Вечерний перекур
29 апреля 2015 г., 03:18
Чикаго медленно погружался в темноту. Солнце давно спряталось за горизонтом, а прохладный ветер усердно разгонял пыль, что осела на дорогах за целый день.
В доме Галлагеров было довольно тихо, несмотря на то, что время было ещё детское. Каждый был занят своими делами, напрочь забыв про ужин.
Йен не спеша спустился по лестнице на кухню, держа в руке полупустую пачку красного "Мальборо", Йен подошел к холодильнику и, опустив руку с сигаретами в карман своей зеленой толстовки, дернул за почти оторванную дверцу. Заглянув внутрь холодильника, он внимательно осмотрел всё содержимое и, вздохнув, достал бутылку с апельсиновым соком. Толкнув ногой дверцу, Галлагер отошел от холодильника и поставил сок на столешницу. Отвинтив и отбросив в сторону крышку, он сделал пару глотков. Закончив с соком, Йен поставил галлон обратно на столешницу и, облизав губы, поднял взгляд на лестницу, с которой послышались шаги.
И вскоре на кухню спустилась Фиона, на ходу натягивавшая на себя униформу.
Короткая юбка, едва прикрывающая белье, и облегающая майка сулили хорошими чаевыми. Хотя разгуливать в таком виде по спорт-бару с пивом для похотливых мужиков, едва ли приносило Фионе радость.
Но лишние деньги семейству не помешали бы. Так что девушка бралась за любую подработку, даже ту, от которой её тошнило.
Йен окинул сестру оценивающим взглядом и усмехнулся:
― Отлично выглядишь! Но мне казалась, что Хэллоуин только через неделю, ― улыбаясь, произнес он, на что Фиона демонстративно подняла руку вверх и, закатив глаза, показала брату средний палец.
Йен вздохнул и, качая головой, прошел мимо сестры, усевшись на стул напротив обеденного стола.
Достав из кармана пачку, он вытащил одну уже изрядно помятую сигарету и принялся крутить её в руках.
― Я думала, ты бросил ― обходя стол и поднимая кеды, что валялись у двери, произнесла Фиона и, плюхнувшись на стул рядом с братом, посмотрела на него.
Но Йен лишь пожал плечами и продолжил смотреть на сигарету, из которой то и дело высыпался пересушенный табак.
― У тебя всё в порядке? ― спросила Фиона и принялась обуваться.
― Много чего происходит… ― кивнул Йен.
― Как у вас со… ― начала было она, но замялась.
― Стэном? ― уточнил Йен и поднял взгляд на неё.
Фиона неловко улыбнулась.
― Все нормально, он просто много работает в последнее время, ― ответил Йен и снова переключился на сигарету.
Девушка вздохнула и, осмотрев брата, поджала губу.
Йен не казался ей расстроенным, он будто был очень сильно озадачен чем-то, но чем, видимо, делиться вовсе не хотел. Что, конечно, сильно расстраивало Фиону. Ещё раз оглядев брата, девушка пожала плечами и встала из-за стола. Обойдя Йена, она подошла к стиралке и, подняв с пола сумку, начала укладывать в неё самое необходимое для ночной смены.
― А как у тебя с Милковичем? ― после небольшой паузы спросила она и обернулась к брату.
Йен нахмурился и немного напряг челюсть.
― В плане? ― произнес он, зажав сигарету между пальцев.
― Ну, тебя не парит, что он теперь работает на Стэна и всё такое? ― тоже немного нахмурившись, уточнила Фиона, заметив, как брат напрягся от упоминания о Микки.
Йен закусил губу и, сжав сигарету сильнее, сломал её пополам. Зажав в руке обе половины, он резко встал из-за стола.
― Нет, мы с ним почти не пересекаемся, так что меня это никак не задевает, ― ответил Йен и, подойдя к раковине, выкинул в мусорное ведро остатки красного "Мальборо".
Вдруг входная дверь, ведущая на задний двор, хлопнула и на пороге появилась Мэнди. Фиона резко повернулась и, увидев на пороге как всегда мрачно накрашенную девушку в чёрной длинной парке, усмехнулась.
― О-о-о! Вспомнишь солнце, вот и лучик! ― воскликнула Фиона и, всплеснув руками, повернулась обратно к брату.
Йен, отряхнув руки от табака, тоже обернулся к неожиданной гостье. Увидев стоящую в двери девушку, он удивлённо задрал брови вверх и широко улыбнулся.
― Ого! Вот это неожиданно! – произнес Йен и, раскинув руки, пошел к подруге. ― Ты когда вернулась? – обнимая её, спросил парень.
― Где-то час назад, ― вздохнув, ответила Мэнди и, обнимая в ответ, добавила: ― И я уже умудрилась переругаться с Микки и Светланой.
― Ну, это неудивительно, – закатив глаза, произнес Йен и, поцеловав подругу в макушку, отстранился.
Фиона, наблюдавшая за всем этим со стороны, удивлённо выгнула бровь и покосилась на брата, который ещё секунду назад был словно скала, что чуть не извергла горячую лаву при одном упоминании о Микки.
Но увидев, с какой радостью и искренней улыбкой Йен смотрит на подругу, Фиона лишь пожала плечами и продолжила собирать сумку.
― Ну и как там жизнь за пределами Саутсайда и Чикаго? – улыбаясь, спросил Йен и, наклонив голову в бок, осмотрел девушку с ног до головы.
― Пф-ф, будто ты не знаешь? ― фыркнула Мэнди и помотала головой.
― Я вообще-то был в армии, а не гонял по штатам стопом, ― усмехнулся Йен.
― Йен, проконтролируй, чтобы Лиам почистил зубы, а Дэбби легла спать пораньше, у неё завтра контрольная, ладно? – обращаясь к брату, попросила Фиона.
Йен в ответ лишь кивнул и, приобняв Мэнди за плечо, толкнул ту в сторону двери.
― И чтобы Карл тоже спал к моему приходу! ― крикнула Фиона вслед брату.
― Окей-окей, ― подняв руку вверх и махнув ей пару раз, ответил Йен и, открыв входную дверь, вытолкнул себя и Мэнди на улицу.
Закрыв за собой дверь, он повернулся к подруге и расплылся в улыбке.
― Что? ― выгнув бровь, спросила Мэнди и удивлённо посмотрела на него.
― Я скучал, ― вздохнув, ответил Йен и осмотрелся по сторонам.
― Бля, думаешь, я нет? – толкнув друга кулаком в плечо, усмехнулась Мэнди и, переступив с ноги на ногу, тоже посмотрела по сторонам.
Простояв в тишине пару секунд, девушка вынула из-за уха аккуратно скрученный косяк и, показав его Йену, вопросительно задрала брови, как бы говоря "покурим?"
***
— Зачем ты это сделала? — передавая косяк подруге, после небольшой паузы спросил Йен. Они лежали на старом потрёпанном матрасе, который был закинут Йеном на крышу раздолбанного минивэна, укрывшись старыми спальниками. Йен сделал это «место под звёздами», когда вернулся из армии. Ему нужно было время опять привыкнуть к обычной жизни, и ночное небо ему в этом хорошо помогло. — Сделала что? — взяв самокрутку из рук Йена, переспросила Мэнди и затянулась, выпуская густой дым в небо. — Ты знаешь, о чём, — закатив глаза и улыбнувшись, ответил Йен и откинул голову на немного отсыревший матрас. — Зачем растрепала Микки? — привстав на локти и посмотрев на Йена, спросила она. Йен ничего не ответил, лишь перевел взгляд на звёзды. — Он спросил меня, знаю ли я что-нибудь про новичка, что активно продвигаться в Сауде, а я сказала, что только знаю, с кем он спит — произнесла Мэнди и, усмехнувшись, добавила: — Ты бы видел лицо моего никчемного братца в тот момент, когда я назвала твоё имя! Затянувшись ещё раз, она протянула самокрутку другу и плюхнулась обратно на матрас. Но Йен только вздохнул и, молча забрав самокрутку, затянулся. Холодный ветер забирался под спальники, вызывая волны мурашек по телу, но укутываться сильнее Йену было слишком лень. После небольшой паузы, Мэнди немного нахмурилась и, повернувшись на бок, посмотрела на друга, который медленно выпускал изо рта аккуратные колечки. Закусив нижнюю губу, она опустила взгляд и тихо произнесла: — Прости... Йен немного повернул голову и тоже посмотрел на Мэнди. — Я просто была уверена, что Микки не пойдет дальше, а просто взбесится и поревнует чуток. Как тогда, с врачом, — добавила она и уткнулась Йену подбородком в плечо, на что тот лишь вздохнул и, ещё раз затянувшись, кивнул. — Это даже немного забавно, — выпуская дым, произнес он. — Что именно? — поинтересовалась Мэнди. — Да вся эта ситуация в целом, — усмехнулся Йен, натягивая на голову капюшон. Мэнди забрала у друга уже почти сгоревший косяк и, затянувшись в последний раз, скинула его с крыши фургона. Выпустив дым Йену в плечо, она тоже вздохнула и закрыла глаза. — Мой брат ― козел, — фыркнула Мэнди и придвинулась к Йену. Тот усмехнулся и тоже перевернулся на бок. — Мой брат тоже козел, — вздохнув, ответил он и обнял подругу за плечо, притягивая к себе. Мэнди открыла глаза и, поджав губы, посмотрела на него. — Такой козел, что таких ещё поискать надо, — добавил Йен. Но Мэнди лишь усмехнулась и, снова закрыв глаза, сильнее прижалась к нему. — Бля, какого же черта ты гей?! — сказала она после небольшой паузы, на что Йен прыснул от смеха и, продолжая смеяться, уткнулся носом ей в шею. Чикаго медленно погружался в ночь, а холодный ветер поднимал засохшие листья, закручивая их в бешеном танце.
