Волшебник

      После завтрака мы посетили оружейную лавку. И вторую тоже. И даже в кузницу зашли, но подходящего для Фи оружия так и не нашли. "Лёгкие" в местном понимании арбалеты по стандартам Тирании однозначно классифицировались как средние и поражали исключительной одинаковостью изготовления, различаясь только способом взведения: были и рычажные, и воротковые. Тяжёлые арбалеты тоже были, но всего несколько штук, все как один -- с воротом, двухрычажного механизма, как на моём трофейном, я не видел. Луков не было вообще никаких к немалому моему удивлению, так что я купил только моток отличной шёлковой тетивы и стальных наконечников для стрел, десяток бронебойных и три десятка обычных охотничьих.       Разумеется, ни на какой север ни на какую охоту мы не собирались. И, разумеется, из деревни, название которой так и не удосужились узнать, мы вышли именно через северо-западные ворота, и даже отошли быстрым шагом людей, привычных к большим пешим переходам, до самого леса и ещё пару километров вглубь, и только тогда повернули на запад и побежали с нашей нормальной скоростью, постепенно забирая южнее и обходя деревню по широкой дуге.       Прыгать по горам нам совершенно не улыбалось.              * * *              -- Меня занимают несколько вопросов... -- задумчиво протянул я.       Говорить на ходу, когда один бежит, другая летит частыми рывками, а средняя скорость при этом уверенно подбирается с шестидесяти километрам в час, весьма затруднительно, и мы оба непроизвольно всё прибавляли и прибавляли ход, чтобы поскорее добраться до привала и нормально поговорить.       -- Я бы выразилась иначе, -- Фарисса немного грустно улыбнулась. -- Но не буду.       -- Колдун на службе пола не имеет! -- пафосно процитировал я расхожее утверждение. -- Но я с тобой совершенно согласен. По обоим пунктам. А теперь давай сверим наши вопросы. Первый -- риторический, что за хрень с нами всё время происходит, в душу её ети?!! Второй: почему окружающие так неадекватно на нас реагируют? Третий даже важнее: как именно они реагируют, в смысле -- что именно им мерещится? Даже если мы не выясним почему -- и фиг бы с ним, если хотя бы поймём, что именно происходит и как этим правильно пользоваться. На мою эмпатическую проекцию раньше никто так не реагировал, а у тебя и вообще никакой не было... к слову, сразу четвёртый вопрос: моя аура давно успокоилась и вернулась как было, насколько я могу судить, а вот у твоей внешний слой так и остался размытым, прям как у обычных кастеров, только всё равно на порядок компактнее и плотнее. Что ещё? Ага, ещё пара вопросов чисто для общего развития: с чего это вдруг эти вольные баронства вот ни разу не похожи на то, что мне в школе рассказывали и где, чтоб им икалось, твари? Мы ведь довольно далеко на севере, деревня эта лишь на пару сотен километров южнее, чем граница Тирании, а народ тут вообще не пуганый! И арбалеты эти...       -- А что арбалеты? -- Фи моё последнее замечание явно сильно удивило.       -- А они одинаковые. В смысле, слишком одинаковые! То есть вот возьми десять первых попавшихся, разбери до винтика, перемешай все детали и собери обратно не глядя -- и получишь десять точно таких же, как и было! Ни смазывать, ни подгонять, бери и стреляй! Фантастическая точность обработки! Ладно у нас в Тирании на станках по единому стандарту всё делается, тысячами их клепают, но здесь-то откуда? А главное -- зачем? Даже этот вот мой монстр, -- я вытащил из пространственного кармана трофейный арбалет. -- Вот смотри, два рычага для взвода, достаточно спорное решение, надо быть очень сильным человеком, чтобы взвести, зато и времени сэкономишь мало не вдвое против ворота. И это точно не штучная переделка, вот смотри, можно рычаги снять и поставить стандартный вороток. И "лёгкие", которые полноценные средние по нашим стандартам, у них такая же конструкция: можно ворот, можно рычаг, правда, один, потому что слабее. Вот зачарование на нём хорошее, у нас в Тирании мне на такое лет пять копить пришлось бы, а здесь -- у какого-то рядового бандита...       -- Ну, во-первых, не такого уж и рядового, -- перебила меня жена. -- Пять человек у него под началом было, причём непростых. Ты-то не заметил, тебе что из лука стрела, что болт арбалетный -- ну летит и летит, захочешь -- отобьёшь, захочешь -- увернёшься, а я хорошо разглядела: очень быстрые, я своему в голову метила, но он почти увернулся... во-вторых, чин мы у него не спрашивали, а местную систему званий ни ты, ни я не знаем. Может, он вообще генерал на пенсии был, и у него таких арбалетов дома ещё десять штук есть.       Шутка получилась очень так себе, уж слишком мало в ней было шутки.       -- Ладно, -- вздохнул я. -- По остальным вопросам что? Что-то упустил?       Жена в ответ лишь с намёком похлопала себя по животу.       -- А это как раз по первому вопросу проходит, -- я сделал было вид, будто так и было задумано, но потом передумал. -- Но вообще, конечно, вопрос серьёзный, не хватало только неведомую магическую болячку подхватить... хотя в себе ничего такого не вижу, несколько раз уже проверял.       Я стащил новенькую куртку и рубашку и придирчиво осмотрел изнутри. Несмотря на взятый нами приличный темп -- за четыре часа мы пробежали почти двести километров -- ткань выглядела абсолютно целой. Жена сразу же переместилась мне за спину, придирчиво разглядывая новоприобретённые "украшения". Я тоже глянул... насколько смог без зеркала... не глянул, в общем.       -- Стали чуть заметнее. Цвет тёмно-серый, и всё. Ничего не чувствуешь особенного? -- она потыкала и поскребла ноготком чешую на спине... я только хмыкнул в ответ. -- А, ну да... а здесь?       Пальчик переместился на поясницу.       -- Всё равно никакой разницы.       Я обернулся, только чтобы увидеть, что жена уже тоже сняла с себя лишнюю одежду и внимательно изучает полосы на собственном животе -- вполне телесного цвета, больше прежнего выделяющегося на фоне молочно-белой кожи. Спускаясь на бёдра и заходя на спину полосы выцветали и истончались, плавно меняя оттенок на голубовато-серый. Жена решительно покрутила меня разными боками, придирчиво разглядывая, вроде, совершенно не задетые новообразованием места.       -- Я бы сказала, что мои полосы соответствуют твоему цвету, только гораздо бледнее! Вот, смотри внимательно, я знаю, что ты все оттенки путаешь, но уж постарайся, -- мне пришлось присесть, чтобы она смогла приложить своё бедро к моему, параллельно ведя пальцами двух рук, но идею я понял.       -- Типа поменялись. А поскольку ты у нас белая и пушистая, -- на последнем слове жена ткнула меня маленьким кулачком, больше для проформы, чем всерьёз, хотя когда я сказал это в первый раз, ещё в том мире, рассердилась на нехитрую шутку, мол, где-то белая, а где-то и пушистая, вполне взаправду, -- то мои полосы -- просто выцветшие.       -- Ты ничего не хочешь мне рассказать? -- со строгим прищуром, но лишь наполовину шутя, спросила супруга. -- Про огоньки и что было потом? А то ведь так и молчишь до сих пор...       -- Да нечего особо рассказывать, -- я вздохнул. -- Чуть не опоздал я. В лагере какой-то аспирант "ой, а что это там за свет на севере, ой, давайте посмотрим!"... мы их всех под крышу, а я только тут сообразил, что вы ещё полчаса тому вернуться должны были, ну и рванул во весь опор. Робу где-то на полдороге потерял, бежать мешала. Эти двое в расщелину забились, туманом накрылись, а ты на цепочке болтаешься, в отключке, огоньки тебя тянут, что твой магнит... Ну я к тебе сиганул, цепочка оборвалась, но я в тебя вцепился всеми конечностями, хвост вообще узлом завязал, чтобы наверняка... И вырубился, ауру подобрать не сообразил, да и если бы сообразил -- вряд ли бы помогло, если уж даже тебя вырубило... -- я снова вздохнул из-за не самых приятных воспоминаний. -- Как-то так. Очнулся в горах, со второй попытки. Посмотрел по сторонам и потихоньку потопал на юг -- вроде как к океану, а потом ты очнулась и дальше сама всё знаешь.       -- А какое сегодня число, знаешь? -- и интонация, главное, такая ехидная-ехидная!       -- Понятия не имею, а на что это влияет?       -- Ну как сказать... -- она поставила правый локоть на левую ладонь и демонстративно задумчиво потёрла щёку указательным пальцем. -- Получается, четыре дня нас болтало непонятно где и неизвестно как. А сопротивляемость у нас, хоть и высокая, но вовсе не абсолютная.       -- Трое суток... Практически ровно, -- поправил я жену. -- Первый раз я очнулся ночью, луна светила. Я бы сказал часов десять-одиннадцать ночи, если я правильно представляю её движение... в общем, начало ночи. А второй раз -- уже утром... повезло, что нас никто не съел...       Я передёрнул плечами: осознание собственной беспомощности всегда изрядно выбивало меня из колеи. Фарисса тоже поёжилась.       -- Ладно, там где ты ничего не можешь -- ты не должен ничего хотеть. Что там дальше по списку? Почему так реагируют -- ты сам сказал, какая-то эмпатическая проекция, не иначе как с тебя расползлась на нас обоих и мутировала неизвестным образом. Как именно реагируют -- непонятно, смотри предыдущий пункт. А вот как пользоваться -- наоборот, очень даже понятно: молча делать умное лицо, как и всегда... С аурой сложнее. Чувствую себя немного непривычно, но, вроде, нормально. Про баронства и тварей надо местных спрашивать, но тогда будут встречные вопросы, а вопросов нам не надо, нам надо ответов. Я в таверне немножко пообщалась-послушала там-сям, но ничего конкретного, только общее ощущение: очень давно живут мирно и спокойно... не то чтобы прям халява, ничего подобного, но и точно не как у нас, "всё для фронта, всё для победы"... Но тогда оружие ещё более странно выглядит, да?       Я вдруг немного безумно -- даже на собственный слух -- хихикнул и пояснил в ответ на вопросительный взгляд жены:       -- У Вселенной чертовски странное чувство юмора. Мы с тобой оба к магии почти иммунны... Из-за того, что лишь "почти" -- поймали какую-то магическую хрень, а из-за того, что всё-таки иммунны -- она на нас не действует, и мы не можем понять, что же это за хрень. Смешно. Наверное... Нет?       -- Ну-у-у-у... практически да, -- всё же улыбнулась Фи.       Я открыл рот и закрыл.       -- Что такое? -- не осталась жена равнодушна к моим метаниям.       -- Не, ну бред же, но... А попробуй какой-нибудь выброс? Ну, что-нибудь совсем простое, типа светляка? Только погоди секунду, я чуть-чуть отойду...       -- Тогда уж лучше я, -- жена просто подпрыгнула метров на сорок вверх, и...       ...и ничего не случилось. Просто неподвижно висеть в воздухе Фи могла довольно долго, но это требовало сосредоточенности -- как и выброс, так что и то, и другое одновременно у неё не получилось вполне ожидаемо. Но и после приземления успехи её оставались весьма скромными. Да, ей удалось слегка вытолкнуть из своей ауры немного энергии... примерно на сантиметр и на полсветляка. Хоть как-то структурировать её не удалось. Попытка направить выброс внутрь тоже не удалась.       -- Всё-таки этот твой Адреналин -- совершенно гениальная штука, -- устало и немного грустно заявила супруга после получаса экспериментов. -- Въелся намертво!       -- Ну, проверить всё равно стоило... -- я присел рядом с женой и приобнял её за плечи двумя руками.       -- Стоило, -- согласилась она.       Я посмотрел на всё ещё высокое, но уже подбирающееся к Большой Восточной Гряде Солнце.       -- Интересно, тут поблизости где-нибудь есть хорошее место для стоянки? Думаю, сегодня нам дальше двигаться смысла нет...       -- Километрах в пяти, вроде, речку видела. -- неопределённо махнула рукой уставшая, но больше расстроенная поманившей и обманувшей надеждой жена.              Через полчаса мы уже ставили палатку и разжигали костёр для нехитрого ужина. После короткого и бодрящего купания в неожиданно холодной воде и ещё более приятного и весьма длительного продолжения супруга отправилась спать, а я, вроде как присматривая за окрестностями, взялся за сделанный наспех лук, уже доказавший свою полезность. Более-менее однородные материалы, к тому же некогда бывшие живыми, гораздо охотнее поддаются воздействию даже такого кривого кастера, как я, не то, что камни или, скажем ткань, которую пришлось бы расплетать и менять по одному волокну, а потом сплетать обратно. Конечно, настоящий мастер смог бы из тех же материалов сделать куда более качественную вещь, причём быстро и с самого начала, но время и терпение у меня были в достатке, а чувство пространства позволяло методично находить и исправлять все огрехи, даже самые мелкие. После нескольких часов кропотливой работы лук стал чуть легче, сильно короче и обзавёлся небольшими роликами на концах дуг, чтобы тетива шла в пять ходов. Затем очередь дошла и до стрел: набрать и выпрямить подходящие ветки, врастить в древесину хвостовик наконечника, вырастить небольшое оперение, укрепить пятку от раскалывания и придать ей форму под стать наконечнику, чтобы брать нужные стрелы наощупь.       Рассвет и проснувшаяся жена застали меня за предпоследней стрелой.       -- Опять не спишь?       -- Не сплю. Ты же знаешь: раз в неделю, два-три часа -- мне больше не надо.       -- Мог бы со мной полежать...       -- Тогда бы ты не выспалась!       На это жена возражений не нашла и отправилась к реке умываться. Хотелось бы за этот день пройти километров триста пятьдесят, а лучше -- все четыреста, благо, больше не надо зазря время терять, изображая из себя неведомо кого.