Дыши, как можно глубже

-Да, где же этот чертов телефон? — Недовольно шепчу я, копаясь в полутемном помещении мужской раздевалки, пытаясь отыскать в куче хоккейной формы свой телефон, который зачем-то утащили сюда Инга с Машей, при этом загадочно улыбаясь. Увидев свет на потолке в полутемной мужской душевой, я попыталась отыскать выключатель, но поняв, что найти в полной темноте это нереально, бросила эту идею и пошла, искать свой телефон по свету, который он излучал. Вот только день сегодня был явно не мой. Как только я переступила порог душевой, мобильник потух и свет пропал, что меня неимоверно начинало злить, я точно не собиралась находиться тут в свое свободное время, которого в последнее время было катастрофически мало. -Ну и попляшите вы еще у меня.- Недовольно шиплю я, ползая по полу и пытаясь на ощупь найти телефон, молясь, чтобы кому-нибудь я понадобилась, и мне позвонили.- Вот для какого черта была эта тупая затея? Что за детские шалости? Как будто детский сад тут какой-то, — недовольно бурчу я, прекрасно понимая, что коленки уже все мокрые, ибо хоккеисты ушли совсем недавно и высохнуть пол душевой просто не успел. Спустя пять минут бессмысленного протирания пола моими новыми джинсами коленки неистово заболели, как бы предупреждая, что если я не прекращу эти ползания, то синяков не избежать. Психанув, и недовольно ударив рукой о пол, встала и тяжело выдохнула, убирая выбившую прядь из хвоста за ухо. Пытаясь рассмотреть время на своих наручных часах в кромешной темноте, поняла, что это бессмысленно, когда даже не смогла, просто на просто, увидеть хотя бы силуэт часов на своей левой руке, которые на ощупь явно прослеживались. В самой раздевалке послышались шарканья ног по полу, а после загорелся свет, и половина душевой сразу озарилась светом, позволяя мне найти свой телефон в самом дальнем уголке помещения. Схватив свой мобильник и отряхнув свои колени от грязи, я уже собиралась выйти в раздевалку. Но дверь громко захлопнулась, и ключ в замке провернулся на два оборота. Я четко слышала как ключ повернулся на два оборота. Я удивлено вскрикнула и выбежала в раздевалку, тут же встречаясь со спиной Кисляка, который начал тарабанить по двери, крича о том, что он здесь и дверь закрывать не надо. Вот только по всем законам фильма тишины не было, из-за двери послышался громкий смех, принадлежавший Инге, а после послышался строгий голос братца: -До завтра посидите тут, обсудите все, а то надоели уже. Андрей непонимающе обернулся, тут же встречаясь с моим злым взглядом. Сумка с хоккейной формой полетела в стену, а сама я раздраженно плюхнулась на деревянную скамью, разблокировав свой мобильник. Набирая знакомый номер. -Я сегодня не приду, не жди меня, ложись один. Я вчера готовила там, так что поешь, а то опять будешь ночью есть, а потом полдня проспишь, забыв про свою работу, — бурчу я, прикрыв глаза и устало растирая лоб. -Воу, воу, мамочка, где же вы будете ночевать, поделитесь этим секретом? — Восхищенно кричит Мишка, и что-то увлеченно жует. -Долгая история, потом расскажу, — устало говорю я все так же, не открывая глаз, ведь делать это совершенно не хочется.- Слушай, из-за своей незапланированной отлучки из дома, я не успеваю подготовить документы к заключению сделки. Помоги, пожалуйста, — Умоляюще прошу я, а Михаил лишь разочарованно вздыхает. -Хотел поиграть называется.- Недовольно бурчит он.- А ты вечно все портишь. -И я тебя люблю, — весело говорю я, — ноутбук в спальне на столе, о самом проекте я тебе уже все рассказывала вчера, так что я верю в тебя, — говорю я, широко улыбаясь, но открыв глаза, понимаю, что ночка выдастся просто прекрасной, ведь задумчивое Кисляка никогда не приводило ни к чему хорошему. -Ой, ой, — передразнивает парень и сказав дежурное: « Удачно там повеселиться, я ушел в работу. Чао, любовь моя». Отключается. Посмотрев на время, криво усмехаюсь и выношу приговор: -Сейчас только пол одиннадцатого. Здесь нам сидеть ещё около восьми часов, пока не придёт техничка и не откроет нас.- Хмыкаю я, посмотрев на Кисляка, который кивает и садится на пол прямо напротив меня, опираясь на стену. -Прекрасно, — кивает он и закрывает глаза, запрокидывая голову. Я поступаю так же и закрываю глаза, надеясь, что быстро засну, а проснусь лишь утром.

23:22

-Может, хоть немного поговорим? Я уже заколебался молчать, и просчитал, что лампа издает звуки каждые шестьдесят шесть секунд.- Недовольно говорит Кисляк, заставляя меня нехотя открыть глаза и сделать вид, что я сильно хочу спать. Вот только парень осуждающе цокнул и помотал головой, заставляя меня непонимающе посмотреть на него. Одна лампа предательски зашумела, а потом и вовсе погасла, зазывая нас в какую-то слишком интимную обстановку, где свет был приглушенный, как будто намекая, что нам нужно поговорить по душам. Тяжело вздохнув и посмотрев на эту ненавистную лампу, устало прикрыла глаза. -Знаешь, по-моему, мы уже все обговорили ещё тогда, — хмыкаю я, потирая переносицу. Кисляк усмехается. -Ты говоришь про тот ненавистный вечер? -Именно, — киваю я, все так же, не открывая глаз, пытаясь убедить себя, что в этой комнате я одна и Кисляк не что иное, как плод моей фантазии. Мы вновь оба замолкаем. Кисляк молчит, а я беру пример с него и так же продолжаю молчать. Телефон пиликает, разрушая эту давящую тишину. Андрей нехотя достает из кармана джинс новенький айфон и, проведя по экрану, пробежался глазами по написанному, а потом усмехнулся. -Знаешь, кто является зачинщиком этой бредятины? — Спрашивает он, смотря на меня.- Макеев собственной персоны. Тяжело вздохнув и пытаясь придумать, как именно выбраться отсюда, счастливо хлопаю в ладоши, подпрыгивая на месте, и хватаю телефон. -Алло, Василий Геннадиевич?

***

-Эй, молодежь, выходите отсюда.- Слышится весёлый голос ВасГена, а после поворот ключа в замочной скважине. -Василий Геннадиевич, любимый мой, — кидаюсь я на него, тут же целуя мужчину в обе щеки, — спасибо вам! Я должна теперь вам! — Радостно кричу я, выходя из раздевалки и глубоко вздыхая. Кисляк выходит следом за мною, благодаря мужчину и предлагает подбросить его до дому, на что Василий Геннадиевич отрицательно машет головой и говорит, что у него ещё есть дела. Я же быстро прощаюсь с обоими и вылетаю из Ледового, останавливаясь на лестницах, смотря на черное небо, на котором четко виднеются звезды. -Тебя так нервирует моя компания и закрытое помещения? — Хмыкает Андрей, тихо подходя ко мне. Я недовольно хмыкаю и оборачиваюсь на парня, который поправляет лямку от своей спортивной сумки. -С чего ты это взял? -С того, как ты быстро убежала. Не люблю, когда меня избегают. Кстати, хотел напомнить, что за тобою водится должок, — ухмыляется он, обнажая свои белоснежные зубы, смотря на меня как на жертву. -Кисляк, уж точно не сегодня.- Недовольно бурчу я и отворачиваюсь от него.- Мне тебя во снах хватает, — шепчу я, но он слышит. -Воу, воу, красавица, значит, я тебе снюсь? — Воодушевляется Андрей, тут же подскакивая ко мне. -Не выдумывай, — отрезаю я, даже не останавливаясь, всем своим видом показывая, что не настроена на душевные разговоры. -Окей, меняю нашу договоренность лишь на один ответ на вопрос, только честно.- Кричит Андрей, заставляя меня резко остановиться.- Я так понимаю, согласна? — Кричит Кисляк, а я все так и стою.- Ты бы хотела вернуть все то, что было? -Не вижу смысла отвечать на этот вопрос, — отвечаю я, смотря на хоккеиста, который не выдает никакие эмоции.- Я не любительница говорить попусту. -Щукина, я задал прямой вопрос. Меня просто заколебало ходить в сомнениях. Надоело мучить себя вопросами. Надоело корить себя за то, что повелся на эту глупость со слов Антона. Я пожимаю плечами и вновь задираю голову, смотря в небо. А что я должна ему ответить? Что он снится мне почти каждую ночь? Что я уже не хочу ложиться спать или наоборот, просыпаться? Просто во сне я слишком веселая, поэтому просыпаться и оказываться во в злой реальности, абсолютно не хочется. Не хочется осознавать, что он был моей опорой. Если у табуретки оторвать четвертую ножку, то она будет косить на один бок и сидеть на ней будет нельзя, а в один прекрасный момент она упадет. Вот так же и я. Болталась в какой-то невесомости, находясь на грани, когда я упаду с громким стуком падая на землю и разбиваясь. Мне не хотелось этого. Ведь табуретку можно было починить, в принципе, и меня тоже можно было починить, но чинить будет не так уже и легко. Теперь надо склеивать все по частям и надеяться, что вновь не развалится. -Знаешь, Андрей, утекло уже много воды, я меняюсь, много работаю и учусь и почти не вылажу из дома, института и Ледового и у меня нет того времени на отношения. Просто чисто физически нет времени на отношения, понимаешь? — Спрашиваю я, оборачиваясь на парня, который пристально смотрит на небо. Андрей понимающе хмыкает. -Тебе срывает голову, — говорит он, подходя ближе ко мне и беря меня за подбородок, заставляя посмотреть на него.- Запомни, это все вот тут, — стуча двумя пальцами по моей макушке, говорит он, пристально посмотрев мне в глаза, что мне совершенно не нравится. Я еще никому не позволяла заглядывать так в меня.- Ты потерялась. Потеряла опору в жизни. Так что найди ее вновь, чтобы тебе так не срывало башку. Ты понимаешь меня? — Смотря на меня, серьезно спрашивает Андрей, а потом вдруг тянется к моим губам, целуя меня, заставляя обнять его за шею и прижаться ближе к нему. Хочу быть ближе к нему хотя бы пару секунд, пока мозг не понял, что происходит. Пока не понял, что сны не прекратятся еще с неделю. -В тот вечер я погорячился, прости, — шепчет Андрей, прижимаясь своим лбом к моему, продолжая гладить мои скулы своими руками, как бы пытаясь восстановить забытые воспоминания. -Ненавижу, когда мне не доверяют.

***

Если завтра ты наберешь мой номер И не захочешь никого другого, Я снова прыгну в твой тихий омут. Здравствуйте, черти. Я дома.

-Я люблю тебя, — говорит Андрей, двумя пальцами мягко касаясь меня за подбородок, заставляя смотреть на него. -Любовь бывает разная, — придирчиво хмыкаю я. Кисляк повторяет мой жест, как бы своим взглядом говоря: «Могла бы и подыграть, а не портить такой момент».- Что именно в твоем понимании «любовь»? — Возвожу воздушные кавычки и усмехаюсь от глупости всей ситуации. -Знаешь, как-то Станиславского попросили описать глаголом, что значит любить. К нему предлагались различные варианты: дарить подарки и цветы, жить интересами любимого, пожирать глазами, петь от счастья и пребывать в эйфории… Вот только он ответил совсем по-другому: «Любить — это хотеть касаться…». Для меня любить то же самое. Люблю смотреть на тебя, когда ты готовишь, при этом пританцовывая, подпевая какой-нибудь известной песне, которую крутят на повторе местные радиостанции. Люблю смотреть на то, как ты злишься, когда не забиваешь гол и люблю смотреть на то, как ты болеешь за меня. Люблю смотреть на то, как ты переживаешь за меня. Люблю то, как ты отстраняешься от меня на людях, боясь показать наши чувства, как будто кто-то тебя осудит за это. Запомни одно: нужно делать то, что хочется, а не то, чего требует общество, красавица, — говорит он и целует меня в лоб, крепко обнимая. Вновь резко открываю глаза, но уже не подпрыгиваю на кровати, привыкнув ко всем этим «кошмарам» в роли Кисляка. Запомни одно: нужно делать то, что хочется, а не то, что хочет общество, красавица. Запомнить? Да без проблем. Запомнила. Остается разобраться чего именно я хочу, в данный момент. -Чего ты хочешь, Щукина? — Задумчиво шепчу я в темноту. Первая мысль приходит в голову сама, и пока она не показалась мне бредовой, судорожно хватаю телефон и набираю наизусть выученный номер. Абонент отвечает спустя пару гудков. -Алло, — заспанный голос Кисляка какой-то спокойный, похоже, что он еще не понял, что происходит. -Приезжай ко мне.- Всего три слова, которые дались мне с большим трудом. -Скоро буду.- Короткая фраза, а после гудки. Он приедет, а это самое главное. Он сорвется посреди ночи только из-за того, что я этого попросила. Сорвется, наплевав на то, что завтра у него очень важная игра, перед которой надо выспаться. И это самое главное для меня.