And especially fuck you!!!

       — Йен? Йе-е-е-ен?! — Фиона окликнула брата в очередной раз, но уже немного громче, тем самым ненароком привлекая внимание Стэна и Липа, что оживленно беседовали с противоположной стороны стола. — А? Что? — переспросил Йен, резко отрывая взгляд от тарелки и поднимая его на сестру. — Я спросила, хочешь ли ты ещё картошки? — держа в руке большое фиолетовое блюдо с уже остывшим печеным бататом, спросила Фиона. Йен непонимающе покосился сначала на неё, а потом на блюдо, но уже через мгновение быстро замотал головой и коротко ответил: — Нет, спасибо. Тяжело вздохнув, Фиона перевела взгляд на Стэна, но тот сразу же расплылся в улыбке и, положив руку на живот, погладил себя по белоснежной рубашке. — Спасибо, Фиона, но я уже сыт. Всё было очень вкусно! В ответ Фиона лишь расплылась в милой улыбке и, поставив блюдо обратно на стол, заправила за ухо кудрявую прядь, что выбилась из не самого аккуратного на свете пучка. — Пока ты снова не отключился, передай, пожалуйста, мне вино. И вообще, где ты витаешь? —Обратилась девушка к брату через секунду, окидывая его при этом немного осуждающим взглядом. Йен молча передал сестре бутылку, но поняв, что Фиона от него не отстанет, если он не даст ей хоть какой-нибудь ответ, вяло пожал плечами. — Просто устал, — ответил он и окинул взглядом стол, за которым уже было на много меньше людей, чем в начале ужина. И это было не странно, так как на часах, что висели на стене, время было уже совсем недетское. — Эм-м, ну окей… — также пожав плечами, ответил Фиона и, плеснув себе в стакан ещё немного вина, перевела взгляд на Липа со Стэном. — О чем вы там так воодушевлённо беседуете? А? Без особого интереса Йен тоже перевел взгляд на уже успевшую поладить парочку, но поймав на себе немного обеспокоенный взгляд Стэна и его добрую улыбку, что почти весь ужин не сползала с него, тут же опустил взгляд обратно в тарелку и нервно закусил нижнюю губу. «Чёрт…» — подумал Йен и, вздохнув, прикрыл глаза. Он просто не мог перестать думать обо всём, что произошло несколькими часами ранее. Слишком уж ярко перед его глазами стоял образ запыхавшегося от поцелуя Микки и его влажных, раскрасневшихся губ. «Чёрт…» — повторил про себя Йен. — Чёрт, Микки… — прошептал Йен, стоило тому на секунду отстраниться от него. Тяжелое и горячее дыхание Милковича опаляло покрасневшие губы, а немного затуманенный, полный желания взгляд непрерывно был направлен на бледное лицо усыпанное веснушками.  — Микки, — шепотом повторил Йен, но тот ничего не ответил. Лишь мотнул головой и, переместив руки с воротника йеновской футболки на плечи, быстро обвил их вокруг шеи, тем самым утягивая в новый поцелуй. Возможно, чуть позже Йен и сможет найти себе тысячу и одно оправдание, а, возможно, даже пожалеет о случившемся, например, завтра или уже через секунду. Но сейчас… сейчас он, особо не задумываясь, отвечал на столь жадный поцелуй, всем телом подавшись вперед и руками обнимая Микки за спину. Сейчас он не о чем не хотел думать, а может просто даже не мог. Ведь та сила, с которой Микки прижимал его к себе, та нескончаемая жадность, с которой Милкович целовал его, и та скорость сердцебиения, что чувствовал Йен, прижимаясь к чужой груди, ― всё это просто выбивало землю из-под ног, что невольно подгибались колени, а мысли… Мысли не стояли на месте. Они носились нестройным хороводом и словно спешили уплыть куда-то, оставляя только бесконечное желание. Желание того, чтобы это поцелуй не заканчивался. Рука Микки медленно переместилась с шеи Йена по его груди, и уже через секунду холодные и немного испачканные в крови пальцы уверено забрались под футболку, вызывая соприкосновением с тёплой кожей у Йена очередную волну мурашек, а у Микки слабую ухмылку сквозь поцелуй. Поцелуй, от которого губы уже начали болеть. Подавшись не много вперед, Микки захватил бедра Галлагера своими ногами и с силой вжался в него всем телом.От чего тот не сдержавшись простонал ему в губы, стоило Микки прижаться к его паху своим, а рукам царапнуть бледную кожу. На, что сам Микки ответил лишь большим напором, и попытался углубить поцелуй.  — Очертчтожетыделаешь, — почти проныл Галлагер, нехотя отрываясь от губ Мика, и, тяжело дыша, попытался перевести дыхание. Прижавшись ко его лбу, Йен глухо выдохнул и опустил взгляд, отчего тут же на его щеках выступил румянец, ведь глядя на то, как под его футболкой рука Милковича слишком уж нежно для них обоих проводит пальцами по слабым, только, что оставленным царапинам, впалому животу и выпирающей тазобедренной косточке. Все это никак не помогало сердцу Йену перестать колотиться как бешеному. — Микки… — прошептал Йен, пока тот в свою очередь лишь медленно облизал пересохшие и покрасневшие от поцелуя губы. И от одного только вида Йен готов снова пуститься в этот бешеный, поглощающий его целиком поцелуй. Но вместо этого он немного отстранился и заглянул в голубые до невозможности глаза. В глаза, которые всегда говорили намного больше, чем их обладатель, глаза, в которых многие и не увидели бы ничего, кроме обычной Сайтсайдской пропасти. Но Йен всегда видел в этих глазах даже больше, чем сам иногда мог понять. И сейчас, смотря на Микки, Йен тоже видел слишком много. Слишком много противоречий и столкновений. И это одновременно пугало, но при этом чертовски притягивало. Но раздавшиеся вдалеке шаги по ступенькам вырвали Йена, а также все его мысли и ощущения с корнем, оставив только дикий животный страх. Резко отскочив от Микки, он, матерясь принялся заправлять растрепавшуюся челку назад, то и дело кидая на Милковича испуганный и немного злой взгляд. Потому что, в отличие от него, Микки не пытался предпринять меры предосторожности и как-то помочь скрыть то, что произошло с ними минуту назад. То, о чём Йен уже начал жалеть, то, что произойти не должно было. То, чего так боялся и при этом ждал Йен. Но он в этом никогда себе не признается. Нет. — Ну, как вы тут? — с порога спросил Стэн, проходя в столовую и на ходу кладя телефон на столешницу. Он подошёл ближе к сидевшему к нему боком Микки. — Да всё отлично! — быстро, без каких-либо эмоций, ответил Мик и, поворачиваясь полубоком, слабо кивнул. Йен в свою очередь даже не пошевелился. Замерев у холодильника, он молча стоял и старался даже не дышать. — А с тобой-то что? — обойдя столешницу и подойдя к нему, спросил Стэн и, положив руку ему на плечо, попытался заглянуть в его глаза. На что того всего передернуло и, быстро развернувшись, Йен отскочил в сторону, на ходу подхватив аптечку и бросив беглый взгляд на больно довольное лицо Микки. — Йен? С тобой всё нормально? — обеспокоено переспросил мужчина, пока Йен укладывал аптечку в шкафчик. — Да, все окей. Я… просто… — закрыв дверцу, Йен нехотя повернулся к Стэну и, кивая, добавил: — Просто морально готовлюсь к ужину. — К ужину? — вдруг удивленно переспросил Микки и, покосившись на мужчину, выгнул бровь. — Да, мы сегодня ужинаем у Йена дома со всей семьей, — поджав губу, ответил Стэн и, окинув с ног до головы явно странно ведущего себя Йена, перевел взгляд на Микки и, слегка нахмурившись, кивнул. — Да неужели? — немного наиграно и с нотками сарказма произнёс Милкович, отчего Йена пробила нервная дрожь и, выдвинув немного челюсть, он перевел взгляд со Стэна на Микки. — Да, но суть не в этом, Микки. Я сделал пару звонков и скажу, что они были не самые плодотворные, поэтому ты должен в точности рассказать мне обо всём, что произошло на твоей встрече, — перешёл к делам Стэн и, подойдя ближе к Милковичу, облокотился о столешницу. — Ну, когда я приехал… — начал Микки, спрыгивая со столешницы, при этом немного скривившись от боли, — … сначала вышел тот мелкий, как его ― Дин? Но Стэн перебил его, не дав договорить: — Йен, тебе наверно лучше пойти. Мы скоро должны уже выехать, — оборачиваясь, предложил он и, ещё раз окинув его взглядом, добавил: — У тебя немного крови на лбу. — Нахмурившись заметил мужчина и быстро взглянув на Микки произнес —Прими душ, хорошо? А мы пока с Микки всё обсудим. Йен лишь слабо кивнул и быстрым шагом направился к выходу, опустив взгляд в пол, стараясь не смотреть на Стэна, и тем более не смотреть на Микки. Проводив взглядом Йена, что так старательно тер лоб, Микки слабо, еле заметно усмехнулся и закусив губу перевел взгляд на мужчину — Ну так о чем я. Первый вышел Дин. — Последнее, что услышал Йен, стоило ему вскочить на лестницу и устремиться на верх, продолжая на ходу стирать кровь со лба. Кровь, которой он испачкался, целуя Микки Милковича. Микки мать его Милковича! — Поможешь мне с тарелками? — наклонившись к брату, спросил Лип, тем самым выдергивая того из мыслей и воспоминаний, что наполнили его голову под завязку. Йен кивнул и, поднявшись из-за стола, принялся складывать посуду. — Кажется, Фионе понравился твой новый парень, — усмехнулся Лип, мотнув головой в сторону гостиной, где на диване сидела их старшая сестра и, смеясь, что-то рассказывала Стэну. — Или ей понравилось вино, что он принёс. Ты в курсе, что это бутылка сто… — Да какая разница, он же правда ничего так! — не дав договорить брату, произнёс Лип и, взяв стопку посуды в руки, понес её к раковине. Йен лишь закатил глаза и, вздохнув, поднял миску с недоеденным салатом. — Вижу, тебе он тоже приглянулся, — усмехнулся Йен, ставя салатницу рядом с раковиной. — Ну, чувак с мозгами вроде, староват правда, но походу это просто твой типаж — пожав плечами, ответил Лип и, стряхнув остатки еды в урну, поднял взгляд на брата. — И, в отличие от тебя, он хотя бы говорить пытался за ужином. Какая муха тебя укусила? Весь вечер как в облаках! Йен попытался что-то сказать в оправдание, но Лип его опередил:  — И не говори мне, что ты устал, ладно? Ты сто раз можешь отжаться, а потом ещё и марафон пробежать если потребуется. В ответ Йен лишь пожал плечами и, вздохнув, прислонился спиной к столешнице, на что Лип лишь фыркнул и, поджав губу, продолжил разбираться с тарелками. Простояв в тишине пару минут, Йен перевел взгляд на брата и произнёс: — Мы целовались. — Бля, я же не просил тебя рассказывать о том, чем вы с ним занимаетесь. Или что ты там пытаешься мне рассказать? Йен мотнул головой и поморщился: — Да не со Стэном! Боже, зачем мне тебе это рассказывать? Усмехнувшись, Лип посмотрел на брата, но, увидев насколько тот серьёзен, тут же нахмурился. — Стоп, что? Тогда с кем ты целовался? Но Йен не ответил, лишь опять качнул головой и, опустив взгляд, скрестил руки на груди. Простояв в тишине пару секунд, Лип непонимающе посмотрел на брата, на что тот лишь продолжил сверлить взглядом пол. И тут до Липа дошло. Его лицо заметно вытянулась, а брови в шоке задрались вверх. — О боже, только не говори мне, что ты опять за старое… Серьёзно? Бля, Йен! Опять?!