So close, no matter how far

*** - Чертов заказ, чертов шеф, чертова работа, чертова погода, - Томас почти бежал, перепрыгивая лужи. За полчаса до окончания рабочего дня пришел срочный заказ и все объяснения Томаса о том, что он сегодня очень спешит, были проигнорированы. На бегу он достал телефон: «Безобразно опаздываю. Не мёрзни, подожди в тепле», - отписался он на ходу, что стоило ему еще одного погружения в лужу. Прибежав на полчаса позже к условленному месту, он увидел Ньюта, который с улыбкой протянул ему большой стакан, из которого пахло кофе. - Отдышись – хихикнул Ньют, оглядев с ног до головы растрепанного Томаса, - ты будто от разъяренного мужа любовницы убегал. - Почти. От начальства, - журналист схватил обеими руками стакан и заодно пальцы Ньюта, все еще этот стакан держащие и застонал, - Ох, потрясающе. Как пахнет! Ньют приподнял свой стакан, как бокал, в знак поддержки. - Я вот подумал, может, купить что-то в подарок? – спросил Ньют, когда они двинулись в сторону дома Минхо, - все-таки большую работу проделали. - Ты его побольше хвали – ему будет лучшим подарком, усмехнулся Томас, - не переживай, это совершенно не обязательно. Там получилось действительно здорово, а большего удовольствия, чем от созерцания результатов своей работы, ему все равно ничего не доставит. Разве только хороший собеседник, коим ты, собственно, являешься. - То есть, в подарок ему мы везем меня, - заключил Ньют, - очаровательно. - Разве тебе это хоть немножечко не льстит? – шутливо подмигнул ему журналист, подтолкнув его плечо своим. *** - Ты не думал сам выступать, без группы? – спросил Минхо у Ньюта, когда тот доиграл очередную песню. Чердак выглядел совершенно преобразившимся. Томас подумал, что Минхо наверняка и не спал последние дни, чтобы скорее все закончить. Правда, с освещением пока была беда, так что роль светильников играли старые полуработающие елочные гирлянды, найденные здесь же, среди прочего хлама. Минхо также перетащил сюда свои бескаркасные кресла, а на полу Томас обнаружил диванные подушки Терезы. - Все равно давно пора было диван менять, - пояснила она, полулежа на полу, опираясь на одно из кресел, - а сюда они очень даже гармонично вписались. Из старого облезлого комода Минхо сделал барную стойку и сейчас восседал на ней, обращаясь оттуда к Ньюту. -Выступал раньше, - ответил тот ему, - но с группой удобнее. Они занимаются всеми контактами, договариваются, ищут места для выступлений... терпеть не могу эту тягомотину. А так – я просто играю в свое удовольствие. - Ну-ка дай мне инструмент, - Минхо спрыгнул со стойки, - сейчас папочка покажет, как надо играть. Ньют протянул ему гитару, насмешливо поклонившись: - Вразуми меня, Учитель. Он забрал у Минхо из рук протянутый стакан с виски и приземлился на подушки рядом с Томасом. Бренда с Терезой переместились ближе к ним: - Мы тут обсуждаем идеальное место и состояние. Вот где бы вам сейчас хотелось оказаться? Ньют? - Хм… Дай подумать, - он закрыл глаза и сделал небольшой глоток. - Пожалуй, за городом, в доме моих друзей детства. Они двойняшки, такие забавные. Мы с Соней там каждое лето проводили, пока сюда не переехали. У них довольно большой дом, а вокруг – фруктовый сад. Мы целыми днями купались и гуляли по лесу, а когда мне хотелось побыть одному – я брал с собой пару книг, пакет сока и забирался на старую яблоню в самом углу сада. На ней яблоки появлялись раньше всех, еще в августе. Мелкие такие, ярко-красные. Мог там весь день проваляться – ветки большие, на них лежать удобно. Спокойный голос Ньюта рисовал в голове Томаса яркие летние картины. Он отчетливо видел ту яблоню и большие её ветки, на одной из которых пристроился Ньют. В одной руке – книга, в другой он крутит яблоко, бока которого переливаются, ловя солнечные блики. Шероховатая кора отпечаталась на босых ногах, уютно шуршат листья на теплом летнем ветру. - …они не понимали, почему мне нравится проводить там время. А как я объясню? Тут чувствовать надо. Томас в который раз почувствовал прилив нежности к Ньюту. Он повернул к нему голову и больше читал по губам, чем слушал. Ньют казался таким хрупким. Вновь невыносимо захотелось обнять его и от всех спрятать. Минхо наигрывал на гитаре и был целиком этим увлечен. Девчонки закрыли глаза и, видимо, тоже сейчас гуляли под яблонями. Ньют с закрытыми глазами и легкой улыбкой рассказывал дальше. Томас тоже закрыл глаза и провел пальцами по ладони и запястью музыканта. Ньют, не останавливая рассказ, словил пальцы Томаса и переплел со своими. - … и пусть вечером пойдет дождь. Во время дождя так вкусно пахнет, особенно летом. Ни с чем не сравнить. Лучше только запах шашлыка, дополняющий эту картину. Бренда издала протяжный стон: - Вааа, как здорово-то… А ты. Томас? Где бы сейчас хотел оказаться? - О, у меня, боюсь, все банально – я хочу к теплу, солнцу, ближе к океану и чистому теплому песку на берегу. Вел бы там исключительно ночной образ жизни. А вот конкретно сейчас хочется на берег с бутылкой хорошего вина. И пропускать прохладный песок сквозь пальцы, - Томас поймал словил себя на том, что гладит шрамы Ньюта. - Там и одному хорошо, - продолжал он, - но с приятной компанией может быть совершенно замечательно. Ньют смотрел на него и улыбался. Бренда с Терезой лежали со все еще закрытыми глазами и покачивали руками в такт музыке. - Да, было бы здорово – Ньют сжал пальцы Томаса, - но, на самом деле, сейчас тут так хорошо, что, пожалуй, именно в этот момент я ничего не менял бы, - он уткнулся Томасу в плечо носом и тот коснулся губами макушки гитариста. Минхо начал играть другую, более ритмичную мелодию, и Тереза потащила Бренду танцевать. - Ммм… - промычал Ньют в плечо Томасу, - люблю эту песню. Она настроение такое приятное навевает всегда. И пахнет шоколадом. - Мелодия – пахнет? – переспросил удивленно Томас. - Конечно. Все мелодии пахнут, - Ньют поднял глаза, - я вот люблю играть те, что пахнут вот тем самым домом, о котором я рассказывал. Яблочным пирогом, росой на траве, мокрыми листьями, медом и летним дождем. Он был так близко. Такой теплый, живой и нежный… - Томми, уверен, тебе там понравилось бы, - совсем тихо добавил Ньют и положил ладонь руки журналисту на грудь. Тот моментально накрыл его ладонь своей. - Ньют, знаешь… я, наверное, схожу с ума, но..… ты меня прости, пожалуйста, - сказал Томас и, наклонившись ближе, коснулся губами уголка губ Ньюта. Внутри все то холодело, то наливалось раскаленным свинцом, и Томас, чтобы успокоиться, уткнулся лбом в лоб Ньюта, не открывая глаз. - Прости, - прошептал он еще раз. Ньют крепче сжал его руку: - Перестань извиняться, - горячее дыхание Ньюта было совсем близко и Томас, не удержавшись, накрыл его губы своими. Гитарист провел рукой по его волосам, требовательно подвигая Томаса ближе. - Минхо, давай что-то повеселее, - вернул их в реальность голос Терезы. - Дай-ка мне, - Ньют резко встал, и Томасу сразу стало холодно и неудобно. Музыкант тронул струны пальцами, одновременно подмигнув Томасу: So close no matter how far Couldn’t be much more from the heart Forever trusting who we are And nothing else matters