Она сразу же обозначила свои условия. А если я их не выполню, то эта фотография разлетится по всему миру... Кроме того, она меня убедила, что у нее таких фотографий много. Мэри, она хотела тебя опозорить, понимаешь? А меня она хотела выставить насильником! - теперь у него была истерика, а я пыталась все это понять. - Ее условием был секс? - осторожно спросила я. - Да. И небольшая «роль». Все, что ты слышала, говорил не я. Сначала я не понимал, зачем ей нужна эта игра, но, когда вернулся домой, все понял. Ты все слышала... Теперь все встало на свои места. Мария, я никогда бы не сказал того, что сказал, в здравом уме. Я был вынужден... В этот момент я был привязан к кровати, а она восседала на мне. Мария, я знаю, что мне нет прощения... - Ты сказал, что жалеешь о нашем браке, - не дослушав его, перебила я. - Это больнее измены. - Это не так! Мария, наш брак - лучшее, что случилось со мной. Поверь мне! Боже, неужели ты не помнишь, как нам было хорошо? Неужели ты думаешь, что я притворялся? Мэри, я не настолько хороший актер. Я также знаю, что, когда ты уходила, твои слова были ложью. Ведь так? - Конечно. В это только кретин поверит. Я просто хотела побыстрей уйти, надавив тебе на больное, - мне стало легче, поэтому я стала разговаривать более тепло и душевно, а не как машина или робот. - Ты простишь меня? - с надеждой спросил он, но я покачала головой. - Не могу... - прошептала я, и из глаз хлынули слезы. - Я понимаю, что ты это сделал ради нашего счастья, но это слишком, Франциск. Я могу простить все, но не измену. Я люблю, люблю тебя! Но не могу простить... Прости, - я медленно встала и вышла из квартиры. Мне было так плохо и больно, что и не описать. Сейчас я хотела, чтобы на меня свалился метеорит с неба! Еще и башка раскалывается, будто по ней колотят молотком! С одной стороны, я понимаю, что Франциск хотел, как лучше, но с другой - измена. Не могу и не хочу этого понимать. Может, напиться? Да, точно! Это будет лучший способ хотя бы на пару часов забыть о боли в сердце, которая меня раздирает и пожирает изнутри.