And especially fuck you!!!

       23 ноября 20:49 Сообщение входящие от: рыжий лобок «Микки, нам надо поговорить». 23 ноября 21:01 Сообщение входящие от: рыжий лобок «Черт, Микки! Возьми трубку! Нам надо поговорить!» 23 ноября 21:34 Сообщение входящие от: рыжий лобок Абонент «рыжий лобок» звонил вам 6 раз. Последний раз в 21:28. 23 ноября 23:17 Сообщение входящие от: рыжий лобок «Микки, блядь! Если ты мне не перезвонишь, я сейчас припрусь к тебе домой!» 24 ноября 00:17 Сообщение входящие от: рыжий лобок «Да пошел ты ко всем чертям!» 24 ноября 00:28 Сообщение входящие от: рыжий лобок «Твою мать Микии! Нам правда надо поговорить!» 24 ноября 00:32 Сообщение входящие от: рыжий лобок «Микки!»

***

       Прикурив очередную сигарету, Микки, хмурясь, выпустил дым в салон автомобиля и, быстро облизав пересохшие губы, огляделся по сторонам. За окном уже совсем стемнело и только редкие фонари освещали улицу. Заметив в зеркале заднего вида приближающийся к машине силуэт, Микки тяжело вздохнул и, затянувшись, медленно выпустил дым через нос, пытаясь хотя бы немного успокоиться. Не то чтобы его сильно волновал предстоящий разговор. Нет, его больше волновали последствия разговора. А, учитывая, каким мог быть непредсказуем его собеседник, Микки ожидал чего угодно. — Привет… — тихо произнес Йен, открыв дверь пассажирского сидения и, не дожидаясь ответа, залез в машину. — Ага, — кивнул Мик и, не поворачиваясь к Йену, ещё раз затянулся. Он до сих пор не мог понять, почему согласился встретиться. Единственным, чем он мог оправдывать себя, было то, что Йен просто засыпал его огромным количеством сообщений и останавливаться, похоже, не собирался. А от них Микки уже тошнило. Может потому, что он старался не придавать случившемуся большого значения, или, может, просто старался об этом не думать. Но, в любом случае, обсуждать он ничего особо не хотел. Да вот только Йен этого понять никак не желал. — Мы куда-то поедем? Или просто посидим? — спросил Йен, пытаясь поудобней усесться. — А какая разница? — почти без каких-либо эмоций спросил Милкович и все-таки слегка повернул голову, окинув своего незваного пассажира беглым взглядом. Йен, сидевший рядом с ним, в черной парке с торчащим синим капюшоном, что был наполовину натянут на голову, выглядел не менее нервным, хоть и пытался это скрыть, прикрываясь своей самой милой улыбкой и спокойным голосом. Пропустив вопрос мимо ушей, Йен, наконец, нормально уселся и, повернувшись к Милковичу, вздохнул. — Микки… — начал было он, но тут же остановился, будто пытался подобрать более подходящие слова. На что сам Мик лишь закатил глаза и, затянувшись еще раз, выкинул наполовину истлевшую сигарету из окна. — Давай без лишней херни, ладно? — выпустив дым, предложил Микки и, положив руку на руль, пару раз провёл большим пальцем по кожаной обшивке. — Это без какой же? — нахмурившись, спросил Йен. — А мне почем знать? Это ты рвался со мной поговорить, — пожав плечами, ответил Милкович и, мотнув головой, передвинул рычаг коробки передач и, вывернув руль, выехал на дорогу. Йен хотел было что-то ответить, но резкий писк заставил его отвлечься и перевести взгляд на мигающий значок, что как сумасшедший затрясся на панели управления. Заметив непонимающий взгляд Йена, Микки вздохнул и, не отрываясь от дороги, произнес: — Пристегнись. — А… — кивнул Йен и, быстро притянув ремень, закрепил его в замке. — Крутая тачка… — спустя короткую паузу заметил Йен и, оглядев переднюю часть салона, добавил: — Наверно круто на такой ездить после той, что была у вас с братьями. А какая это модель? — Мы и вправду будет обсуждать БМВ, что арендовал для меня твой ебарь?! — на последнем слове Микки сделал ударение и, нахмурившись, быстро кинул взгляд на Йена, который тут же немного напрягся. Конечно, Микки бы предпочел сейчас обсуждать, что угодно, хоть все заповеди, лишь бы не ситуацию, из-за которой он оказался тут, но, понимая, что, чем быстрее они начнут, тем скорее закончат, Микки решил, что пора действовать. Мысленно построив маршрут до дома Галлагеров, Мик выехал на перекресток и, перестроившись в левый ряд, остановился на светофоре. — Ну так? Йен неуверенно покосился на Микки и, выпрямившись, стянул с головы капюшон. — Просто хотел убедиться, что для тебя это ничего не значит… и что ты не решил, что после того… — запнувшись, Йен нервно облизал губы и, замельтешив взглядом по дороге, быстро добавил: — и что после того случая у нас что-то опять будет. — Пф-ф-ф, — фыркнул Микки и газанул, стоило светофору переключиться на зелёный свет. Проехав перекресток, он опустил одну руку с руля и, не поворачиваясь к Галлагеру, произнес: — Опять будет? Да у нас никогда ничего и не было. Так, потрахались пару раз, и всё. И вообще, с хера ли ты мне всё это говоришь? Меня это как касается вообще? От слов Милковича Йен широко распахнул глаза и в шоке посмотрел на него. — Тебя это как касается? Ты что, издеваешься? Вообще-то это ТЫ меня поцеловал! Это ты всё начал! — выпалил Йен. — Я? — также шокированно спросил Мик. — А кто ещё? — начиная злиться, уточнил Йен. — Или мне тебе напомнить, как ты своими чертовыми руками стал бесцеремонно меня лапать? — добавил он. — Что-то я не помню, что бы ты был сильно против, — немного обидевшись на слова Йена, съязвил Мик и резко завернул в переулок. — Да ты застал меня врасплох! Что мне нужно было делать? Оттолкнуть тебя и закричать! — не унимался Галлагер. — Наверху, если ты помнишь, все это время был Стэн! Стэн! Твой босс! БОСС! И мой парень! ПАРЕНЬ, МИККИ! — Да? Ну, тогда, может, тебе следовало мне врезать, а не стонать как последняя шлюха?! — резко затормозив, выпалил Мик и, повернувшись к Йену, добавил: — Ты хотел убедиться, что я больше не полезу к тебе? Или что? Если да, то будь спокоен! Ты можешь и дальше продолжать ебаться со своим парнем. Я в трусы к подстилке своего босса не полезу! Мне жить, знаешь ли, охота! От злости Йена всего передернуло, и он, сжав кулаки, стукнул по бардачку и повернулся к Милковичу. — К подстилке, значит?! Вот кто я ― подстилка!!! Это, значит, ты подстилку тогда просил не уезжать! А нет. Точно, я же забыл! Ты не смог нормально попросить даже! А знаешь почему? Потому что ты ― сыкло, Микки! Блядкое Саутсайдовское СЫКЛО! Всегда им был и всегда будешь!!! У тебя был шанс и не один! Но вместо этого ты зассал, а сейчас вместо того, чтобы просто сказать всё как есть, сначала лезешь, и я ведь видел… Видел, что ты хотел! И, скорее всего, всё ещё хочешь, но ты труслив настолько, что не можешь даже просто сказать! Не то чтобы хоть что-то сделать! Как и тогда, когда предпочел жениться на сраной русской шлюхе!!! — НУ ВСЁ! С МЕНЯ ХВАТИТ! — резко стукнув по рулю, крикнул Мик и, отстегнувшись, выскочил из машины. Йен, тяжело дыша, внимательно смотрел на то, как Микки обходит машину, и только, когда тот подошёл к его двери, матерясь, вскрикнул: — Чёрт! Но Микки уже выдернул его из салона и, со всей силы стукнув об соседнюю дверь, прижал к автомобилю. — Сыкло, значит? — нанося первый удар под ребра, крикнул Мик и сразу же врезал ещё два раза, но уже чуть ниже. Йен сначала попытался оттолкнуть от себя Милковича, но, поняв, что это будет сложно сделать, быстро схватил обеими руками голову Мика и со всей дури ударил ему по всё ещё незажившему лбу головой. От резкой боли, у Микки из глаз будто искры посыпались и, отшатнувшись, он немного ослабил хватку, чем Йен тут же воспользовался и, скинув с себя чужие руки, отодвинулся в сторону, придерживая нос одной рукой, так как на него пришлась большая часть удара, и из-за этого из него тут же пошла кровь. — Ах ты сука! — прошипел Мик и, замахнувшись, накинулся на Галлагера, прижимая его снова к машине, при этом проехавшись кулаком ему по челюсти. Вцепившись снова, они наносили друг другу удар за ударом. — Чёртов ублюдок! — прокричал Йен, оттолкнув от себя Микки, на что тот лишь сильнее замахнулся и в очередной раз ударил Галлагера по лицу. — Обсудить ему надо было! Как же! Блядская подстилка! — прошипел Мик и, ухватившись за куртку Йена, повалил того на промерзшую землю. Забравшись сверху, Микки замахнулся из-за всех сил, но тут же замер, заметив то, как на него смотрит Йен. Заметив глаза, что были наполнены обидой и страхом, и при всём при этом жуткой злостью и ненавистью. — Ну давай же! Давай! Добей! Тебе не впервой! — всхлипнув, вдруг провопил Йен и, перестав дергаться в разные стороны, задрал подбородок, подставляя Микки отличное место для удара, на что тот лишь удивленно выгнул бровь и, тяжело дыша, поднял взгляд. — Ну же! — уже шепотом повторил Йен, но Микки только молча опустил руку и попытался встать. Выпрямившись, Милкович попытался выровнять дыхание, пока Йен продолжал лежать на земле. Через пару минут тишины, что прерывалась исключительно на тяжелое дыхание обоих, Микки провёл рукой по мокрой от крови челке и, заправив её назад, шагнул к машине. Захлопнув пассажирскую дверь, Мик обернулся на всё ещё лежавшего Йена и, вынув из кармана непонятно как уцелевшую в такой драке пачку сигарет, быстро закурил. Приподнявшись на локти, Йен попытался встать на ноги, но почувствовав резкое головокружение, решил, что пока повременит с этим и лишь продолжить сверлить Микки взглядом, хотя походу тому было высоко насрать на него и все его взгляды. А голова трещала так, что и говорить не хотелось . — Ну что? Обсудили? Доволен? — выпустив дым, спросил Мик и, закатив глаза, продолжил что-то бормотать себе под нос. После чего он обошёл машину с передней части и, остановившись возле двери, поднял взгляд на Йена, что к этому моменту опять попытался встать и уже находился в полусогнутом состоянии, придерживая себя одной рукой за живот. Осмотрев изрядно помятого и запачканного грязью и кровью Галлагера, Мик немного скривился. Ему, вообще-то, не хотелось бить Йена и уж точно не хотелось получать от него. Но что вышло, то вышло. И то, что вышло, увы, душу не грело. — Что? — фыркнул Йен, отхаркивая кровь в сторону, и провёл тыльной стороной ладони по рту, тем самым пытаясь стереть остатки кровавой слюны. Затем он задрал голову и злобно уставился на Микки. Но Милкович лишь снова опустил взгляд и, выдвинув немного челюсть вперед, выпустил дым себе под нос: — Я не знаю, что ты пытался сказать мне тем вечером, и я вообще не знаю, что там у тебя в голове за пиздец твориться, из-за которого ты всё это делаешь, но одно я знаю точно. Делаешь ты всё, только хуже.